Маска друга

      — Не могу поверить в то, что ты все-таки заставила меня сказать это перед ними.       — Ну, я, конечно, не ожидала, что ты сделаешь это так громко, но наш план по сведению чайников сработал. Они поцеловались!       — А ты уверена, что Адриан не соврал опять?       — Даже если и так, они однозначно неплохо провели время. Кстати, у тебя есть планы на вечер?       — Нет.       — Теперь есть.

***

      Маринетт протерла слипшиеся глаза и выползла из-под одеяла. Спустившись в ванную, она сонно привела себя в порядок, но когда посмотрела в зеркало, едва сдержала визг ужаса.       Ключицы покрывают красные следы от укусов Кота.       Пришлось замазать всё тональным кремом, ведь из-за жары спрятать шею практически невозможно. Теперь следы не так сильно бросаются в глаза, но лучше всё же надеть сегодня майку с маленьким вырезом.       Как только Маринетт вернулась в свою комнату, телефон пиликнул, оповещая хозяйку о новом сообщении. Она открыла его, проигнорировав мигающее в верхнем углу экрана, новое задание.       Сразу после того, как Кот Нуар ушел, она нажала на "Выполнено", отключила телефон и не выходила из дома, отправляя куда подальше всех, кто пытался вытащить её из импровизированной крепости. Ночью окна она не закрывала, а лишь прикрыла, чтобы не запустить комаров.       Проклятое задание.       Алья: Я всё понимаю, но этого я не понимаю!       Ты собираешься сидеть дома до конца лета?       В конце концов это когда-нибудь случится.       Это просто вопрос времени.       Маринетт покраснела от одной мысли, что слова подруги могут сбыться. Слишком уж велика вероятность, учитывая недавние события, а если брать во внимание еще и тот факт, что Адриан похоже серьезно настроен...       Не-не-не-не-нет!       Алья: Я знаю, что ты это читаешь.       Хватит меня игнорировать!        Вздохнув, Дюпен набрала ответ.       Маринетт: Я не игнорирую, просто немного волнуюсь >“<.       Алья: Это естественно, подруга. Ты не представляешь, как я с ума сходила, когда Нино сказал, что хотел бы видеть меня у себя дома по ночам не только из-за приставки, но и ради него. Хотя нет, представляешь. Я же тебе все уши об этом прожужжала). Так что это нормально :)       Маринетт: Адриан мне ничего такого НЕ ПРЕДЛАГАЛ!       Алья: :}       — Маринетт! — Сабина открыла люк и заглянула в комнату дочери. — Доброе утро. Спускайся завтракать, а потом поможешь мне в магазине.       — Иду.        Когда мама ушла, Маринетт собрала волосы в привычные хвостики и сменила пижаму на майку и джинсовую юбку. Маринетт больше любит бриджи или шорты, но надо же хоть раз с момента покупки надеть её.       С аппетитом умяв яичницу с беконом и круассан с клубничным джемом, она выползла из-за стола.       — Вот, держи. — Сабина вручила ей красивую коробку, перевязанную розовой лентой. К банту прицеплен листик с адресом и ценой. — Отнеси этот заказ и можешь быть свободна до вечера. Постарайся вернуться к шести.       — Хорошо, мам. — Маринетт перехватила коробку поудобнее и вышла из пекарни.       Яркое солнышко еще не печет, но город уже нежится в тепле его лучей. На душе у Маринетт так же ясно и тепло, она едва ли не подпрыгивает от ощущения невероятной легкости. С двумя светловолосыми проблемами, являющимися одним крышесносительно-невероятным парнем, она разберется потом.       Привычные вездесущие туристы снуют по заезженным маршрутам от одной достопримечательности к другой, время от времени останавливаясь, чтобы сфотографировать что-нибудь красивое или зайти в магазин. Дюпен нравится рассматривать эту разношерстную толпу, говорящую на незнакомых языках. А особенно ей интересна их одежда. Она может найти ту или иную вещь в интернете, но на людях это смотрится совсем по-другому. Как будущий модельер она привыкла замечать детали, делающие облик людей особенным.       Разглядывая прохожих, она сама не заметила, как пришла к нужному дому. Это оказалась небольшая художественная студия, стены которой почти полностью скрыты десятками картин. Пейзажи, абстракции, натюрморты и большие полотна с видами городов, но больше всего здесь портретов.       