Наемница

Гажил Редфокс всегда оставался безразличным ко всему, что происходило в гильдии и за ее пределами — в особенности, это касалось команды Нацу, в особенности, это касалось Хартфилии. Что он мог о ней сказать? Ну, фигуристая блондинка в юбке, что еле прикрывает задницу, мозги работают отлично, и если бы не это, то девчонка подтвердила все стереотипы про обладательниц светлых волос. Но сам железный убийца драконов никогда бы не подумал, что будет удерживать ее от поспешного решения покинуть гильдию. Казалось бы, делай, что хочешь, покидай гильдию, становись наемником, встречайся с барменом захудалого бара, во что он ревностно верил, — ему не должно быть до этого дела. Но Гажил рьяно протестовал решениям Люси, не позволяя ей делать то, что хочется. Что-то внутри пылало, взрывалось, словно подталкивая Редфокса к действиям, а он лишь наблюдал за девушкой из-под еле опущенных ресниц, совершенно не понимая, как ему быть. Он не хотел терять с Хартфилией связь, особенно, после того, как она совершила ту апокалиптическую ошибку, прикоснувшись к губам Гажила. Довольно трудно отпустить то, что изменило твою жизнь. Но Люси обладала той решимостью, которой он давно не встречал. Он чувствовал, что она нужна ему, как воздух, иначе он задохнется в этих чувствах, которые временами пугали, но все же делали счастливее. Редфокс все еще не понимал, что с ним происходило, но парень доверял внутреннему голосу, что твердил каждый день, что все его чувства верны, правдивы, истинны — они подлинней, чем солнце по утрам или звезды на ночном небе. — Я пойду с тобой, — твердил он немного отрешенно, витая совсем в других облаках, а Люси удивленно оборачивается на его голос, слегка наклоняя голову в непонимании. Он продолжает. — Ты ведь в гильдию, прощаться. Так вот, я иду с тобой. — Как хочешь, — пожимает плечами наемница, но в груди что-то до хруста сжимается. Сердце, наверное. Они выходят из дома, а над ними летит Лилейный, что последнее время стал слишком молчаливым, но его еле заметная усмешка говорит лишь о том, что ему нравится происходящее с Гажилом и Люси, и он лишь ждет, когда все встанет на свои места. Пара заходит в гильдию, а рюкзак Люси в который раз висит на ее спине, словно предзнаменование, возможно, ошибочным действиям. Она подходит к барной стойке, а Мира мило улыбается ей в ответ. Хартфилия чувствует, как ком застревает в горле, и ей не удается говорить. Девушка вспоминает, как первый раз пришла в "Хвост фей", и от этого теплая улыбка украшает ее лицо. Гажил остался наблюдать у двери. Он не хотел, чтобы Люси покидала гильдию, особенно теперь, когда он, словно начал заново чувствовать. Он должен сказать ей, только не знал, как. — Мира, — говорит Люси, облокачиваясь локтями на барную стойку. — Да, Люси, — улыбается Штраус старшая, но ее лицо сразу же меняется и она задумчиво отводит взгляд. — Кстати, смотри, что нашла. Не знаешь, откуда? Девушка протягивает наемнице кинжал — тонкий, с золотистой птицей на рукоятке. Хартфилия присматривается и молчит, пару раз моргает, словно это оружие ей снится или кажется, но нет — оно материально, как и любой в этом здании. Тот самый кинжал, с которого начались ее тренировки владения оружием, с которым она впервые припугнула человека, который напоминал ей о Литие днем и ночью, который был отдан обратно, чтобы уменьшить боль от колких слов ее друга. На лице заклинательнице отразились разные эмоции, но она резко взглянула на Миражанну. — Где ты это взяла? — спрашивает она, сжимая в руках свой кинжал. — На стойке лежал, — пожала плечами дьяволица. — Я спросила Эльзу, но она сказала, что у нее такого не было. — Это мой, — тихо говорит Люси, улыбаясь, скользя взглядом по острому лезвию. — Не знала, что ты умеешь обращаться с оружием, — удивленно говорит Мира, наблюдая за девушкой. Хартфилия пожимает плечами. Вдруг ее словно пробивает током, ведь кинжал не мог оказаться здесь просто так. Значит, Коу здесь. Люси резко оборачивается, ища взглядом своего лучшего друга. Волшебники смотрят на девушку — некоторые обеспокоенно, другие же непонимающе, но наемница не замечает, выискивая глазами светлую макушке. И вот