Личная интуиция Дечимо

POV Тсунаеши Когда мы сели в самолёт, я будто очнулся от сна. Ни как таможню проходили, ни как из дома выходил, даже как с мамой прощался совсем не помнил. Зато не удивился, когда оказался между Гокудерой-куном и Ямамото, ожидаемо, все-таки. Никто кроме них со мной не сядет, да и сам я никого кроме них рядом видеть не хочу. Когда самолёт начал разгоняться, меня если честно затрясло. Люди не летают и железо не летает, и законы физики тоже подтверждают, хоть я их и не знаю, но уверен, что лететь мы не должны, так что ничего хорошего не выйдет, уверен. В последние полторы недели моя интуиция словно взбесилась, но в хорошем смысле слова. Я даже четвёрку за тест получил, и вообще, сейчас что-то случится, я уверен на сто процентов, слишком гладко. Такого не бывает, только не со мной. Да и отец объявился. И десяти лет не прошло. Кстати, а сколько прошло с того момента как он уехал? Восемь лет, или около того. Жуть и этот еще отцом называется, да я даже лица его не помню, на улице мимо пройду и не замечу! И откуда у него столько денег, что он поездку всему классу обеспечивает? Самолёт вот заказал, проживание обеспечивает. Италия — это круто, кто спорит, но блин, лучше бы он сам появился дома, хотя б по праздникам. Впрочем, последние я уже не жду и не желаю. Еще пару лет назад, возможно, а теперь мне это не интересно. Да и вообще я весь как-то изменился с приезда Реборна: появились друзья, учёба улучшилась, неприятностей конечно стало больше чем было до этого, но тут уж грех жаловаться. Всего и сразу не бывает, а я за друзей и не такое вытерплю. Я больше не смогу один. Ямамото справа о чём-то, весело рассказывает, надо бы прислушаться, но меня отвлекает Реборн. Вот тоже головная боль, зачем он с нами поехал? Боится, что я от него сбегу? Утопал в кабину пилота, что он там забыл? Нет, то что он не ребенок, а киллер мирового уровня, я уже усвоил, но есть в нем что-то ненатуральное, будто большую часть времени он врёт напропалую. Только бы при нем об этом не заикнуться, помру же! Забьёт как Хибари-сан. Вот чего они подружились, хищники, блин. Как только самолёт взлетел моя интуиция, к которой за эти полторы недели я привык прислушиваться, буквально пропала. Я ничего не ощущал, только какое-то чужое восхищение. Да что это такое, меня тут трясёт от страха за самолёт, а кто-то там радуется! Из кабины пилотов донёсся странный звук. Надеюсь, они там не дерутся и не пьют, все остальное мы пережить в состоянии. Вдруг, меня будто подбросило и тело само повернулось в сторону иллюминатора. Паника накрыла даже раньше, чем я понял, что турбина загорелась. Вот знал же, что все плохо будет, знал! Одна из турбин самолёта горела и медленно, но верно её лопасти начали останавливаться. Это заметил не только я, народ повыскакивал с мест, начал что-то выкрикивать, кого-то трясти, кажется кто-то из девчонок заплакал. — Прошу сохраняйте спокойствие, — из динамика раздался голос Реборна. Все засада, сейчас даст невыполнимое задание и своей любимой пулей в меня. Не хочу! Я в кресле посижу, спасибо. Сам нас спасай! Я забился еще глубже в кресло, когда Реборн снова начал говорить: — Пройдите в сторону склада и прыгайте с парашюта, парашюты находятся под вашими сидениями. Из-за чрезвычайной ситуации самолёт посадить не получится, — голос Реборн умолк, но мне было уже не до него. Я почувствовал что-то странное. Какое-то беспокойство, кажется, что оно висит в самом воздухе, что-то эфемерное, неуловимое. С одной стороны, что-то тревожное, а с другой стороны что-то родное. Пока я думал, Гокудера-кун и Ямамото уже нацепили парашюты и выстроились в очередь на прыжок. Я наклонился над сидением, но парашюта под ним не оказалось. Как так! Быть не может! У всех есть, а у меня нет?! — А-а-а что же делать?! У меня нет парашюта! Что делать?! — я отчего-то запаниковал, а недавнее ощущение только подстегнуло начинающуюся истерику. Но также быстро, как истерика началась, также быстро она и пропала. Все уже прыгнули, и в салоне никого не было, но я чувствовал чье-то присутствие. Море! Мы летим над морем, если я сейчас прыгну без парашюта, я не должен разбиться, хотя высота, конечно, приличная, но не смертельная. Я как раз подошёл к двери, как турбина взорвалась, вырвав с собой кусок от салона в том месте где я должен был сидеть. Ощущение присутствия исчезло и прежде чем я снова начал паниковать, сделал три шага для разгона и выпрыгнул из самолёта. Вода приближалась очень быстро, все что я придумал это расслабить ноги, прикрыть голову и зажмуриться. А дальше только резкая боль по всему телу и тёплая вода. Но кажется для меня и это слишком. Я отключаюсь, как после дурацких пуль Реборна. Он ведь меня найдёт? Найди меня… End POV Тсунаёши POV Реборн Когда я узнал, кто будет везти самолёт, чуть не расхохотался. Что первый, что второй пилоты, мои старые товарищи, мы с ними когда-то выполнили пару миссий, а после они как-то потерялись, да я и не искал, мало ли чего людям хочется. Да и не знал я, живы ли они, а узнавать об их смерти не хотелось, лучше думать, что они где-то. А они и были где-то, выпросили отставку и теперь возят мафиозных пассажиров. Молодцы ребята, устроились. Никакой мокрухи, все легально, имена правда новые и документы, ну да кого это волнует, мы за пару лет бывало по десяти имён меняли, новые просто запомнить, как только выкинешь старые. Это уже стиль жизни. Так что как только самолёт взлетел, я пошёл в кабину пилотов. Как парни мне рады, впрочем, я им тоже. Посидели, поделились впечатлениями о жизни, они мирные гражданские, я злобный репетитор. Парни ржали до упаду, все-таки преподаватель из меня так себе. Что снова наводит мысли о моем подопечном. Рассказал ребятам, что я только за него взялся, еще и месяца не прошло, а он уже и учится лучше и комнату убирает и друзей завёл, а ведь был мазня мазней. Парни и давай мне по ушам ездить, что мужской пример — это очень важно, а хороший мужской пример — это вообще пол дела. Я и объяснил, мол, не хочет он мафиози быть. Парни только переглянулись и сказали, что значит, есть скрытые таланты, а дисциплина и отсутствие лишних отвлекающих факторов (при этом они многозначительно подвигали бровями, пошляки) этот самый талант разбудили. Кстати, идея имеет место быть, так как конкретно изменения начались всего неделю назад, может чуть больше. Значит, какой-то рычажок задел. Я не успел обдумать эту идею, как все приборы засветились, и начали вещать о проблеме с двигателем. Ребята попытались настроить машину на экстренную посадку, тут как раз остров рядом. Я же, используя связь с салоном, попросил всех не паниковать. Когда парни сказали, что садиться не получится, пришлось давать инструкции по прыжку с парашютом. Вот ведь геморрой, потом еще этих детишек спасать. Тсуна, не делай мне лишних проблем, прыгни со всеми и приземлись целым, а? Очень прошу! Впрочем, Хаято должен о тебе позаботиться. Сам я парашют не использовал, у меня есть Леон, что очень кстати, ибо с парашютом мне прыгать нельзя, унесёт на пару километров дальше, чем надо и поминай как звали. Оказавшись на острове, а парни специально направили самолёт, чтобы детишки туда и упали, пассажиры собрались в одну кучу. Мне же лучше. Преподаватели пересчитывали детей, судя по крикам кого-то не досчитались. Засада. — Реборн-сан, вы Тсуну не видели? — встревоженно спросил Хаято. Твою ж мать, только не говорите, что именно его не досчитались! — Это ты мне скажи, Хаято, где Тсуна? Приглядывать за боссом, первоочередная задача его правой руки. — Он был рядом, а потом нас разделила толпа, я был уверен, что он прыгнул, — промямлил блондин. Ямамото хмуро стоял рядом истуканом. — Ждите здесь. Подхожу к бывшим оперативникам и спрашиваю, не хотят ли они тряхнуть стариной, вспомнить навыки по слежке и поиску. Пилоты нахмурились. — В чем дело, Реборн? — Мой подопечный пропал. Надо его найти, весь остров в одиночку прочёсывать долго, даже мне, а зная его… Он непременно куда-нибудь влезет. — Ну, оказаться на тёплом острове, окружённом тёплым морем, это же почти отпуск. Погуляем по лесочку, кого найдём все наши. Будь то клад, кокос или глупый парнишка, — парни переглянулись и засмеялись. — Найдём твою пропажу, с острова то не сбежит. — Спасибо за помощь.

