Пять раз когда Тюлип видела и один раз когда сказала

1. Это получилось совершенно случайно: Джесси не догадался проверить бензин в очередной угнанной машине, Тюлип просто забыла это сделать (в самом деле, когда в тебя стреляют, последнее о чем ты будешь думать - это бензин), а Кэссиди просто был Кэссиди. Но это все не меняло одного факта - они застряли на дороге, вокруг ни души, а до ближайшего городка хрен знает сколько. А еще быстро темнело, что тоже не добавляло оптимизма. Последним штрихом в этой неутешительной картине было то, что они все устали. Вставал закономерный вопрос - где им ночевать, который и озвучила Тюлип. Кузов авто был слишком тесным даже для двоих, что тут говорить о трех людях. Решение нашел Джесси: - У нас же два одеяла и брезент, так? Тюлип возьмет одно одеяло и ляжет в кузове, мы с Кэссиди возьмем брезент и второе одеяло, и ляжем на земле. Брезент достаточно широкий и если сложить его вдвое будет нормально, - план получше никто предложить не мог, так что все согласились. Но на практике все оказалось гораздо сложнее, и если Тюлип все устраивало, то парням не помог даже сложенный вдвое брезент. Ткань позволяла прекрасно прочувствовать все мелкие камушки, которые коварно впивались в самые неожиданные участки тела. Тюлип с интересом наблюдала, как Джесси и Кэссиди, переругиваясь, пытались устроиться поудобней и терпели поражение. К тому же, ни один из них почему-то категорически не хотел касаться другого, от слова вообще. Между их спинами свободно гулял ветер, а единственное одеяло натянулось так, что готово было порваться. Тюлип, нахмурившись, посмотрела на наконец нормально устроившихся мужчин. Почему они так себя ведут?.. Впрочем, она довольно быстро перестала об этом думать и заснула. Тяжелый день, перестрелка и погоня дали о себе знать ужасной усталостью. Сон был не из лучших, не кошмар, но очень близко. На девушку словно навалилась огромная бетонная плита, мешая дышать и двигаться. Она тщетно барахталась, пытаясь скинуть плиту и глотнуть свежего воздуха, но тело было ватным и не слушалось. Всхлипнув и отчаянно рванувшись в последний раз, Тюлип проснулась. Скинула одеяло, нащупала телефон, посмотрела время - 3:57. Облегченно вздохнула, сон был премерзким, это ощущение полной беспомощности было ужасным. Кинула взгляд на Джесси и Кэссиди - и замерла. Кэсс лежал, свернувшись в компактный клубок, практически невидимый из-под одеяла. Носом он уткнулся в грудь лежащего рядом Джесси, который по-хозяйски приобнимал вампира одной рукой. Создавалось ощущение, будто они лежат так не первый раз, настолько расслабленно и правильно они выглядели. Вот Кэсс, проворчав что-то, плотнее прижался к священнику, закинув на него руку, довольно вздохнув. А Джесси лишь на секунду нахмурился и сжал руку на спине Кэссиди, тут же снова расслабляясь. "Во дела-а-а..." - присвистнула какая-то часть Тюлип, - "Кажется, твой бывший парень - гей!" Тюлип пребывала в некотором шоке, но придя в себя через пару минут, поняла, что на подсознательном уровне всегда подозревала это. Иногда Джесси позволял себе провести долгим оценивающим взглядом парня, просто она никогда не смотрела на это с такой точки зрения. Да к тому же она не была слепой и видела взгляды, которые вампир и священник украдкой бросали друг на друга. Просто когда считаешь мужчину натуралом, такие взгляды забываются и игнорируются очень легко. Кэсси шумно завозился, просыпаясь, и Тюлип осознала, что уже минут пять отрешенно пялится на этих двоих. Тонко улыбнувшись, девушка решила посмотреть куда это все приведет. А пока вампир продирает сонные глазенки, самое время притвориться спящей и ничего не видевшей. Зачем мешать, если можно похихикать в сторонке? В том, что будет смешно, она не сомневалась. 