Струны

Не помню, когда точно меня не стало, Но все, чего я хотел – Это быть с собой честным.

На улице идет противный моросящий дождь. Не смотря на то, что это почти конец ноября, на улице еще достаточно тепло. Капли неприятно стучат по крыше, заставляя меня сжиматься. Я сильнее натягиваю одеяло и пытаюсь заснуть. Непонятное чувство засело где-то в районе солнечного сплетения, вынуждая мои глаза слезиться без видимого повода. Я утыкаюсь лицом в подушку, в попытке отогнать это ощущение. Вторую неделю он не дает мне спокойно заснуть. Вторую неделю мои мысли забиты им и его непонятным поведением. Все, о чем я думаю сутки напролет – он и его безразличие. Джастин. Одно имя. Сотни мурашек по коже. Переизбыток чувств и эмоций. Он даже не посчитал нужным разговаривать со мной. Джастин просто позвонил Элле и сказал, что уезжаешь на неопределенный срок, и наши занятия откладываются. Черт возьми, он серьезно? Все о чем он думает – это занятия? Я злюсь, что дождь не прекращается. Все это доводит меня до того состояния, что я просто хнычу в подушку, сжимая наволочку. Я хочу, чтобы меня попустило. Чтобы стало легче. Переворачиваюсь на спину и принимаюсь рассматривать потеки на окне. Знаю, что усну лишь под утро, когда сил совсем не останется. Когда время исчерпает свой лимит. Слышу вибрацию телефона и от неожиданности вздрагиваю. От кого: Джастин Нам нужно поговорить. Я втягиваю воздух со свистом. Два часа ночи. Мое дыхание сбивается окончательно, а пальцы начинают подрагивать. От кого: Джастин Просто ответь мне, если не спишь. Умоляю, Флеерета. Я прикрываю глаза, пытаясь восстановить дыхание. Мне нужно собраться. Мне. Нужно. Собраться. От кого: Флеерета Я не сплю. От кого: Джастин Выгляни в окно. Я тяжело сглатываю и поднимаюсь с кровати. На ватных ногах дохожу до окна и, протерев его ладошкой, всматриваюсь в темноту. Дыхание останавливается, когда я вижу машину Джастина, а его самого напротив моего окна, одетого в черную куртку. На его голове капюшон, а в руках телефон. От кого: Джастин Выйди ко мне. Пожалуйста. Я перевожу взгляд с телефона на Джастина. Пара секунд сомнений и я срываюсь с места, направляясь к шкафу. Скидываю с себя пижаму и натягиваю ежедневную одежду. Поправляю волосы и тихо спускаюсь на первый этаж. Ступаю осторожно, боясь разбудить Эллу. Быстро надев ботинки и накинув пальто, я тихо открываю дверь и прошмыгиваю на улицу. Пара оборотов ключа с внешней стороны и вот, я на свободе. Делаю пару шагов в сторону дороги и встречаюсь с Джастином. – Привет, – говорит мужчина, заставляя меня вздрогнуть. – Привет, – отвечаю я, борясь с желанием броситься прямо сейчас ему в объятья и рассказать, как сильно скучала, как сильно волновалась. Джастин еще пару секунд всматривается в мое лицо, а потом кивает в сторону машины. – Ты сейчас вся промокнешь, – Джастин открывает мне дверь, пропуская в салон. Я усаживаюсь на сидение, вдыхая аромат его парфюма, которым заполнено все пространство. Господи, что я творю? Уезжаю ночью на машине со своим учителем по игре на виолончели? Что с моим рассудком? Он отключен, когда Джастин рядом. Слышу, как мужчина садиться за руль и заводит машину. Он молчалив. Как и я. Я даже не интересуюсь, куда мы направляемся. Машина сворачивает по шоссе, но едет совсем не быстро. Размеренно и спокойно, словно нам некуда спешить. Чувствую, как рука Джастина накрывает мою и слегка сжимает. Втягиваю