Особенности попадания в поттериану

      Вообще, будем откровенны (Кто мы? Кто мы-то, блять!? Давай, перечисли. Я один здесь нахуй! /негодующие звуки Квилан/), вещей у меня не особо много. Ну, в самом деле, какие там вещи? Что-то вроде шинели, которую выдавали всем воспитанникам сей богадельни (некорректное слово, богадельня - благотворительный дом престарелых и прочих недееспособных) для выхода на улицу, два комплекта одежды, которые сменяют друг друга на время стирки, столько же комплектов исподнего (довольно добротного, к слову) и классическая для империи ночная пижама - вот и вся одежда, которую имели воспитанники детского дома на Парламент-стрит. Ну, на пакет наберётся, учитывая мои не блещущие чем-то выдающимся габариты. Ладно, добавим к общему числу принесённый местными белый докторский халат («для солидности», как сморозил кто-то из принёсших данное тряпьё (и где только откопали…)) и перчатки из некогда белой, но посеревшей со временем (до одноразовых тут ещё не дошли, так что после не таких уж и частых визитов детдомовцев приходится стирать то, что есть) ткани. Ах, ну да, надо не забыть свои лабораторные журналы с записями по магии и прочей чепухе. Хотя, «лабораторный» - это весьма громко сказано, так, кустарно-дилетантский, не более того. – Забирают? – раздался за спиной девчачий голос.       Испуганно подскакиваю и бьюсь лбом об угол стола. Рука как-то сама собой складывается в причудливую фигуру, которой в своё время отец разрушил стену дома в Гориковой лощине. – Блять, будь ты проклят, кто бы ты не был, – пробормотал я, потирая ушибленное место, – я и так ушибленный на всю голову, куда дальше-то?       Закидываю в выданную котомку незаконченный журнал и затягиваю толстый шнурок на горловине. Лишь только после этого оборачиваюсь и вижу перед собой каштановолосую девочку лет восьми с совершенно безразличным взглядом и книжкой в руках. Насколько могу судить, данная особа чуть ли не эталон для какого-то там типажа девушек в японской литературе, что-то там на «к» (п.б.: имеется в виду кудере). Не важно лять! – А, это ты, Грасия, – вздохнул я, – даже не улыбнешься напоследок? Ну, знаешь, чисто для проформы, каштанка. – Нет, – ответила она и заняла своё привычное место на кровати. "Ну, ты же видишь, что она безэмоциональна сильнее обычного, сделай что-нибудь," – раздалось в голове "Кви, я здесь за педиатра был, а не психолога," – с усмешкой напомнил я, надевая шинель (или что это, блять, такое?). "Ну будь ты человеком, поддержи девочку," – возмутилась в ответ паучиха, – "Утешь её, придумай что-нибудь!" – Чёрт бы тебя побрал, Кви, – прошептал я себе под нос и уже нормальным голосом обратился к Грасии, – Рассказывай давай, чего случилось? Обидел кто? Если чего, то могу на прощание и леща прописать смельчаку.       Не помню, упоминал или нет, но Грасия - весьма странная девочка. Дети её возраста обычно очень активные, даже приютские, а эта… Само воплощение апатии, эдакая калька с Рэй Аянами*, но та хотя бы клон - можно и побыть бревном. Хотя, внешне на ту же Рэй она не очень-то и похожа: каштановые волосы собраны в низкий хвост, карие безразличные глаза, миловидное детское личико, максимально закрытая одежда. Ну не похожа она на Первое Дитя, хотя и типаж тот же. – Ну же, Флорет, давай, – продолжил напирать я, сев на кровать соседки, – не будь какашкой, в случае чего я всё равно никому не смогу разболтать чисто физически, ведь в этом приюте меня уже не будет.        Шатенка молча перелистнула страницу своей книги, однако взгляд её будто застыл на одной точке, не сдвигаясь ни на миллиметр.       Да, как я и говорил, Грасия Флорет - странная девочка. Закрытая в себе тихоня, почти не выходящая из своей комнаты, вечно закрывающаяся от других книгами. Отвечает по большей части рубленными фразами, показывая нежелание продолжать диалог, если вообще отвечает. Очень забавная особа, если говорить с высоты моего опыта, хотя с той же высоты можно сказать, что она пережила что-то крайне неприятное. Я бы даже сказал, что раньше её активно избивали, если учесть её дёрганую реакцию при резких движениях вблизи. "А возможно не только избивали," – подумал я. "Стой, ты ведь не хочешь сказать, что её?.." "Ничего я не хочу сказать, подруга," – перебил я паучиху, мысленно мотая головой, – "я лишь предполагаю. Вполне может иметь место не только лишь физическое насилие. У нас как бы недавно был государственный переворот и эпидемия чумы, что только не могло произойти при таких обстоятельствах" – Послушай, каштанка, что я тебе скажу, – вздохнул я, – если тебе нужна сейчас помощь, неважно