You Are The Only One

Забыть тебя? А с кем я буду. Печали, радости делить? Пусть лучше все меня забудут, Чем я смогу тебя забыть. — Сергей Есенин.© *** От лица автора. Ледяной осенний ветерок прогуливается по улочками пустого города с нашим главным героем. Немного позднее время для прогулки, но разве ему кто-либо указ? Он крепко сжимает в руке чётное число белых роз, шагая по тропинке. Он идёт в место, где ещё пустынней, чем в холодном городе. На кладбище. На душе так паршиво и пусто. Так, что Щукин просто не знает куда себя деть. Также, как и не понимает позицию Марины. Что плохого в том, что он просто хочет быть рядом всегда? Что плохого в том, что он просто хочет видеть её спящую каждое утро в уютной обстановке, а не в старой больнице? Он искренне не понимает её. Не замечая ничего вокруг, Егор заходит на территорию кладбища, вовсе не изменившись в лице. Он не боится кладбищ, ровно так же, как и мёртвых. Он не верит в сказки про всяких монстров и чудовищ, ведь точно знает, что монстры живут внутри людей. Он боится живых, ведь от них можно ожидать все что угодно. Участочек, где похоронена мама Щукина находится не так далеко от выхода, поэтому он без особого затруднения находит его. Изображение на мраморе ещё молодой женщины с лёгкой улыбкой встречает проникшего парня. Он кладет в мраморный кувшин скромный букет и вяло улыбается, приветствуя погибшую в мучениях мать. После он присаживается на скамейку, внимательно смотря в глаза. Там, на фотографии, они ещё горят жизнью и счастьем. Он любит смотреть в эти глаза. — Ты совсем раздет, — это звучит так хрипло и тихо, что Щукин не сразу понимает явь ли это, или мираж. Он бурчит что-то одними губами, натянув глупую улыбку. —Егор. Шатен дергается, узнав в этом неземном голосе родные черты. Он узнает этот легкий хрип в голосе девушки которую любит всем сердцем. Не медля, Егор оборачивается на порядком замерзшую молодую шатенку. — Ты как меня нашла? — с нескрываемым удивлением произносит Щукин, встав со старой скамьи. Касаткина немного елозит на на месте, потирая замёрзшие ладошки. — Позвонила Кисляку.— Марина делает едва заметный шажок в сторону парня и грустно улыбается, переведя взгляд на памятник.— Твоя мама? — Угу, — бурчит молодой человек, оглядев любимую с ног до головы. Только сейчас он замечает в ее руках шесть красивых алых роз и глупо улыбается. Шатенка кладет в вазу свой скромный букет, всматриваясь в черты лица женщины. — Очень красивая, — шатен присаживается рядом с ней на корточки, смотря то на Марину, то на свою маму. Они похожи этими огоньками в очах. Этим желанием жить.— У тебя ее глаза. — Пойдем прогуляемся? Мне кажется кладбище не очень хорошее место для разговоров.— Егор аккуратно поднимает шатенку за руку, указав головой на выход. — Идем, — кивает Касаткина. Она еще раз окидывает взглядом довольно большой участок и покидает его, оставив лишь прощальную улыбку. Егор уверен, что если бы его мама была жива, то она бы несомненно полюбила Марину. Так, как полюбил ее он. *** Пережить можно все — даже самую страшную боль. Только тебе нужно что-то, что будет тебя отвлекать. Чак Паланик «Колыбельная».© *** От лица автора. Молодая пара не спеша прогуливается по опустошенному городу думая о своем. Щукин крепко сжимает ее руку, плавая где-то в своих мечтах о большой семье и любимой жене. Девушка же зажато рассматривает огоньки горящих фонарей, не зная с чего начать разговор. — Ко мне сегодня приходила мама, —хрипло проговорила девушка, пытаясь привлечь внимание Егора.— Она все знает про тебя. — Ты ей сказала? — удивляется Щукин, аккуратно сплетя их пальцы в одно целое. Неужели девушка осмелилась и рассказала о том человеке, которого любит без стеснения? — Не совсем так, — Марина щурится из-за резкого порыва ветра и поправляет теплый шарф.— Вы конкретно спалились с Яной, когда приходили в больницу. А я просто побольше рассказала о тебе. — Так это же отлично. Ты молодец, —улыбнулся парень и поправил на ее голове шапку. Казалось, еще чуть чуть и пойдет снег, ведь темпера воздуха уже перешла границу нуля. — Но теперь мои родители хотят встретится с тобой.— бурчит девушка, натянув на ладошки варежки.— Завтра вечером, после того, как меня выпишут из больницы, они хотят видеть тебя на ужине у нас дома. — Тебя выписывают завтра? — девушка некоторое время молчит, обдумывая свои слова. Щукин же терпеливо ждет ответа, хотя девушка ответила на поставленный вопрос только что. — Ты. понимаешь, если завтрашняя встреча пройдет на высоте, то отец, возможно, разрешит мне переехать к тебе.— до шатена не сразу доходит правильность ее слов, что вызывает у Марины легкое недоумение.— Или ты уже передумал? — Ты шутишь? Конечно нет! — Егор счастливо улыбается, подхватив свою любимую на руки. Девушка заливается звонким смехом, обхватив широкие плечи молодого парня.