Открой...

Первую неделю парочка сталкивалась только утром, когда оба уходили на работу и поздно вечером, когда оба возвращались. Как правило, Есоб возвращался позже, поэтому МиСон оставляла ему еду и стикер с пометкой разогреть. Обычно в то время, когда он приходил, МиСон уже ложилась спать, но в один из таких вечеров Есоб возвращался немного раньше, а МиСон засиделась за работой, которую взяла на дом. В тот вечер как назло пошел проливной дождь, хотя прогнозы обещали жаркую погоду всю неделю. В такое время она любила выходить на улицу и избавляться от вредных отходов длительного мыслительного процесса. Вот и в этот раз она взяла зонт и решила пройтись. Знакомая дорога до магазина. Остановки, проезжающие машины. Все это можно видеть каждый день, но в грозу все выглядит по-другому. Вот и сейчас МиСон увидела Есоба, этого обычно тихого, но со звонким смехом, паренька, в другом свете: сейчас он стоял под козырьком остановки, в наушниках явно играла музыка, а сам он рассекал воздух своими движениями – каждое из них было отточенным, но в то же время плавным и завораживающим. Она наблюдала за ним пару минут, пока он не закончил свой танец. Затем она подошла к нему и протянула зонтик над его головой: – Ты как здесь? – парень хоть и промок насквозь, но был абсолютно счастлив. – Как нога? – игнорируя вопрос, МиСон спросила, глядя на колено Есоба. – Откуда ты…? – Джокер сказал. Должна же я была услышать о тебе хоть что-то, чтобы впустить тебя в дом. Так как нога? – Почти восстановилась. Но, некоторые движения делать все еще…некомфортно. – Вот как. Может, пойдем? Или ты кого-то ждешь? – Нет, дождь просто врасплох застал. Я возьму зонт. – Парень взял зонт в руки, и они вдвоем пошли в направлении в дому. – Ну так, расскажи мне, как ты вообще согласилась пустить незнакомца пожить, – решился спросить парень. Все то время, что они шли, он вел себя немного неуверенно. – Как я уже говорила, Джокеру понадобилась помощь. Он вообще не привык лестно о людях отзываться, но о тебе он сказал, что уверен как в себе и он возьмет всю ответственность на себя, если что-то случится. Да и задолжал он мне кое-чего, так что вот, поэтому ты временно живешь у меня. – Так значит, он хорошо говорил обо мне. – Да. И ты сам производишь хорошее впечатление, так что пока я ни разу не пожалела о том, что согласилась помочь. – МиСон тепло улыбнулась и продолжила думать о своем, так и не заметив слегка покрасневшие уши парня, что шел вместе с ней под одним зонтом. В тот вечер оба думали о своем, и каждый о чем-то хотел сказать, но лишь один из них не подозревал об этом. *Пару дней назад* «И кто вообще придумал эти дурацкие пробки? Гори в аду, регулировщик» – Есоб ругался про себя, но настроение было у него отличное, хоть он и опаздывал на работу. А все из-за девушки, которая согласилась его приютить. С первого взгляда на нее после бурной ночи и даже после отрезвляющего душа, стало понятно, что она совсем не обычная. Что эта девушка способна дарить тепло и позитив в любых ситуациях. Этот первый завтрак стал самым прекрасным событием за последние 5 лет. Возможно, Есоб подумал, что это его награда за 5 лет неудач, трудностей и проблем. Что, наконец, и в его жизни появился еще один лучик солнца. Что открылась та дверь, когда закрылись все остальные. И вот однажды, он полностью в этом убедился, когда пришел домой чуть раньше, а МиСон заснула прямо в гостиной, прямо за столом за бумагами со своей работы. Тогда он подумал сначала накрыть ее пледом, а потом просто отнес ее в ее комнату, хоть это и было, наверно, опрометчиво с его стороны. Опуская ее на кровать, он почувствовал, как она крепче обняла его за шею и сказала: –– Хорошо, что пришел. Я ждала, Есоб-и. – В этот момент, он посмотрел на нее – она все так же крепко спала и, видимо, говорила во сне. Парень быстро уложил ее в кровать и поспешно вышел из комнаты, чтобы она ненароком не проснулась и не увидела густой румянец, которым