воздух и смотрю на него. Его взгляд все так же устремлен на дорогу. Я прикрываю глаза и, ненавидя саму себя за слабость, сжимаю его руку в ответ. Мы молчим, никто не говорит и слова. Резко Джастин перетягивает меня на свои колени, лицом к рулю. Я даже не успеваю издать звук, как он хватает мои руки и кладет их руль. Осознания того, что это все происходит во время езды, да еще и в ливень, не на шутку пугает меня. – Что ты делаешь? – на одном дыхании спрашиваю я. Джастин выскальзывает из-под меня и быстро оказывается на пассажирском сидении. – Я хочу, чтобы ты вела машину, – отвечает мужчина и откидывается на спинку кресла. – Справа – газ, слева тормоз, это – переключатель скорости. Все просто, Флеерета. Давай. Я не знаю, куда мне деть свои руки. Тело просто меня не слушается. Волнение наполняет разум. – Ты с ума сошел? – спрашиваю я, пытаясь не лавировать машиной. – Мы же сейчас разобьемся! Неужели тебе не страшно? Мой голос дрожит, во время того, как я пытаюсь сбалансировать скорость машины. – Не страшно. Я доверяю тебе, – отвечает Джастин и кладет руку на мое колено, успокаивающе поглаживая. Я перестаю дышать. Его слова делают со мной странные вещи, отчего я пытаюсь сфокусироваться на дороге. Хочу доказать ему, что его доверие не напрасное. Я вывожу машину в ровное состояние. Теперь мы едем на стабильной скорости, без рывков. Боковым зрением вижу, как Джастин улыбается. Я готова все сделать ради его улыбки. – Молодец, – хвалит меня мужчина, все еще поглаживая мое колено. – Теперь припаркуйся около того здания, – Джастин указывает на придорожное кафе, видя растерянность на моем лице. – Включи правый поворот и заднюю передачу и выверни руль на полтора оборота, когда твое условное пересечение на автомобиле соединится с точкой на стоянке. Потом верни руль в исходное положение. Хриплый поучающий голос Джастина доноситься до моих ушей, и я стараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы не разочаровать его. И так. Правый поворот. Задняя передача. Руль. Исходное положение. Тормоз. Машина останавливается и Джастин смеется. – Да, ты превосходная ученица, – подмигивает мне Джастин, и я краснею. – Пойдем. Мужчина выходит из машины, а я все еще сижу на месте, прикрыв глаза и стараясь осознать, что произошло. Слышу, как с моей стороны открывается дверь, и распахиваю глаза. – Леди, прошу на выход, – улыбается Джастин и машет рукой. Осознав, что дождь прекратился, я втягиваю воздух и следую за мужчиной в помещение. Здесь тепло и уютно. Мы расположились за самым дальним столиком в углу. Джастин сказал что-то официантке, которая моментально скрылась из поля зрения, и внимательно посмотрел на меня. Я ощущала, как мои руки все еще подрагивают, а сердце вырывается из груди. – Что это было? – шепчу я, уставившись в точку по центру стола. – Небольшой урок вождения, – пожимает плечами Джастин. – Испытание доверием. До меня доходит. Во время последней нашей встречи, я упрекнула его в недоверии. Это был его способ доказать мне обратное. Внутри меня зарождается ураган. – Джастин, – я, наконец, осмеливаюсь взглянуть ему в глаза, – где ты был все это время? Вижу, как мужчина напрягается и его взгляд становиться серьезнее. – Мне нужно было решить некоторые дела с бизнесом отца, подписать некоторые документы, – Джастин потирает спинку носа, что говорит о том, что он врет. Я молчу. Лишь всматриваюсь в его лицо. – Я должен извиниться