Ошибка ценою в жизнь

Ярко-красные глаза нехотя открылись, размыкая густые ресницы. Хрупкая бледная ручка потянулась к глазам, дабы отгородить их от ярких солнечных лучей, сильно слепящих непривыкшие к свету очи. Другая рука медленно двигалась вверх-вниз по светлой простыне, пока не уперлась в теплое мягкое тело. Слабо улыбнувшись, красноглазое диво повернулось лицом к телу друга и, обняв его, сильно прижалась к спящей подкаченной тушке. Половина старшей школы отдала бы всё, чтоб проснуться с этим юношей в одной постели, но счастливицей стала лишь Наоми. Запах зелёного яблока, будоражащего и столь любимого, вызвал улыбку, украсившую прекрасное бледное личико. Опухшая больная щека дала о себе знать, острым кинжалом впиваясь в тело. Улыбка быстро стерлась и бледная конечность на этот раз протянулась к источнику боли. Аккуратно коснувшись щечки и слабо проведя по ней тонкими пальчиками, Наоми немного поморщилась. Молодая особа привстала на кровати, сминая одеяло и немного оголяя тело юноши, лежащего рядом. Алые очи исследовали его светлую кожу. Запоминая каждую родинку, каждый изгиб, словно в последний раз. Чинетсу тяжело встала с постели и направилась в сторону двери, шаркая по полу ногами. Половицы скрипели под тяжестью нового тела, что предательски выдавало её намерения. — Душ прямо по коридору, последняя дверь справа, — спящий бас, столь знакомый и привычный, раздался из-за спины девушки. Она бы улыбнулась, если бы не щека. Длинные ноги понесли прелестную тушку в ванную, медленно передвигаясь по тёплому деревянному полу. Белая дверь ванны со скрипом открылась, впуская гостью в светлую чистую комнату. Большая ванна, огромное количество полочек и ящичков для душевых принадлежностей, огромное зеркало в золотой рамке, так просторно и красиво, но в то же время не слишком вычурно. Наоми открыла кран осторожным движением руки, поток горячей воды с шумом хлынул в огромное изделие из дорого мрамора. Бюстгальтер был растегнут одним движением тонких пальчиков и, слегка задержавшись на плечах, упал вниз вместе с остатком мешающей одежды. Бледно тело медленно опустились в горячую влагу, отдавшись охватившей его волне расслабления и умиротворения. Теперь даже улыбаться не так уж и больно. Холмики груди медленно поднимались и опускались, утопая в теплоте воды. Закрыв глаза, Наоми вспоминала времена, которые больше никогда не вернуть, и от этого два противоположных чувства наполнили спящую душу. Радость от того, что эти моменты были и не забылись, и грусть от того, что они больше никогда не повторяется. Из раздумий демона вывел скрип двери, выдавший юношу, что навестил свою гостью в неподходящий момент. Он подошёл к краю ванной и нежно провёл по бархату кожи, пробуждая сознание молодой особы. — Что ты тут делаешь? — пытаясь прикрыться мокрыми тонкими руками, взвыла молодая особа. Щеки её покрылись румянцем, а в глазах читалась ярость. — Успокойся, что я там не видел? — равнодушие, с которым были произнесены эти слова, ещё больше разозлили нашего демона. Звук пощёчины разлетелся по ванной комнате и эхом возвращался обратно, отталкиваясь от покрытых плиткой стен. Аято приложил теплую руку к щеке, пытаясь унять боль, но это слабо помогало. Зелёные и алые глаза столкнулись и парень ушёл, поняв что ему же будет хуже. Спокойно мыться дальше девушка не могла, и, обмотавшись мягким полотенцем, она вышла из комнаты, воздух которой был пропитан яростью. Запах горелого хлеба позвал нашу героиню на кухню, и она, подчиняясь, побежала вниз в одном махровом полотенце. Огромные глаза осматривали кухню, не понимая, что случилось. У плиты стоял не кто иной, как Аято, без рубашки и совести, и энергично махал руками в разные стороны, пытаясь уменьшить количество дыма, идущего нетолстым столбцом от места готовки. Неудачные попытки друга рассмешили нашу героиню и, облокотившись тёплым плечом о дверной проем, что врезался в мягкую кожу, смотрела она на недавно ненавистного ей юношу. Он же, в свою очередь, услышал звонкий ехидный смешок демона и поспешил повернуться к ней своим прелестным лицом. — Не смешно, — щеки обладателя медных волос надулись, как два гелевых шарика, и, словно маленький обиженный ребёнок, он скрестил руки на груди, ожидая извинений. — Твои глупые попытки готовить очень даже смешные, — и снова ехидный смешок