залился Есоб (пусть он и не знал, но кое-кто краем глаза уловил силуэт, выходящий из спальни). Она звала его во сне. Ждала ЕГО, Есоба. После этого, он зашел на кухню и снова увидел стикер с надписью «Разогрей на ужин». Спал он той ночью крепко, но до этого долго не мог уснуть, обдумывая все, что произошло и что ему делать дальше. *наши дни* – Иди быстрее в душ, не хватало еще тебе заболеть. – МиСон вынесла Есобу полотенце и отправила в душ, – Я пока еду разогрею, поедим. – Но ведь почти полночь. – Фигуру бережешь? – девушка вскинула бровь. – Ладно-ладно, молчу. После этого, они сели поесть и МиСон решила кое-что разузнать: – Знаешь, мне тут сон на днях приснился, будто я заснула в гостиной, и меня кто-то перенес в мою спальню, – тут Есоб не выдержал и поперхнулся. – Эй, прекрати в меня едой плевать! – Упс, прости. Ну так что там за сон, что дальше? – Так вот, ничего не хочешь мне сказать? Кто мог меня отнести меня из гостиной в спальню, м? – девушка выжидающе посмотрела на Есоба, а тот в свою очередь совсем перестал есть и только нервно сглотнул. Затем глубоко вздохнул. – Ну хорошо. Ты мне нравишься, МиСон. – Не поняла. – девушка удивленно хлопала глазами, – я думала, ты мне признаешься, что это ты перенес меня в тот день. – И это тоже. Но это не отменяет того, что ты мне нравишься. Я не знаю как это объяснить, но ты будто светишься изнутри. Ты будто освещаешь все вокруг себя. Я смело могу сказать, ведь я бродил в темноте долгое время. Поэтому…ты мне нравишься, МиСон. – Парень замолчал и опустил взгляд. Он ждал чего угодно – пощечины, резкого скрипа стула, плеск стаканом воды в лицо, но стояла только тишина. Он поднял взгляд и увидел смущенную девушку, сидящую прямо перед ним. – Я не прошу ответа, просто ты спросила, я решил ответить тебе честно. Но, хочу, чтобы ты подумала об этом, пожалуйста. И, если ты сможешь – не отталкивай меня. – Девушка выдерживала паузу и решилась заговорить. – Что ж, ладно, пусть будет так. Это был долгий день, иди спать, я пока вымою посуду. Есоб вышел из кухни, пока МиСон усердно делала вид, что занята уборкой. «Идиот! Какой же ты идиот! Кто так резко признается и говорит такие вещи» - вдруг пронеслось у обоих в голове в один момент и оба густо покраснели. «Я же первая хотела сказать. Сказать, как мне понравились его большие шоколадные глаза. Как была восхищена его танцем. Как мне нравится его голос, когда он напевает» – все эти мысли крутились в голове девушки еще долго, пока она находилась на кухне и наводила там порядок. Она вспоминала его танец на остановке, как красиво он выглядел в серебряных нитях проливного дождя. Вспоминала его бархатный голос, который однажды услышала, застав его на кухне и второй раз – доносящиеся из душа мелодичные звуки какой-то известной песни. В конечном итоге, она с этими мыслями и заснула, а последней мыслью стала – «Нет, это ненормально. Прошла всего неделя, я знаю его всего неделю, нельзя так быстро привязаться к парню, к его глазам, к его голосу, к его улыбке…». В эту ночь ей снился мальчик. Маленький мальчик, что сидел посреди комнаты совсем один и плакал. Он не звал маму или папу, он просто горько и пронзительно плакал, потому что ему было очень одиноко, ему нужен был друг. Вот к мальчику подходит другой, постарше и на лице сразу появляется улыбка. Лучезарная улыбка, которая собой затмевала все. Но темнота вновь стала сгущаться вокруг мальчик, он снова начинал бояться. "Есоб-а, МиСон пришла, смотри" - послышался чей-то голос и девушка проснулась. "Я вспомнила!!! Это было давно, я должна была с ним встретиться, ведь это был мой день рождения. Но в тот день ЧунХен быстро поздравил меня и ушёл по делам, а я напросилась с ним ненадолго. В итоге, когда мы пришли, я лишь издалека увидела того Есоба...этот звонкий смех, большие карие глаза и искренняя радость. Вот почему этот взгляд и эти глаза до боли знакомы. Они крепко засели в памяти ещё тогда."