2. Второй раз Тюлип заметила явно не платонические чувства мужчин друг к другу, когда они дружной компанией убегали от придурков из той организации, Грааля. Убегали они по одной простой причине - эти самые придурки не знали английского и Джесси не мог просто приказать им оставить их в покое. Все бы ничего, это было не в первый, и, как Тюлип подозревала, не в последний раз, вот только в этот раз они бегали по дому. Их загнали туда, как глупых щенков, умело и очень жестоко, а теперь вояки обшаривали дом от пола до потолка. Прорваться сквозь двери или окна не представлялось возможным - неосторожно высунувшийся на крышу Кэссиди получил пулю в лоб. Кажется, они конкретно заколебали этого старикашку, главу Грааля (Тюлип честно не помнила, как его зовут), и он не жалел ничего в попытке отомстить. Они смогли, на чистом везении, проскочить в уже обследованную боевиками часть дома, но комнат было не так уж и много, так что при повторном обследовании их наверняка заметят. Они засели в библиотеке и совершенно не знали, что делать дальше. Кэссиди ходил из стороны в сторону, почему-то сосредоточенно вглядываясь в потолок. Он хмурился и даже попытался отколупнуть кусочек штукатурки, встав на стол, но не добился успеха. Тюлип и Джесси без особого энтузиазма наблюдали за ним. Тут вампир замер, устремив свой взгляд на старинный камин, который явно был старше, чем сама библиотека. С нечленораздельным возгласом он бросился к нему, осмотрел узоры и заорал: - Твою мать, я-то все думал, чего этот сраный особняк кажется мне знакомым! Это ж, блядь, дом одного давно сдохшего параноика-графа, у которого в слугах был мой кореш! Весь дом в потайных ходах, как ебанный сыр, а среди слуг о них только ленивый не знал! - он вскочил, отбил замысловатый ритм по каминной полке и нажал на элемент узора. Послышался жуткий скрип и камин начал подниматься. Через пару секунд перед компанией предстало небольшое помещение, все в пыли и паутине. В нем ничего не было кроме двух небольших, но высоких шкафов. Первой очнулась Тюлип и со словами: "Чего встали, придурки, быстро в шкаф!" она сноровисто запихнула священника и вампира в один шкаф, сама же забралась во второй. Там было пыльно и сыро. Она услышала как снова заскрипел механизм и шкаф медленно поехал в нишу в стене. Ниша закрылась, и потайная комната приобрела, если так можно выразиться о комнатах, невинный вид. Она осталась на виду, но в ней не было даже следа от присутствия шкафов. Тюлип перевела дух. В этот раз они ходили по краю. С ними бы не стали церемониться, их просто-напросто пристрелили бы. На потолке Тюлип нащупала кнопку, которая, как она догадалась, должна была вернуть шкафы в первоначальное состояние. В шкафу было достаточно просторно для одного человека, но двоим пришлось бы стоять чуть ли не в обнимку. Подумав об этом Тюлип вспомнила, что запихнула Джесси и Кэссиди в один шкаф. Пару секунд она вертела эту мысль в голове, а потом села на пол и беззвучно, до слез, расхохоталась. Заботы о боевиках, которые обшаривали сейчас комнату, ушли на второй план - Тюлип просто не могла перестать хохотать при мысли о том, каково сейчас мужчинам. Если её подозрения верны (а она была практически стопроцентно уверена, что верны), то сейчас у них очень весело. В шкафу было прохладно, и Тюлип поежились. Поскорей бы эти придурки из Грааля убедились, что никого тут нет и свалили. К сожалению, эти самые придурки совсем не спешили. Обыскав всю комнату (не сильно-то и много той комнаты им пришлось обыскивать) и простучав её, они еще с полчаса караулили весь дом. Тюлип успела сильно заскучать и продрогнуть, но ждать ей было не впервой, так что она терпела. Только через час она осмелилась тыкнуть на кнопку. Механизм снова ужасно завизжал, но не сломался, как она опасалась, и вывез шкаф из ниши. Она с наслаждением распахнула створки и стала свидетелем того, как Джесси и Кэссиди выбирались из шкафа. Они старались не пересекаться взглядами и чуть ли не отпрыгнули друг от друга, вылезя из шкафа. Непривычно молчаливые (а у Джесси был интересный цвет лица) и держащие дистанцию между собой они вышли из дома и сели в машину. Тюлип, которая шла сзади, лишь тихонько улыбалась. 