Маска друга

      Стон Адриана эхом отдается в сознании Маринетт, и она пытается удержать соблазн сжать кольцо своих ног и сильнее надавить на него. Голос этого парня способен заставить её желать большего, слышать его снова и снова, позволять то, что еще десять минут назад казалось неприемлемым.       Когда Кот в первый раз потерся о её грудь, это было похоже на поток взрывных импульсов, разбегающихся по коже. И она с удовольствием повторила бы это.       Дюпен-Чен немного удивилась, когда он отстранился, продолжая удерживать её запястья над головой. Дыхание полностью сбито, а тело требует опять прижаться к нему, но несколько разозленный решительный взгляд зеленых глаз не дает покоя и настораживает.       — Плагг, конец трансформации.       Голубые глаза широко раскрываются в ужасе от этих слов, но Маринетт успевает зажмуриться и отвернуться в тот момент, когда по его ногам начинает бежать вверх ярко-зеленая вспышка.       Нет, нет, нет! Зачем?! Почему ты даже не додумался предупредить, не говоря о том, чтобы спросить мое мнение на этот счет? Я же умру от стыда, когда увижу твое лицо. Агрест, ты что творишь?       Она чувствует, как перчатки исчезли, и её рук касается мягкая горячая ладонь Адриана. От этого по спине прокатывается волна мурашек.       — Идиот, что ты сделал?! — гневно озвучила свои мысли она, изворачиваясь под ним и пытаясь вырваться, но её усилия тщетны. — Нельзя открывать свои личности! ЛедиБаг тебя убьет!       — Её здесь нет. — Кот-Нуар-без-маски опустился к её шее, опаляя кожу горячим дыханием. Он не спешит, давая ей свыкнуться с мыслью, что на нем нет костюма, и улыбается. — Мурцесса, можешь открыть глаза, могу тебя заверить, что в повседневной жизни я не чудовище.       — Извините, что мешаю! — вкрадчивый шёпот Адриана прервал нахальный голос, принадлежащий, как поняла Маринетт, его квами. — Ты ведь Маринетт, так?       — Да. — Дюпен повернула голову в сторону звука и медленно приоткрыла один глаз, но убедившись, что в поле зрения не попадает блондин, открыла и второй. Рядом с её лицом висит черное существо, похожее на котенка. Именно его она видела дома у Адриана, когда вломилась в его ванную. Светящиеся в полумраке комнаты кислотно-зеленые прищуренные глаза смотрят на девушку. — А ты квами?       — Ты знаешь, кто он? — попытался изобразить удивление Агрест.       — ЛедиБаг рассказывала о вас. — пояснила она котенку, проигнорировав владельца кольца.       — Да. — коротко ответил волшебный кот. — У тебя Камамбер есть?       — Плагг, не начинай… — страдальчески протянул Адриан над девушкой, но Маринетт опять проигнорировала его.       — Да, внизу в холодильнике есть немного. Мой папа его тоже любит. — улыбнулась она квами. — Если не хватит, можешь взять Чеддер. Сможешь достать его сам?       — Маринетт, не потакай ему! — возмутился парень, но так и остался без внимания, словно Агреста здесь и нет. Дюпен до сих пор не удостоила его взглядом. — Этот комок ехидства может съесть кусок сыра намного больше, чем он сам!       — Мое сердце принадлежит Камамберу, но спасибо за предложение! — довольно завис в воздухе Плагг, рассматривая своего подчиненного и его девушку. — Пацан, я тут подумал, а тот ли человек стал Котом Нуаром? Тут на твое место сразу две кандидатуры появились. — кошкоподобное существо захихикало. — Маринетт, как у тебя и твоего отца с физической подготовкой?       Девушка засмеялась вместе с черным квами, пока Адриан недовольно смотрел на них.       — Плагг, оставь нас!       — Понял, пацан. — маленький кот достаточно мудр, чтобы понять, когда действительно следует оставить людей наедине. Всё-таки его опыт измеряется тысячелетиями, … а еще на кухне его ждет одна крайне милая красно-черная квами.       Когда квами прошел сквозь люк, в комнате повисла напряженная тишина. Маринетт вновь закрыла глаза. Она просто морально не готова увидеть Адриана. Да, она уже представляла, как они открываются друг другу, но это всегда было по обоюдному согласию со всеми вытекающими признаниями.       Возбуждение обоих поутихло с того момента, как Кот отменил трансформацию.       — Принцесса, неужели без маски я тебе настолько противен? — Маринетт почувствовала, как свободной рукой он обхватил её лицо, и ярко представила его жалобное лицо. — Ты даже не представляешь, как сильно я хотел её снять.       — Но ты не спросил об этом меня…       — Я боюсь сделать тебе больно. — прервал её Адриан. — Я хочу объяснить и рассказать, как и когда полюбил тебя, в какой момент ты стала для меня самой главной на свете. Но я не могу объяснить это, не показав настоящего лица. — его голос серьезен, но в то же время лучится нежностью. Парень опустил голову ей на плечо, его мягкие волосы щекочут покрасневшие щеки Маринетт. — Я хочу разобраться со всем этим: с твоими чувствами к Адриану, с тем, что ты испытываешь ко мне, в своих собственных мыслях.        Дюпен стало бесконечно жаль его. Она не смотрела на ситуацию с этой стороны. А ведь Адриан, как и она — обычный человек, который может сомневаться, испытывать страх и волнение, который хочет избавиться от тайн между ними.       — Пожалуйста, посмотри на меня. — он приподнялся на согнутых в локтях руках.       Ну, когда-то этот момент ведь должен был наступить…       Маринетт зажмурилась, поворачивая голову к нему. Она чувствует его теплое дыхание, и от этого успокаивается. Подумаешь, сейчас увидит лицо любви всей жизни! Подумаешь, придется рассказать ему, что она ЛедиБаг! Потом нужно всего-то успокоить его и попросить не ненавидеть её за то, что она его отвергла несколько дней назад!       Маринетт глубоко вздохнула, собираясь с силами, и резко распахнула глаза, чтобы увидеть… Кота.       — Кот?! — что она и озвучила, совершенно растерявшись.       — Что, Мурцесса? — улыбнулся так, как умеет только он.       — Ты… — она смотрит в бесстыжие зеленые глаза без вертикальных кошачьих зрачков. Отойдя от первого шока, Дюпен поднимает руки к его лицу, зарывается пальцами в светлые мягкие, привычно растрепанные локоны, касается кожи лица и задевает тканевую маску. Она нащупывает ленту в его волосах, и Нуар не сопротивляется, когда она находит бант на затылке. Он не пошевелится, даже если она дернет за черный атлАс.       Она мягко водит руками по его лицу и голове. Видит, что бархатные накладные кошачьи ушки, отличающиеся от нуаровских, крепятся к волосам невидимками. Маринетт опускает взгляд на его тело и видит черную майку без рисунка, такие же черные джинсы и серые кеды. Затем возвращает ошарашенный взгляд к его лицу.       То есть, он всё время был… и разыграл этот спектакль…       Обычно Маринетт редко злится.       — Кот Нуар, как это понимать?! — она гневно уставилась в его глаза, в которых весело пляшут озорные огоньки. — Ты мог сразу сказать, что в маске! И эти все речи о чувствах… Да ты хоть знаешь, как напугал меня, сняв трансформацию?! — Маринетт приподнялась на локтях, заставляя Нуара отодвинуться от неё, встать на колени и вытянуть руки, чтобы сохранить дистанцию. — Придурок, так нельзя шутить!..       — Сними её. — просто сказал он, чем прервал её праведный монолог. — Ты в любой момент можешь дернуть за ленту и узнать, кто я. — он внимательно следит за тем, как она притихла и внимательно слушает его. — Я полностью доверяю тебе. Не только свою личность, — он приближается к её губам, надеясь, что его не оттолкнут, замирая в каком-то жалком миллиметре, — всего себя.       От его слов она опять смутилась, а сердце затрепетало от волнения. Синеволосая хотела бы отвести взгляд от его лица, но это обидит Адриана.       — Дурак. — Маринетт осторожно припадает к его губам, нежно целуя, пытается вложить в это прикосновение свои чувства и спутанные мысли. Она вздрагивает, когда теплые пальцы, не скрытые спандэксом, переплетаются с её. Она чувствует его пульс и это кажется особенно невероятным в данной ситуации. В ответ она приоткрывает губы, впуская Адриана, и кладет свободную руку на его плечо, поглаживая. Кот пользуется этим, активнее целует и проводит своим языком по её, дразня.       