Растерянность

Будто случайно: -У нас будет… ребенок? …Ему не хватает воздуха для дыхания, слышно, как выдох бьется в его гортани соколиным клекотом, и она едва слышно вдыхает в его дрожащие губы короткое «Да…», руша последние хрупкие преграды… Растерянно: -Что? …Одежда, которая не могла скрыть рельефную округлость его мышц, и узость талии, и тонкие лодыжки, и эти голубые стрелы, вдруг стала ужасающе лишней, не позволяя дотронуться до плоского живота, каменеющего от легчайшего прикосновения, погладить каждую татуировку и понять, наконец, «О, так вот, где они заканчиваются!». И ловить губами его смех… Одним коротким рывком: -Теперь у нас будет ребенок? …Он беззащитно отводит глаза, когда белые повязки соскальзывают с ее смуглой кожи, а когда снова поднимает взгляд, он густой и тягучий, почти черный под полуопущенными ресницами. И когда пальцы его впервые застенчиво касаются ее груди, темные соски трепещут в ожидании, потому что сердце грозит взломать ребра… Заглядывая в глаза: -Почему ты так решил? …Его живот кажется таким горячим, и он дрожит будто в лихорадке, и глаза сияют первыми, самыми яркими звездами. Он боится причинить ей боль неловким движением, и сам вздрагивает всем телом от любого прикосновения, пугая ее. Но с каждым мигом робкого скольжения по краю и предвкушения внутри нарастает тугая скрученная жгутом боль, утолить которую может лишь слияние… Прячет взгляд: -Мы были вместе. Я… был в тебе… Я думал, что это происходит именно так. …Дрожь, током бьющая в ладони, тщетно пытающиеся укротить его напор. Боль, кинжалом рассекшая тело надвое, на "до" и "после", и растекшаяся горячим вином по рукам и ногам. Желание – слишком сильное, чтобы можно было остановить его и остановиться самой, дурманящее, опьяняющее. Его дыхание, срывающееся на всхлип, ее ликующий возглас, отозвавшийся стоном… Мягко, скользя пальцами по судорожно сжатой скуле: -Я не знаю. Но думаю, что пока нет. …Ей не хочется спать, в ней все еще поет и звенит пережитый миг ни с чем не сравнимого полета, но она все равно вываливается в сон следом за ним, и голова ее уютно покоится на его руке, и звездная ночь укрывает их теплым дыханием. И первое, что встречает утром ее взгляд, – его серые глаза, подстерегающие миг ее пробуждения. Атласные брови радостно вздрагивают и вдруг озабоченно хмурятся, и будто случайно с его губ слетает: -У нас будет… ребенок?