3. Тюлип была счастлива. Наконец-то никаких погонь, перестрелок, чокнутых ангелов и прочей хероты, которой в последнее время стало слишком много в её жизни! Они остановились в небольшом городке, чье название было таким же пыльным и незапоминающимся как и сам город, и единогласно решили ненадолго задержаться и отдохнуть. Несколько лишних дней им погоды не сделают, но уже всем осточертело мотаться по всей стране, играя в догонялки с Богом. Хотелось отдохнуть, хоть на пару дней сделать вид что они обычные люди, а не вампир, носитель Генезиса и наемный убийца. Портило отдых только одно. Точнее, двое - двое придурков, которые не разговаривали друг с другом после того злополучного шкафа! Самый длинный их разговор был примерно таким: " Подай соль, пожалуйста", "Держи" и "Спасибо", хотя раньше они только и делали, что подкалывали друг друга. Это тревожило, а временами просто бесило. В минуты особенно подчеркнутого молчания ей хотелось хорошенько их стукнуть или хотя бы закричать, но каждый раз она чудом сдерживалась. Больше выносить их постные рожи О'Хара не могла, и всерьез подумывала запереть их в одной комнате с ящиком виски и не выпускать их оттуда, пока они не решат все свои проблемы, а в идеале - не потрахаются. Но все вышло совсем по-другому, и Тюлип не знала, радоваться ей или огорчаться. Все было до ужаса банально - Кэссиди снял проститутку. Номера всей компании располагались рядом, а стены в этом мотеле были очень, очень тонкими. А, как оказалось, Кэссиди был достаточно громким. Когда это произошло, Джесси был в номере Тюлип. Ничего такого, они просто решали, куда ехать дальше. Кэсс где-то гулял уже второй день и не попал на это спонтанное "собрание". Когда из-за стены стали доноситься стоны, Тюлип не нужно было много времени догадаться кто это, и что происходит. Она закатила глаза и едва поборола желание заткнуть уши. Тут её словно окатило холодной водой: " Неужели... Неужели я ошиблась, и влюблен только Джесси? Безответно влюблен?" Она с тревогой посмотрела на священника. Тот сначала лишь поморщился - все было очень громко - а потом оцепенел и уставился в стенку, осознав, чья комната за ней. Посидев так секунд десять, он нервно извинился перед Тюлип и куда-то сбежал. Девушка хотела было побежать за ним, но по здравому размышлению, решила оставить его одного. Да и что она скажет? "Мне очень жаль, что Кэсс натурал"? Это звучало бредово даже в голове. Джесси явился к вечеру, изрядно помятый, с содранными костяшками и пьяный в стельку. Его на лестнице встретил Кэссиди. - М-да, падре, по-моему вы в говно, - задумчиво произнес совершенно трезвый и адекватный вампир, придерживая Джесси. Тюлип, наблюдающая за этим сквозь приоткрытую дверь и пьющая коньяк, была удивлена. Адекватный Кэссиди - это что-то вроде холодного солнца: странно, непривычно и совершенно не знаешь, чего ожидать. Кэсс, тем временем хмыкнул, воровато оглянулся и бережно поднял священника на руки. Джесси сразу же отрубился, а Кэссиди, с какой-то нереальной нежностью во взгляде смотря на Кастера, понес того в его номер. Тюлип выдохнула. Она даже не заметила, как задержала дыхание. Это было довольно... мило. А еще это подтверждало, что они влюблены друг в друга. Только вот когда до них дойдет тот еще вопрос. Девушка вздохнула и одним глотком допила оставшийся коньяк. Два слепых барана. На следующее утро они снова начали нормально говорить друг с другом. И, честно говоря, Тюлип была рада даже тупым шуткам Кэссиди, ведь они означали, что все опять в порядке. 