Песчаная леди

Хинате не спалось, поясницу тянуло, а большой живот не позволял устроиться как-то по удобнее. Гаара открыл глаза и участливо посмотрел на неё — Опять не спишь? Хината виновато посмотрела на него: — Устала на боку лежать, извини, я не хотела тебя будить. — Меня ты можешь будить в любое время, имеешь на это полное право. Он положил ладонь на уже сильно округлившийся живот жены и тут же получил ощутимый пинок. Иногда он смотрел на Хинату и удивлялся какая она мягкая и ранимая, сама почти что ещё девочка, а вот однако скоро будет держать на руках их общего ребёнка. Да, она шиноби, она умеет драться и в случае чего вполне сможет сама себя защитить, но кто будет беречь её от жестокости и несправедливости этого мира? Он сделает всё, чтобы никто не посмел обидеть её и их ребёнка. Она носит под сердцем его дитя, почему-то Гаара был абсолютно уверен, что у них будет сын, он научит его всему, что знает и умеет сам. Он убережет их обоих, он обязан это сделать. Вдруг ему вспомнилось как он впервые попал на экзамен на звание чуунина. Именно это стало для него переломным моментом в жизни, тогда он впервые увидел не страх, а понимание и сочувствие в глядящих на него глазах. С тех пор прошло много времени, Гаара учился доверять брату с сестрой и сенсею, учился любить, учился принимать доверие и дружбу других. Его старания не были напрасными, на то, чтобы изменить отношение к себе у него ушло много времени, но это не было напрасным. Он стал Казекаге, а не это ли высший признак доверия людей? А потом в его жизнь вошла она. По какому-то недосмотру небес доверившаяся ему и полюбившая его, но это случилось и он не даст отнять этот драгоценный дар. Вот сейчас она сидела рядом с ним, неловко обхватив руками живот в котором бился и ворочался их ребёнок, порой доставляя массу неудобств своей совсем ещё молодой матери. — Я давно тебе говорил о том, что ты красива? Хината смущённо заулыбалась. — Я ведь теперь такая... Такая неловкая и вообще, посмотри на мой живот. Он нагнулся, приподнял край ночной рубашки и поцеловал живот. — Малыш, твоя мама самая красивая, ты со мной согласен? Словно в ответ ребёнок опять ощутимо шевельнулся. — Вот видишь, он со мной согласен. — улыбнулся Гаара. — А если это не он, а она? — Значит, она со мной согласна. Хината легла обратно, чуть повертевшись с боку на бок и в конце концов выбрав удобное положение, Гаара положил руку на её живот и тут же уснул, до утра оставалось ещё много времени. Не смотря на беременность, Хината продолжала заниматься всеми своими делами, Рейко-тян только улыбалась, глядя на всё больше выпирающий животик, который уже не могла скрыть никакая одежда. Даже своих занятий с Катсуро она не прекратила, правда теперь она уже не могла бегать или отжиматься вместе с ним, но ей абсолютно ничего не мешало например обучать его искусству метания кунаев и сюрикенов или методам контроля чакры. Тем более, что время вступительных экзаменов в академию шиноби всё приближалось. Но этот день давался ей сложнее всех предыдущих, поясницу и спину ломило, видимо всё таки она уснула как-то не так, к тому же непривычно ныл живот. На всякий случай Хината сразу после обеда предпочла уйти домой, отменив на этот день занятия, чувствуя что сегодня она точно не готова бегать весь день по госпиталю, а потом ещё и до самого вечера метать кунаи. Дома молодая женщина, решив что было бы не плохо отдохнуть, легла на кровать, но уснуть у неё никак не получалось, боль в животе становилась только сильнее. Наконец, решив что было бы не плохо показаться врачу, Хината попыталась встать. Попытка успехом не увенчалась, разогнуть спину не давала резко усилившаяся боль, которая накатывала волнами и порой была столь сильной, что у неё перехватывало дыхание. Кое-как она дошла до коридора, согнувшись пополам от боли и семеня мелкими шагами, словно её лодыжки были крепко связаны короткой верёвкой. Как на зло никого из обслуги в коридоре не было видно, а сил идти и искать кого-нибудь у неё совсем не было. Второй раз в своей жизни она чувствовала себя такой бессильной, вдруг ей вспомнилось как она боялась свадьбы, сейчас в её жизни опять наступали перемены и ей было откровенно страшно, а рядом не было никого, кто мог бы ей помочь. Она в панике села прямо на пол у стены и обхватила обеими руками живот, ставший вдруг твёрдым как камень. — Эй, Хината, что с тобой? Ты меня пугаешь. В коридоре показался случайно зашедший сюда Канкуро. — Больно, весь день живот болит. — пожаловалась ему Хината. Ему понадобилась всего пара секунд для того, чтобы здраво оценить обставновку и понять, что времени у них совсем уже нет. — Так, быстро в больницу. Он не церемонясь, подхватил молодую женщину на руки и вскоре уже был на пороге больницы. Первый же осмотр показал, что у Хинаты начались роды. — Рано ведь ещё, только через две недели должны быть, — Хината в панике вертела головой, глядя то на одного иереньина, то на другого. — Не пугайтесь, химе, ребёнок уже полностью развит и готов родиться, ничего страшного в этом нет. Сейчас вас переведут в палату, вам надо набраться сил перед предстоящими родами, — и уже обращаясь к Канкуро — Канкуро-сан, вы не могли бы сообщить господину Казекаге? — Да, конечно. Не откладывая дела в долгий ящик, он тут же исчез из поля зрения медиков. Канкуро прибежал к брату бледный как девица в предобморочном состоянии, объяснить с ходу, что именно происходит он не смог. — Гаара, там Хината... Она ну это...Ну ты понимаешь? — Нет. Что там у Хинаты? Давно ему не приходилось видеть брата таким, да и приходилось ли вообще? И это его несколько настораживало. — Живот... Ну это, живот у неё... — Канкуро, если ты не заметил, она слегка беременна, конечно у неё живот. — Нет, я не про это. Живот у неё заболел. Она в больнице, — наконец-то он смог более или менее связно сформулировать свою мысль. Дослушивать брата Гаара не стал, даже Канкуро не понял как именно он смог с такой скоростью скрыться из кабинета. Лишь несколько песчинок на подоконнике подсказывали каким именно путём он умчался. В палату, где находилась Хината его так и не пустили, тут даже статус Казекаге не помог, но по суете и отдельным репликам, а ещё больше по стонам и всхлипам Хинаты, доносящимся из-за закрытой двери, он понял, что-то идёт не так как должно. Это много позже ему объяснят, что хрупкое телосложение Хинаты не позволило ребёнку спокойно появиться на свет, роды были тяжелыми, а открывшееся кровотечение едва не убило её.

