А всё ли так?
8 июля 2016 г., 23:15
Эрен проснулся от ужасной боли в голове и, поморщившись, открыл глаза. Так плохо ему ещё никогда не было. Он встал с кровати и пошёл на кухню.
"И чего я надеялся увидеть Леви рядом, как в прошлый раз? Он же просто знакомый.. Но вот эта печаль, которая накатилась, когда я не увидел его.. это всё из-за того, что он мне нравится и, боюсь, далеко не как друг".
Из мыслей его вырвал звон бьющегося стекла. Это был стеклянный стакан, который с треском упал на кафель. Эрен пытался собрать осколки, но только довольно-таки глубоко порезался.
Внезапно в комнату влетел Леви, начал с презрением осматривать комнату и увидел такую картину: Йегер сидит на мокром полу, вокруг него осколки и из пальца капает кровь. Заметив мужчину, тот начинает кусать губы и прокусывает нижнюю. Теперь кровь течет ещё и оттуда. Аккерман помотал головой и, подойдя к Эрену, влепил парню подзатыльник, усадил на стул и начал собирать осколки, пока у того монотонно продолжает капать кровь из пальца и губы.
Собрав осколки и выкинув их в мусорное ведро, Леви начал копаться в шкафчике в поисках аптечки. Найдя её, он обработал раны антисептиком и на палец и губу прилепил пластырь. Довольный проделанной работой профессор поставил чайник и наконец решил поговорить с Эреном о вчерашнем.
- Ну и что ты мне хочешь рассказать о произошедшем?
- Я напился, потому что меня чуть не изнасиловали. Новый студент Эрд Джин поймал меня в обеденный перерыв, прижал к стене и начал предлагать поехать к нему, потому что я смазливый мальчик и такие его заводят. Я вырвался и побежал к другой аудитории, где у нас должна была быть лекция, там меня встретил Армин с Жаном. Они предложили выпить, я согласился и мы пошли в бар, там уже напились и некоторые из нас накурились, потом пришёл Эрд и снова начал ко мне приставать, Жан мне помог от него отцепиться и мы ввязались в драку. Кто-то позвал охрану и нас забрали в полицейский участок, а дальше вы сами знаете. На этом всё. Осуждать будете? - Эрен взглянул на мужчину щенячьим взглядом.
- Да нет, но заливать такое "горе" алкоголем, а потом ввязываться в драку не стоило. Ну, а теперь ты выпьешь таблетки от головы и тебе надо будет поесть. Я что-нибудь приготовлю. - Леви принялся готовить овощной омлет, а Эрен выпил таблетки и пошёл в ванную, принять душ, тем самым смыть остатки бурной ночи.
Когда он вышел из душа, то забыл одеться и был только в одном полотенце обвёрнутом вокруг бёдер.
- Ты чего раздетый вышел? Это неприлично, так что пойди и оденься, - услышал Эрен, войдя на кухню.
Он быстро ретировался и, надев джинсы, которые надевал в университет и простую светло-серую футболку, у которой на спине было два крыла - чёрное и белое, пошёл завтракать.
За завтраком Эрен жаловался на большое количество лекций и огромное домашнее задание, Леви терпеливо выслушивал, что было не в его стиле и говорил, что ему важно хорошо учится, чтобы в будущем получить престижную работу, с приличным заработком.
- Сэр, а почему вы пошли преподавать дискретную математику? А не работать в какую-нибудь фирму или ценрт исследований?
- Дай подумать... Наверное потому что я вообще нигде не работал. Я служил в специальных секретных войсках, а после того, как ушёл в отставку, то мой давний друг Смит пригласил меня преподавать в университете, где он работает на должности директора. Поэтому, наверное, и пришёл.
- Ясно, я вот вашу дискретную математику вообще не понимаю, а вы хорошо в ней разбираетесь. Я вам даже немного завидую. - Эрен начал смущаться, он никогда ещё не признавался в таком.
- Тут нечему завидовать, ты и ходишь ко мне на дополнительные задания, чтобы её понять. А теперь нам уже пора в университет, вижу, ты уже одет, поэтому собирай сумку и встретимся у выхода.
Леви помыл посуду и пошёл к себе в квартиру за вещами. Уж слишком много времени он проводит с этим мальчишкой и Эрен, признаться, неплохо на него влияет. Аккерман впервые за столько лет проявил к кому-то сострадание, нежность и заботу в конце-то концов. И именно Йегер пробудил в нём эти чувства и заставил их проявлять.