Пульс Маринетт учащается, что не остается незамеченным со стороны парня. Он улыбается уголками губ, садится на пятки, поднимает девушку за собой, не разрывая поцелуя, и устраивает её на своих коленях. Всё-таки он всё это время продолжал находиться между её ног. Маринетт открывает глаза, всполошившись от смены положения, позволяет сделать это и обхватывает его ногами для удобства, но всё еще не прижимается к его паху, оставаясь на небольшом расстоянии.       Адриан освобождает руки и кладет ей на талию, ненавязчиво запустив их под майку. Маринетт это кажется несправедливым, и она гладит его плечо и грудь под тканью, а второй рукой не больно хватает его волосы на затылке, слегка оттягивая назад.       Парень приоткрывает глаза, и Маринетт теряет способность дышать, видя, как его зрачки расширились настолько, что зеленой радужки почти не видно, но Адриан напоминает ей о потребности в кислороде, плавно проводя ладонью по её спине вверх. Маринетт дрожит в его объятиях и Адриан с наслаждением касается её.       Сколько же он мечтал об этом моменте. Моменте, когда он сможет спокойно касаться её, не боясь повредить нежную девичью кожу, ведь та царапина на её животе с прошлого раза еще не прошла. Адриан грезил о том, как сможет вот так сжимать её в кольце своих рук, как услышит её тяжелое частое дыхание.       Она — ЛедиБаг. Маринетт — только его Леди.       Утихшее было возбуждение появляется вновь, радуясь отсутствию некоторых границ.       Когтей нет, а значит, ничто не мешает ему зайти дальше, не мешает вытягивать из неё стоны, которые, несомненно, на этот раз будут громче. Блондин кладет свободную руку ей на поясницу, притягивая вплотную к себе, и не может сдержать короткий стон, когда она ощутимо прижимается к напрягшемуся органу под тканью джинс.       — Кот, мы… — она пытается отстраниться, но он удерживает её на месте, и в итоге Маринетт трется о него. Адриан едва не закатывает глаза от ярких ощущений. Дюпен видит это и краснеет еще больше. — Мы не можем зайти дальше, — она пытается не смотреть ему в глаза, — прости.       — П-почему? — его голос сел, и слова даются с трудом.       — Я… — она замялась. — Это вообще все не правильно. — мысли спутались в клубок. Было бы намного проще, если бы он всё же снял маску в начале. — Адриан… — она обессиленно утыкается лбом в его плечо, — ты сам понимаешь.       Кот обнимает её за плечи. Он не может заставлять её, пусть даже готов сейчас-же в клочья порвать одежду на ней. Без её разрешения он и пальцем её не тронет.       — Одно слово и я уйду. — он прижимается к ней плотнее. — Мы договаривались, что если тебе что-то не понравится, то я покину этот дом.       Маринетт крепко обхватила его, обнимая. Как она может сказать такое ему после всего?       — Мяуцесса? — он отпускает её и немного отстраняется, приподнимая лицо указательным пальцем за подбородок, и ловит взгляд небесно-голубых глаз.       — Я… — она мнется и кусает губу, боясь сказать, что ей не понравилось. Тем более она не может выпустить его на улицу. Не факт, что Плагг уже восстановил силы, а заставить Адриана Агреста шастать в черной маске, да еще и с эрекцией по ночному Парижу… ей совесть не позволит выгнать его.       — Мне понравилось. — сдалась она. — Останься.       Кот не поверил своим ушам.       — Ты правда хочешь…       — Нет! — она сжала руками ткань его черной майки, и опустила взгляд на его ключицы. Ей стыдно говорить это, смотря в зеленые глаза. — Сегодня… секса не будет. — последние слова она сказала тихо, боясь, что от смущения вспыхнет.       — Тогда зачем ты меня оставила? — Адриан внимательно смотрит на неё. — Понимаешь ли, Мурцесса, — он опускает одну руку чуть ниже поясницы и сильнее придвигает девушку плотнее к себе, морщась от ощущений, когда Маринетт испуганно вздыхает, — есть одно дело… — парень поглаживает другой рукой её спину, — …которое не может долго терпеть. И мне надо бы справиться с этим. — она ярко чувствует его затвердевший член сквозь шорты. — Поэтому я… не могу остаться без продолжения. Мне нужно уйти. — потому что он не может поставить свои потребности выше её просьбы не заходить дальше.       