Только твоя магия меня спасает

Я верю, что меня никто не сглазит. Слышу то, что на голову не налазит. Знаю больше, чем в меня влезает, И только твоя магия меня спасает. (Pianoбой - "Магия")

      Молодой человек поудобней устроился в кровати, в предвкушении открывая книгу, чтобы спокойно почитать перед сном. Что-то сродни обыденному ритуалу, небольшому островку спокойствия, погружения в себя, а не в чужие беды и проблемы — как это бывает обычно.       Но не успел Александр открыть и первую страницу своего занимательного чтения, как заметил стоящую в дверях комнаты Мэрилин. Девушка прислонилась плечом к косяку, слегка прикусив нижнюю губу и задумчиво глядя на него — будто решая что-то про себя. Что-то важное. Примерно в ту же секунду Саша понял, что сегодняшний вечер спокойным точно не будет. Не тогда, когда глаза Мэри светятся этой неоднозначной решимостью, не тогда, когда от такого взгляда у него в груди всё переворачивается вверх дном.       — Саша… — парень внимательно взглянул на девушку — не нужно быть ясновидящим, чтобы отчетливо почувствовать волнение подруги. Даже не в голосе, а где-то внутри, глубже. Он отложил книгу в сторону и похлопал ладонью по кровати рядом с собой, мол, садись, в ногах правды нет. Мэрилин едва заметно улыбнулась, обошла кровать кругом, забралась на неё с другой стороны и обняла Сашу за шею, прижавшись лбом к его плечу, как будто ища поддержки.       — Ты знаешь, я решила пойти на съемки, — очень тихо, но отчетливо сказала девушка. Создавалось впечатление, что она даже отрепетировала эту фразу несколько раз, прежде чем прийти сюда.       Александр замер на секунду, пытаясь понять, о чём это она говорит. Что за бред? Какие съемки? Мужчина слегка отклонился в сторону, чтобы внимательно посмотреть на Мэри. Она подняла голову и их взгляды встретились.       — Я пой… пойти на шестнадцатую Битву, — уверенно повторила ведьма, тряхнув рыжими волосами. Это был верный признак того, что теперь её не переубедить — она опять всё решила сама, без его участия, без его помощи. Шепса иногда до крайности раздражала её излишняя самостоятельность, но он здраво понимал, что это — неотъемлемая черта его хрупкой, но сильной девушки. Ведь иначе это была бы совсем не она, кто-то другой, кого бы он не любил. Но сейчас всё это отступило на второй план.       — Ты рехнулась совсем? — не смотря на крайнее изумление, медиуму удалось сохранить сдержанный и спокойный тон, хотя по его глазам было не сложно угадать, что он не слишком доволен услышанным.       — Я так решила, и мне это нужно. Извини, — ему показалось или в её глазах действительно на мгновение промелькнуло запоздалое раскаяние? В любом случае, в следующую секунду наваждение исчезло, и Мэри снова приняла независимый и решительный вид.       — Ты решила? — голос Александра опасно поднялся на два тона. Девушка слегка съежилась и отодвинулась в сторону, но взгляд не отвела. — А тебя не смущает, что до этого мы, — он сделал акцент на этом слове, — мы решили немного иначе? — не удержавшись, рявкнул он, рывком поднимаясь с кровати и выскакивая в коридор. Он чувствовал, что реагирует чрезмерно эмоционально, но в то же время старался сдерживаться, чтобы не наговорить Мэри много лишнего, о чем впоследствии он бы пожалел.       В один шаг преодолев расстояние до ванной комнаты, медиум до упора выкрутил кран с холодной водой и устало оперся на умывальник, предварительно в сердцах хлопнув по нему ладонью. Мэрилин слишком самостоятельная девочка, а у него ужасно скверный характер, но ведь у них действительно были совместные планы на будущее, они уже почти решились завести ребёнка…       Саша поднял голову, задумчиво вглядываясь в свое отражение в зеркале. Первое потрясение после слов эстонки немного прошло, но он все равно чувствовал сильную обиду. Почему она не посоветовалась с ним? Почему просто поставила перед фактом? Далась ей эта чертова Битва? Он смутно понимал, что ей захотелось взять реванш, доказать, что она ничем не хуже его — но зачем? Ведь он итак это знал. И она это знала. Но если она пройдет в Битву, а она пройдет, Александр не сомневался в этом ни секунды, то о детях можно будет благополучно забыть, во всяком случае, на ближайший год.       В памяти ещё свежи были воспоминания о том, с каким трудом Мэри проходила испытания в прошлой битве, их общей битве, сколько слез и крови пролила. Он не хотел, чтобы она снова проходила весь этот ад. И из-за чего? Чтобы доказать что-то, что всем итак давно очевидно. И теперь снова начнутся эти бесконечные изматывающие съемки, постоянное напряжение — и на съемках, и дома, усталость, слёзы, ссоры…       В дверь ванной комнаты очень тихо поскреблись снаружи. Экстрасенс устало провел влажной ладонью по волосам, выключил шумящую воду и обернулся.       — Саша… — очевидно, девушка решила, что дала ему достаточно времени, чтобы переварить новую информацию, и пришла мириться. Мэрилин проскользнула в ванную комнату и обняла его сзади, уткнувшись лбом в его спину. То напряжение, которое он чувствовал от нее в спальне, куда-то делось, сейчас она была просто теплым человечком, желающим ответной нежности. Как на неё можно злиться долго?       — Ты на меня больше не сердиться? — будто ощущая ход его мыслей, мягко прожурчала девушка, забавно растягивая иностранные слова.       — Сержусь, — стараясь сохранять неприступный вид, невозмутимо ответил Шепс. — Сержусь, но понимаю, почему ты хочешь вернуться на Битву, и волнуюсь за тебя, — он повернулся к девушке и поймал её в охапку, крепко прижимая к себе. Эстонка тихо пискнула, но не делала попыток вырваться, понимая, что это совершенно бесполезно.       — Я справлюсь. Я стала сильней.