Сегодня у Эрена была пара по дискретной математике, а это значило, что у него ещё и дополнительные занятия с профессором Аккерманом. Парень сделал всё домашнее задание, хотя потрудиться ему пришлось немало.
Лекции пролетели на одном дыхании и Эрен только и предвкушал те занятия, которые у него будут. Всё-таки Аккерман ему нравится, и как бы Эрен не отбрасывал эти мысли, со своим сердцем он совладать не смог, и теперь уже большее время шёл на поводу у своих чувств. Парень часто заглядывался на профессора при любом удобном случае, думая, что тот не видит. Но Леви прекрасно чувствовал на себе эти взгляды, которые могли просверлить в нём дыру, но не обращал на них внимания.
И вот у них занятие. Профессор Аккерман, взяв тетрадь с домашним заданием, принялся её листать, мрачнея с каждой страницей.
Леви отдаёт Эрену его тетрадь, где половина решено неправильно, а в конце всех записей красуется аккуратно выведенная: "Ужасно!"
- Почему ужасно? - немного не понял Эрен. - Половину-то я правильно решил.
- Половину? Максимум 40%, а это тройка, да ещё и притянутая за уши.
- Я просто не до конца всё понял. Вот если бы вы мне ещё разочек всё объяснили, тогда результат был бы...
Закончить фразу Эрен не успел, Леви, встав из-за стола, подошёл к парню и, обогнув его, сел рядом.
- Сейчас я тебе всё объясню, - Аккерман произнёс слова тихо, почти не слышно. - Во втором уравнении, ты ошибся с формулой...
Эрен собирает остатки разума в кучу, и пытается думать о математике, а не о том, что Леви сейчас сидит слишком близко и, чуть наклонившись в его сторону, говорит ему в щёку, которая уже лилового цвета, от горячего дыхания.
- Постойте, тут же два неизвестных. - Эрен начинает нервничать, от щекотливости такого положения и его мозг постепенно начинает отключаться.
- Ты идиот? Р — константа, когда ты это запомнишь? В тебя знания, что, силой вбивать? - Аккерман дал ему смачный подзатыльник.
С одной стороны Эрену обидно, что его ударили за его пытливость, а с другой стороны - Аккерман прав. Эрен сам не замечает, как делает ошибки. Профессор наклонился чуть-чуть ниже, для своего удобства и теперь уже кончики темных прядей щекочут скулу парня. Парень мысленно молится всем богам, чтобы не поцеловать Аккермана, за его действия.
Леви встал из-за парты и стал позади Эрена, потому что у него затекли ноги.
- Ну вот смотри, это - задания повышенной сложности, так?
- Да? - неуверенно, больше задавая вопрос, чем отвечая, произносит Эрен.
Аккерман теперь стоял сзади и дышал ему в макушку, ощущая очередной выдох, Эрен мелко вздрогнул. "Вот надо ему так близко стоять, сам же провоцирует!" - думает парень и не замечает, как выпадает из реальности.
- Йегер, ты меня слушаешь? Я тебя спрашиваю, на хрен ты решаешь эти задания, если делаешь всё наугад? - у Эрена срывает тормоза, и он не думая, о своём положении, поворачивается к Аккерману, оказываясь лицом к лицу. Их разделают всего десять сантиметров, а чужое дыхание чувствуется на собственных губах.
Леви, как заворожённый, смотрит в эти бирюзовые, словно болото, глаза, и тонет в них. Они смотрят на него совсем не со страхом или неприязнью, а с заинтересованностью и наглостью. Выглядит, как приглашение на поцелуй, именно так. И Аккерман бы поцеловал его, будь он тем же Смитом, но только не Эрена Йегера, слишком уж велика разница в мирах 21-го летнего мальчишки, не познавшего трудностей жизни и мужчины, который был в специальных войсках и прошёл через многое.
- Чего так смотришь? Я тебе всё объяснил, задачи оставим на потом, а теперь решаю всё это, - он указал на пару страниц, - и можешь быть свободным.
Эрен в шоке (автор сам в шоке)), но послушно кивает и принимается за задание, думая о том, что поступил в крайне неправильно. Он не должен даже думать о таком.
Аккерман - преподаватель. И не более того.
Этот случай не пройдёт бесследно для этих двоих. Он их заставит задуматься, правильно ли они поступают. Этого ещё мало, для того, чтобы паниковать и как можно дальше уезжать от этой, пока ещё не слишком выраженной, любви, но уже заставляет задуматься: "А всё ли так в их отношениях".
Примечания:
Нашла бету, классно редактирует текст. Задумка не сильно хитрая, за это извиняюсь. Но сейчас, когда болею, на большее и не хватает, уж простите.