***

В сознание Хината возвращалась постепенно. В памяти ещё слишком свежи были воспоминания о нескольких часах мучительной боли. Перед глазами плавало мутное марево, всё тело болело, а где-то рядом слышался голос, такой знакомый и родной. Когда зрение наконец-то вернулось к ней, на стуле около своей кровати она обнаружила Гаару, но он был не один, рядом находилось нечто и это нечто разговаривало с ним. Приглядевшись повнимательнее она пришла к выводу, что это тануки, только очень уж огромный. Он занимал почти всё свободное пространство. По всему его телу струились синие разводы, да и само тело было более чем странным, словно оно состояло из песка. И хотя раньше ей не приходилось видеть грозного однохвостого демона Шукаку, но она тут же поняла, что сейчас перед ней находиться именно он. Вдруг, словно почувствовав на себе её взгляд, оба в раз обернулись, на руках Гаары лежал и мирно посапывал крохотный свёрток из которого выглядывало маленькое и сморщенное младенческое личико. Он протянул свёрток ей: — Смотри, у нас родилась дочь! Она такая красивая и у неё твои глаза, — в его голосе слышалась и гордость, и нежность одновременно. Хината попыталась сесть, точнее приподняться и навалиться на подушку, в конечном итоге она оказалась полулёжа. Гаара аккуратно вложил в её руки спящую дочь. — Я так испугался за тебя, но я знаю, что ты у меня сильная, ты со всем можешь справиться. — Как же я могла оставить вас с дочерью одних, — Хината улыбнулась. Казалось от счастья она почти разучилась дышать, она смотрела на крохотную девочку на своих руках и что-то совершенно новое затопило её до самой макушки. Из глаз потекли слёзы, оказывается от счастья тоже можно плакать! Гаара тылом ладони вытирал мокрые дорожки на её щеках и что-то ей говорил. Немного успокоившись она спросила: — А как мы её назовём? — Может быть Сора? Тебе нравится?

