Секс по дружбе.

— Маринетт, дорогая, где же ты?! -обеспокоенно крикнула Сабина, оглядывая детскую площадку. — Томас, милый, ты думаешь разумно было отпускать её одну сюда? Ей же всего шесть лет… -вопрошала женщина у мужа. — Ну, родная, ну зачем так драматизировать? Нашей девочке УЖЕ шесть лет, да и она достаточно умна что бы не покидать пределы площадки, плюс, отсюда до дома всего каких-то пять метров. -усмехнувшись приобнял супругу мистер Дюпен Чен. — Но, она же малышка! Шесть лет это вовсе не много!!! -начала паниковать женщина. — Томас, ну почему ты не… — Вот, что и требовалось доказать! Смотри, Сабина, вот же наша девочка! -указал мужчина в направлении песочницы где сидела маленькая синеволосая девочка, учившая какого-то восьмиилетнего мальчика как делать куличики. Сабина Чен облегченно выдохнула, а потом решила подойти к парочке. Подойдя ближе, она заметила не по далёку семейную пару, похоже что это родители мальчика. Подозвав мужа, Сабина решила познакомиться с этими людьми. Вот так и завязалась дружба Семей Барнсов и Дюпен Чен.

***

Спустя 2 дня. — С днём рождения, дорогая! Уже 7 лет, совсем взрослая, ах! -вздохнула Сабина. — Томас, только погляди на нашу девочку! Какая красавица, умница! -всё ворковала женщина обнимая синеволосую Мари. — А теперь, зайчонок, давай-ка задуй свечи? -бодро предложил мистер Дюпен Чен. — Хорошо, папочка! -мило улыбнувшись ответила Маринетт. — Самуэль, хочешь торт? — улыбается мадам Чен. — Спасибо, не откажусь. -забавно морщит нос мальчишка восьми лет и кивает. Самуэль Барнс — сероглазый мальчишка с русыми волосами, модельная внешность, но при том, он вовсе не модель. Сам — лучший друг Маринетт. На два года старше неё, и самый главный кандидат на сердце и руку малышки. Родители смеются, но в тайне — надеются, ведь Сам — хороший парень, много заботится о Мари. — Самуэль, а ты останешься сегодня? -восклицает синеволосая, поднимая глаза на мальчика. — Надо маму спросить. Я постараюсь отпроситься. -неловко почесав затылок ответил Барнс. — Пожалуйста! -попросила Мари, и поклонившись выбежала на кухню. «Забавная» -подумал мальчишка, смотря вслед.

***

Когда Маринетт одиннадцать: — Маринетт! –обессиленно повторял парень. — Господи, да постой же ты! Я не хотел, правда! –оправдывался он. — Отвали, Сам! –раздраженно повторяла оддинадцатилетняя девочка с иссиня-чёрными волосами. — Ты же не ребёнок! А? Твои слова. Но, это просто детский сад! –сетовал Самуэль. — Нееет! –прорычала Мари, остановившись и топнув ножкой. — Детский сад?! Сам, ты хоть понимаешь что говоришь? Иногда я думаю что ты не серьезно ко мне относишься. –всхлипнула малышка, и развернувшись пошла дальше. — Послушай, извини! Прости пожалуйста. Только не убегай. Меня же просили присмотреть за тобой, ты помнишь? –безнадёжно пытался докричаться до девчушки Самуэль. Дюпен снова остановилась. — Ну что тебе, блин, надо? Я домой иду! Всё, ты уже достаточно присмотрел за мной, можешь идти! -закрыв уши ладошками, монотонно твердила девочка не смотря в лицо Барнсу. — Слушай, Маринетт… Ну вот… Что именно я сделал не так? -попытался завести разговор с девочкой Сам. — Хм… Дай-ка подумать. Всё? Начиная прямо с утра, ты потащил меня в парк, куда я совершенно не хотела, кстати. Вмешался когда я разговаривала с Нино, а ведь мы просто говорили. Теперь — он не будет говорить со мной вообще. Ты мне как бы не отец, и не парень, чтобы решать за меня: с кем мне общаться! А твои шуточки про ревность — давно не катят.Ой, точно, кстати, ты облил меня из фонтана, потому что, что? Думал я восприму это как шутку? Может я бы и воприняла это так, но у меня просто нет сегодня настроения, а теперь, пожалуйста, иди домой. Я уж сама доберусь. -закончила Дюпен Чен, пытаясь уйти от этого бессмысленного обьяснения. — Мари. Ну перестань, пожалуйста. Я не пытаюсь контролировать тебя, просто волнуюсь. Нино какой-то странный. -умолял парень. — Да что он мне может сделать то? Нам всего по одиннадцать лет! Он точно не маньяк, не сумасшедший, он — нормальный! И да, я хоть и младше, но побольше тебя понимаю, я уже не ребёнок! А теперь… Иди домой, потом поговорим. -устало в сотый раз ответила Мари. На том и порешили. Разошлись по домам. А на следующий день Самуэль принес цветы: — Маринетт, извини? -мило улыбнулся он, открывая взору девочки милые ямочки на щеках. — Я подумаю, -шутливо начала Дюпен. — Хм, возможно, я могла бы простить тебя, за определённую плату, холоп. -надменным голосом протянула синевласка. — Что угодно моей леди! -тут же начал подыгрывать Барнс. — Хорошо, обещай что мы всегда будем друзьями? -вдруг перестала улыбаться Маринетт. — Ну конечно же да, миледи, Мари… С чего вдруг ты это пожелала? Боишься что я брошу тебя? -снисходительно, но удивленно поинтересовался Самуэль. — Да просто. Ну, вот и хорошо. Значит друзья. -ослепляюще улыбнулась девчушка. — Друзья. -подхватил настрой Барнс.