На звук колокольчика из-за мольберта вышел мужчина с красно-рыжей густой копной длинных, собранных в хвост, волос. На вид ему примерно столько же лет, сколько и папе Маринетт. Только увидев его, Чен сравнила его со своим одноклассником.       — Добрый день! — она протянула коробку мужчине. — Вы случайно не Месье Куртцберг? Я одноклассница Натаниэля.       — А ты случайно не Маринетт Дюпен-Чен? — из двери, ведущей во внутреннюю часть дома, вышла приветливая симпатичная женщина с точно такими же волосами, разве что на пару тонов темнее, чем у мужа. — Он много рассказывал нам о тебе.       — Да, это я. — Маринетт не смогла сдержать улыбку. Полностью рыжая семья показалась ей милой и забавной. Интересно, у Ната есть братья или сестры?       — Пап, ты не видел мою... — вслед за мамой в студию вошел и сам Натаниэль. Увидев Маринетт, он стушевался, а широко-распахнутые глаза заметались. — ... пастель?       — Я взял её, потому что моя закончилась. — ответил отец.       — Привет! — Маринетт улыбнулась и помахала ему, на что он невнятно буркнул что-то похожее на "здравствуй". Маринетт осмотрела помещение. — Натаниэль, здесь есть твои работы?       — Нет, я... — начал было он.       — Нет, Нат стесняется выставлять их на продажу. — перебила его мадам Куртцберг. Нат же захотел провалиться сквозь землю. — Хотя они замечательны, и мы думаем, что набравшись опыта, он без труда обойдет нас в мастерстве! Кстати, не хочешь посмотреть? — Натаниэля прошиб холодный пот. Парень изо всей силы замотал головой из стороны в сторону, намекая на то, что соглашаться не стоит. А мама тем временем продолжила. — Они в его комнате.       Маринетт всегда замечала, что Нат неохотно показывает свои рисунки другим, пусть они и правда очень красивые, и потому она списала его реакцию на привычную стеснительность.       — Если можно, то с удовольствием!       — Иди за мной. — Натаниэль обреченно поник, пряча глаза под длинной челкой и развернулся назад, кивнув ей, чтобы следовала за ним.       Они поднялись на третий этаж, и Нат, грустно вздохнув, открыл дверь из светлого дерева. Маринетт вошла в комнату и восхищенно открыла рот, бегая глазами по еще одной, менее просторной студии. Комнату заливает солнечный свет, а ветер колышет молочно-голубые шторы, задевая эскизы, приклеенные к стенам, и если в магазине еще есть маленькие просветы между картин, то здесь совершенно невозможно угадать цвет стен.        Дюпен рассматривает прекрасные, словно живые, цветы, бушующие моря, парки и сады в лунном свете, а также захватывающие виды ночных и утренних городов. Если не брать во внимание легкие мазки кистью, то можно принять некоторые картины за фотографии. Не смотря на обилие творческих работ, которые помимо стен еще и аккуратно сложены в углу, мебели здесь по-минимуму.       — Нравится? — Натаниэль наконец расслабился, облокотившись о дверной проем, и рассматривает по-детски восторженное лицо любимой девушки. Ах, если бы она согласилась позировать ему...       — Они прекрасны! — она одарила художника восхищенным взглядом, заставив его сердце пуститься в пляс. — А портреты ты больше не рисуешь?       Счастливый пляс закончился, не успев толком начаться.       — Ну... чаще всего это просто наброски в блокнотах. — Он замялся и неловко потер шею.       — Пожалуйста, покажи! — сама Манон позавидует этим умоляющим глазкам.       — Хорошо. — рыжий не сопротивляется её очарованию. — Но их сначала нужно найти. — он подошел к столу, открыл ящик и приступил к раскопкам среди разных бумажек.       — Кстати, как там игра? Ты справился с тем заданием? — Маринетт продолжает изучать полотна.       — Нет. — после секундного молчания он пояснил. — Я вышел из игры в тот же день.       — Оу, мне жаль. — ей не стоило поднимать эту тему.       Особенно сильный порыв ветра ворвался в комнату и захлопнул дверь, заставив Маринетт подпрыгнуть.       — Извини, постоянно забываю установить на двери магнитное крепление, чтобы она не закрывалась сама. — донесся голос художника из под завала бумаги. (На его столе настоящий творческий хаос.) — По ночам часто просыпаюсь от этих хлопков.       — Да уж. — Маринетт рассмеялась. — Я бы после такого не уснула .       