4. Отдых в городке был передышкой перед настоящим адом. Грааль занялся компанией всерьез. О'Хара чувствовала себя героем низкобюджетного, кое-как сляпанного боевика: погони, перестрелки, краткая остановка - перевести дух - и снова все по кругу. Это неимоверно выматывало, и Тюлип даже во сне продолжала от кого-то убегать. Они все устали, были на взводе и часто ссорились из-за всяких мелочей. Еще пару недель такой жизни и они бы разругались вдрызг и если сами не перегрызли друг другу глотки, то их бы по одиночке взял Грааль. К счастью, этого не произошло, и с огромным трудом им удалось скрыться от Грааля. Хотя скрыться - это слишком громко сказано, скорее Граалю, как и им, нужно было зализать раны. Да еще и люди у Грааля кончались, нужны были новые самоубийцы, фанатики, готовые умереть, сражаясь за Грааль. Это было бы даже смешно, но если вспомнить кем они были, становилось понятно как именно им удавалось выживать. Итак, Грааль затих, они расслабились, но, как оказалось слишком рано. Одним удушающе жарким вечером, когда солнце уже скрылось, но жара еще не спала, они всей компанией шли по улице. Дело было в так любимом мужчинами Нью-Йорке. Разговаривали в основном Кэссиди и Джесси, Тюлип же изредка вставляла фразу-две. Весь мир казался добрым и милым местом, и хоть это ощущение было обманчивым, Тюлип искренне наслаждалась им. Она просто шла, всей грудью вдыхая пыльный воздух, и улыбалась, чувствуя как уходит напряжение последних недель. Ей было хорошо. Может из-за ощущения безопасности, витавшего в воздухе, может из-за собственной невнимательности, но когда Джесси покачнулся она не обратила на это внимания. Споткнулся об неудачно попавшийся камушек, с кем не бывает? Но когда проповедник начал заваливаться назад, прижимая руку к боку, Тюлип поняла, что что-то не так, а оглянувшись заметила быстро уходящего человека. Она рванулась поддержать падающего Джесси, с ужасом замечая кровь на прижатой к боку руке, но Кэссиди оказался быстрее. В мгновение ока он оказался рядом с Кастером, взял его на руки, застыл, чертыхнулся и побежал в направлении больницы. Тюлип побежала за ним, молясь лишь о том, чтобы Кэссиди успел. Её охватывал ужас только при мысли о том, что Джесси может умереть. В мозгу панически билось лишь "Нет, не смей, слышишь, Джесси Кастер, не смей так глупо умирать!". До больницы они добрались очень быстро, Тюлип разругалась с медсестрой, пытаясь добиться немедленной госпитализации - что ей, к счастью, удалось, иначе она разнесла бы всю больницу - и теперь им оставалось только ждать. Джесси увезли в операционную, а Тюлип вместе с Кэсси остались ждать за дверью. О'Хара молча сидела, неподвижным взглядом уставившись в стенку, вампир же нервно мерял шагами коридор, словно тигр в клетке. Он хмурился, сжимая, руки в кулаки так сильно, что на ладони оставались красные следы от ногтей, то разжимая их. - Надо найти и прикончить того ублюдка, который пырнул Джесси! - яростно сказал он, наконец садясь рядом с Тюлип. - И как ты это сделаешь, а? Ты его видел-то хоть? - Тюлип оторвалась от созерцания стены и посмотрела на вампира. Тот был бледен больше обычного, зол и напуган. Испуг прятался в глубине его глаз и был почти не заметен, но они все-таки был. Это был испуг за священника, за жизнь которого сейчас боролись врачи. Вампир практически зарычал и отвернулся, а его глаза в неверном свете тусклых ламп на мгновение блеснули красным. Как бы тяжело сейчас ни было Тюлип, Кэссиди явно чувствовал себя во сто крат паршивей, а что сказать ему в утешение девушка даже не представляла, так что она просто положила ему руку на плечо. Кэсс недоверчиво посмотрел на нее, но руку сбрасывать не стал, тем более О'Хара сама её быстро убрала. Так они и сидели. Для Тюлип минуты растягивались в года, которые в свою очередь становились маленькими глобальными бесконечностями. Сколько длилась операция она не знала, просто прерывая одну из бесконечностей из операционной вышел врач. Был он высокий, худой и какой-то устало-больной. Тюлип сразу же рванула к нему: - Что с ним? - требовательным и слегка истеричные голосом спросила она. - А кем он вам приходится?.. впрочем, неважно. Он будет