Он сегодня уже подавливал желание утром, и совсем не уверен, что этот трюк со льдом сработает снова. Проще уж как-нибудь добраться до дома и выпустить напряжение, не мучая себя.       Маринетт знает, что несколько эгоистично доводить его до такого состояния, но не хочет отпускать. Она могла-бы предложить ему свою ванную, но это кажется глупой и неправильной идеей.       — Я… — она мысленно собирает всю храбрость и уверенность, чтобы не начать заикаться, рассказывая о своей идее, но щеки и уши горят огнем, а от ощущения его плоти между ног, пусть их и разделяет двойной слой ткани, хочется лезть на стенку. — Я могу помочь. — Разом говорит она, смотря в его глаза.       Адриан пару раз моргает в растерянности, прежде чем до него доходит смысл.       — Как? — он перестает гладить её спину и кладет ладони на выпирающие тазовые косточки. Но тут его озаряет. — Ты и правда, сделаешь это?!       — Я, — она пытается подобрать слова, но это дается ей слишком тяжело.       — Не заставляй себя. — Кот радуется, что пока они говорят, возбуждение медленно, но утихает. — Я не могу просить тебя об этом, если ты не хочешь!       — Я Хочу! — против воли вырывается из неё, и Маринетт в ужасе захлопывает рот ладонью.       — Что?       Он же сейчас не ослышался?       — Я сказала, что тоже хочу этого. — бубнит она.       Кот настолько удивлен, что совершенно не реагирует, продолжая во все глаза пялиться на неё. Чтобы получить хоть какой-то ответ, Дюпен трется о него, и Адриан тяжело выдыхает.       — Маринетт… — он едва не стонет. — Черт, да, пожалуйста!       Чтобы было удобнее она слезает с Кота и просит его облокотиться о спинку кушетки. Адриан подкладывает подушку под спину и помогает девушке снять с себя майку, скинув её на пол вместе с телефоном. Ничто не должно мешать. Маринетт не может больше терпеть и сама ловит его губы, беря инициативу в свои руки. Её ладони мягко скользят по его торсу, гладя рельефный пресс, поднимаясь к груди, и касаясь плеч.       От того, что он наполовину голый так и хочется прижаться к нему всем телом, но Маринетт понимает, что сейчас не до её желаний. Нужно помочь ему, не обращая внимания на стеснение. Что только не сделаешь для любимого парня…       Пока он нежно поглаживает её поясницу, Маринетт отпускает его губы и опускается к шее. До ближайшей фотосессии остается несколько дней, так что она позволяет себе слегка втянуть загорелую кожу, оставляя красноватый след.       Адриан прикусывает губу, когда тонкие пальцы нерешительно касаются холмика в его джинсах. О том, что происходит сейчас, он мечтает уже давно, но он и представить не мог, что ощущения будут столь яркими. Зеленые глаза закрываются от удовольствия, когда Маринетт покрывает поцелуями выпирающие ключицы, одновременно поглаживая его стояк.       Она с шелестом расстегивает молнию, и помогает парню приспустить джинсы. Адриан выдыхает с облегчением, когда его член избавляется от давления грубоватой ткани, но вздох тут же переходит в тихий стон. Маринетт положила ладонь на головку под тканью черных боксеров и слегка надавила. Адриан видит, как покраснело лицо девушки и притягивает её для поцелуя, но Дюпен не задерживается на его губах, опускается к шее, проводит влажную дорожку языком, продолжая двигать рукой.       Только блондин закрыл глаза, расслабляясь, — они резко распахнулись от неожиданности и волнения. Он опустил взгляд вниз, чтобы увидеть, как Маринетт оттянула ткань нижнего белья и прикоснулась к его плоти пальцами. Девушка всё еще покрывает ключицы поцелуями и слабыми укусами, так что он не видит её лица.       Зато чувствует, как горят её щеки.       — Мари… — голос охрип, и имя застревает в горле. Мягкие губы идеальной формы приоткрылись. Адриан дышит часто и не может контролировать звуки, издаваемые им.       Твердый член покраснел от поступающей к нему крови, и на головке выступили капельки смазки, и мягкая ладонь размазала их по стволу. Ощущения обострились.       Перед зелеными глазами бегают искры, и Адриан запрокидывает голову, чем тут же пользуется Маринетт, целуя его выступающий кадык.       