Дверь скрывала от Маринетт еще несколько картин, прислоненных к стене и накрытых белой тканью. Съедаемая любопытством, она незаметно подошла к ним и приподняла один край. К сожалению. она увидела только колонну, увитую плющом. но сразу отметила, что над этими работами Натаниэль работал кропотливее, чем над остальными, о чем говорит качество и сложность.       — Вот они! Правда здесь в основном ЛедиБаг, Злолюстратор и... — Рыжий обернулся. — Стой!       Он подбежал к ней и схватил за локоть, но Маринетт дернула рукой, и ткань соскользнула к её ногам, открывая взгляду портреты.       Маленькие и большие, светлые и темные, акварель и масло, на некоторых с самим Натом или с его альтер-эго Злолюстратором, но на каждой изображена Маринетт. И на нескольких без одежды. Конечно, самое важное место везде скрыто цветами или тканью, но в остальном... Нат очень постарался. Девушку напугала реалистичность картин. Он же никогда не видел её голой, тогда откуда?!       Она повернула ярко-красное лицо к не менее красному (и не только из-за цвета волос) Натаниэлю, удивленно и растерянно вглядываясь в него. Парень попятился и отвернулся в сторону, скрывая стыдливый взгляд под челкой. В одной руке он сжал карандаш, а другой помял листы в блокноте.       — Да, Маринетт, я пишу тебя. — не смотря на смущение, в его тихом голосе уверенность. Он не пытается найти оправдания. — Извини, но ничего не могу с собой поделать.       Она и подумать не могла, что у скромного художника такое хобби, но не испытывает к этому отвращения. В их возрасте часто появляются такие фантазии (и не только такие), так что нельзя винить в этом парня. Тем более она сама влезла туда, куда не надо было, а он ведь предупреждал. Любопытство её никогда до добра не доводило.       — Ох, Нат... — она не знает, что сказать.       — Ну же, давай! — он уже готов к самому худшему развитию событий. — Влепи мне пощечину, с визгом выбеги из комнаты! Заслужил.       Маринетт впала в ступор. Это было неожиданно и очень смущающе, но она бы в жизни его не ударила.       — Я всё еще испытываю к тебе определенные чувства, Маринетт, но знаю, что могу рассчитывать только на дружбу. — парень не смотрит ей в глаза, старательно изучая кеды. — Мне остаются одни фантазии и рисование, эту битву я давно проиграл. — он наконец поднял взгляд. — Ты ведь любишь Агреста, так?       — Откуда ты?!       — Было не трудно заметить твой нежный взгляд, в то время как я смотрю на тебя точно также. — убедившись, что сбегать девушка не собирается, Натаниэль решился приблизиться. — Я не претендую на тебя. И, — он замолчал, подбирая слова. — и я рад, что ты не сбежала, как только увидела это.       — Нат, они очень реалистичные и достоверные. — она заставила себя вновь посмотреть на портреты. — Это даже пугает.       — Т-ты не подумай, что я где-то увидел тебя без одежды или подсматривал за тобой! — он разнервничался и замотал головой. — Просто фантазия хорошая. Образная.       — Верю на слово. — она смутилась от его слов даже больше, чем от собственного почти полностью обнаженного тела на плакатах. — Не п-подумай, что я тебя осуждаю, меня и саму всякие мысли посещают, то есть, я конечно не рисую, но, — она совсем разочаровалась в своих речевых способностях — в смысле, если это только рисунки, — она мысленно врезала себе за обзывание этих шедевров "рисунками" — то я, наверное,.. не против?       — Правда?! — Нат счастливо обнял её за плечи, заставив девушку испуганно замереть. — Ты первая, кто их увидел. Я и мечтать не мог, что тебе может понравиться.       — Я бы не сказала, что мне это нравится. — она нахмурилась.       — Но ты не осуждаешь меня. — подхватил Куртцберг и отпустил её из объятий. - Я могу после этого оставаться твоим другом?       — Как пожелаешь! — Маринетт улыбнулась.       — К сожалению, — он осторожно коснулся ладонью её лица. — желаю я совсем не этого.       Маринетт замерла, вглядываясь в голубые глаза, пока он подушечкой большого пальца гладит её щеку. Нужно срочно отстраниться и попытаться пресечь попытки ухаживаний, но она не хочет обидеть художника.       — Нат...       — Изменяем, значит? — расслабленный и самоуверенный, но в то же время угрожающий, как стальной клинок под шелковой накидкой, голос заставил их отпрыгнуть друг от друга.