- осознание пришло к девушке довольно быстро, но это не меняло одного единственного факта - её начинали затягивать эти глаза. Следующие несколько дней, до выходных, эта парочка снова виделась только утром и поздно вечером, если им удавалось пересечься. На выходных МиСон проснулась раньше и наблюдала милейшую картину в гостиной – Есоб, свернувшись в позе эмбриона, сладко посапывал и что-то время от времени говорил во сне. Она настолько засмотрелась, что Есоб успел проснуться, бросить быстрое «Доброе утро» и пойти принимать душ. Только сейчас МиСон становилось не по себе от мысли, что парень, которого она сначала не хотела видеть в своей квартире, вызывает неловкость, находясь в её доме и в ее ванной. Более того, происходило то, чего она больше всего боялась – появлялись те самые забытые когда-то давно чувства. Те, для большей части приятные, а для нее – до дрожи пугающие бабочки и прочая живность. Говорят, что когда ты боишься влюбиться – это уже о чем-то да говорит. Вот и сейчас – это был страх, страх снова полюбить и снова оказаться «опытом». Пока в голове вертелась тысяча и одна мысль, а в животе вновь завертелась вереница из бабочек, Есоб уже закончил свои утренние дела и стоял в дверном проеме, наблюдая за заторможенной девушкой, у которой явно идет внутренняя борьба, не скрывая улыбку. Тем временем, МиСон начинала отходить и поставила чайник. Заметив Есоба, она слегка вздрогнула и поспешила отвести взгляд от таких мягких, но пронзительных карих глаз. «Вот я и ловлю себя на мысли о глазах» – подумала про себя девушка и молча протиснулась в ванную комнату. Пока МиСон была в ванной, настала очередь Есоба думать о своем положении. Он уже понял, что она для него больше, чем просто знакомая друга. Она ему нравится. И, судя по всему, он ей тоже не безразличен. В тот самый момент, когда она отвела взгляд, он понял, что пора действовать. Весь этот день они провели дома, и ни у одного из них не было планов. Они решили читать книги, смотреть фильмы, есть и просто проводить свой выходной так, как им нравится. Однако в этот выходной все было немного иначе. Так как Есоб решил вступить в игру, он то и дело невзначай дотрагивался до МиСон, брал стакан из ее рук, захватывая ее пальцы своими, помогал ей доставать книгу смущающим девушку способом прямо из-за спины и тому подобные вещицы продолжались весь день. Последней каплей стало то, что Есоб что-то попросил принести, а МиСон поскользнулась на подушке. Как вы поняли, Есоб тут же подхватил ее за талию, но удержаться не сумел. И вот, они вдвоем расположились на диване в очень предсказуемой, но все же неловкой позе – Есоб лежал на спине и все еще придерживал МиСон за талию, а та в свою очередь зажмурилась и оперлась ладошками прямо в грудь Есоба. Девушка, в конце концов, не выдержала и, покраснев до самых кончиков ушей, упорхнула в спальню. Есоб постучал в комнату, и спустя пару секунд, услышав тихое «Открыто», вошел в спальню. – Все хорошо? – Да, все нормально…наверно…не знаю, – фраза за фразой голос МиСон становился тише, а нарастающая неловкость все больше заполняла собой пространство небольшой комнаты. – Может, прекратишь разыгрывать безразличие? – в ответ последовала лишь тишина. Девушка сидела к Есобу спиной и молча слушала, что говорит парень. – Я же вижу, что что-то происходит. Расскажи. – И снова, ни слова в ответ. Почувствовав укол отчаяния где-то под ребром, Есоб развернулся к двери, но МиСон начала говорить. – Я не люблю бабочек. Особенно больших. Большие бабочки пугают. Хотя я и знаю, что они безобидны, но они пугают. А еще, я не люблю их, потому что они похожи на мои ожидания в прошлом – такие же красивые, дарящие надежду, но погибающие через несколько дней или от чужого прикосновения. Я…не хочу больше впустую ожидать чего-либо. Я не хотела признавать. Не хотела думать, что твои глаза все больше затягивали. Что твои нежные руки как плед, согревали, когда это было нужно. Что твой голос, с которым можно