он. Сидит за столом, попивая что-то из стакана. Взгляд в никуда, задумчивый, но такой же красивый, как и прежде; в белой рубашке с закатанными рукавами, что была, наверное, его любимым предметом гардероба, черных брюках и ботинках; волосы растрепанны — он изменил свою прическу, ведь Хартфилии так нравилось больше. Литий постукивал пальцами по деревянному столу, нервничая, поэтому, видимо, не заметил, как Люси вошла в гильдию. Окрыленная наемница медленно направилась к его столу, совершенно не зная, как поступить или что сказать. После той ссоры они не виделись неделю, да и Люси узнает, что он пытался оградить ее от преследований других волшебников — как теперь реагировать? Она рада его видеть, очень, но то, что он решил за нее, как ей лучше, ее не устраивало — это недовольство она переняла из своего прошлого, когда отец распоряжался, как ей жить. Он не сказал о том, что напрямую ее касалось, поэтому девушка была немного зла. — Люс, — улыбается Литий, поднимаясь со стула, подходя к блондинке. Наемница прищуривается, но прыгает на Коу, болезненно ероша его волосы на макушке. — Ах ты, дубина, — Люси оттягивает его волосы, а Литий лишь шипит от не приятных ощущений, но держится на ногах, пытаясь не упасть и не упустить свою подругу. — Разобраться самостоятельно он захотел. Это ведь заказ на меня, поэтому разбираться должна была я. — Прости меня, — растягивая слова, говорит Коу, пытаясь оттащить от себя разбушевавшуюся девушку. Хартфилия слезла с парня и посмотрела на него веселым взглядом. Она покачала головой, расплываясь в улыбке, и кинулась в объятия к своего другу. Литий прижал Люси к себе, зарываясь носом в ее волосах. — Я скучал, милая, — шепчет Коу, склоняясь над девушкой — он выше нее на целую голову. — Я рассчитывал, что встреча будет менее безболезненной. — И я по тебе скучала, — отвечает Хартфилия, улыбаясь. — Ты зря надеялся. Все волшебники гильдии удивленно осматривали незнакомого парня. Наверное, удивительным было то, что они с Люси знакомы и очень близко. Гажил подумал, что лучше бы он тоже оставался в неведении — не так ревностно он бы себя ощущал. Вырвать позвоночник — это первое, о чем подумал Редфокс, но сдержал себя в руках, сжимая кулаки с неистовой силой, и даже костяшки пальцев побелели, словно их окунули в белую краску. — Люси, кто это? — первой воцарившийся ступор нарушает Эльза, которая, звеня своими доспехами, подошла к наемникам. — Это Коу, мой друг, — улыбнулась Хартфилия, оборачиваясь к Скарлет. — Это Эльза, — представила девушка свою подругу Литию. Блондин осмотрел аловолосую с ног до головы и улыбнулся. — Вы так прелестны, — произносит Литий, хватая Скарлет за руку. — А у вас есть парень? — он прижимает руку Эльзы к своей груди и наклоняется вперед. Алая краснеет, отворачиваясь от оливковых глаз, но рука остается все в таком же положении. Люси улыбнулась еще шире, насмешливо поиграв бровями. Не успели они поздороваться, как он клеит ее подругу — в этом весь Литий. — О-очень п-приятно, — лепечет Эльза, а Коу шире улыбается. — Ну же, Коу, дай ей вздохнуть, — Люси улыбается, ударяя друга в плечо, и он выпускает руку Эльзы, а сама аловолосая, покрасневшая, уходит к барной стойке. — Я собралась сегодня возвращаться, чтобы надавать тебе тумаков. Ты не можешь решать мои проблемы самостоятельно. — Могу, милая, — кивает Литий, — я ведь тебя впустил в мир наемников. Ты мой друг, я волновался. Я не мог позволить чтобы с тобой что-то случилось. Я перенял это качество самостоятельности у тебя, так что ничего удивительного. Люси качает головой, ероша его блондинистые волосы. Девушка рада его видеть, она рада, что он цел и невредим — разве сейчас важно что-то другое? — Тогда я со всеми попрощаюсь, и мы отправимся домой, — говорит Хартфилия, а Литий кивает. — Только я сначала пойду пообщаюсь немного с прелестной Эльзой, а ты со своим жутким парнем. Смотри, как несется, — Коу указывает на Гажила, что идет прямиком к ним, и Хартфилия ничего не успевает сказать, как тяжелая, сильная ладонь Редфокса обхватывает ее запястье и тащит к выходу. Литий лишь насмешливо махает ладошкой вслед и идет к барной стойке, улыбаясь всем подряд. — Вы