***

СЕМЬ ЛЕТ СПУСТЯ Сквозь сон Гаара услышал скрип двери и лёгкие шаги, можно было даже не открывать глаз, чтобы понять кто это. Её шаги как и шаги её матери он мог узнать из сотен других. Самой Хинаты вот уже несколько дней не было дома, она отправилась на задание. Шаги приблизились, скрипнула кровать и под боком у Гаары уютно устроилась дочь, как только её дыхание выровнялось и стало спокойным, он осторожно, чтобы не разбудить ребёнка, укрыл её одеялом. Пусть спит, ему ли не знать как ей не хватает матери, когда Хината уходит? Утром, как только он попытался встать, малышка открыла глаза цвета лаванды и устремила на него недовольный взгляд. — Папочка, ты опять уходишь? — Конечно, ты же сама знаешь, что у меня есть обязанности и я не могу ими пренебрегать. — Знаю, но сейчас мамы тоже нет, так грустно. А почему ты отпускаешь её одну, ты ведь тоже скучаешь без неё? — Сора, подумай и про маму тоже, она ведь куноичи и не может сидеть в четырёх стенах всё время. — Я знаю, всё равно мне грустно, все вокруг заняты, всем некогда. Катсуро-семпай тоже ушел на задание, а Джиро-семпай вчера весь день помогал что-то мастерить дяде Канкуро. — Джиро талантливый марионеточник, он очень помогает в работе твоему дяде. — Папа, можно я тогда пойду гулять с Шукаку? — Идите, вздохнул Гаара и тут же рядом материализовался огромный песчаный тануки с самой довольной мордой. — Что-то ты появился тут удивительно быстро, ещё вчера договорились? — спросил он у Ичиби. Тот отрицательно помотал головой, что впрочем не избавило Гаару от подозрений, что весь спектакль был разыгран только ради этого. Тут же за друга вступилась Сора: — Что ты папочка? Просто сидеть одной дома так грустно. — Ну-ну... Ладно, идите уже. Отпуская дочь с Шукаку, Гаара совершенно за неё не волновался, во-первых однохвостый с самого её рождения был странным образом привязан к ней и кажется, нашел в её лице лучшего друга, во-вторых кто в своём уме решился бы тронуть девочку, находящуюся под защитой Биджуу? На окраине Суны, в тени городской стены сидела девочка с длинными тёмными волосами и необычными для местных жителей, словно подёрнутыми сиреневой дымкой глазами. Рядом с ней сидело существо с весьма недружелюбной, клыкастой мордой. Оно внимательно наблюдало как девочка заставляет песчинки подчиняться своей воле, создавая из них странные узоры и фигуры. Часа через два девочка утомилась, осваивать под руководством матери бъякуган было немного легче, хотя мама и говорила, что эта техника не очень хорошо ей даётся, пытаться управлять песком как папа она начала совсем недавно, Шукаку помогал ей в этом, всё же песчаные техники были его основной силой. Сора подошла к песчаному зверю и уселась рядом с ним, навалившись спиной на его бок, Ичиби обвил вокруг хрупкого детского тела свой огромный хвост и блаженно прикрыл глаза. Как бы не был близок с ним его джинчуурики, но только эта девчушка, начавшая играть с ним раньше чем ходить, столь искренне любила его. Биджуу задремал, пригревшись на солнце и слушая размеренное дыхание девочки. А мимо шли люди, они уже давно перестали удивляться этой картине. У кого-то дома живут кошки или собаки, а эта девочка не нашла ничего лучше, чем приручить Биджуу.