***

14: Солнце ворвалось в комнату бешеным комом тепла и света. Дюпен Чен открыла сияющие глаза. Чудесное утро, впереди чудесный день с замечательным другом. Лучшим другом. Одевшись и расчесавшись, она побежала завтракать. — Доброе утро, мам, пап! -поздоровалась девушка с родителями. — Доброе утро, милая! Как спала? -спросил отец, читая газету. — Вчера Сам поздновато ото тебя ушёл… Что это за дела у вас появились, что вы так поздно общаетесь? -немного сурово спросил Томас. — А, так мы репетируем! У нас в городе будет проходить «Неделя Танцев» в следующем месяце. Вот, мы и готовимся. А что? -объяснила девушка обоим родителям, доставая из холодильника сок, и беря со стола булочку. — Ну, допустим. А с уроками что? -всё не унимался Дюпен старший. — Так вот, Самуэль помогает мне по урокам заодно, так что всё нормально! -обезоруживающе ответила Маринетт, попутно поглощая изделие. — Короче, милая, -вмешалась Сабина, — Когда под венец он тебя позовёт? -прямо и открыто спросила мадам Чен, а Мари подавилась соком, и попыталась откашляться. — Мам, да ты чего? Мы же — лучшие друзья! -оторопела синеволосая, — Надо же, что напридумывали! Ух, ну и бурная у вас фантазия, скажу я вам. -неловко рассмеялась Дюпен, и встала из-за стола, допив сок. А поставив посуду (стакан) в раковину, Мари побежала за сумкой, потому что на часах 8:10, а уроки скоро начнутся.  — Хей, Сам! — забегая в класс крикнула Маринетт другу. — Что я пропустила? -бегая глазами по классу спросила того девушка. — Хм, дай подумать, ну, у нас в классе — двое новеньких: Адриан Агрест, и Алья Сезерли, или Сезер… Ну, неважно. А больше — ничего. — Важно, Самуэль, это — важно! Где они там? -горделиво спросила синевласка. — Вон те, две первые парты первого ряда. -безэмоционально отозвался Барнс, указывая рукой на нужные места. — Агась, спасибо, солнце! -в очередной раз улыбнулась Маринетт, и направилась к нужным партам. Подойдя ближе, Маринетт широко улыбнулась, и протянула руку сначала Алье, а потом Адриану, представившись: — Чтож, привет, и добро пожаловать! Меня зовут Маринетт Дюпен Чен, и мне четырнадцать лет. Увлекаюсь танцами, а Самуэль меня тренерует и учит, немного рисую, пою, ну чисто так, для себя. Но, нет, я вовсе не идеальная, ха. Надеюсь что мы с вами подружимся. Кстати, вот это — мой лучший друг — Самуэль Барнс. -закончила девушка, показывая в направлении развалившегося на стуле парня в наушниках, закрывшего глаза, и выстукивавшего ритм пальцами. — А что? Что-то не так? -спросила девушка на изумленные взгляды ребят. — Ну… -замялся Агрест. — Ты просто, вроде дружелюбная и активная, общаться любишь, а он… — Хах, это… А он просто не очень любит людей, а так, если с ним подружиться — он очень хороший. -неловко посмеялась девушка и вдруг опомнилась: — Ой, а я ведь не узнала чем вы занимаетесь! Расскажите? -горящими глазами впилась девушка в лица двух новеньких. — А… Эм, да? -первой отошла смуглая девушка по имени Алья. — Я Алья Сезер, 14 лет, профессионально занимаюсь танцами с пяти лет. Ломала обе ноги. Левую — дважды. Выбивала костяшки на руках, но это не страшно. Скорее забавно. Танцевать люблю. А вот людей — не очень, хотя хотела бы быть журналистом. -заключила рыжая, скептический взглянув на Дюпен, а после на Адриана. — Твоя очередь, красавчик. Ты из богатеньких, верно? -подняла бровь Сезер, взглянув на блондина. — Ах это… Да, всё верно. Я — Адриан Агрест, мне 15 лет, и я… Сын Габлриэля Агреста. Он берет меня моделью для своих работ, но я не люблю это офишировать. -смутился блондин и потёр шею. — Кхм. Я учился танцам сам. Умею немного, но планирую в будущем научится этому профессионально. Умею играть на фортепиано, учу китайский. А ещё я в школьной команде по фехтованию. Это… Всё. -неловко улыбнувшись закончил Агрест. — Ууу. Ну ничего себе! Самуэль, Слышал? -позвала друга Маринетт широко улыбаясь новым знакомым. — Да, слышал. Ничего особенного. Это всё? Могу я больше не участвовать? -немного раздраженно поинтересовался Барнс, подняв бровь и посмотрев на синеволосую. — Фу, ну и бука. -обиженно посмотрела она на Сама, но всё же позволила ему надеть наушники и дальше слушать музыку. — Кхм, Мари, верно? -спросила Сезер. — Э, да. Для друзей — Мари. Так то, Маринетт, но я надеюсь мы подружимся. -в который раз заулыбалась Дюпен Чен, кивнув кареглазой, а в свою очередь, кареглазка настороженно кивнула Дюпен.