***

      Адриан видел, как Маринетт зашла в магазин, принадлежащий родителям Натаниэля.       Пятнадцать минут назад.       Что она там может делать так долго?       Адриан трансформировался в Кота Нуара и подошел ближе к магазину, чтобы заглянуть в окно. В зале её нет. Внутри Адриана заворочалась колючая змейка ревности, не давая адекватности придумать для девушки более-менее нормальное оправдание для задержки.       Может её пригласили посмотреть картины? Погодите, родители Куртцберга здесь, а значит... Она с Натаниэлем наедине.       Кот Нуар запрыгал по зданию,заглядывая в каждое окно, пока не увидел.       Как этот мямля смеет касаться ЕГО Маринетт?!       — Изменяем, значит? — он постарался не показать своего гнева, но угроза слышится явно.       — Мурцесса, Адриан не обрадуется, если я скажу ему, что видел тебя в спальне другого парня. — он облокотился на оконный проем, эффектно выделяясь на фоне, залитого солнцем, Парижа и развевающихся штор. — Я уже молчу про твоего скромного слугу.       — Ты-то здесь причем? — попытался заступиться за подругу Натаниэль. — Я пригласил её посмотреть мои работы.       Нуар полностью проигнорировал его слова и без приглашения зашел в комнату.       — Мы уходим. — черный герой взял её на руки, держа за спину и подхватив под колени. Маринетт тихо запищала, когда юбка слишком сильно всколыхнулась, и попыталась прижать её к ногам. Осознав свою ошибку, (а также увидев абсолютно овальные глаза Натаниэля на томатном лице), Кот закинул девушку на плечо, собственнически придерживая её за упругую округлость, которую эта самая юбка прикрывает, и выпрыгнул в окно.       От неудобства, волнения и стыда, Маринетт впилась пальцами в его плечи, покрытые гладкой черной материей, и стараясь не клевать носом его спину. Перемахнув с десяток крыш, Кот наконец опустил её на одну из них.       — И что это было? — он недовольно сложил руки на груди, ожидая объяснений.       — Это я должна спрашивать у тебя, что ты творишь?! — Маринетт клокочет от негодования. Да, Нат положил руку ей на лицо и говорил всякую чепуху про свои чувства, но он сам дал ясно понять, что не претендует на что-либо большее, чем дружба.       — Я пришла в гости к другу, а ты бесцеремонно ворвался в его комнату, вытащил меня без моего согласия, да еще и облапал прямо у него на глазах!       — Оу. — Кот театрально приложил ладонь ко лбу. — Как я не догадался, вот же идиот! — он игриво оскалился. — Мяуцесса предпочитает более приватную обстановку?       — Кот Нуар! — почему каждый раз, когда он притаскивает Маринетт на крышу, у неё так чешутся руки потягать его за уши, причем совсем не так, как Адриана на кухне.       — Что? — наглое котоподобное существо сияет белоснежной улыбкой.       — Я имею полное право дружить с кем захочу. — Маринетт ткнула его пальцем в плечо. — Натаниэль сам сказал, что он мне — только друг. С чего тебе ему не доверять?       — Он рыжий. — отмахнулся Кот. Ну не объяснять же ей, что он приревновал.       — И вообще, почему ты... — она сделала шаг к нему, но поскользнулась на гладкой наклонной крыше и покатилась к, прилегающей к ней, стене. Нуар стремглав бросился за ней, смягчая падение собой. Извернувшись под девушкой, он уперся ногами в кирпичную стену, останавливая падение.       Маринетт от испуга схватила кота за плечи, и похоже расцарапала одно колено, так как оно немого саднит. она села, хлопая удивленными глазами.       — Ох, Маринетт... — невольно вырвавшийся стон Кота Нуара превратил её в статую на минном поле. — Какая же ты шустрая.       Она и правда сидит на мине, а точнее на верхней, не менее опасной части его бедер и прижимает его к металлической крыше. В юбке. Сжимая его ногами по бокам. Его руки легли на её талию, и когти покалывают кожу сквозь майку.       