жить, но потребуется месяц-полтора полного покоя, чтобы он полностью восстановился. Вы, кстати, молодцы, что так быстро его принесли. Еще немного и мы могли бы его не вытащить, он потерял слишком много крови, - врач слабо улыбнулся и ушел. Тюлип услышала, как за спиной выдохнул Кэссиди. О'Хара без сил опустилась назад на стул. Усталость навалилась резко и беспощадно, захотелось лечь и уснуть прямо тут. Собрав остатки сил, они кое-как добрели до первого встречного отеля, сняли там комнаты и улеглись спать. В ту ночь, первую за множество ночей Тюлип спала без сновидений. С Джесси они увиделись на следующий вечер. Тот был бледен, но бодр и жизнерадостен, и если Тюлип просто отругала Джесси, то вампир просто долго стоял и смотрел на Кастера, после чего выдавил что-то вроде: "Выздоравливай, чувак" и практически сбежал из палаты. Тюлип только плечами пожала на такое поведение. Кастера выписали через три недели. В то время, пока он лежал в больнице к нему периодически заглядывали то Тюлип, то Кэссиди, а иногда оба сразу. А еще Тюлип поняла, что дальше терпеть этого не сможет, и решила им помочь. В самом деле, эти два барана никогда не решатся признаться друг другу, а О'Харе просто надоело ждать. Так что она будет действовать. 5. Действовать у Тюлип получилось, ну... скажем так - не очень хорошо. А если быть полностью честным - из рук вон плохо. Вы когда-нибудь пробовали сообщить человеку, что его лучший друг в него влюблен, даже учитывая, что этот самый человек тоже влюблен? Если нет, то не надо и пробовать, это жутко неблагодарное занятие, Тюлип прочувствовала это на собственной шкуре. Ей хватило ума не сообщать об этом прямо, в самом деле, если такое сказать в лоб, то все просто посмеются, сочтя это не очень удачной шуткой. А все её, даже самые прозрачные намеки, через которые ясно сквозило "Да потрахайтесь вы уже, бесите!" легко и непринужденно игнорировались этими идиотами, и самой большой реакцией было недоуменное поднятие брови. Непрошибаемая публика. А обстоятельства тоже не торопились помогать, радуя постоянными внезапными срываниями с места в духе "Нас опять засекли, съебываем!" и красочными перестрелками. И чего Тюлип только не делала - как-то раз она сняла им один номер на двоих, но они там просто-напросто не ночевали - все было тщетно. Когда она уже была готова сдаться, ей неожиданно повезло. Честно говоря она сама считала это чем угодно, но только не везением. Ей прострелили плечо, какое тут везение? Все было как обычно - ну, по крайней мере для них - перестрелка. Врагов было немного, укрытие она нашла себе удобно, казалось, стреляй да радуйся, ан нет. Джесси и Кэссиди укрылись где-то неподалеку, изредка оттуда долетали обрывки фраз. Все было просто прекрасно - ровно до тех пор как Тюлип замешкалась, уловив в чьей-то фразе слово "люблю", к чему бы оно не относилось, и получила в подарочек лишнюю дырку в плече. То, что нападавший (кстати, оставшийся один) получил аналогичную посылку прямиком в лоб, приносило злорадное облегчение, но рану исцелить не могло. Тюлип выругалась, чувствуя, что слабеет с каждой секундой. Пульсирующая боль в плече казалась невыносимой, лоб покрыла холодная испарина. Она зажала рану рукой и только начала вставать, как к ней подскочили вампир и священник. Увидев бледную, шатающуюся Тюлип, Джесси осторожно помог ей встать, а Кэсс, ничем не заморачиваясь, поднял О'Хару на руки, и, проигнорировав ворчание в стиле "Джесси своего так носить будешь, а меня поставь где взял", кивнул Джесси, веди, мол. Тот без лишних слов быстрым шагом, изредка срываясь на бег, пошел вдоль по улице, благо, запомнил, где здесь находится больница, а Кэссиди пошел следом. В голову Тюлип пришла мысль, что если бы Джесси так же повел вампира прямиком в ад, Кэссиди, не секунды не медля, так же уверенно пошел бы следом. Голова кружилась, мысли путались и все тело облила слабость. В какой-то момент