***

      Когда наступил день первых съемок, Александр еще немного злился на девушку за то, что она нарушила все их планы на совместное будущее, и поэтому не пошел с ней на первое отборочное испытание, сославшись на внезапно возникшие дела, хотя их вполне можно было отложить на потом. К тому же, ему не хотелось привлекать к себе излишнее внимание, а в том, что среди собравшихся в назначенном месте окажется максимальное количество его фанатов, он нисколько не сомневался. Мэри же просто сделала вид, что все в порядке, и его помощь там ей вовсе не нужна — на том и расстались, весьма недовольные собой и друг другом, но не желающие прямо в этом признаваться.       Где-то ближе к вечеру экстрасенс уже начал испытывать смутное необъяснимое беспокойство. Мэрилин не звонила и не писала, толком не сообщая, как проходят испытания. То ли дулась, то ли просто была слишком занята, концентрируясь исключительно на задании. В принципе, он итак прекрасно знал, что во время съемок всё стоит вверх дном и не успеваешь банально выпить стакан воды — на тебя одновременно цепляют микрофон, обматывают проводами, режиссер орет по поводу и без, группа носится кругами, не давая ступить не шагу… Какие уж тут звонки? Вспомнить бы, зачем всё это нужно и как тебя зовут.       А еще Саша знал, что Мэри почти не спала ночью накануне, медитируя, бормоча себе под нос какие-то слова, раскладывая свои амулеты в нужном порядке, рисуя магические символы, размышляя. Он знал, что девушка очень волнуется, и возможно, даже сильней, чем в тот, первый раз — ведь теперь от неё ждут большего. Она сама ждет большего от себя, и не может никого подвести.       В какой-то определенный момент, наливая себе чай, Шепс ощутил сильнейший всплеск раздражения и понял — оно принадлежит не ему, но его рука всё равно нервно дернулась, когда он резко поставил чашку с кипятком обратно на стол, чтобы не вылить ненароком на себя. Медиум откинулся на спинку стула и прикрыл глаза, свободно погружаясь в знакомый информационный поток, ему нужно было знать прямо сейчас — показалось, или Мэри действительно что-то угрожает в данный момент?       Через несколько долгих минут понял — ничего не угрожает девушке, но что-то определенно пошло не так, не по плану, и из-за этого она злится — казалось бы, всё продумала, но нет — какая-то осечка. За то время, что они прожили вместе, Александр почти точно мог предсказать, что чувствует Мэри в каждую секунду своей жизни, а уж такие всплески настроения ощущал, как свои собственные. Он был уверен, что у Мэрилин происходит тоже самое, хотя они никогда не обсуждали это напрямую, только косвенно, намеками. Она должна сейчас проходить испытание, связанное с поиском человека в багажнике? Медиум был уверен, что эту проверку девушка пройдет с легкостью, чтобы там ни произошло.       Молодой человек вновь взял в руки кружку и заставил себя встряхнуться, выйти из состояния полной открытости потоку, отключиться — иначе от постоянного переживания того, что происходит в жизни других людей, он попросту сойдет с ума.

