Бастард

— «Вик, я тебе это припомню!» — примерно такие мысли крутились в моей голове, когда я, зависнув метрах в тридцати от земли, пытался высмотреть свою цель. Даже и не думал, что после такого количество отыгранных матчей я могу настолько нервничать. Вот ведь подстава… А ведь день начинался неплохо. Просыпаешься, смотришь на календарь и осознаешь — тебе уже четырнадцать. А заодно вспоминаешь, что сегодня ещё и матч по квиддичу и, несмотря на выходной день, поваляться в кровати не получится. Что поделать, пришлось вставать, но наличие подарков как всегда подняло моё настроение. Наспех содрав упаковки, я обнаружил набор по уходу за мётлами, методичку по окклюменции и… набор перьев для письма. Если с первыми двумя подарками всё было понятно — как всегда полезные вещи от Виктора и Бйорна, то вот последнее попахивало издевательством со стороны руководства академии. Я этими раритетами никогда не писал и не собираюсь учиться! Но это было ещё не всё, на столике также обнаружились поздравительные открытки и всякая мелочевка от членов команды и коробка конфет от Жанны. Мило. Но главные сюрпризы начались после завтрака, на предматчевой подготовке. В столовой я сразу обратил внимание на озорной блеск в глазах Крама и благоразумно ожидал какой-то подколки с его стороны, но не такой же…  — Эл, сегодня ты играешь ловцом! — торжественно объявил болгарин, как только мы добрались до поля. - Э… тебе солнышко не напекло?!  — Нет. Ты играл на всех позициях кроме этой и раз уж сегодня твой последний матч, то самое время исправить это упущение! Я действительно успел побывать на всех остальных позициях, и хотелось бы попробовать ловца, но не настолько же неожиданно!  — А сообщить об этом раньше, чем за два часа до игры нельзя было?!  — Тогда бы не получился сюрприз! — весело подмигнул мне друг и, повернувшись в сторону смотрящих за этой сценой членов команды, добавил, — народ, шоу не будет, разминка!  — Ты не забыл, что сегодня на матче будут присутствовать про скауты? — уже тише, чтобы не отвлекать остальных, продолжил я, — это ведь твой шанс. Не самое частое явление, между прочим. Наша академия не слишком привлекательна в плане поиска перспективных игроков, даже учитывая большое количество талантливой молодёжи. А всё потому, что тут высок процент «элиты». Да, квиддич это главный спорт у магов и там крутятся немалые деньги, но вот аристократия и власть имущие не спешат связывать будущее своих детей со спортом. Если это не наследник, то ещё возможны варианты, но тут всё индивидуально. В общем, играть в академии могут все желающие, но мало кто готов связать свою жизнь со спортом. Нужен ли такой геморрой профессиональным командам? Как правило — нет.  — Эллион, поверь, от меня они никуда не денутся, — беззаботно отмахнулся Виктор, — ну так что, рискнёшь?  — Хм…  — Да расслабься ты, за последние месяцы у тебя было столько спаррингов со мной, что ты давно уже готов.  — Хорошо, я согласен, — в конце концов, я ничего не теряю, а то, что будет интересно, это очевидно и пророком для такой догадки быть не нужно. В общем, как-то так всё и вышло, поэтому зависнув в десятке метров над основной схваткой я высматривал чертов снитч. Мой оппонент, Фридрих Хайн с шестого курса, кружил неподалёку, явно удивлённый, что вместо Крама играю я. Наверно он даже обрадовался — что же, постараюсь его разочаровать. Игра шла уже почти час, и в плане ловцов всё было глухо — крылатая скотина не появлялась, либо мы её не замечали. А вот внизу царили нешуточные страсти. Никто не мог оторваться более чем на двадцать очков, и постепенно игра становилась всё грубее и уже были назначены первые штрафные броски, что нисколько не остудило пыл игроков. Такими темпами скоро и до травм и удалений дойдёт. Должен признать, что сверху вся эта возня смотрелась с одной стороны довольно увлекательно, а с другой весьма забавно. Сильно бросалось в глаза различие в командах. Противник действовал более слаженно и организованно, тогда как наши чаще действовали за счёт индивидуального мастерства. Что, впрочем, не удивительно — нашу команду на протяжении всего времени лихорадило из стороны в сторону. В середине второго семестра нас выбили из турнира, потом мы возвращались, а состав менялся чуть ли не три раза. От изначальной команды собственно кроме меня и Виктора никого и не осталось. Зато сами по себе игроки были хороши — под крыло талантливого ловца с удовольствием шли толковые ребята. У нас даже один семикурсник есть. Вот только сегодня решающую роль предстоит отыгрывать мне, отчего я изрядно нервничал.  — Да кто же так бросает, — в полголоса пробормотал я, наблюдая за неуклюжей попыткой Виктора забить квоффл в кольцо. Вратарь с лёгкостью накрыл незамысловатый бросок, и противник получил шанс оторваться ещё на десять очков. Словно услышав мои слова, Виктор посмотрел в мою сторону и начал размахивать свободной рукой, что-то при этом выкрикивая. Услышал меня что ли? Ну что тут поделать — охотник он действительно паршивый. Я уже хотел было остудить его пыл интернациональным жестом, но тут до меня дошел отрывок его крика.  — … ***ый снитч! …. Слепой ****!!! Осознание всей глупости ситуации стремительно ворвалось в мой разум. Засмотрелся! Заложив крутой вираж, я развернулся и увидел, как мой оппонент уже порядком отдалился, явно преследуя свою крылатую цель. Ну уж нет, я просто не могу позволить этому матчу так закончиться. Но нагнать соперника в такой ситуации — это уже из разряда чудес. А значит вариант только один… Распластавшись на метле, я рванул наперерез своему оппоненту, выжимая из артефакта всё, до последней капли. Можно только благодарить богов, что снитч выбрал удачную траекторию, и я приближаюсь под практически прямым углом. С моего ракурса отчётливо видно, как он протягивает руку, пытаясь ухватить вёрткую цель. Раз, другой… Дистанция стремительно сокращается. Ещё одна попытка противника, его пальцы смыкаются на крылатом мячике, и… он выскальзывает, самую малость забирая в сторону. Из моей груди вырывается судорожный вздох — похоже на эти долгие секунды я забыл, как дышать. До столкновения остаётся буквально пара мгновений. Нас разделяет всего несколько метров, когда ловец замечает меня. Мне отчетливо видно, как на его лице промелькнул испуг. Да, ты всё правильно понял — я не собираюсь сворачивать! В последний миг мой оппонент «ныряет» под метлу, пропуская меня над собой. Трус — допусти столкновение и меня бы удалили с поля. Пролетая над метлой противника, я слегка задеваю помело ботинком, сбивая курс. И тут же звучит свисток судьи — штрафной бросок в наши кольца.  — Брукс, какого хрена ты творишь?! — Ого, да судья не на шутку разозлился. Я, конечно, шел на фол последней надежды, но орать то зачем? Надеюсь, меня не удалят, формально-то я не сильно сейчас правила нарушил. Так, на понт взял и немного похулиганил. — Ещё одна подобная грязная выходка и отправишься на скамейку, с последующей дисквалификацией на две игры! Всё понял?!  — Да, сэр, — попытавшись изобразить вину и раскаяние, ответил я, пусть ничего подобного и не ощущал. Грязный приём? Может быть, но такие мелочи на пути к победе меня не волнуют. Вроде пронесло, хотя даже в случае удаления, команда, оставшись в меньшинстве, имела шансы на победу, ведь тогда на роль ловца вернулся бы Виктор. Но судья, конечно, нашел, кого пугать дисквалификацией. Не успел я облегченно перевести дух, как чуть не слетел с метлы от внезапного подзатыльника. Стоило мне обернуться, как предо мной предстало раскрасневшееся от негодования лицо Крама.  — Ты что, заснул что ли?! Снитч уже трижды появлялся! Хватит витать в облаках, а то мы тут до морковкина заговенья летать будем.  — Ты бы лучше на голах сосредоточился, а не снитчи в небе высматривал, — пробурчал я в ответ, хоть и понимал его правоту. Посредственный из меня ловец, что тут поделать.  — В общем, слушай, — мгновенно остыл Виктор, видимо вспомнив о том, что это именно он настоял на текущей расстановке, и перешел к делу, — падай на хвост к Фридриху и не отставай ни на шаг. Он рано или поздно выйдет на цель, а дальше всё как на тренировках. Только после того как избавишься от него, пытайся ловить снитч. Справишься?  — Попробую. План был простой и вполне подходил под мои навыки — пожалуй, стоило сразу начинать с чего-то подобного, но я хотел попробовать отыграть «чистого» ловца. Как только противники исполнили штрафной, кстати, к моему полному удовлетворению забить у них не получилось, я плотно сел на хвост своему оппоненту. Тот недовольно на меня поглядывал, но ничего поделать с этим не мог. Минут десять мы так и нарезали круги, пока резкое изменение траектории полёта Фридриха не подсказало мне о появлении снитча. Не теряя ни мгновения, я начал погоню. Да, возможно я не блистаю талантом, но это компенсируется упорными тренировками, богатой практикой полёта и, самое главное, постоянными спаррингами с возможно лучшим ловцом Дурмстранга. Поравняться на этот раз мне удалось вовремя. Даже более того, я вырвался на треть корпуса вперёд и первый попытался ухватить снитч, но эта вёрткая зараза, будто дразня меня, то приближалась и летела ровно, то резко уходила в сторону. Гадство. Резкий толчок в плечо едва не сбил меня с курса — опешивший от моей наглости Фридрих пришел в себя и решил вернуть себе инициативу. Стык следовал за стыком, похоже, меня решили вывести из этой гонки грубой силой, пользуясь преимуществом в комплекции и возрасте. Зря — я может статью и не вышел, но уже два года только и занимаюсь тем, что противостою тем, кто крупнее меня. Причем не ловцам, силовая борьба для которых никогда не была приоритетной. Так что я сильнее и крепче, чем можно подумать. Уловив ритм атак, резко ухожу вниз, избегая очередного удара. Дальше отработанный на Краме приём идёт как по маслу — выровняться и резким толчком сбить противника с курса. Даже не ожидал, что всё получиться так просто. Пока Хайн пытается выровняться, вновь нагоняю снитч, вытягиваю руку и… словно почувствовав отсутствие борьбы золотистый мячик покорно ложиться в мою ладонь. Стиснув пальцы на гладкой поверхности, вскидываю руку вверх. С запозданием в пару секунд следует тройной свисток, знаменующий конец матча.  — Дааааа! — вырывается из груди триумфальный крик. Мой первый снитч! *** Время сессии приближалось неумолимо, а я всё ещё не разобрался с курсовой работой. Более того, все мои попытки освоить анимационную ветвь трансфигурации оказывались обречены на провал. И это начинало не на шутку беспокоить — переходить на общий факультет не входило в мои планы. А спросить не у кого — профессор точно не поможет, а искать помощи у старшекурсников уже поздно. Слишком долго я тянул, гордость не давала пойти на поклон и вот результат — теперь у тех, кто разбирался в теме, голова забита собственными экзаменами. Но и просто так сдаться я не мог — поэтому раз за разом бился о возникшую предо мной стену. Тщетно. Идея возникла, как и водится — спонтанно. В задании не было указано, как именно анимировать, ведь классическая магия других методов не предусматривает. Точнее есть ещё големостроение из артефакторики, но это уровень выпускников, то есть ещё более сложная для меня задачка. В библиотеке же ничего реально экзотического нет. Но вот в той занятной книжонке, что я прочел летом, был один интересный ритуал, который в потенциале мог мне помочь. Конечно, большой вопрос как на это отреагирует Хорнер, но формально я буду прав, а нестандартный подход обычно поощряется. Надеюсь, и этот случай не станет исключением. Но начал я с другого — был ещё большой вопрос, не загребут ли меня за такой ритуал. Правила академии такие случаи не рассматривали, но ведь ещё есть и законы, как местные, так и принятые международной конфедерацией магов, то есть действующие повсеместно. Целых три вечера я просидел над толстенными талмудами и выяснил немало интересного. И магия крови, и некромантия, впрочем, в моём случае они довольно тесно переплетались меж собой, были под запретом, но не полностью, а в основном только то, что воздействовало на других людей. Сотворить что-нибудь с собой или создать артефакт в принципе было возможно, правда, с весьма жесткими ограничениями. Но вот конкретно то, что планировал я, вроде как не запрещалось, что не могло не радовать. Разобравшись с этим вопросом, я приступил к подготовке. Самое главное — где мне этим заниматься? Обычно я отрабатывал заклинания либо в своей комнате, либо в парке. Ну, это помимо занятий в учебных аудиториях, само собой. Мою берлогу как вариант сразу пришлось отбросить — от греха подальше. Да и шаманить у всех на виду вариант, мягко говоря, глупый. Пришлось идти на маленькую хитрость.  — Профессор, я хотел бы зарезервировать одну из арен на завтрашний вечер, — с такой просьбой я подошел к Каркарову после занятий по стихиям.  — Опять Виктор устраивает побоище среди младших курсов? — возведя очи горе, буквально простенал глава боевого факультета, — что за неуёмные дети.  — Нет, арена нужна именно мне, в личное пользование.  — А жирно не будет? — удивлённо глянул на меня Каркаров, — если мы начнём раздавать такие разрешения, то мест для дуэлей и групповых занятий не останется.  — Я хотел отработать пройденные в этом семестре боевые и стихийные заклинания, — старательно изобразив смущение, пояснил я, — ну раз нельзя, то нельзя. Буду отрабатывать в парке…  — Нет!!! — тут же пошел на попятную преподаватель, — будет тебе арена, Брукс, будет. Зайдёшь ко мне завтра, выдам допуск. Мне стоило немалых усилий, чтобы скрыть улыбку. Судя по ответу, профессор очень явно представил последствия моих индивидуальных занятий. Собственно, на это расчёт и был.  — Спасибо, профессор. Кивнув в ответ, Каркаров направился по каким-то своим делам. Мне же следовало раздобыть несколько подопытных, благо банальных мышей в местном аналоге зоомагазина продавали. Бедные грызуны, в обоих мирах на них отрабатывают всевозможную гадость. И я не стану исключением. Но для начала нужно отсидеть оставшиеся занятия, что оказалось не так уж и просто — меня буквально потряхивало от предвкушения интересного эксперимента. Вечером следующего дня я был на месте. Мышей пришлось тащить прямо в собственной сумке, предварительно их парализовав, чтобы не вызывать лишних вопросов. Надеюсь, они не сдохнут по пути. Купил я четыре штуки, хотя рассчитывал, что если не с первой, то со второй попытки что-нибудь да получится. Но для начала я действительно с полчасика поотрабатывал боевые заклинания — стоило создать видимость соответствия моей просьбы и реальности, да и лишней дополнительная практика никак не будет. Правда, в процессе я чуть не остался без волос, но закидоны собственной магии дело привычное. О том, что кто-то может увидеть, чем я на самом деле занимаюсь, я не беспокоился — защитный барьер при желании можно сделать непрозрачным. К этому часто прибегают старшекурсники, для которых групповые бои не редкость, а демонстрировать свои наработки противнику неохота. Правда, от преподавателей такой трюк не защитит. Наконец-то можно было приступать. Расчистив от песка небольшой пяточек земли, и достав кинжал, я начал старательно чертить схему, время от времени сверяясь со своими записями и зарисовками. Суть ритуала заключалась в переносе духа в неживой объект. Весьма тёмная с точки зрения закона магия, но с животными такое делать разрешалось. А вот за попытку провернуть нечто подобное с разумным существом можно сесть надолго, если вообще не казнят. Почему оставили возможность работать с животными? Наверно потому, что она никому не нужна. Насколько я понимал, подобные ритуалы применялись, чтобы создать себе более простой вариант големов в качестве слуг или стражей. Но безмозглое животное на эту роль не годиться, даже такие умные виды как лошади или собаки просто не смогут адаптироваться к новому телу и тем более осмысленно выполнять приказы. В общем, толку никакого, а мороки много. Для меня же сойдёт хоть какое-то трепыхание. Закончив, я некоторое время придирчиво изучал два небольших чертежа — один для «донора», второй для цели переноса. Вроде всё верно — осталось дело за малым. Достав из сумки заранее припасённое полено, я приступил к трансфигурации. Вчера я допоздна возился со старой формулой преобразования, чтобы сделать куклу более похожей на мышь-переростка. Надеялся, что это поможет лучше адаптироваться духу несчастного грызуна. Сейчас и узнаем, напрасно я тратил время или нет. Положив мышь и куклу на свои места, я начал ритуал. С грызуна пришлось снять парализацию, и тот заметался, пытаясь убежать, но каждый раз натыкался на невидимую стенку на краю схемы. От меня требовалось всего несколько капель крови для магической подпитки, хотя при желании можно было и без них обойтись, особенно с моими запасами силы, но я хотел отработать именно такой способ. Резкая вспышка ударила по глазам и заставила меня отскочить назад. Какого…?! Проморгавшись, я обнаружил обгоревшие остатки куклы и обугленный трупик грызуна. Неприятно запахло палёной шерстью и сгоревшей плотью. Как это произошло? Выяснение причин заняло почти полчаса — пришлось тщательно проверять каждую закорючку. Как оказалось, я перепутал один из символов. Впредь нужно быть аккуратнее, а то можно и самому сыграть в ящик. Со второй попытки всё пошло как надо. От схем пошли мягкие волны света, и тушка несчастной мыши истаяла прямо на глазах. А в следующее мгновение лежащая кукла вскочила и понеслась куда глаза глядят. Твою ж мать. Не ожидал я