перед тобой, – заявляет мужчина и смотрит мне в глаза. – Я чертов ублюдок, что накричал на тебя. Я просто вспылил из-за… Джастин осекся. Он сжимает губы в тонкую линию, и хмуриться, будто ему больно. – Прости меня, – выдает он и умоляюще смотрит на меня. Мне плевать врет он или нет, но сейчас он со мной и это делает меня невероятно счастливой. Я киваю, наблюдая за тем, как Джастин облегченно вздыхает и накрывает мою руку своей. Он поглаживает тыльную сторону моей ладони своим большим пальцем. Перевожу взгляд на наши руки. Замечаю на безымянном пальце левой руки Джастина след от кольца. Будто бы он снял его совсем недавно. Хмурюсь. – Ваш заказ, – раздается голос официантки и передо мной появляется тарелка с бургером и жареным картофелем. Джастин отпивает колы, следя за удаляющейся официанткой, и откидывается на спинку стула. – Мы так и не доиграли в игру, – говорит мужчина, окуная картофель в сырный соус, – Я не задал тебе три интересующих меня вопроса. – Начинай, – киваю я. Я хотела быть так же искренна с ним, как и он со мной. – Твое самое заветное воспоминание? – кидает мне Джастин и выжидающе смотрит. – Мы с бабушкой ездили на ярмарку, где проходил фестиваль блинов. Это было что-то вроде конкурса. В конце дня объявлялся фаворит, имя человека, чьи блинчики были лучшими, и он получал денежный приз. Мы решили взять участие и приготовили блинчики с лососем, телятиной со сметаной и лесными грибами, – я улыбалась, предаваясь воспоминаниям. – И представляешь? Мы выиграли! Я чувствовала себя королевой мира! Королевой, которая все выигранные деньги потратила на жвачки с пожеланиями. Но я была счастлива! Джастин слушает меня, улыбаясь и поглощая свой бургер. – Твой самый большой страх? – с набитым ртом спрашивает мужчина. Я удивляюсь тому, как бодро я себя чувствую. На часах три ночи, а я будто высыпалась неделями. – Сложно, – вздыхаю я. – Наверное, это страх быть предметом насмешек и унижений. Я думаю, эта боязнь появилась, когда мои бывшие одноклассники узнали, – я запнулась и откашлялась, – что я наркоманка. Я не хотела, чтобы Джастин чувствовал себя некомфортно из-за моего ответа на его вопрос. – А что насчет тебя? Какой у тебя страх? – я принялась за свой бургер. Мужчина отложил в сторону еду и сделал глоток колы. – Я боюсь своей жизни, – он одернул себя. – Прожитой жизнь… Трудно объяснять такие вещи. Когда-то я надеялся, что каждый мой день будет раскрашен новыми красками. Такого, к сожалению, не произошло, но и тоскливой мою жизнь не назовешь. Больше всего она напоминает удачно купленную акцию – хорошая сделка, выгодная, курс повышался день ото дня, а я ведь по опыту знаю, что далеко не каждый может похвастаться подобным. Но если смотреть с другой стороны, в двадцать два года у Ганди было трое детей, у Моцарта – 30 симфоний, а Бадди Холли был уже мёртв, – двадцати двух летний успешный мужчина, по моему мнению, пожимает плечами и снова делает глоток колы. – Вещь, которую ты очень хочешь сделать, но боишься? – задает вопрос Джастин. Я пару секунд думаю. – Тату, – выпаливаю я, замечая удивленный взгляд Джастина. – Да, тату. Мужчина пару секунд смотрит на меня, потом на наши уже опустевшие тарелки. Он достает из кармана бумажник, расплачивается и быстро хватает меня за руку. – Надеюсь, ты не боишься игл, – тихо говорит Джастин. – Что ты имеешь в виду? – непонимающе спрашиваю я, но уже оказываюсь в салоне авто.

