"Sing For You

"Я словно мотылек, умираю разрушая крылья об стенки ловушки, Видит Бог, мотылек уже не сможет полюбить, ведь не имея крыльев, он не нужен." Секундные прикосновения, сравнённые лишь только с мгновенной вспышкой эмоций, в одном скоплении чувств, и бурной реакции в виде томного взгляда на часы, классического стиля, на стенах квартиры для одного, и резкого выдоха, на лживых словах о вечности. "Они понимают все сразу, хватает одного потока нескончаемой боли в карих глазах, и редкостно противной улыбки, натянутой в виде кривой ухмылки. Было не легко, но нам дали жить, и мы должны дарить цветы" Чрезвычайно быстро ускользающая возможность, растянуть ту "бесконечность" на еще, хотя бы на пару минут, второпях бежит от настенных часов, с давно не идущими стрелками, на темно - зеленом узоре, поверх белого фона, с неотразимо прекрасно выведенными краями одного целого. " Чего же ты желаешь? Правильно, ты не стремишься, теряя возможность мечтать" Сколько раз он наблюдал как Сехун спит, держа ладонь того в руках, отдаваясь эмоциями, без надежды проваливаясь в этот маленький мир дурака, что свято верил, что все будет хорошо, не выпуская тёплую кисть, довольно прикрывая глаза, и ухмыляясь, когда вместо привычной темноты, мелькали два огонька, полные Надежды и нежности. "Тихо плакала принцесса, веря что тонкий плед поможет холоду, исчезнуть вместе с воспоминанием его объятий, и дыма сигарет, настойчиво отпечатавшийся где то там, подле сердца" - Я не верю в лето,- как то раз, парень осмелился произнести это, точно зная, что ожидает после. но он не произнёс и слова, лишь обнял со спины, обжигая искусанными губами на шее.* "Не стал тем, кто подносит тапки после прихода, не успел я, но все же смог быть в твоём сердце, и плевать, что там нет рыцаря в моем образе, лишь что то, что может с лёгкостью разрушиться. И действительно безразлично, что тогда я ещё мог остановиться, поднося к губам бокал шампанского, когда ты сжимал в тонких пальцах подушку, немного влажную от осознание, что достойных в этом мире нет. И тебе больше не в кого влюбляться." Помни меня, как часто наши взгляды сталкивались среди неловких моментах молчания, но было здорово, ведь мне нравилось, как сердце билось в груди, набирая бешеный ритм, и не важно, что нельзя, главное - что это приятно до дрожи на кончиках пальцев и ненужному трепету в груди, исчезающим только после скрипа белых дверей. "Любви достойны только звёзды, а я будто камень, в твоем бесконечном океане, а меня таскало, пока твоя соль расщепляла мои раны, ведь на большее, твои волны не достойны." Чонин точно знал, что это конец, ведь так не может продолжаться, ведь сердце - камень, а любви достойны только звёзды, и нет ничего бесконечного в этой вселенной, кроме боли и обиды. "В море по колено тонем, уставшим взором ожидая удара" Для него ничего не значили те слова, которые наверняка по его мнению, были ложью в собственное благо, хотя и резали под рёбрами, остриём судьбы, и сплошного недоверия, среди множества вариантов, Сехун выбрал неделю. Хотя Чонин согласился бы и на год, два, пять, ведь их встречи были тем, что уже не отнять, но зачем врать, смотря в карие глаза, наполненные сожалением, а после, отрезать все семью днями. "Я вновь дышу, дышу свободно. Пускай и не привык дышать свободно без тебя" Все те же улыбки, нелепые встречи в коридоре, и пустая, холодная кровать ночью, потому что соседи достали бить по стенам, заставляя не срываться на глухой крик, сажая голос. "Ненавидеть нам всегда, легче чем любить" Пока город спит, готовы сгорать ровно тысячи раз, забывая обо всем, и о том, что чертово время поджимает, когда на часах осталось лишь сто сорок четыре часа, и вечное забвение, неважно, что кто то звонил, а они не брали трубку, босыми ногами безумно улыбаясь, перепрыгивая трубы ночных улиц. "Одинокие дворняги, подобрал ты просто, потому что грустно стало, а что насчёт меня ? Я жалок, да, но ты заедь хоть на минуту, проезжая мимо" А счётчик все тикает, напоминая о том, что скоро конец, где нет правды, построенной на лжи. Чонин мягко обнимал трясущегося Сехуна, все же разобрав, что тот не врал. Это последняя неделя, а он идиот, что не смог. Не смог поверить, проживая два дня, все так же сжимая кулаки в лучшем исходе. Ведь так будет лучше. ( нет) "И оставив на песке, он с ним за буйки" Нет, это не так. Не возможно, чтобы выхода не было. Да, точно, он есть, средь белых полотен, сквозь кривые ухмылки, и дрожащие руки, в словах " мне надоел этот цирк. Неделя слишком много, мне плевать что ты болен, да хоть помри завтра. Ах да, точно, ты и так через пять дней. Так вот, не интересно. Все это не вечно, Сехунни, вот и конец и нашей истории. Спасибо за все " а в ответ все тоже молчание, и слабая улыбка, медленно окутывающая ножами вокруг души, своей искренностью, с жестоким ответом в " спасибо . Удачи, Чонин" "Музыка от души, от чистого сердца. Давно все похоронили, хоть толко вчера видели крылья ангелов" Эгоист ? Правда, но это слишком сложно, показать привязанность в слезах возле больничной кровати, в окружении белых стен. Лучше уйти сейчас, видя лишь одну улыбку чистого смирения, чем не снимающуюся маску героя, каждый день. "Расставание тянется, как один день в час на год" - Вот значит как. А смысл ? Я не виду в этом выход. Зачем мне продолжать, если он ушёл ? Все равно ведь, не примет инвалида. " Sing For You " Это не конец, с резким визгом авто, на скользкой дороге, а лишь бесконечность, так усердно ускользающая от обоих. Ведь Чонин пропустил тот момент, когда Сехун плакал, лаского улыбаясь, и одним рывком, без колебаний, видя лишь свет от ярких фар. "Прости, но это море не для нас. Оно для них" - Где он ?! Где мой Сехунни?! - Чонин резко вскочил в кровати, с явным головокружениям.- Ах, вот как. Значит я спал, так мой Се наверняка ждёт меня ... - Он мертв,- и, только сейчас, до Кима доходит, что он изолирован, в белой комнате, с невероятно противным узором, а слова на другой стороне экрана, произносятся каждое утро, уже в течении пяти лет.