А если…       Он сжимает руками края её майки и тянет вверх. Маринетт не сопротивляется этому, но всё внутри сжимается от трепета и стеснения. Если вид её обнаженной кожи поможет ему, то почему бы и нет? Она ненадолго поднимает руки, избавляясь и от майки, и от топа, оставаясь без какой-либо защиты от чарующих зеленых глаз, и позволяет Адриану изучить открывшиеся участки потемневшим взглядом.       Блондин осторожно касается чувствительных холмиков, и довольно ухмыляется, видя, как соски напряглись от этого еще сильнее. Маринетт коротко вздыхает, но не отстраняется. Интерес и возбуждение подсказывают ему коснуться их большими пальцами, и он так и поступает, играя с ними, что отдается ураганом внизу живота девушки. Зеленоглазый наклоняется, чтобы поймать один губами, но упирается в преграду в виде её рук, удерживающих его плечи.       — Н-не надо. — её голос дрожит. — Кончить нужно тебе.       Адриану не нравится такое ограничение, он хотел бы, чтобы они оба достигли вершины, но слушает её и возвращается в исходное положение.       Она алеет от того, как он рассматривает её возбужденную грудь, и кладет руку на подрагивающий стояк. Адриан смотрит на неё из-под тканевой маски, и Маринетт вздрагивает, когда он обхватывает её за плечи, притягивает к себе, трется своей грудью о её, и по телу электрическими разрядами разбегаются импульсы, заставляя всё тело содрогаться от дрожи.       — Мы же договорились… — она быстрее двигает рукой, стремясь довести его до финиша, прежде чем сама достигнет точки отключения тормозов осторожности и здравомыслия.       — М-мы не… будем. — он рвано выдохнул, и прижал Маринетт к себе.       Она вспомнила, чем еще может помочь ему достигнуть разрядки.       Адриан закрыл глаза, в то время как Маринетт провела по его уху языком, и тихо вскрикнул, когда ровные белые зубки сомкнулись на мочке, доставляя приятную боль.       По телу прокатилась волна, собираясь в паху, Адриан толкнулся бедрами в мягкую ладонь, сжал подлокотники кушетки и обильно кончил девушке в руку, задыхаясь громким стоном. Грудь вздымается от глубокого дыхания, и по телу расползается умиротворение вперемешку с невероятной легкостью.       Маринетт нежно поцеловала блондина в покрасневшие губы, быстро надела свою майку, стараясь не испачкать, и встала с диванчика, чтобы помыть руки в умывальнике. Вернувшись, она дала парню коробочку с салфетками. Приведя себя в порядок и застегнув джинсы, пока девушка тактично отвернулась, сидя на краю кушетки, он пододвинулся ближе.       Одной рукой он обхватил Маринетт со спины в районе груди, а пальцы другой опустил в шорты, но совсем не много, лишь нащупав край белья.       — Зря ты оделась. Теперь моя очередь. — горячее дыхание опалило её ухо.       — Не-не… НЕТ! — Маринетт взвизгнула, пытаясь вырваться, но у неё не получилось. Адриан держит цепко.       — Да ладно, принцесса, — он поймал её лицо, наклоняя голову вбок. Синие распущенные волосы приятно пахнут. И ему нравится этот аромат, — тебе понравится. — Маринетт судорожно сводит ноги вместе, когда чувствует, как он проводит пальцем по шву на шортах, слегка надавливая. — Ты же так сильно хочешь меня. Я сквозь одежду чувствую, какая ты мокрая… — она боязливо застыла, словно мотылек в когтях кота. — …а ты еще и сопротивляешься. Не стыдно?       Глубокий вкрадчивый голос Агреста оплетает тело невидимыми путами, отравляя волю к сопротивлению. Чувствуя победу, Нуар опустил руку на её грудь и сжал один холмик.       Маринетт едва не застонала, и именно это помогло очнуться от чар. От предстоящий перспективы в ней поселился страх. Маринетт серьезно испугалась, что не сможет отказать ему.       А когда Маринетт Дюпен-Чен боится — в ней просыпается ЛедиБаг.       — Это кому из нас должно быть стыдно, Котик? — медовым голоском протянула она, после чего извернулась в его объятьях и с силой толкнула его в грудь. Не ожидавший этого парень упал с кушетки на пол, и не ударился головой только благодаря рефлексам. Он приземлился на локти.       Если ЛедиБаг боится — она становится решительней и делает всё, чтобы страшно было не ей, а её обидчику.       — Это же не я тут стриптиз танцевала, а потом так громко стонала от чужих прикосновений. Так что сначала подумай, а потом спрашивай! - гневно прошипела она.       От её взгляда ему хочется вновь впиться в её губы.       — А хотела бы испытать то же? — усмехается он и обольстительно подмигивает. — Кстати, нужно сменить позу.       Только сейчас Маринетт заметила, что наклонилась вслед за ним, и находится между его ног, при этом опирается на пол руками по бокам от его бедер. Всё бесстрашие вмиг исчезло, сменившись пылающим смущением. Адриан это заметил и закинул одну ногу ей на спину, еще сильнее приближая пах к её голове.       — В такой удобнее заниматься немного не тем, что я предлагаю. — он получает максимум удовольствия от вида её алого лица.       Маринетт скинула его ногу и быстро встала с пола, не зная — придушить его или… придушить.       — Обещаю, ощущения будут не такие, как от собственных пальцев. — с видом профи сказал он, поднимаясь с пола.       — Ты о чем? — не поняла Маринетт. Её пальцы нервно сжимают край майки, а стыд тормозит мысли.       — О том, что если тебя ласкать буду я, то это будет круче, чем самоудовлетворение. — улыбнулся он.       — Что? — пропищала она. — Я не…. ЧТО Т-ТЫ ВООБЩЕ ОБО МНЕ НА-НА-НАДУМАЛ?! — от волнения она опять начала заикаться.       Кот выпучил на неё зеленые глаза. Маринетт даже показалось, что его накладное, и ни капли не волшебное ухо дернулось.       — Только не говори, что ты никогда не… — шокировано заключил он. — Да быть того не может! Тебе восемнадцать!       — Это противно! — если облить её водой, то вся влага тут же испарится с громким шипением.       — То есть, — Кот обогнул софу, приближаясь к девушке, — ты никогда не испытывала ничего подобного до этого времени? — в зеленых глазах мерцают шальные огоньки. — Неужели мне попалась настолько невинная девочка… — он едва не сияет. — Так я во всём у тебя первый?!       У неё вот-вот начнется нервный тик.       — Заткнись. — только и смогла пропищать она.       — Не волнуйся, я буду нежным. — он подошел к ней почти вплотную пошло улыбаясь.       Он без майки, и Маринетт видит каждый изгиб подтянутого натренированного тела. Каждую черточку на лице и каждый локон на голове. От одного только вида её уверенность в правильности своих действий испаряется.       — У-уйди. Я не хочу!       — Если боишься, что мы зайдем дальше, чем просто ласки, и ты волнуешься о предохранении, то у меня есть презерватив с собой.       Адриан Агрест! Хватай свою сексуальную рожу, и срочно вали в кухню. Плагг там. Не надо. Не надо этого всего делать! — мысленно вопит Маринетт, пятясь к столу.       — Сейчас не время! Это должен быть Адриан, а не неизвестный парень под маской! — нашла отговорку она.       — Это мне, а не Адриану ты сейчас делала такой деликотный массаж. И в любой момент ты можешь снять маску. Мы же договаривались.       Маринетт ухватилась за его слова как за спасательный круг.       — Мы договаривались, что ты уйдешь, как только я попрошу! — она серьезно посмотрела на него. — Ты ведь сдержишь слово?       Адриан понял, что сам срубил ветку под собой. И потянуло же его сказать это…       — Да, — он разочарованно сжал руки в кулаки, — конечно.       Маринетт подошла к люку и позвала Плагга. Пока квами летел к ним, Адриан надел на себя майку и пришел к выводу, что на самом деле вечер, а точнее ночь, прошла мррревосходно. Бросив взгляд на часы, он отметил, что уже почти полвторого. Как только котенок влетел в комнату, Адриан тут же трансформировался. Возвращаясь к привычному Коту Нуару, взамен самодельного костюма.       Нуар подошел к девушке и улыбаясь поцеловал её. — Спасибо, Маринетт. Это было нечто!       Дюпен не нашлась, что ответить. Всё-таки ей еще стыдно за то, что они сделали.       Кот залез в проем круглого окна и обернулся на прощание.       — Там я тоже буду первым. — отсалютовал он и выпрыгнул в окно.       — Уж не сомневаюсь… — обреченно выдохнула она, поднялась на кровать по стеклянной лестнице и упала на одеяло, раскинув руки в стороны.       И как теперь уснуть?