такой прыти, а удерживающие свойства схемы исчезла сразу по окончанию ритуала. Ухватить взбунтовавшееся творение удалось довольно быстро — двигался получившийся големчик весьма неуклюже. Но всё это мелочи, главное всё получилось и теперь можно продемонстрировать получившийся результат профессору Хорнеру. И лучше поспешить — сколько будет работать ритуал, я понятия не имел. Трансфигурация продержится около двух часов, а вот что будет с духом грызуна большой вопрос — в книге таких деталей не описывалось. Логично будет предположить, что всё зависит от количества влитой при ритуале магии, но будет это десять минут или несколько суток я понятия не имел. Надеюсь проф меня вообще примет? Если он вообще ещё в академии… Но, как оказалось, переживал я зря — преподаватель трансфигурации был у себя в кабинете и принял меня без вопросов. А ведь тот же Каркаров небось послал бы меня, вздумай я завалиться к нему во внеурочное время.  — Так-так-так, посмотрим. — Пробормотал профессор, после того как я продемонстрировал ему свою поделку. Моя деревянная мышь-переросток, неуклюже начала топтаться по поверхности стола. — Сами делали? Повторить сможете?  — На оба вопроса — да.  — Интересно… шарниры? Странное решение, видимо до соответствующих глав анимации вы не дошли. Но как дополнительная сложность трансфигурации это вам только в плюс. В целом, преобразование выполнено на уровне четвёртого-пятого курса, вы меня приятно удивили, Брукс. Я не совсем понял, о чем речь, но, похоже, всё это сделать можно было гораздо проще. По всей видимости, начинать с трансфигурации куклы было не самой лучшей идеей. Ну да к чему теперь сожаления — всё равно с анимацией у меня ничего не выходило.  — Интрита мотус. — Направив палочку на куклу, произнёс заклинание отмены анимации профессор. Ну, сейчас начнутся проблемы, ведь результата явно не будет. Собственно, так и получилось. Надеюсь, я не ошибся в своих ожиданиях и профессор не будет шибко против ТАКОЙ реализации проекта.  — Хм… Всё равно движется. Что же вы там понамешали, Брукс? Сейчас посмотрим. Дальше последовал ряд неизвестных мне заклинаний, скорее всего из разряда диагностических. И с каждым последующим лицо профессора принимало всё более удивлённый вид, пока после одного из них его глаза не стали походить на два галеона. По размеру, само собой. Вскочив, он быстрым шагом проследовал к двери в свой кабинет, после чего запер её.  — Откуда?! И главное, как?! — выпалил он, вернувшись на своё место, — вы вообще поняли, что сделали?  — Вроде как да… — я, конечно, подозревал, что профессор удивится, но такой бурной реакции не ожидал. Но отступать мне было некуда — я не собирался менять свои планы насчёт выбора факультета.  — Понимает он… Кто бы мог подумать, переселение души. И это ради простенького задания?! Да уж, умеете вы удивлять, Брукс. Надеюсь, вы больше это никому не показывали?  — Нет. Но я внимательно изучил законы, это ведь не запрещено.  — Запрещено, не запрещено — какая разница. Вы хоть понимаете, какое внимание привлечёте, если об этом узнают?! Даже знать не хочу, откуда вы взяли этот ритуал, но отныне не вздумайте демонстрировать что-то подобное, иначе за вами начнут ОЧЕНЬ пристально присматривать. М-да, проблемка. Хотя подозреваю, что за мной уже весьма плотно присматривают и тут от меня ничего не зависело. Прятаться поздно, так что лучше развивать свои навыки и использовать их ради получения преимущества.  — Почему вы не прибегли к стандартной формуле анимации? — немного успокоившись, спросил преподаватель.  — У меня не получалось, — немного смутившись, ответил я. В ответ раздался громогласный хохот и Хорнер, схватившись за живот, начал откровенно съезжать под собственный стол. Смех длился более минуты, я же молча сидел и ждал, хотя чувствовал себя весьма некомфортно, не понимая такой реакции.  — Не получалось… — всё ещё похихикивая, выдавил из себя профессор, — и поэтому прибегли к высшей некромантии? Чтоб я так жил. Не зная, что на это ответить, я продолжал хранить молчания. С моей точки зрения поступок был вполне обоснованный. Что умею, то и делаю.  — Хорошо, — резко посерьёзнел Хорнер, — я зачту вам эту работу. Формально вы выполнили задание, так что добро пожаловать на факультет трансфигурации. Надеюсь, вы и в дальнейшем меня не разочаруете. А насчёт анимации… давайте разберём, что там у вас не получалось.