Если Маринетт когда-нибудь и сменит фамилию, то будет зваться Маринетт Томат-Чен.       Всё внутри сжалось от страха и совершенно нелогичного трепета.       Связь между мозгом и телом потеряна. Проверьте соединение.       — Нравится быть сверху? — парень самодовольно изогнул бровь под черной маской, глядя на её милую вытянувшуюся мордашку.       Сейчас или никогда.       — Кот Нуар, что тебе от меня нужно? — выпалила она, смотря ему в лицо. — Зачем ты всё это делаешь?       — Что именно? — он забрался руками ей под майку, оставив их на талии, и поглаживает кожу указательными пальцами. Этим он не дает ей сосредоточиться.       — Хватит похищать меня, когда вздумается, вламываться в мою комнату, целовать, оставлять укусы на шее... — начала перечислять Маринетт.       — Ты не хочешь, чтобы я это делал, — в его глазах сверкают озорные огоньки, а губы скривились в шальной усмешке — или ты не хочешь, чтобы это делал я, а не Адриан.       Маринетт поперхнулась воздухом.       Агрест хочет над ней поиздеваться? И что она должна ответить, зная, что под маской Адриан? Наверняка он сейчас очень доволен собой.       — Ну же! — Нуар плавно опустил руку на юбку, очертив изгиб бедра, и начал медленно задирать ткань вверх. По спине Маринетт прокатилась ощутимая волна мурашек. Девушка молниеносно перехватила его пальцы, но руку убрать не смогла. Она попыталась приподняться, заерзав, но Нуар не дает оторваться от себя ни на миллиметр, удерживая её за талию и ногу. — Мурцесса, ты не могла бы не прыгать, иначе сидеть тебе станет не так удобно. И носи почаще юбки. — он обаятельно подмигнул в свойственной ему одному манере. — Так мне ничто не мешает полностью тебя чувствовать.       Маринетт вспыхнула и еще активнее задергалась. В момент опасности спандекс их костюмов становится прочной броней, защищающей от ссадин и синяков, но сейчас это всего лишь очень тонкая облегающая, и дающая повод фантазиям, ткань. Кот опять не сдержал (или не захотел сдерживать) приглушенный стон, отозвавшийся в груди у девушки колокольным звоном, упавшего в пропасть, сердца.       — Маринетт, этот кот не игрушечный. — Нуар прикрыл глаза, не разрывая зрительного контакта с ней. — Ты даже не представляешь, насколько я чувствительный.       — Ты сам меня удерживаешь! — наконец нашла в себе силы возмутиться она.       — Я еще не получил ответ на свой вопрос. — Возразил тот.       — Я тоже не получила, так что мы квиты. — она старается вообще не шевелиться, чтобы, не дай Акума, не завести напарника и не искушать себя. — Отпусти!       — Сначала ответь, затем, возможно, я отвечу на твой вопрос и только потом, может быть, отпущу. — задумчиво протянул он.       — Сомнительная перспектива. — высказала своё мнение по этому поводу Маринетт. Но что ей остается? — Ладно. - она зажмурилась и напряглась. — Я...       — Ты... — поторопил Кот.       — Пожалуйста, убери руки. — взмолилась синеволосая. — Я не могу это сказать, когда ты прижимаешь меня к себе.       — Как пожелаешь, куколка. — он положил ладони на металлическую крышу и приподнялся на локтях.       — Кот, я... — она глубоко вздохнула и рывком подорвалась с места, оттолкнувшись ногами от крыши. — ...должна идти!       Она со всех ног припустила к пожарной лестнице. Сейчас здесь нет Маринетт Дюпен Чен. Есть только ловкая храбрая ЛедиБаг, которой пора убираться отсюда, иначе напарник (поднявшийся на ноги и очень недовольный напарник) опять прижмет её к чему-нибудь.       — Ну кто же так поступает, Маринетт?       — Я! — бросила она через плечо и побежала вниз, перепрыгивая по нескольку ступенек за раз.       