Милая Стерва.

POV Егор. Я проснулся от ее дыхания. Она сопела, ворочалась, дрожала. Замерзла, маленькая. Улыбаюсь, смотря как она обнимает меня во сне. Такая хрупкая, уму не постижимо. — Ань? — шепчу я. — Аня? — она открывает глаза и очень смущенно отползает от меня. — Извини за это, я просто боюсь грома. — она поднимается и отдергивает мою майку. — Я приготовлю завтрак в качестве извинения. — она хлопает дверью и уходит. И что это было такое? То есть, все что было вчера, она попусту? Мать вашу! Да что же за девушка такая! Чего ей по нормально неймется! А ведь мне было так приятно обнимать ее дрожащее тело ночью, черт подери. Поднимаюсь, убираюсь в пристройке и выхожу на улицу. Пасмурное небо затянуто тучами, а холодный ветер гудит просто ужасно. Я захожу домой и слышу, как она шумит на кухне. Готовит, серьезно? Поднимаюсь и вижу ее, стоящей у плиты, в домашних коротких шортах. Я подошел к шкафу и вытащил стакан. Девушка дрогнула и вздохнула, а я ухмыльнулся. Она сделала завтрак и села напротив меня. — Приятного аппетита. — быстро проговорила девушка, выпивая чай и начиная мыть посуду. — Спасибо, а ты не поешь со мной? — она отрицательно мотает головой. — Не голодна. — несвязно выпаливает девушка, а потом вскрикивает. — Черт. — шипит она, а я вижу, как в раковину стекает багровая кровь. — Под воду! — выпаливаю я и достаю аптечку с верхней полки. — Быстро промой, бегом! — рычу я, смотря, как она не слушает меня. — Да чтож ты! — пихаю ее порезанную ладонь под воду, а девушка морщится и пищит. — Терпи. — говорю я, наливая раствор на вату. — Только не кричи, умоляю. — начинаю промывать ее руку, а девушка, застыв в немом стоне боли, зажмуривает глаза и судорожно дышит. Я наливаю еще раствор и она хватается рукой за полку, сжимая хрупкие пальцы. Промываю самую середину и девушка глухо стонет от боли, хватаясь за мою руку и впиваясь ногтями. Я перевязываю ее руку мокрым бинтом, затянув. Девушка тяжело дышит и я протягиваю ей воду. — Спасибо за завтрак. — говорю я ей, домывая посуду. — И больше не мой ножи руками, договорились? — спрашиваю я. — Я в трезвом уме, пока еще. — язвит она и я стучу по столу, позже уходя. Иду в зал и сжимаю кулаки. Чертова девочка. Если бы я мог свалить отсюда, свалил бы. Слышу ее шаги сзади и иду быстрей, входя в зал. Закидываю в камин дров и сажусь на диван, закрыв глаза. Уходя в мысли, отдаленно слышу, треск дров в камине и шаги. Открываю глаза и вижу, как она садится в кресло, читая книгу. Эти короткие шорты, гребаные шорты. Злость кипит. Девушка листает страницы, проводит шоколадными глазами по строкам, а ее темные пряди спадают вперед, закрывая обзор. Молча кривлю рот. Раздражает. — Вот скажи мне, — сглатываю я. — почему ты такая? — девушка даже не поднимает взгляд. — Какая? — листает книгу. — Лживая. — она кивает. — Не знаю, родилась такой, если не веришь, спроси у родителей. — страницы шелестят. — Ты сама себе врешь! — вспыляю я. — Вчера прижималась ко мне, была милой, нежной, была собой, чертовой девчонкой с боязнью грома и грозы! — бросаю сотовый на диван, встав. — А сейчас что из себя строишь?! — ору я, а девушка листает книгу. — Я с тобой говорю или с этой бумагой?! — шиплю, ожидая, что она хоть оторвется. — Я ее сожгу. — рычу я, а я девушка лишь хмыкает. Вырываю книгу из ее рук и кидаю в камин. — Нет! — кричит она, кинувшись за книгой. — Ты совсем уже свихнулся?! — кричит девушка. — Пойми наконец, Булаткин, — восклицает она. — я не твои подстилки, прошмандовки на один раз! — пихает меня руками в грудь. — Чего ты пристал ко мне как банный лист! — ее глаза наполняются слезами. — Черт пойми что творишь, идиот! — я выдыхаю. — То заботишься, то орешь, то еще что-то! — смахивает слезы. — Оставь меня в покое! — пищит она. — Да не могу я! — срываюсь, рву глотку. — Какого черта ты так меня не переносишь на дух?! — девушка всхлипывает. — Боюсь доверится тебе! Боли я боюсь, предательства, чертовых слов! — орет она, а я замираю. — Доволен?! — девушка толкает меня снова и выбегает из комнаты. Сажусь, зарывшись руками в волосы. Да что со мной такое? Чего так на нее реагирую? Ну красивая, да, ну голос у нее обалденный, глаза шоколадные, фигура, ну не пьет она, тату нету, зарабатывает сама… Твою мать! Выбегаю из дома, закрыв его на ключ.

***

Захожу домой с книгой в руках. Она перевязана серебристой лентой. Точь в точь как была у Ани. Иду к ее комнате и все еще слышу тихие всхлипы. Дергаю за ручку — закрыто. Стучусь к ней. — Ань? — зову девушку. — Открой пожалуйста. — Нет. — уверенно говорит она, заплаканным голосом. — Я не буду кричать, открой. — выдыхаю я. — Уйди, бога ради, Егор! — кричит она и снова плачет. — Ну не могу я уже, уйди! — последним козлом себя ощущаю. — Ну, хоть книгу возьми, Ань, пожалуйста. — девушка за дверью лишь всхлипывает. — Это искренне, я вспылил, извини. — кладу книгу под дверь и отхожу, встав за угол, а девушка отпирает дверь, взяв книгу, но увидев меня, пытается ее закрыть. Ставлю ногу в проем. — Давай поговорим. — смотрю на ее заплаканные глаза. — Ег-гор, ну прошу тебя, пожалуйста, иди, не надо… — хнычет, опускает взгляд. — Я клянусь тебе, что больше не стану кричать, Ань. — девушка прикрывает глаза. — Хочешь, на колени встану? — встаю на колени, смотря на нее снизу вверх. — Поднимись, Булаткин. — хрипит она. — Нет, пока не поговорим, не встану. — еле улыбаюсь я. — Поговорим, поднимись только! — смахнув слезу говорит она. — Обещаешь? — спрашиваю я. — Обещаю, встань только! — встаю и делаю шаг в комнату, но она толкает меня в коридор и закрывается в спальне. — Ты обещала, Романова! — кричу я. — Ты тоже обещал не кричать. — отвечает она. — Я просто предвидела. — выдыхает она. — Книгу только не выкидывай, я это искренне… — выдыхаю я, стукнув по двери и уходя в зал.