***

Солнце медленно вставало из-за горизонта, окрашивая небо в тёплые розовые тона и разгоняя ночной сумрак. Птицы же на удивление тихи и не щебечут, хотя уже самое время. Они переглядываются между собой и косо смотрят на парнишку, лежащего у песчаного берега. Маленький, тоненький, даже хрупкий, его прибило к берегу за час до рассвета, и все это время он не издавал ни звука. Волны окутывали его ноги и лишь изредка перебирались на туловище. Одна из птиц, решившая проверить, что не так с этим лежачим, подлетела. Но как только, та села у его изголовья, волна до сего момента спокойно ласкающая берег, взбесилась и окатила парня с головой чуть относя с собой вниз, и потом возвращая обратно, птица встрепенулась и отлетела от греха подальше. Ну их этих лежачих. Парень зашевелился. Pov Тсуна «Больно, мне так больно» — я попытался открыть глаза, но вместо этого зажмурился, стало ещё хуже. Тело словно свинцом налили и отдалённо, я ощущал что-то липкое и скользкое на затылке. Только бы это была не кровь. Руки чуть подрагивают, а тело ломится, ноги так вообще не слушаются. — В-вст…вста-ав-вай, — голос охрип, горло пересохло, после тишины собственный голос действует как наждак. Открыв всё-таки глаза, я попытался сфокусировать взгляд хоть на чём-нибудь. Получилось плохо, но уже что-то. Затылок всё продолжал ужасно ныть. «Нужно вставать» — решил я, и как черепашка, долго и усердно пытался со спины повернуться на бок. Кое-как совладав с непослушными руками, опёрся на мокрый песок, пытаясь привстать. Даже от веса собственного тела руки затрясло, и я обратно упал на песок, из-за рта сразу же вырвался слабый хрип. В глазах снова потемнело, руки так и остались лапшой вдоль тела. Прежде, чем снова потерять сознание, я услышал девчачий лепет и почувствовал невесомое прикосновение к голове. Боль немного отступила, а после некто засмеялся: — Ку-фу-фу, — больше я ничего не помню… End POV Тсуна