И не скажешь, что это она упала на ровном месте несколько минут назад.       Кот из солидарности позволил ей спуститься на асфальт, и только тогда начал погоню. Их обоих с головой охватил азарт и ни один не желает проигрывать.       Маринетт нырнула в сплетение узких улочек и проходов, соединяющих их. Главное — добежать до какой-нибудь оживленной улицы. Там Кот не решится лезть к ней на глазах у всех.       Ей удается держать дистанцию в пару десятков метров, но так будет не долго. Кот в костюме и намного выносливее, чем она. Маринетт петляет, заворачивая в последний момент в тот или иной переулок, резко меняя направление, и Нуара заносит вперед, прежде чем он возвращается на нужный маршрут.       Сердце оглушительно стучит в груди, а волосы развеваются от быстрого бега.       Шаг. Шаг. Поворот. Перепрыгнуть через мусорный бак. Обогнуть нелицеприятную лужу машинного масла. Добежать до нужного поворота и опять по новой.       От погони захватывает дух. Кот знает, что гонится за ЛедиБаг, но он был приятно удивлен тому, что Маринетт не уступает ей в скорости. Зрачки зеленых глаз по-кошачьи сузились, поддаваясь инстинктам охотника. Бесшумные грациозные движения настоящего уличного кота, не скрывают силу и опасность, присущие его диким собратьям.       Маринетт повернула в последний раз, набирая скорость для завершающего рывка. До мелькающего потока машин и людей остается каких-то пятьдесят метров по узкому проходу между многоэтажек.       Еще немного.       Её резко хватают за локоть и рывком прижимают к кирпичной стене. Маринетт успела лишь сгруппироваться, чтобы не удариться головой.       — Поймал! — выдохнул парень.        Мускулистая грудь под материалом костюма тяжело вздымается от глубокого горячего дыхания, как и её. Сердце никак не может успокоиться и вернуть привычный ритм.       Маринетт поймала его, всё еще кошачий, взгляд. Узкие, почти вертикальные зрачки расширились, гипнотизируя Маринетт, как только она посмотрела ему в глаза.       Победителю полагается награда.       Без лишних слов Нуар захватывает её губы в плен, кусая и рыча от того, как она руками гладит его грудь и плечи.        В этот раз он не собирается церемониться и берет всё, что пожелает. Это еще одна гонка, в которой он планирует одержать окончательную и безоговорочную победу.       Маринетт теряет голову от его рваного опаляющего дыхания на своей коже. Зарывается пальцами в его мягкие волосы, сжимая их и выбивая из парня, едва слышимый, рык. Адреналин после бега еще играет в крови, делая движения быстрее и резче. Адриан держит руки на стене, давая Маринетт некоторую свободу, позволяя смело изучать рельефности костюма.       Когда воздуха стало котострофически мало, он отпустил её покрасневшие губы, чтобы отдышаться. Маринетт, следуя порыву, поцеловала тонкую полосу кожи на шее над колокольчиком, и провела по ней языком, вызывая дрожь у Нуара. Высокий воротник его костюма не позволяет сделать больше.       Кот отстранился, вглядываясь в её затуманенные глаза.       — Мне нужна ты. — ответил он на её вопрос. — И я от тебя не отстану. Ты выберешь меня.       Он сделал пару шагов назад и поднялся на крышу. Ему нужно остыть.       Маринетт еще какое то время восстанавливала дыхание, облокотившись о стену, к которой её прижимал Кот Нуар. Но в кармане запищал телефон, возвращая к реальности, чтобы тут-же погрузить обратно в мечты.       Адриан: Через полчаса в кофейне. Жду.       Маринетт запомнила адрес, и, улыбнувшись экрану, вышла из закоулка между домами.       Она так сильно выбила Адриана из колеи, что он опять хочет её увидеть?       И совсем не факт, что увидеть.