Горькая роса

Триста лет тому назад Надо было так случиться Чтобы дочка кузнеца повстречалась с наследным принцем Он был воин — ее мечта, В каждом жесте власть и сила А она — как снег чиста И пленительно красива. (Wallace band — Горькая роса)       

      

***

      Полдень. Мирно шелестят листья деревьев, щебечут птицы, стрекочут кузнечики. В Лиэсском лесу царило сонное полуденное спокойствие. Но оно было неожиданно нарушено. Сначала раздался топот копыт, затем послышалось ржание лошадей и вот из-за поворота показалось несколько всадников. Они весело переговаривались друг с другом, обсуждая недавнее сражение. У некоторых были видны перевязанные раны, но все были довольны скорым возвращением домой.       Это был личный отряд наследного принца Эрика, состоящий из воинов, которых он отбирал собственноручно. Они возвращались после победы над одним из кочевых племен Великой степи, что простиралась на многие сотни миль. Элитный отряд состоял из тринадцати лучших бойцов Королевства Лиэсс. И так, шумно перешучиваясь, они возвращались во дворец, где через месяц должна состояться свадьба принца Эрика и принцессы соседнего королевства Эммы.       И именно это обсуждали воины:        — Говорят, она очень красива, — ухмыляясь, начал Азазель, — Но кроме этого говорят, что её красота не уступает её холодности.        — Народ слишком любит трепаться, — хмыкнул Эрик и пришпорил лошадь.        — Но не бывает дыма без огня, — протянула хитро Рейвен, догоняя Эрика.        — Даже если эта принцесса вся такая неприступная, меня это волнует мало. Все знают о том, что брак политический, а до наследников ещё далеко, — нахмурился Эрик.       Невесту он видел единожды, да и то лишь смутно помнил стройную блондинку в белых кружевах. Сейчас, среди сражений и походов, он старался не думать о дворце и балах. Не любил он всё это. Эрик жил по-настоящему лишь во время битв.        — Эрик! Эрик! — немного раздраженно звал его Алекс, — Скоро будет нужный нам поворот, и мы разойдемся. Вам по дороге встретится небольшая сторожка, я бы советовал переночевать там. А дальше стоит множество придорожных таверн. Без должной охраны, устраивать привал в лесу будет опасно.       — Хорошо, — кивнул Эрик, — Вы разобрались с провизией и прочим?       — Да, — раздался нестройный хор голосов.       В тот же вечер отряд разделился. Большая часть отряда свернула на боковой тракт, ведущий в Королевство Фрост. Они должны сопровождать принцессу до замка короля Шоу. С Эриком остались только Азазель и Янош. Заночевали они в той самой сторожке и выехали рано утром.       