Тюлип потеряла сознание, закрыв глаза и легко соскользнув в спасительную тьму. Там было тихо, спокойно и никаких влюбленных, вампиров и священников - то, что надо для измученной души. +1 Пришла в себя О'Хара уже в больнице. Она чувствовала слабость во всем теле и легкую тошноту, но боли в плече не было. Открыв глаза она увидела чудную картину: около кровати на стульях сидели Кэссиди и Джесси, дремая, причем голова священника покоилась на коленях Кэсси, который свободно откинулся на спинку стула, одну руку положив на Джесси. Наверное, эта сцена была достаточно милой для постороннего зрителя, ну, если не учитывать, что они оба мужчины, но Тюлип лишь горестно застонала, закрывая глаза. Со стороны стульев послышалась легкая возня, а потом осторожный шепот Кастера: - Тюлип? О'Харе захотелось притвориться мертвой или хотя бы спящей, но вместо этого она открыла глаза и уставилась на слегка взъерошенных после сна мужчин. Они оба уже проснулись и сейчас смотрели на Тюлип с почти одинаково-беспокойным выражением лица, причем сидя так близко друг к другу, что даже волос просунуть между ними было затруднительно. Девушка снова застонала и закрыла глаза. Вот почему она сразу не притворилась дохлой, проблем было бы значительно меньше. Тем временем Джесси, окончательно встревоженный её отчаянным стоном, подался ближе: - Тюлип? Может, позвать врача? - Боюсь, врач тут бессилен, разве что психиатр может хоть что-то сделать! - голос был хриплый, но очень злой. - Хотя насколько я знаю, дебилизм не лечится! Как же вы, блядь, уже меня достали. Вот скажите мне, как можно так искренне нихуя не замечать?! Вы же вроде не тупые и не слепые, ну так объясните мне, как, блядь, так можно?! - Ты о чем, Тюлип? - Джесси взволнованно поглядывал на дверь, думая, звать врача или пока рано. - Я же говорил, падре, последняя ампула морфия была лишней, - заметил ухмыляющийся вампир. Он, в прочем, тоже был встревожен. Морфий? Это объясняло и тошноту, и слабость, и навязчивое желание заорать "Да потрахайтесь вы уже!", которому Тюлип сопротивляться даже не собиралась. - О чем я? О вас, два идиота! Сил больше нет смотреть, как вы друг по другу сохнете! - мужчины вздрогнули, синхронно отодвигаясь друг от друга, а торжествующая Тюлип продолжила: - Я, блядь, не слепая, а вот вы, кажется, - да! Я месяца два назад заметила, но молчала - интересно было как вы, мудаки, разбираться будете! И знаете что? Оказалось, что никак, мать вашу! Вы, как два барана, ходили друг вокруг друга и делали вид, что все хорошо. Ну так вот, мои дорогие, если не хотите, чтобы я, как только встану, заперла вас в одной комнате до решения всех ваших проблем, будьте добры - уйдите, и не возвращайтесь, пока не потрахаетесь! Тюлип перевела дух. Эта тирада отняла у нее последние силы, и теперь комната слегка покачивалась перед глазами, и жутко тянуло в сон. Уже сквозь дрему она заметила как мужчины переглянулись, встали и пошли к выходу из палаты, напряженно глядя друг на друга. Ну а может, это ей уже приснилось... Кэссиди и Джесси вышли на улицу и молча побрели в сторону гостиницы. Каждый думал о чем-то своем, но так или иначе их размышления касались монолога Тюлип. В полном молчании, даже ни разу не взглянув друг на друга, они дошли до гостиницы, добрели до нужного этажа, но около номера Джесси Кэссиди внезапно остановился. Кастер без лишних слов открыл дверь, дернул головой, давая понять, что вампир тоже может входить и сел на кровать. Запустил руки в волосы, чувствуя как кровать прогибается под весом сидевшего рядом Кэссиди и неловко спросил: - Так значит?.. - Да. - И что теперь? - Ну, я предлагаю последовать совету нашего милого цветочка, - внезапно ухмыльнулся вампир. Джесси усмехнулся в ответ, и на следующую пару часов все связные разговоры между ними кончились. А где-то в больнице на кровати умиротворенно спала Тюлип, и в кои-то веки сны ей снились просто прекрасные.