***

шеснадцать? - С днём рождения, Сам! Я так сильно люблю тебя! -улыбчиво заявляет голубоглазка и бросается на парня с поцелуями. - Спасибо, Мари, что ты приготовила для меня в этот раз? -хитро улыбается Барнс. - Эй! А где же ответ? -Обиженно заявляет Дюпен, подозревая что это очередной подкол, по поводу её любви. - Ты о чём? -продолжает играть комедию русоволосый. - Какой ответ Мари? -распаляется он. - Ну хватит! Ты же прекрасно знаешь о чём я? -пищит девушка, уже пытаясь достать до лица своего парня, что бы поцеловать, но тому очень нравится дразнить синеволосую, и он задирает наверх голову, пытаясь не засмеяться, что плохо выходит. - Это не честно! -возмущённо рычит девушка, и прекращает попытки, собираясь уйти, однако парень разворачивает её к себе лицом, и впивается в губы. Маринетт нравится всё, что он делает. И она наслаждается процессом. Вообще, никто не мог точно сказать когда они начали встречаться, или хотя бы поняли что испытывают к друг другу иные от сестринских и братских чувства. Маринетт потихоньку начала оказывать знаки внимания Саму, и принимать от него ответочки, а потом они как то случайно поцеловались. Был вечер, шёл дождь, а родителей не было дома, Маринетт в который раз осталась с ночевой у Барнса. Все вроде как привыкли к такому раскладу, что как минимум 3 раза в неделю, дети ночуют у друг дружки, даже не спрашивая у родителей, которые целиком и полностью доверяют своим детям, и все счастливы. И вот, вечер, почти ночь, мари сидит в объятьях своего названного лучшего друга, они смотрят какой то фильм, не очень интересный, т.к. дети давно перестали следить за развитием сюжета, и просто разговаривали, наслаждаясь обществом друг друга. И вот, в какой то момент, Самуэль легко подался вперед, и обхватил лицо Маринетт руками, а после поцеловал. Так мягко и ненавязчиво. А Дюпен сразу забыла как дышать, но после собралась и ответила. По прошествии нескольких минут, они оторвались друг от друга, с покрасневшими щеками и расширенными зрачками в шоке уставились друг на друга. После чего сбивчиво извинились друг перед другом, а потом и вовсе кажется забыли. Но избегали друг друга после ещё около недели. Самуэлю это надоело, и он решил поговорить об этом, что конечно не получилось, ведь они снова поцеловались. А после всё таки начали встречаться. Вот в принципе и вся история. Но, это ещё не конец. Когда ребята провстречались около четырёх счастливых месяцев - Самуэль решил что этому пора положить конец. Он пришёл к Маринетт тем дождливым вечером, и просто сообщив о разрыве - ушел. Маринетт очень долго сопротивлялась. Писала и звонила. Приходила пару раз. И он наконец сломался. Они снова попробовали начать сначала. И вроде всё снова пришло в норму. Но вот что ещё вошло в норму - ссоры. Они ссорились из за чего угодно. Он не отвечает ей, либо иногда груб с ней, а причины не говорит, да и вообще врёт постоянно. Уроки танцев начали даваться тяжело, ведь он начал давать ещё больше сложных комбинаций, и теперь просто смотрел как девушка падает, не помогал, и говорил что раз они вышли на этот уровень отношений - так и должно быть, он вроде бы так проявлял заботу. И Маринетт терпела всё это. Ради них, всё ещё свято веря в эти отношения и любовь между ними. Но вскоре всё это стало невыносимым. Маринетт не сдалась, но устала. Решила прервать это всё. Думала на несколько дней. Но спустя неделю, ей стало этого мало. А спустя ещё две, она поняла как скучает по Самуэлю. Она решила написать ему. - Привет, любимый. Извини что так долго. Я много думала. О нас. Я люблю тебя. Что скажешь? Я снова твоя девушка? -улыбнувшись этому варианту Мари отправила сообщение. - Привет, солнце. Ничего не скажу. Я тоже думал много. Знаешь, я не люблю тебя. Ты слишком мала для меня. Ты мелковатая рыбка. И со мной, и с танцами тебе не справиться, понимаешь? -это сообщение внезапно выбило воздух из лёгких девушки. - Что, прости? Как же так? Почему не любишь? Я... Я не понимаю! В чём причина? -начала паниковать Дюпен. - Ну вот видишь, такое простое - а не понимаешь. Бедняжка, причина - Я САМ. Я люблю другую девушку. Вот так просто, без причины. Влюбился. С ней мне очень хорошо. С тобой конечно было хорошо, но я просто был слеп, и думал что это - истинная любовь. Но, увы этот не так, детка... Извини. -как же обидно это всё звучало. Как бы Мари не старалась, она не могла понять смысла его слов и действий. - Что? Почему??? -устало, почти плача она отправила ему эти два слова, которые еле смогла набрать. - Снова вопросы, Мари? Всё, теперь - я сам по себе. -заметно раздражился Барнс. - Наверно ты прав. Я просто не создана для этого всего. Бред это всё. И эти твои танцы. Прощай Самуэль. Я не держу тебя. -вдруг резко пришло осознание: А зачем ей всё это, собственно? Она не может опуститься так низко, что бы умолять его не оставлять её. Она должна быть сильной, это же глупая первая любовь, а может и не любовь вовсе. Так, влюблённость. И она была, а точнее - просто забила и забыла. С тех пор, Маринетт стала вести себя совершенно противоположно тому, что было раньше. Доверять людям стала очень мало. Стала стервой. Самуэль уехал почти сразу, как они поговорили. Через три дня после этого.

