Берегитесь волка: стая

Рейв с беспокойством поглядывал на любимого. Последние сутки Деро больше отмалчивался, при этом не высказывая причин своего беспокойства или обиды. Весна уже практически вступила в свои права, заняв своё место после продолжительной зимы. Снега почти не было, дорога была разбита несчётным количеством ног, лап, копыт, тяжёлых колёс от телег. Конь уверенно шагал, утопая по путовый сустав в вязкой грязи. -Это наша последняя деревня перед столицей. Меньше недели пути,- попытался разрядить обстановку омега. -Да,- выдохнул маг. -Деро, что случилось? Ты чем-то обеспокоен? -С чего ты взял? -Ты не показываешь мне редких птиц, или животных во время привала, почти всегда молчишь. Даже сейчас ты не обнимаешь меня и не прижимаешься. -Ты заметил? -Конечно,- Рейв болюче ткнул чародея локтем в бок. -А мне казалось, что после того рыжего «чудовища», ты вообще ничего не замечаешь. -Что за ерунду ты несёшь?- вспыхнул охотник, понимая, куда клонит альфа. -Понравились его заигрывания? -…-Ревайс демонстративно отмалчивался, лишь крепче сжал поводья. -Ну что молчишь? -Мне нечего тебе сказать…-жеребец въехал в небольшой городок, окруженный густым ельником с двух сторон. -Стоило ему тебя похвалить, как ты уже разомлел. Уверен, если бы меня не было в конюшне, ты позволил бы ему запустить руки под свою рубаху. Пешие и конные путники – случайные свидетели, все расходились во мнениях, что же произошло. Кто-то говорил, что темнокожий юноша сам упал с крупа коня, кто-то утверждал что ведущий наездник случайно столкнул мужчину, иные же спорили, уверяя, что парень был скинут почти неуловимым и сильным локтевым ударом. -Подумай над своими словами, Деро,- во взгляде следопыта промелькнула печаль. Ревайс легонько пнул коня пятками, отдавая команду идти, оставив чародея лежать в грязи вперемешку с навозом и помоями, стискивая от злости и обиды челюсть. Приехав на оговоренный с магом заранее постоялый двор, Ревайс снял комнату. В прошлый раз побывать тут ему не удалось. Течка началась, как обычно, строго по расписанию, и охотник был вынужден уйти в лес, оставив Деро одного. Сейчас же следопыт хотел в полной мере насладиться обычными человеческими радостями: теплой баней, вкусной едой, мягкой постелью. И хотя настроение было изрядно подпорчено, менять своих планов мужчина не собирался. Баня при заведении была хоть и не большой, но очень чистой, а главное - тёплой. Полупрозрачные клубы пара окутывали омегу. Длинные волосы липли к выступившему поту на лице, плечах и спине, будто сырой снег к одежде. Тело приятно нагревалось, а когда внутренний холод, «застрявший» в костях, вырывался наружу, по коже бегали мурашки. Ревайс отпил прохладного кваса, даже не подумав стереть терпкую пенку с верхней губы, развалился на верхней полке, прикрыл глаза, и позволил жаре полностью обхватить себя. Дверь в парную хлопнула, впустив прохладу, лениво приоткрыв золотой глаз, охотник встрепенулся. В проходе стоял рыжий альфа и рассматривал омегу. -Здравствуй,- поздоровался мужчина. Рейв кивнул в ответ, сев скромнее, освободив место для рыжего. –Нартаг,- протянул руку, прося приветствия. -Приятно, Рейв,- охотник предусмотрительно не назвал своего полного имени, но руку в ответ пожал, а альфа хитро сощурился. -И мне. Деро был ужасно зол, но отнюдь не на Рейва, который оставил его валяться в грязи. Нет, альфа безумно злился на самого себя. «Это же надо такое брякнуть своему омеге. Ревайс, конечно, мужчина, но я явно задел его гордость». Одежда противно воняла помоями. Вышагивающий по улице маг, казался просто кучей перемещающегося говна, собственно, именно ей он себя и ощущал. «Представляю, как ему обидно, когда его принимают за моего наёмного рабочего. А тут, к нему отнеслись как к равному, неудивительно, что ему это было приятно.» Наконец, когда солнце уже склонилось к западу, Деро пришёл к уже знакомому