какого вида, то лучше тебе сказать это сейчас, чем и дальше закрываться в себе. Я не знаю что именно ты пережила в эпидемию, но это и не важно. Важно то, что происходит в данный промежуток времени, ведь срок жизни человека ограничен и мы не можем терять время на самобичевания. В конце концов, у меня тоже есть поводы для грусти. – И какие же? – с насмешкой, неожиданной для такой как она, спросила Грасия, – Тебя забирает к себе какой-то плебес, а не целая императорская семья, Поттер? – Ну, вообще-то, именно она меня и забирает, – озадаченно пробормотал я, не ожидавший, что, тыкнув пальцем в небо, она попадёт точно в цель, – На самом деле, мне и вправду есть о чём грустить, каштанка. Видишь ли, я помню всю свою жизнь начиная с самого рождения. К слову, удовольствие ниже среднего. Мою семью убил маньяк, орудовавший по всей стране, и пытался убить и меня. Ты действительно считаешь, что я не буду скорбеть по своей семье, которую в одну ночь вырезал безумец? Одно дело - если бы я их не помнил в силу возраста, но я помню буквально всё, это своеобразный дар скрещённый с проклятием.       Девочка с чем-то отдалённо похожим на интерес подняла свой взгляд на меня. – И какие они были? Твои родители, Поттер. Какими они были? – требовательно спросила она. Может, я что-то всё же задел внутри неё?       Грустно вздыхаю, на мгновение погрузившись в воспоминания о чете Поттеров. Действительно, а какими они были? Никогда особо не пытался их анализировать, по большей части просто наслаждаясь семейной атмосферой, что царила в доме в Годриковой Лощине. – Уютными, пожалуй, – наконец выдавил я из себя хоть что-то, – а ещё дико шумными и на редкость сумасбродными. Хотя я всё равно их любил и люблю до сих пор. – Тебе повезло, я совсем не помню своих родителей, только тётку, – вставила Грасия, с непонятной интонацией. – Полагаю, тётка твоя была не из лучших, – грустно вздыхаю я, снимая шинель, – Что ты так на меня смотришь? Довольно жарко сидеть в пускай и плохо, но всё же отапливаемом помещении в верхней одежде. Ну так что, не из лучших, ведь так?       Девочка захлопнула книжку, которую уже давно не читала, и обняла коленки. – Да, действительно «не из лучших», – печально (вау, она умеет испытывать эмоции!) пробормотала Флорет и продолжила уже нормальным для неё голосом, – она была сумасшедшей сукой, Поттер. А теперь иди, тебя ждут новые родители.       Язвительно ухмыляюсь про себя, посылая своей Хранительнице кроткое "я пробил брешь!", но в ответ получил лишь ощущение той же ухмылки. – Если хочешь поплакаться и рассказать дяде Гарри что-нибудь, то я всегда готов тебе в этом помочь, – сказал я, карикатурно распахнув объятия. – Я… – замялась девочка. – Ну же, не смотри на мой возраст, – вставил я, улыбаясь девочке, – ведь на самом деле я древняя сущность, живущая лишь на потеху богам! – Дурак, – фыркнула девочка и всё подалась в объятия.

***

      Подтягиваю немного сползший шнур котомки и, в последний раз обернувшись вглубь приюта, распахиваю входную дверь. "И чего ты этим добился?" - раздалось у меня в голове. "В каком это таком смысле «чего добился»? Это же ты просила меня утешить девочку!" - резонно возмутился я на вопрос Хранительницы, – "ну, я утешил как умею, посидел в обнимку, погладил по головке, наплёл всякой утешающей херни, словом - сделал всё, что мог! Чего ты от меня ещё хочешь? Чтоб я тот час же женился на ней и умчался искать Поттер-манор?"       В ответ послышался только тяжёлый вздох, который я благополучно проигнорировал. Оглянувшись вокруг, быстро нахожу подпирающего спиной стену приюта Аттано и подхожу к нему. – Готов к труду и обороне, тащ командир! – крикнул я, видя что лорд-протектор успел погрузиться в себя, пока ждал меня.       Посмотрев на меня тяжёлым взглядом, Аттано молча отлепился от стены, поправил свой сюртук (или что это?) и пошёл в сторону Королевской набережной, с которой можно было попасть на территорию Башни Дануолла. – Идёмте, Поттер, – тихо сказал он, не оборачиваясь.       Решаю не препираться со столь высокопоставленным и воистину выдающимся человеком (тем более, что всё равно это не имеет ни малейшего смысла) и молча следую за ним, оставив клоунаду и шутовство. Вообще, со своей психической нестабильностью и порой столь неудобной неуравновешенностью следует что-то делать. Даже больше скажу, уже давно следовало что-то сделать с этим, перерождений эдак пять назад, да. "Подумать только, такой источник информации, как архивы империи, сам притягивает меня к себе," – с некоторой долей удивления говорю я про себя, – "В конце концов, ну чего мне будет стоить попозже убедить императрицу и её отца в своей благонадёжности? Хотя, это будет несколько неспортивно, да… Но когда меня это заботило?"       