***

Прошёл год, Маринетт изменилась кардинально. Как собственно и все вокруг. Адриан вдруг разглядел в синеволосой невероятно сексуальный объект всех его мечтаний, и невероятную девушку. Да и сам Агрест возмужал. И стал ухлёстывать за Мари при любой возможности приставая. А Мари не спешила принимать всё это. Она стала осторожной. Стала одеваться по другому, говорить и вести себя. Ну, кроме друзей и родителей, но даже с друзьями иногда надевала маску. В семнадцатый год своей жизни, она решила. что им пора бы стать чем то большим, чем стайка любителей, и она создала группу "Супергероев". Тогда они и познакомились со своими помощниками. И начали развиваться. Потом, вдруг внезапно обнаружили Нино танцующим на улице. И как то начали общаться вместе с ним. А после позвали в команду. И всё у них было гладко. Прошло ещё пол года, и Мари в один день случайно неудачно развернулась в кольце рук Агреста, и их губы оказались предельно близко. Мари внезапно забылась и поцеловала парня, он конечно ошалел, но когда собрался действовать более решительно, Мари развернула его, мол, "Гуляй Вася!". Хоть ей и понравилась эта минутная слабость, но она не решалась что то продолжать, да и желания вновь обжигаться не было. Но, после нескольких "случайных" повторов этого действа, Дюпен Чен решила, то не против таких разрядок иногда. Ещё, через некоторое время, это стало пошлее. А Агрест казалось начал увязать в этом. И, вот, как то случайно переспав с какой то девушкой, забил на всё, и подумав что от его леди ему всё равно ничего кроме тела не добиться - начал спать с девушками. А синеволосая и не против, они же не в отношениях, просто она иногда будет обязательно целовать его, а он дарить ей свою любовь. И вот, Маринетт Дюпен Чен - семнадцать лет, имеется в наличии три лучших друга (один из которых передруг/недопарень), она стервозная девственница танцующая в группе любителей, но довольно известной группе любителей, и собственно больше ничего интересного. Что ж, перенесемся на год вперед: 03:40. Клуб "Tatoue moi". Чуток отрезвевшая Маринетт просыпается от дрёмы, а за ней и остальные.