вырвался из груди, и, не сумев остановить его внутри, блондинка прикрыта рот рукой, — а теперь, пока ты не спалил кухню, давай я приготовлю, завтрак, — тонкие ноги легко понесли их владелицу наверх и, когда огромная футболка младшего хозяина этого замка упала на хрупкие плечи, скрывая сокровенные тайны молодой девушки, Чинетсу спустилась на кухню, снова, — сколько времени? — Это уже не важно, — зеленоглазый сидел на высоком стуле у барной стойки и листал ленту Твиттера, как обычно. Оповещения, сопровождаемые звуком чириканья, приходили очень часто и в больших количествах, что несомненно не могло не раздражать Наоми. — Тебя не учили звук выключать?! — недовольная, она быстро расправилась с простейшей яичницей, а большего от неё юноша и не ждал, и села к нему, — чем займемся? — равнодушно ковыряя еду в тарелке, блондинка сверлила алыми глазами дорогого друга, не желая томиться в тоске весь день. Он же не спешил откладывать в сторону свой телефон и отвечать на поставленный вопрос. Внезапно мелодия звонка прервала тишину и развеяла напряжение, нависшее над нашими героями. По недовольной гримассе на некогда безупречном лице обладателя медных волос можно было понять, что этого звонка он не хотел, и ярого желания отвечать у него нет, но придётся. Выругавшись вслух, парень встал со своего места и оставил ненадолго свою прекрасную подругу ожидать его в полном одиночестве. Разговор был коротким, но содержательным. За несколько минут этого разговора юноша понял, что занят сегодня на весь день рутинной работой будущего наследника. Школа скоро закончится, а это значит, что пора бы нашему Великому учиться управлять людьми, выдвигать проекты, составлять контракты и умело совершать аферы на крупные, очень крупные суммы. Как только наша красавица увидела недовольное личико зеленоглазого и угаснувшие огоньки в его изумрудах, она поняла, что это будет скучный день. — Я не знаю, чем займешься ты, а я весь день просижу в душном кабинете, рассматривая гребаные бумажки! — сказать что наш герой был зол — значит ничего не сказать. Спокойный сначала, его голос постепенно становился громче, а руки сжимались в кулаки. Он ненавидел эту работу, эту ответственность, эти обязанности. Он не хотел быть тем, кого из него так страстно желал сделать отец. Аято давно бы сбежал уже, но не мог, к сожалению… — Откажись. Скажи прямо, что не хочешь и не будешь этого делать, — для дьявола в юбке ничего не стоило высказать все прямо в лицо, открыто сказать что она думает по этому поводу, оскорбить и унизить. Аято также это не составляло никакого труда, но не сейчас. Не в этой ситуации и не этому человеку. — Не могу, Наоми. Прости, — младший хозяин дома направился наверх, снова оставив подругу скучать в гордом одиночестве. Чинетсу сначала дулась на рыжего, нервно пережевывая яичницу, но, поев немного, успокоилась. Затем она быстро прибралась на кухне, ведь в таком доме не может быть грязной посуды, и пошла наверх, но до лестницы так и не дошла. Навстречу ей спустился, всегда готовый командовать и помыкать людьми, рыжий друг. — Я не хочу возвращаться домой, — провожая нашего героя до выхода, блондинка думала куда бы ей сейчас податься. — Не возвращайся. Если захочешь прогуляться, дубликат ключей найдешь в тумбочке. Оставайся у меня. Думаю, отца я ещё долго не увижу, раз уж он не приехал, а поручил это дело мне. Дом весь в твоём распоряжении, — взъерошив волосы подруги, цвета спелой пшеницы, парень благополучно покинул дом. Отчаявшись провести этот день весело и с хорошей кампанией, Наоми стала ходить по дому, медленно исследуя его, последняя надежда найти здесь хоть какое-то занятие не увенчалась успехом. Коридоры огромного особняка тянулись длинными змеями, казалось, будто они бесконечны. Вот поворот, там ещё один. Иногда попадаются двери, но это либо кладовая, либо комната прислуги, либо свободная спальня, огромных размеров. Этот дом был истинным готическим замком, здесь наша героиня почувствовала себя принцессой. Пускай на долю секунды, но ей удалось погрузиться в сказку. Ну наконец-то! Несколько часовая прогулка по готическому роскошному замку не оказалась бессмысленной. Девушка, даже не веря сама себе, нашла домашний кинотеатр. Она сразу же села на мягкий бархатный диван и расслабилась. Этот день будет отдан полностью под просмотр фильмов.

