Начало

22 декабря 1944 года. Бастонь, Бельгия.       - Какое холодное… - произнес Джексон, прикасаясь к промерзшему стволу старого давно погибшего дерева. – Жуть.       Он не сумел определить, что это было за дерево. Он вроде видел такие же в своей родной стране, но без листьев для него все деревья были на одно лицо. Если его прогнивший ствол и мог родить парочку листьев, сейчас они были погребены под слоем снега, и перемешались с листьями других деревьев.       Вдоль ствола проходила огромная расщелина, в каре застряли осколки снарядов вражеской артиллерии.       «Не повезло ему, - подумал парень, - впрочем, как и нам».       Джексон всего два месяца, как вернулся из госпиталя и уже носил на ноге повязку. Пуля прошла вскользь, так что на этот раз в больницу он не попал. Повезло ему в этом или нет - еще вопрос. Но этому дереву и Билли не повезло. Он кинул короткий взгляд на тело погибшего друга и поспешно отвернулся. Смотреть долго на то, что осталось от его лица он не мог. Билли был красивым парнем и не раз уводил у него из под носа девчонок на танцах. Да и Кейти Джонс пошла на выпускной именно с Билли, но не с ним. Тогда Джексон злился на него, но сейчас…       - Не отвлекайся, - раздраженно буркнул его товарищ, вооруженный саперной лопатой. – Без тебя я и до ночи не управлюсь. Земля промерзла.       - Извини, - Джексон с размаху воткнул лопату в землю, навалился на нее всем весом. Всего сантиметра на три прошла. Что за черт! В его родной стране такого не бывало. Флорида – солнечный штат. Там были серфинг, пляжные вечеринки и вечная жара. Кто бы мог подумать, что в мире есть такие холодные места. И хоть снега вокруг было совсем не много, земля промерзла насквозь       - Ох, не могу больше! – застонал Уайт спустя три часа. Они продвинулись всего на метр вглубь. – Может, хватит?       Он с надеждой посмотрел на товарища, но тот только кинул печальный взгляд на четырех погибших солдат.       - Как ты себе это представляешь? – спросил он.       Братская могила – обычное дело на фронте большой войны, но не мешками же их сваливать в одну кучу, присыпав пятнадцатью сантиметрами мерзлой почвы перемешанной со снегом.       Поняв взгляд товарища, Уайт снова взялся за лопату.       Когда они закончили, солнце уже спряталось за горизонтом, и вырезать на стволе дерева имена товарищей Джексону пришлось в темноте под светом луны. Фонарик доставать было опасно, вражеские позиции совсем близко, ни к чему подвергать опасности живых ради мертвых.       - Брось ты это, - бросил Уайт, закуривая, - кому есть дело, сколько американских солдат останется в Бельгийской земле после окончания войны.       Он глянул на насыпь, скрывающую тела погибших товарищей и добавил:       - А им уж тем более плевать.       Джексон ничего не ответил. Нет нужды объяснять, что одним из четырех мертвецов схороненных под деревом был Билли Бейкер, сын лучшей подруги его матери и с самого рождения его самый близкий друг. Когда-то они играли вместе в одном дворе, а после пошли учиться в одну школу. Они вместе хулиганили, вместе списывали домашку у умника Саммерса и вместе водили девченок на танцы. А в декабре сорок первого, после нападения на Перл Харбор, вместе записались в десант, вместе прошли Нормандию и другие компании и вместе угадили в Бастонь. Но на Германию придется идти ему одному. А о Билли позаботится это старое дерево.       Джексон растер замерзшие руки и старательно вырезал на корявом толстом стволе:

Уильям Бейкер

12 января 1923 – 21 декабря 1944

24 декабря 1944 года. Бастонь, Бельгия.       - Черт, да сколько можно! – ковыряя мерзлую землю по другую сторону все того же дерева, воскликнул Харрис. – Мы когда-нибудь уберемся с этого проклятого места?       - Заткнись и копай, - приказал Уайт младшему товарищу.       Еще два дня назад его напарником в похоронных делах был Джексон, а сегодня он его и хоронит. Впрочем, хорошо, что только его. Последний обстрел убил всего троих, но двух других разнесло на три метра во все стороны. Что толку собирать их по кусочкам. Разве есть кому дело, похоронены ли американские солдаты, погибшие в чужой бельгийской земле? Им уж точно дела нет.       Закончив работу, Уайт взял жетон Джексона и, сверяясь с ним, вырезал на стволе:

Джонатан Джексон

4 февраля 1923 – 23 декабря 1944

      - Ну и зачем ты это сделал? – спросил Харрис. – Разве есть кому…       - Нет, - перебил его Уайт, - просто.       Харрис не знал, что еще вчера Джексон спас Уайту жизнь, и это странное действие не необходимость, а простая благодарность. В прочем и Уайт не знал, какое большое дело он сделал. Он так и не узнал, что под старым деревом лежали два парня, что в детстве вместе играли в одном дворе, что они вместе пошли в школу, вместе записались в десант и вместе добрались до Бельгийского фронта. А теперь они вместе лежат под одним деревом, возвышающимся над их головам, словно надгробная плита. Как и положено, на плите вырезаны имена и даты.       И Уайт так и не узнает, что следующей весной раны дерева затянутся, и оно обрастет листвой. А в сентябре сбросит бурые желуди в черную почву, щедро сдобренную телами американских солдат.