не ответили на мой вопрос, дорогая, — улыбается Коу, а Эльза, отводя глаза, снова краснеет, выдавливая из себя ответ. Тем временем, Гажил выволакивает заклинательницу на улицу, закрывая за собой дверь в гильдию. Не то, чтобы он опасался подслушивания, просто так ему было легче оставить всю суеты за этим дверьми и рассказать всё, о чем собирался. Либо сейчас, либо никогда. — думал парень. — Мы уже говорили об этом, Гажил. — Хартфилия качает головой. — Я еду домой. — Послушай меня, — настаивает убийца драконов, отводя взгляд в сторону. — Я не знаю, чего ты хочешь, и могу ли я это тебе дать, но больше всего сейчас я хочу, чтобы ты осталась рядом со мной. Понимаешь? Люси проглатывает неожиданный маленький комок, что отбивал ритм в ее горле — на минуту показалось, что это собственное сердце подпрыгнуло до глотки, — удивленно хлопая ресницами. — Тебе просто нравится регулярно удовлетворять свои потребности. Не цепляйся за это, — выпалила наемница. Больно было говорить подобное, особенно, когда хочешь уйти и оставить того, к кому начинаешь испытывать самые светлые чувства, другой. — Заткнись, идиотка. Я тут признаться пытаюсь впервые в этой чертовой жизни. Если ничего не чувствуешь, лучше помолчи. Люси снова теряет дар речи. Она никогда бы не подумала, что железный убийца драконов будет признаваться ей в чувствах. Она не могла это осознать. Не была готова слушать. Сердце стучит, как безумное, а заклинательница волнуется, как бы оно не выскочило. Она не была готова потерять не только свой мозг, который отказывался соображать, но и сердце. Но с губ срываются слова, не позволяя Гажилу продолжать. — Чувствую, — говорит Люси. — Что? — парень прищуривается, словно не понимает. — Я чувствую это, Гажил, — девушка прикладывает руку к груди, — в этом-то и проблема. То, что мы встретились, было случайностью. Но иногда, случайности настолько правильны, что жизнь становиться лучше, и кажется, что всё было задумано именно так. Я не отказалась от чувств с уходом из гильдии, а ты своим появлением сделал мой мир лучше, пусть мы это и не контролировали. Гажил уставился на девушку, не понимая, как ему реагировать. Ведь чего-чего, а такого он не ожидал. — Кажется, я первая призналась, — усмехается Люси, сцепляя руки в замок за спиной, пытаясь как-то побороть накатившую нервозность. С детства Люси учили этикету, той тактичности, с которой она должна была идти по жизни, в недавнем времени сражениям, владению оружием, но никто никогда не учил тому, что однажды, услышишь заветные слова от любимого человека, почувствуешь, как сердце отбивает ритм в пятках, но ты не будешь готова, ведь подобное мастерство не освоить и куда себя девать в этом случае, тебе нужно решить по наитию. — Люси, — шепчет Редфокс обхватывая лицо наемницы. Оно тонет в широких ладонях, а сама девушка лишь прикрывает глаза. — Я, черт возьми, люблю тебя. Скажи мне, что это хорошо. — Это отлично, Гажил, — девушка улыбается с закрытыми глазами, и все сомнения вдруг отпадают. Парень прикасается к ее губам своими, а Люси отвечает на поцелуй, обхватывая руками его шею. Это другой поцелуй — совершенно иное прикосновение, что разбивает тебя изнутри и собирает обратно миллионы раз. — Ты все равно уедешь, да? — спрашивает парень, прислонившись лбом к лбу девушки, усмехаясь. — Поехали со мной, — отвечает Хартфилия. И с насмешкой продолжает. — Убежим от всего мира, нарожаем детей или заведем ручного монстра — одна фигня. — А ты не торопишься? — смеется Редфокс, проводя рукой по волосам, целуя в лоб. — Иначе не успеем, — Люси пожимает плечами, и снова примыкает к его губам, зарываясь рукой в густых волосах. Никто из них не знал, как долго продлится этот неожиданный союз. Может пару месяцев — кому-то это надоест и он вернется на круги своя, продолжая жить прежней жизнью; или год, когда вроде бы всё идет своим чередом, но не так гладко, как хотелось бы; а может быть вечность, деля одну жизнь на двоих. Об этом можно лишь гадать, предаваясь мечтам, пока окружающее строят своё собственное будущее. Нужно бороться за то, чего действительно хочется. А чего хочется Заклинательнице духов и Железному убийце драконов?