***

В большом белом фургоне, именуемом домом на колёсах, глубоким сном спали трое юношей, что наделали много шуму в этом огромном и, казалось, таком спокойном городе. Окна были зашторены, так что лучи утреннего солнца не могли проникнуть внутрь и разбудить наших преступников своим надоедливым ярким светом. Конечно, как обычно, первым встаёт Рейджи, что считает своим долгом заботиться о младших членах его банды. В конце концов, эта небольшая стайка сформировалась под его началом. Теперь же, некогда совершенно чужие друг другу, юноши стали братьями. Брюнет был старшим и заменял им и отца, и мать, и бабушку с дедушкой. Из скудного содержимого небольшого холодильника в дорожной кухне трудно было бы приготовить нечто сытное и вкусное, но обладатель малиновых глаз очень постарался. Запах жареного кусочка мяса моментально распространился по всей машине, пробуждая ото сна уже проголодавшихся негодяев. Наперегонки они оделись, умылись, чуть ли не уничтожив и не без того среднего качества ванную, и сели по своим местам в чем-то среднем между маленькой столовой и гостиной. После большого и просторного бункера было немного трудно привыкнуть к этой тесноте и скудности, ведь здесь почти ничего не было, но и не в таких условиях живут люди, так что никто не жаловался. — Тут только два куска мяса, а где твой, Рейджи? — осмотрев что-то напоминающее обеденный стол, но больше похожее на журнальный столик, альбинос сложил сильные руки на груди, требуя справедливости по отношению ко всем жителям этого дома на колёсах. Райто же, в свою очередь, уже приступил к еде, но остановился, поймав тяжёлый взгляд алых рубинов младшего на себе. Под таким гнетом он есть не мог. Повар, сохраняя спокойствие и твердо глядя в глаза Субару, мягко ответил, изобразив подобие улыбки: — Я уже расправился со своей частью завтрака, пока вы спали. Приятного аппетита, — молодой человек встал, статно обойдя братьев, он прошёл в водительскую часть фургона и завёл двигатель. Субару сел на своё место и с превеликим удовольствием съел все, даже не подозревая, что никакой третьей части завтрака и не было. Мотор негромко заревел, и дом на колёсах, отражая в своих небольших окнах свет солнца, совсем недавно пробудившегося ото сна, неспешно двигался в сторону заправки на окраине города, ведь скоро ни эту большую машину, ни её обладателей никто в этом огромном городе не увидит, спокойствие снова поселился в его извилистых улочках, а влюблённые пары вновь будут встречать и провожать рассветы и закаты, гуляя в парках. Все вернётся на круги своя, будто бы никогда и не было трёх отвратительных кровожадных разбойников, вот только они заберут с собой ещё одного человека. Этот человек станем последним преступлением, последней каплей, именно это похищение станет тем самым послевкусием, что оставят после себя наши трое преступников. Как только с завтраком было покончено, Субару поднялся, убрал за собой грязную посуду и сел рядом с Рейджи. Юноша даже не посмотрел на старшего брата, его тяжёлый, пронизывающий насквозь взгляд был устремлён на дорогу, на красивом лице от печаталось серьёзное задумчивое выражение, что-то омрачило нашего героя. — Рейджи, мы не маленькие дети. Не надо так о нас Заботиться, — обладатель пепельных волос все также глядел вдаль, не поднимая взор на названного брата. Напряжение повисло над юношами тяжёлой, мрачной тучей, давя на обоих с удивительно огромной силой. Альбинос понимал чувства брата, считавшего себя Старшим и ответственным за всё, но они больше не те мальчишки, за которыми нужен глаз да глаз, сами могу со всем справиться. — Я не понимаю о чем ты, — искоренить заботу не получится, таков уж этот упертый очкарик. Он смотрел на дорогу, но был где-то не здесь. Его мысли и воображение унесли его куда-то далеко, в прошлое, такое соблазнительно близкое и одновременно недосягаемое. Кроткая улыбка озарила обычно серьёзное лицо, — помнишь нашу первую встречу? Эти воспоминания вызывали улыбку и на суровом лице младшего. Они оба никогда не забудут этот день, ведь именно тогда у старшего появилась мысль создать эту маленькую банду, именно тогда светловолосый нашёл применение своей силе, именно тогда их судьба была