***

      Мэри влетела в квартиру как ураган, сметая всё на своём пути, включая вешалку и тумбу для обуви, и по её лицу нельзя было угадать, удачно ли всё прошло. Шёл шестой день съемок, и они почти не пересекались, живя в одной квартире. Мэрилин приходила поздно, ничего не ела и сразу же ложилась спать, чтобы утром вскочить ни свет ни заря и умчаться на съемки. Снова без завтрака. Александру оставалось лишь укоризненным взглядом провожать спешно удаляющуюся за дверь спину девушки.       И вот теперь, наконец-то, первые отборочные испытания остались позади, и в первые за это время у будущих участников Битвы есть возможность спокойно вздохнуть, выспаться и привести себя в порядок. Насколько это вообще возможно в такой ситуации.       — Я в Битве, — как-то совсем безрадостно буркнула Мэрилин, бесшумной тенью проскальзывая на кухню, сразу к холодильнику, в поисках чего-нибудь, что не позволит ей умереть с голоду прямо сейчас, на месте. Кажется, она забыла не только позавтракать, но и пообедать. Как только девушка вошла в кухню, медиум щелкнул пультом от телевизора, выключая звук, и перевел внимательный взгляд на Мэрилин, азартно копошащуюся среди полок.       — Ну, как всё прошло? — он встал со стула, чтоб налить ей чай, а по дороге, проходя мимо девушки, быстро поцеловал её в затылок. — По-моему, ты уже похудела, а ведь это только первая неделя съемок, — с легкой укоризной заметил он, разливая заварку в две чашки. Одну — большую, с котом, и другую — фиолетовую с яркими разводами, совсем не похожие на чашки двух тёмных колдунов.       — Ничего, мне ест куда худет… — с тихим смешком отреагировала девушка, привычно ненароком коверкая слова, и подсела за стол с банкой маринованных огурчиков, машинально вылавливая прямо пальцами один за другим. Несколько секунд посмотрев на это безобразие, Шепс безмолвно вытащил из ящика вилку и протянул Мэри.       — Ты бы поела нормально, так ведь и желудок испортить можно, — медиум вернулся к столу с двумя чашками и принялся неторопливо прихлебывать свой чай, искоса наблюдая за подругой, которая никак не отреагировала на его замечание, сделав вид, что резко перестала понимать русский язык.       Саша иногда задумывался над тем, чтобы выучить её родной язык, эстонский — уж тогда эта коварная девчонка не отвертится от разговора так просто, да и он всегда будет знать, что она там ворчит себе под нос на эстонском. Пока же остается только догадываться по контексту, и не всегда удачно.       — Представь, я не прошла испытание с багажником, — вдруг весело сообщила Мэри, пододвигая к себе кружку с горячим чаем.       — Да брось, серьёзно, что ли? — медиум слегка наклонился вперёд, недоверчиво улыбаясь, как будто думая, что это просто неудачная шутка, но по её глазам понял — Мэрилин вполне серьёзна. — Переволновалась?       Девушка с деланным равнодушием пожала плечами, снова утыкаясь в свою кружку. Выпуск отборочных испытаний еще не вышел на экраны, и она явно боролась с желанием растрепать всё сразу или сохранить интригу до того момента, как они вместе посмотрят это позже.       — Это всё Сафронов, — сдерживая смех, наконец, призналась она, забавно и как будто нарочно коверкая фамилию скептика. — Обманул меня.       Александр усмехнулся. Он уже примерно знал способы работы любимой девушки, к тому же, некоторым приёмчикам он научил её сам, так что мог хотя бы в общих чертах вообразить, что происходило в тот день на съемочной площадке. Жаль, его самого там не было… Но, несомненно, он получит большое удовольствие, наблюдая всё на большом экране.       — Ну-ну, — наконец, выдавил он из себя, — надеюсь, больше ты не допустишь подобной осечки, если хочешь занять первое место в этой Битве, — экстрасенс исподлобья взглянул на Мэри, которая уже расслабленно улыбалась, глядя куда-то в сторону, и явно думала о чем-то другом, едва ли слушая, что ей говорят.       — Jah, — рассеянно согласилась девушка и вдруг широко, не стесняясь, зевнула. Только сейчас Саша заметил, что любимая уже вовсю клюет носом, явно намереваясь уснуть прямо здесь, за столом. Решив не допустить подобного беспредела на собственной кухне, парень быстро отнёс чашки с недопитым чаем в мойку и подхватил девушку, намереваясь донести её до спальни. Полусонная Мэрилин забарахталась в его объятиях, явно возражая против такого бесцеремонного вторжения в её личное пространство, но Шепсу это было слегка до лампочки. Он флегматично перенёс свою ношу на кровать в спальне и собирался уже вернуться на кухню, чтобы домыть грязную посуду после ужина, как Мэри внезапно оживилась и вполне ловко ухватила его за край футболки.       — Погоди, — она перешла на английский, на нем в полусонном состоянии ей соображать было явно гораздо легче, чем на русском, — я знаю, ты думаешь, что вернуться в Битву — это просто моя прихоть, но на самом деле тут всё немного сложней, мне снился отец… — быстро заговорила девушка, но он остановил её, поцеловав в нос.       — Я знаю, — коротко ответил Александр. Глаза Мэрилин расширились в безмолвном «откуда?», но она не успела задать вопрос вслух. — Я ведь тоже экстрасенс, — Шепс лукаво подмигнул возлюбленной и, стараясь не рассмеяться в голос, умчался на кухню. Не говорить же Мэри, что она вполне отчетливо разговаривает во сне. Иногда даже — на русском.