трактиру. За год с небольшим в этом месте ничего не поменялось, только вывеску подкрасили. Зайдя внутрь, чародей оцепенел. За стойкой сидели двое, хохоча над чем-то и попивая из тяжелых кружек пиво. Его Ревайс был рядом с рыжим гадом, который не сводил своего нефритового взора с лунной шевелюры. А потом, случилось то, от чего у Деро сорвало крышу – рыжий альфа протянул свою руку и коснулся шеи омеги. Стоит признать, Ревайс резким движением руки отбил ладонь рыжего, от сильного удара, характерный хлопок разнёсся по всему помещению, и Деро, даже сквозь плотный капюшон, услышал этот звук. Затем омега соскочил с высокого стула и унёсся наверх. Стоило следопыту скрыться наверху, как маг подлетел к «охеревшему уроду» и схватил мужчину за грудки. -Ты что это себе позволяешь?- в голубых зрачках плясал гнев. -Не понимаю, о чем ты,- как ни в чём небывало вымолвил рыжий. -Никогда не смей касаться Рейва,- уже рычал Деро. -Да я никого и не касался,- хмыкнул альфа,- он не дает… пока. -Я за тобой наблюдаю,- предупредил маг, и оттолкнул рыжего. Оказавшись наверху в несколько скачков, Деро дёрнул первую дверь. Заперто. Следующая. Заперта! -Рейв, - проревел альфа, уже не сдерживаясь. Четвёртая дверь заскрипела, открываясь. Ворвавшись внутрь, Деро валит омегу, буквально запнувшись об него. Альфа ужасно тяжёл. Пропитавшаяся грязью одежда мокрая и пачкает светлую рубаху и штаны омеги. -Где он тебя трогал? Покажи мне!- требует мужчина, срывая с себя капюшон, и Ревайс робко показал место на белой шее, а спустя мгновение закричал. Острая боль пронзила это место. Альфа грыз тонкую кожу практически до крови, оставляя бордовые следы зубов. Одежда лежит мерзкими лохмотьями, раскиданная по комнате от входа до кровати. -Деро, не надо так,- стонет Ревайс, держась руками за спинку кровати, прогнувшись в спине. Широко расставленные ноги дрожат от напряжения, альфа, раздвинув ягодицы омеги, сидит сзади и смачно проводит языком по чувствительному входу, иногда заставляя охотника подниматься на цыпочки. Маг молчит, полностью игнорируя любовника, лишь сильнее сжимает белые половинки, когда следопыт содрогается от возбуждения. -Где он ещё тебя трогал?- оторвался от своего занятия альфа. -Больше нигде, честное слово,- омега спешит прикрыть рукой обкусанную шею. Белая кожа стала пунцовой, покрытой огромным количеством следов от человеческих тупых и волчьих острых зубов, и адски болела, а если к ней прикоснуться, то в пору было взвыть. -Не ври мне, Ревайс,- альфа поднимается с колен, проводит ладонями по спине следопыта, очерчивая пальцами каждый шрам, обводит покатые плечи и опускается к талии. –Он поймал тебя в бане, да? Значит, видел тебя голым, я должен полностью стереть его взгляд с твоего тела, а тебя наказать. Ты мой омега, Рейв,- сильный толчок бёдрами и охотник всхлипывает. –Гмм,- боль от «наказания» достигает и Деро. –Какой же ты у меня всё-таки узенький, если как следует над тобой не поработать… но ничего, я потерплю, и ты потерпишь. Ветер едва заметно треплет чёрные волосы. Так грустно, что хочется испустить дух. Рядом всхлипывает Элейн, плечи женщины трясутся, когда она делает глубокий вдох. Деро, будто вырвав свой разум из тумана забытья, опускает голову. Перед ним два бугорка земли, совсем свежей, ещё сырой. Два кола вбито в каждый бугорок, на один из них надето кольцо Дайрина, а на втором, туго перемотанный чёрной ниткой посередине, висит клок лунной шерсти. Альфа резко открывает глаза. Сердце колотится, стремясь унестись прочь. Рядом, перекинув через Деро руку, спит Ревайс. Мужчина проводит по спине любовника, ощущая под пальцами собственную сперму, которой он недавно, словно лечебной мазью, обмазал омегу. «Ещё даже не высохла. Задремал», устало думает маг. «Может, не стоило быть с ним таким грубым? Стоит признать, я приревновал», целует следопыта и тот морщится, вызывая улыбку альфы.