было забыть все, давно уже врезался в память и в сердце. Что всего за неделю я привязалась ко всему, к чему можно и нельзя. Я не хочу снова одна испытать это все и остаться с этими чувствами наедине. – Ты не одна! – Есоб перебил МиСон, понимая, что она имеет в виду. – Не одна, я же говорил тебе. Говорил, что ты нравишься мне. – Я могу нравиться тебе день, неделю, месяц. Но как только люди получаются предмет симпатии, они сразу теряют к нему интерес. Я не хочу так больше, не хочу быть игрушкой или трофеем в чьих-то руках. Не хочу… – Есоб снова не дал ей договорить, а просто подошел, взял ее лицо в свои ладони, заглянул прямо в глаза и сказал: – Это не интерес. Я же сказал, ты стала моим светом. За многие годы я вновь почувствовал себя живым и нужным, хоть немного. Не отталкивай меня из-за страха стать трофеем. Я уйду только лишь тогда, когда ты холодным, ровным тоном скажешь мне, чтобы я уходил из твоей жизни и никогда там больше не появлялся. – МиСон смогла лишь коротко кивнуть и пустить две дорожки слез, потому что это было очень трогательно, вспоминая пережитые Есобом трудности и то, какими искренними глазами он сейчас смотрит на нее. Есоб же крепко обнял девушку и еще долго так просидел с ней, расспрашивая и рассказывая о том, как они поняли, что в них проснулось давно забытое чувство. На следующий день оказалось, что ЧунХен приезжает раньше и тут же его лучшие друзья хотели повергнуть его в шок, объявив об официальном начале отношений, но не тут-то было. ЧунХен гордо объявил, что все случилось так, как он планировал. Когда ребята вопросительно посмотрели на него, он соизволил прояснить ситуацию. – Ну, значит так. Соби, ты был очень подавлен и тебе нужен был тот, кто тебя вытащит из этой пучины проблем и пессимизма. А более оптимистичного, светлого и с таким чувством юмора, как у тебя, МиСон, я больше никого не знаю. Да и я знал, что ты, по доброте душевной, согласишься мне помочь, и вот, что из этого вышло. – Ах ты, паразит, а ну иди сюда, – МиСон собиралась показать, какое у нее там чувство юмора, но она была остановлена сильными руками Есоба. – Ладно тебе, МиСон-а, он же как лучше хотел. – Есоб лучезарно улыбнулся – А ты чего радуешься вообще? Он тебя притащил изначально непонятно куда. А если бы я не согласилась, а? Что тогда? Непродуманный план какой-то, – девушка возмущенно махала руками, все еще находясь в объятиях Есоба. – Ой, «если бы», да «кабы», мы 15 лет знакомы, я тебя как облупленную знаю. Не согласилась бы по доброте душевной – есть другие рычаги давления, – парировал ЧунХен. – Так, а вот теперь я ее отпускаю и мне интересно, какие это ты там рычаги давления на нее нашел, – Есоб начал медленно отпускать МиСон и бросил хитрый взгляд в сторону ЧунХена. – Есоб-а, ну мы же друзья? Помни, я твой хен. Есобаааааа!!! *спустя неделю* – Ну вот, последняя коробка. Добро пожаловать в твой новый дом, – ЧунХен торжественно объявил новоселье открытым, а МиСон, счастливая, стояла с охапкой воздушных шаров и приветствовала Есоба в новой квартире. – Ура!!! Поздравляю! – Хаха, спасибо. Вы в гости главное заходите, а то смысл тут просто одному жить. – Ну ждешь ты явно не меня, говоря эту фразу, – ЧунХен многозначительно поднял бровь и ухмыльнулся. – Джокер, мы хоть и знакомы 15 лет, но ты нарываешься, – МиСон начала закатывать рукава, но тут ее желудок оповестил всех о том, что пора бы и поесть. – Ладно-ладно, хор имени голодающих китов, пойдем есть. – Ребята дружно залились звонким смехом, который заполнил всю квартиру, и пошли накрывать на стол. Вот так всего одна открытая дверь смогла подарить двум солнечным людям спокойствие, свет и надежное плечо рядом. Задумайтесь, быть может, чтобы перед вами открылась Ваша дверь, вы сами должны открыть свое сердце и стать этой самой "дверью" для кого-то другого? Тогда не придется стучать в закрытую дверь, а всего лишь приоткрыть дверцу на старенькой цепочке в свой мир и впустить туда другой.