***

      Нападающие появились, словно из ниоткуда. А густая чаща помогла им долго оставаться нераскрытыми. Их было пятеро, тогда принц решил, что они будут сражаться. Силы были равные. Тогда крикнув Азазелю с Яношем, чтоб не отступали, резким движением он извлек меч из ножен и спрыгнул с коня. Бой был недолгим, но когда трое противников были убиты, начало твориться нечто странное. Солнце окончательно село и лес погрузился в темноту. Сначала Эрик подумал, что те двое начали подозрительно хорошо отражать удары принца. Но потом резко пришло осознание, что противников стало больше. «Неужели к ним пришла подмога? Вряд ли…» — недоумевал он. Но тут один из них нанес серию ударов двумя длинными, изогнутыми клинками, немного хромая на левую ногу.       — Не может быть… — прошептал мужчина.       — Ошибаешься, — хмыкнул рядом до боли знакомый голос.       «Я сам научил Азазеля этим ударам. А ответил мне Янош. Значит оба — предатели» — рассуждал Эрик, не обращая внимания на боль, которая ядом растекалась в сердце. «Ошибся снова. Снова так же больно» — проносились мысли на периферии сознания, пока он рефлекторно продолжал отражать удары. «Они же явно дерутся не в полную силу, значит, тянут время. То есть скоро будет подмога. Плохо, так долго я не продержусь» — Но… в десяти шагах от принца раздалось тихое ржание его коня — « Я успею скрыться сейчас, пока темно, а потом затаюсь в одной из деревень» — решил Эрик, дважды сильно порезав Яноша. И когда он, отпрянув на мгновенье, резко бросился к лошади.       Продираться сквозь густую чащу было тяжело, но вскоре принц выехал на узкую тропу, по бокам которой стеной шли деревья. Он ещё раз пришпорил коня, ускоряясь. Прошло около часа, прежде чем Эрик решил, что теперь пора. Пустив коня во весь опор, он поправил небольшой мешок с вещами за спиной и спрыгнул с коня. Прокатившись ещё пару метров по земле, прыжком встал и быстро нырнул в гущу деревьев. Пробежав пару метров вглубь чащобы, мужчина схватился руками за толстую ветку и, подтянувшись, быстро полез наверх. Минут через пять на поляне появились его преследователи. Прислушались и, услышав топот коня вдали, последовали за ним.       К утру принц дошел до небольшой деревни, которая стояла среди густого леса. Деревушка была обнесена частоколом, а дорога вела к высоким воротам, которые сейчас были распахнуты. Он зашел в деревню вместе с несколькими жителями, которые несли ведра с водой. Эрик узнал у дородной женщины, которая силой тащила за собой небольшую козу грязно-серого цвета, где дом главы и поспешил туда. Принц не стал говорить о своем высоком происхождении. Из-за простой военной одежды он вполне мог сойти за солдата. Главой деревни был невысокий крепкий мужчина средних лет с бакенбардами, представившийся Логаном. Его жена с любопытством смотрела на мужчину и уже собралась что-то сказать, когда Эрик резко прервал её:       — Я скажу только то, что сам посчитаю нужным.       — Не груби, не в хлеву, — рыкнул на него Логан, — Меня мало волнует твое прошлое, если ты не вредишь моим жителям. Если ты хочешь задержаться тут, отказывать я не буду, лишние рабочие руки всегда нужны. Но только дай мне повод и ноги твоей тут не будет.       Дав принцу в сопровождение своего сына Хадсона, Логан хмуро глянул на гостя, раскурил трубку и выпроводил их за дверь со словами:        — Покажи ему тут всё, чтоб потом не мыкался, как слепой котенок.       Они с Хадсоном обошли всю деревню примерно за час. Он показал принцу дом, в котором он будет жить. Сказал, что раньше деревня была больше, но из-за густого леса никто не приходит, и когда люди умирают, остаются стоять пустые дома. В одном из них Эрик и поселился. Дом был небольшой.       — Зато с печью, — с гордостью заметил Хадсон, когда они вошли внутрь.       — Да уж, преимущество, — буркнул гость себе тихонько под нос. Но Хадсон услышал:        — Эрик, если что-то не устраивает, можешь спать на сеновале, — было видно, что мужчина недоволен. Принц и сам начал злиться. В зеркале, которое висело рядом, отразилось его недовольное лицо.       — Тебе повезло, — нарушил тяжелое молчание Хадсон, поднимая руки в примирительном жесте, — Сейчас лето и печь приходиться топить только, чтобы приготовить еду.       — Вот и хорошо, — сухо сказал принц, — Пошли дальше или это всё?       — Это всё, деревня-то маленькая, всего пятьдесят три двора, — сказал Хадсон, почти вышел из дома, но видимо что-то вспомнил, остановившись в дверях, — Дорогу к реке я тебе потом как-нибудь покажу. И если будут вопросы, обращайся, — сказал он, и, криво улыбнувшись, вышел.       Прошло четыре дня. Соседка разрешила брать её воду, если Эрик нарубит дров. Высовываться из деревни лишний раз он не хотел, наемники явно бродят где-то рядом. А потому нарубив дров себе и соседке, мужчина решил сходить к кузнецу. Топор, который дала ему соседка, был туповат, а рубить дрова мечом было несподручно. Накинув рубашку, он поспешил к центру деревни. Именно там была кузница. На тесной площади толпились люди. Здесь было очень шумно. Эрик шел по площади, оглядываясь в поисках кузницы. Увидев табличку, на которой были изображены молот и наковальня, он пошел к ней.       Когда принц открыл дверь, то вместе с жаром, ему навстречу выбежал кто-то невысокий в короткой накидке с капюшоном и небольшой плетеной корзинкой в руках. Врезавшись в мужчину, некто пробормотал невнятные извинения и поспешил дальше. Тряхнув головой, Эрик с удивлением осознал, что легкий аромат полевых цветов остался после того человека, который мгновенно растворился в толпе. Его размышления были прерваны зычным голосом, раздавшимся из глубины дома.       — Эй, ты по делу или так гуляешь? — поинтересовался широкоплечий, высокий мужчина в кожаном фартуке. — Ты же не местный, верно? А то раньше я тебя не видел.       — По делу, приехал на днях, — ответил принц, протягивая кузнецу топор, — Вот, лезвие у топора затупилось. Подточите? — кивнул он на топор, который кузнец вертел в руках.        — Да, это быстро, где-то через час зайдешь, — ответил кузнец, уходя обратно к раскаленной печи.       — А стоить сколько будет? — крикнул Эрик, уходящему кузнецу.       — А-а-а… Стоить… Монет семьдесят, — задумался кузнец, — Ты лучше присмотри за моим сыном, а то он так и норовит в неприятности влезть. Как мальчишка… Чарльзом звать его.       — А где он?       — Вот же, на входе вы с ним столкнулись, — голос кузнеца раздавался всё тише, он уходил вглубь комнаты.       — Э-э… — Эрик хотел было узнать, как выглядит его сын, но кузнец уже ушел. Тогда мужчина решил, что поговорит с ним об этом позже, естественно забыв то, о чем просил кузнец. Возможно, принц бы никогда и вспомнил про это поручение, если бы не закончившаяся вода. Закончилась она на шестой день его пребывания здесь. Скрипя сердцем, он согласился помочь соседке. Она была совершенно одинокой женщиной в возрасте.       