Мысленно фыркаю и немного нервозно поправляю перчатку на левой руке, которую предусмотрительно раздобыл (не пойман - не вор) ещё на первой неделе своего пребывания в приюте. Да, мне хватило ума догадаться, что в детдоме найдутся личности подобные Вернону Дурслю, да и в целом у культа Чужого нынче не очень хорошая репутация среди маггловского населения империи. Или как тут простецов зовут? Сириус так обзывал их исключительно «гражданскими», а как у остальных магов дела обстоят - я не имею ни малейшего представления. В коттедже Поттеров в основном говорили про магическую изнанку империи, а простецов как-то старались не поминать всуе. "Я тут подумала…" – начала внезапно Кви. "Вау, ты подумала?" – наигранно удивился я. "Заткнись, Гастер, это важно," - огрызнулась она в ответ, – "Так вот, а что насчёт Петунии? Она же всё же обещала забрать тебя, когда всё уладит у себя." "Ну, давай на секунду вспомним, что тут пускай и равноправие полов, но оно таки не полноценное. Прав в этой стране у мужчин очевидно больше, хотя женщинам и позволено вести рабочую, научную и политическую деятельность, да и я что-то слышал, что в местном парламенте заседают в том числе и женщины." "Ты можешь не размазывать кашу по столу и говорить нормально?" – прервала паучиха меня. "Неа. Ну так вот, равноправие хоть и присутствует, но оно всё же существует не в полной мере. То есть, как мне кажется, мужчина вполне имеет право бросить свою жену, а вот у последней с этим связаны некоторые трудности. Так что, вполне возможно, что Пет придётся или уже пришлось потратить много материальных и психических ресурсов на расторжение брака с Дурслем." "То есть ты думаешь, что ей банально не до тебя?" – подвела она итог. "Да, зачем утруждать девушку необходимостью заботы о мелком пацане?" – подтвердил я её выводы, прибавляя шага за Аттано.       Вообще за год (Или два. Я не особо следил за временем, если честно) в приюте я многое разузнал о маггловской стороне империи. К примеру, вертикаль власти тут какая-то... Ну, не знаю, странная? Серьёзно, кому в голову пришло создать федеративное государство с замашками на дуалистическую монархию? Когда я услышал про наличие в империи четырёх парламентов в каждом королевстве и герцогстве, то подумал, что Островная империя является империей лишь на словах, а на деле же это союз четырёх государств, но нет. Мои суждения были не верны, как и те, в которых я думал, что в стране конституционная монархия и императоры, короли и герцоги выступают лишь как символы государственности и гаранты власти. Во-первых, нет, Островная империя нихрена не банальный союз суверенных государств, они именно сраная федерация, в которой есть высшие органы власти, декреты и законы которых стоят на порядок выше местных решений. Если говорить аналогиями, то император - это династическая должность президента, а короли и герцоги субъектов империи - своеобразные губернаторы, тоже династические, как же без этого. – Поттер, – внезапно подал голос Аттано, когда мы уже подходили к главным воротам Башни, и, убедившись в моём внимании, продолжил, – технически я усыновляю Вас, но не обольщайтесь. С этого дня Вы становитесь моим учеником и я требую соответствующего отношения. – К слову, раз уж пошла такая песня, то разрешите вопрос? – и не дожидаясь разрешения продолжил, – Почему я? Не замечал за собой таланта в фехтовании и зачем Вам такой ученичок как я – непонятно. – Нас с Ёе Величеством заинтересовал некто Мальчик-Который-Выжил, что смог отразить неотражаемое и убить в годовалом возрасте маньяка-мегаломана, – с деланным безразличием ответил Аттано на вопрос, – А ещё лично меня очень заинтересовало, что некому Гарри Поттеру сейчас чуть больше двух лет, но передо мной стоит шестилетка. Удивительный феномен, не правда ли? – Да, определённо, пути магии неисповедимы, – ответил я, внутренне подобравшись, – Я надеюсь, что некоего Гарри Поттера не собираются отдавать на опыты господам Соколову и Джоплину?       Ухмыльнувшись чему-то своему, Аттано промолчал на мой вопрос и, совершенно игнорируя охрану на вратах во внутренний двор Башни, продолжил свой путь в загадочном молчании. – Ну и как я это должен понимать? Штирлиц ещё никогда не был так близок к провалу или пока живём потихоньку? – проворчал я себе под нос и поспешил догнать лорда-защитника, а то стража уже начала коситься на мальчишку, выглядящего не соответствующе убранству резиденции императорской семьи.