* * *

Мы идем вдоль какой-то узкой улочки, по обе стороны которой раскиданы магазины и рестораны. На всех витринах красуется вывеска «закрыто», но мы Джастин упорно куда-то направляется. Мы сворачиваем с дороги в переулок, в конце которого горит красная светящаяся табличка «TATOO». Я резко останавливаюсь и смотрю на Джастина. – Ты серьезно? – спрашиваю я, ощущая дрожь в коленках. – Просто хочу исполнить твое желание, – пожимает плечами Джастин. Я уставилась на носки своих сапог, размышляя о том, какого черта я делаю. – Думаешь, где бы набить? – смеется мужчина. – Нет, думаю, набивать ли вообще, – хмурюсь я. – Тебе ведь нравятся мои тату, – улыбается Джастин, а я снова опускаю глаза в пол от смущения. – Правда, мы не будем забивать тебе все руки. Прости, дорогая. Я выдаю не громкий смешок и поднимаю голову – А иглы там точно стерилизуют? – спрашиваю я, смотря на виднеющиеся из-под рукавов куртки тату Джастина. – Конечно, что за глупости ты говоришь? – разводит руками мужчина, с лица которого не сходит улыбка. Джастин берет меня за руку и подходит к большим металлическим дверям. Мужчина толкает дверь и ступает внутрь. С ним мне ничего не страшно. – Джимми, к тебе можно? – громко спрашивает мужчина, идя вдоль коридора. – Джастин? Заходи, – слышится голос из-за двери в самом конце помещения. Мы входим в какую-то комнату, и в нос сразу ударяет запах спирта. Мужчина среднего роста сидит за столом, перебирая насадки для машинки. – Джастин, здорова, – усмехается Джимми и поворачивается к нам, – Как твоя татуировка? – Все в порядке, Джимми, спасибо, – улыбается Джастин. – Но сегодня не я главный гость этого вечера, а она. – Эта милая девушка? И что вам, синьорина, угодно получить? Уже определились с местом? – голос Джимми звучал довольно приятно. – Там где будет менее заметно, – отвечаю я. – Это может быть затылок, место под волосами, щиколотка или бедро, – мужчина загибает пальцы. – На бедре пойдет, – отвечаю я, понятия не имея, откуда у меня столько храбрости. – Держи, выбирай, – Джимми вытаскивает из-под стола огромный альбом с эскизами. Я перелистываю страницы. Шпаги, пистолеты, черепа, кресты, драконы и волки. – Мне ничего не понравилось, – выдаю я, откладывая альбом в сторону. Джимми кивает головой, словно он предвидел это. – Тогда сейчас придумаем. Может розу? – спрашивает он и получает от меня отрицательный кивок головой, – Или может надпись? Вы девушки любите набивать надписи на своем теле. Я снова отрицательно качаю головой. – Хочется чего-то не обычного, – шепчу я, и меня озаряет, – Я хочу тату птицы, как у Джастина на бедре. Боковым зрением вижу, как Джастин улыбается, и понимаю, что произошло. Я только, что сама прямым текстом сказала, что разглядывала его. Да, еще и на уровне бедер. Джимми приступает к делу. Джастин отвлекает меня рассказами о своем коте, которого ему подарили на двенадцатилетние и историями о его приключениях в Мексике. О том, как съел красный перец и потом два дня не отходил от графина с водой. Джастин держит меня за руку, нежно поглаживая и целуя костяшки, иногда бросая взор на работу Джимми. Наконец, на тату наносят крем и накрывают пленкой, а сверху марлей. Я вижу, как Джастин расплачивается, и отодвигаю ткань в сторону, смотря на тату. – Нравится? – тихий шепот на ухо. – Очень, – отвечаю я, продолжая любоваться маленькой, чуть припухшей, птичкой на своем бедре. Я поворачиваю лицо в сторону и врезаюсь в губы Джастина. Он целует меня медленно и влажно, заставляя млеть. Его руки путешествуют к бедру, где он возвращает марлю на место и застегивает пуговицу моих джинс. Я чувствую его прикосновения, и осознаю, какое влияние он имеет на меня. С ним я делаю вещи, которые никогда бы не перешли через границу «просто мечтать». Он меняет меня.