— Я тебя очень люблю. Он прикасается к ее губам почти невесомо, получая при этом неземное ощущение. Егор мнёт ее губы, крепко сжимая хрупкую осиную талию. Марина отвечает на все его настойчивые поцелуи, закручивая на пальчике короткие волосы шатена. Он любит ее сильно, страстно, затаив дыхание, так, что он готов потерять голову, наслаждаясь чувством поцелуя. А любит ли она его так же сильно и сумашедше? Думаю, в этом вопросе нам нужно еще разобраться. *** Отодвинув мечты и устав от идей, Жду зимы, как другие не ждут. Помнишь, ты обещал, что не будет дождей? А они все идут и идут. — Анна Ахматова. © *** От лица Яны. Единственный выходной, что был дарован нам для отдыха пролетел так незаметно и стремительно, что я не успела и глазом моргнуть. Стрелки на часах стремительно наматывают круги, пока мы сидим за столом и ужинаем, смотря какую-то передачу. За день мы успели сделать достаточно много дел, не расставаясь ни на секунду. Кисляк бережно начал относится ко мне, что честно говоря вызывает легкий страх. Перевожу взгляд на горячо любимого парня и приподнимаю уголки губ, наблюдая как брюнет наворачивает приготовленный мною салат и курицу, смотря при этом передачу. Возможно, она действительно такая интересная, а возможно он просто не знает о чем со мной можно поговорить. Стараясь не зацикливаться на этой теме, перевожу свой взгляд на собственную тарелку, которая, кажется, осталась нетронутой. Совсем нет аппетита. — Все хорошо? — обеспокоенно произносит Андрей, выведя меня из так называемого тумана мыслей. — Да все отлично. Приятного аппетита, — вяло улыбаюсь и отложив вилку, делаю несколько глотков сока. Он, конечно, мне не верит, но виду не подает. — Спасибо, — Кисляк продолжает свою трапезу до того момента, пока его телефон не начинает издавать звуки звонка. Я мгновенно смотрю на дисплей, на котором высвечивается интересное имя «Ленка». Что ей от него нужно? Брюнет немедля сбрасывает вызов и продолжает кушать, как ни в чем не бывало. Мое же настроение улетает куда-то очень далеко, захватив с собой аппетит. Раздраженно фыркаю, взглянув в окно. Я не имею права закатывать истерики, но и укротить свое любопытство и ревность просто не могу. — Ян, точно все в порядке? — переспрашивает брюнет, отложив столовый прибор. — Я что-то сделал не так? — расслабленно вдыхаю и поджимаю губы. — Нет, правда, все хорошо. Просто немного болит голова.— кидаю мимолетный взгляд на брюнета и вновь смотрю в окно. Огни ночных фонарей завораживают и успокаивают. — Может выпьешь таблетку? — он откладывает вилку, внимательно разглядывая мое лицо. Мои щеки успели приобрести алый цвет то ли от злости, то ли у меня действительно поднялась температура. — Нет, не нужно. Само пройдет, — бурчу, сложив руки в замок. Андрей быстро догадывается, что вся моя история про больную голову выдуманная.— Кто звонил? — Лена Плотникова.— кратко и без всяких раздумий произносит Кисляк, заставив меня за нервничать еще больше. То есть для него это в порядке вещей? — И что ей от тебя нужно было? — шиплю, стараясь не поднимать на него свой взгляд. Готова поспорить, что он сейчас сидит со своими глазами аля я белый и пушистый — Не знаю, я же не взял трубку.— он встает с места и присаживается на корточки у моих ног, чтобы наконец посмотреть в мои глаза. Хитрец.— Ян, даже не думай к ней ревновать. — А кто сказал, что я ревную? — вновь бурчу себе под нос, прикусив нижнюю губу. Андрей берет мои ладошки в свои и нежно целует их. — Я очень люблю тебя, ты должна это понять.— четко и внятно произносит, рисуя кончиком носа на моей ладони рисунок.— Ты должна мне доверять, или у нас ничего не получится. — Знаешь, трудно доверять человеку, который жестоко тебя обманывал.— наконец осмелилась поднять на него свои глаза и застываю. Эти глаза я видела у себя. В зеркале. Такие же отчаянные и наполненные болью. — Я сделаю все, чтобы ты снова научилась доверять мне.— голос легонько дрожит, что заставляет меня оттаять. Я очень боюсь вновь обжечься. Вновь почувствовать эту боль. Но готова ли я сдаться сейчас, чтобы почувствовать себя счастливой? — Я.могу тебя поцеловать? — Ты раньше никогда не спрашивал.— чувствую, как расстояние, что было между нами, заметно сократилось, оставив ничтожно мало. Резко сокращаю дистанцию, прильнув к его сухим, но одновременно желанным губам. Он, явно не ожидавший такого поворота, отвечает на поцелуй, крепко обняв мою талию, а я в свою очередь обхватываю его шею. По телу разливается приятная дрожь, когда я надкусываю его губы. Так готова ли я рискнуть и попробовать вновь окунуться в бездонный океан его поцелуев, потеряв голову? Да. *** Чтобы жить честно, надо рваться, путаться, ошибаться, начинать и опять бросать, и опять начинать, и опять бросать, и вечно бороться. — Лев Толстой «Война и Мир».©