предопределена. — Это был первый раз, когда я пожалел, что ломал кому-то нос, — фантомная боль посетила пострадавшую при первой встрече часть лица Рейджи, отчего он немного поморщился. — Это был комплимент? — почему-то, голова шайки принял эти слова именно так. — Думай как хочешь, — снова суровость овладела лицом младшего разбойника, а улыбка посещает его так редко, к сожалению. Кажется что когда улыбается Субару, ангелы спускаются с небесной обители и наслаждаются этим удивительно прекрасным лицом. Взгляд его снова стал прямым, тяжёлым, словно он смотрит на заклятого врага. Да, все люди, кроме братьев, были ему врагами. Именно поэтому парень так безжалостно и бесчувственно убивал. Человечность покинула его, давно и безвозвратно. И снова тишина села на свой трон, сопровождаемая напряжением безмолвия. Они сидели рядом, каждый думал о чём-то своём. Тишину развеял Райто, заскучавший сидеть в телефоне и листать ленту фейковой страницы в твиттере. Юноша ворвался в царство тишины и сбил её с величественного трона очередным анекдотом, а затем и байкой об одном из похождений. Парни ехали, смеясь и болтая, словно девчонки. Да, представители сильного пола тоже очень любят поболтать и посплетничать, только никогда в этом не признаются и не дают понять. Вскоре фургон остановился на дешевой заправке у окраины города, где юноши запаслись бензином и решили обсудить свой план. Рейджи прекрасно все рассказал, буквально разжевал всю информацию и все действия, но все же просил своих подельников повторять все снова и снова. Жаль, что фотографию достать не удалось, но точное описание внешности было словно фото, нашим героям хватило и этого. — И когда мы приступил к исполнению плана? — как никогда бойкий и готовый уже сполна насладиться компанией заложницы, Райто слушал старшего очень внимательно. В ярких изумрудах глаз загорелись озорные огоньки, а ехидная улыбочка, больше похожая на хищный оскал, не сходила со смазливого личика. — Завтра вечером, не торопись, — в этот раз очкарик был спокоен, словно каждый день похищал дочек богатеньких шишек. Лицо его было серьёзным, каждое слово четким и ясным, будто он оттачивал каждую произнесенную букву перед зеркалом, дыхание, биение сердца, — все было как всегда, чего не скажешь о младшем. Его сердце было готово покинуть бренное тело прямо сейчас, дыхание было глубоким, а уши немного покраснели. Все же ему было нелегко свыкнуться с той мыслью, что девушку убивать нельзя, она должна быть жива, цела и невредима. Юноши спокойно поели, заказав еду здесь же, в кафе и решили отдохнуть и развеяться перед тем, как уехать из этого города. Яркие огни мелькали в тёмном помещении, наполненном разными телами. Все они пытались красиво двигаться в такт музыке, у кого-то получалось хорошо, кто-то просто шевелил конечностями и привлекательными частями своего тела, не обращая внимания на музыку. Именно здесь, в месте, где ночь становится днём, где открыты все способы развлечься и забыть о каждодневной рутине, на этой территории свободы и отдыхает молодёжь, зачастую забывая о морали и этике напрочь. Только в этом месте можно увидеть лица всех социальных статусов, с доходами выше и ниже среднего, представителей самых разных профессий. Именно здесь сегодня отдыхают и наши герои, заказывают алкоголь, отдаются музыке и улыбкам удивительно красивых девушек с прелестными формами. Утром, конечно, никто и не вспомнит о своих ночных похождениях, девушкам даже в голову не придёт, что эту ночь они провели с преступниками, ворами, убийцами. Им все все равно с кем ложиться в постель, главное — это получить удовольствие, выхватить то мимолетное мгновение, ради которого многие жили, даже скорее переживали эту неделю, все ради удовольствия. Сейчас эти прекрасные юноши стали одними из всех, такими же, как и миллионы людей, готовыми отдать любые деньги ради этой мгновенной услады, ради короткого мига упоения в самых страшных грехах. Ради уничтожения самого себя. Наши герои сейчас делают то же самое. Все ради сладкого мгновения…

A string of pleasures short... The changing face of joy. (Robert Burton) (Англ.) Вереница удовольствий коротка... У радости изменчивый лик. (Роберт Бёртон)