***

ЕЩЁ ТРИ ГОДА СПУСТЯ Коноха готовилась к первому этапу экзамена на звание чунинов. В этом году трое юных подопечных Неджи будут в нём участвовать, он был уверен в их силах, но всё таки не мог не переживать, хотя и пытался изо всех сил казаться абсолютно спокойным. К тому же в этом году на экзамен должны прибыть гости: Казекаге и Мизукаге, очень бы не хотелось перед ними ударить в грязь лицом. Тем более, что он невольно сыграл некоторую (по его мнению не самую приглядную) роль в жизни Казекаге, невольно поспособствовав его браку со своей кузиной, которую с тех самых пор он так ни разу и не видел. Неджи стремительным шагом шел по коридорам резиденции Хокаге, он только что подготовил и подал в комиссию все бумаги на своих подопечных и теперь торопился провести с ними ещё хотя бы одну тренировку. Но этим планам не суждено было сбыться, внезапно его окликнули: — Неджи-кун, не могли бы вы на несколько минут задержаться. Он резко остановился и развернулся тут же оказавшись лицом к лицу с тем, кто буквально только что занимал его мысли. Перед ним стоял Казекаге. Прежде чем он успел поприветствовать главу соседней страны, из-за спины этого главы вынырнула девочка лет десяти и спросила: — Папа, почему у этого шиноби глаза как у нашей мамы? Только тут он внимательно посмотрел на девочку и потерял дар речи, казалось перед ним стоит Хината, такая, какой он помнил её в детстве, разве что одетая в форму шиноби песка и кажется совершенно не страдавшая застенчивостью. — Я как раз хотел вас познакомить, это твой дядя Неджи Хьюга. Пока сам Неджи ещё только пытался придти в себя, как девочка уже с радостным воплем повисла на нём, обхватив обеими ручонками его за шею. Он немного смутившись, бережно обнял её и даже смог изобразить улыбку. Вот значит как, это её дочь. — Дядя Неджи, а вы поможете мне потренироваться в бъякугане? Мама говорит, что вы самый сильный из всего вашего клана? — Мама рассказывала тебе обо мне? — Конечно, мама говорит, что вы самый сильный в клане! А хотите я вас с Шукаку познакомлю? Неджи отшатнулся, но она даже не заметила, зато заметил её отец, он слегка улыбнулся и сказал: — Сора, дядя Неджи сейчас немного занят, пойдём пока. Только тут Неджи немного начал приходить в себя: — Нет-нет, мне совсем не трудно, я буду счастлив если вы сегодня посетите нашу семью. Хиаши-сама давно мечтал увидеть свою внучку, да и ей будет полезно с ним познакомиться, а я смог бы немного её потренировать. Сегодня вечером мы будем ждать вас, конечно, если вы не заняты. Сора выжидательно посмотрела на отца, всё ещё стоя рядом с дядей. — Конечно, мы с удовольствием вас посетим, но вы наверное не в курсе, Хината не смогла прибыть в Коноху, она временно заменяет меня на должности главы скрытой деревни. — Жаль конечно, но вы всё равно приходите, я буду ждать тебя, Сора! Девочка кивнула и пошла вслед за отцом. Неджи смотрел им в след и думал о том, что дочь Хинаты была удивительно похожа на неё, но сходство было исключительно внешним, открытая и жизнерадостная она была прямой противоположностью обоим своим родителям. А его самого, кажется, ожидали вдвойне напряженные экзамены.