***

      Эрик окончательно убедился в том, что заблудился, когда в третий раз подошел к невысокой елке с обгоревшим стволом. «Надо было всё-таки позвать Хадсона» — чертыхнулся он, — «Небезопасно так по лесу одному шляться.» В лесу царил полумрак, из-за густой листвы солнце почти не проникало сюда. Пройдя мимо этой злосчастной обгорелой елки, мужчина пошел дальше. Прошло ещё около получаса, прежде чем он услышал шум воды. Обрадованный этим, принц уже хотел броситься на поляну, но его остановил чей-то голос, который напевал незамысловатую мелодию. Эрик замер очарованный этим голосом, смог лишь выглянуть на поляну. Там сидел юноша лет семнадцати с темными чуть вьющимися волосами до плеч. Перебирая травы, что лежали в его небольшой корзинке, он пел:       — Луна серебрит холмы и луга,       Далек путь в родной Клохан       Устало сжимает уздечку рука       Дорога уходит в туман…*       Кажется, он пел что-то ещё, но принц уже не слышал. Плененный его голосом, Эрик, сам того не замечая, шагнул вперед. И, проехавшись ногой по влажной земле берега, почти упал в реку. «Как ребенок!» — ругал он себя, предчувствуя неприятное падение. Но его коснулись мягкие руки, и прозвучал тот же чарующий голос:       — Аккуратнее…       Принц поднял глаза, поражаясь тому, как такой хрупкий парень смог удержать его. Наверное, в другой раз Эрик бы задумался над этим, но не сейчас. Мужчина отступил от берега, и спросил совсем не то, что хотел на самом деле:       — Почему ты один гуляешь по лесу? Маленький ещё…       — Но мне уже есть девятнадцать, я могу постоять за себя, — возмущенно вскинулся юноша, блеснув недовольством в ярко-голубых глазах. Они были такими колдовскими и манящими, и Эрик совсем не понимал, что он говорит. Он только и мог следить за его алыми губами. Мужчина резко отвернулся, наконец-то начиная понимать, что уже пару минут парнишка обеспокоенно зовет принца.       — Эй, ты же не ударился, да? — улыбнувшись, спросил он, — Я ведь успел тебя поймать.       Эрик кивнул и продолжил смотреть на него, потому как просто не мог оторвать взгляд. Его юный собеседник верно истолковал эриков взгляд, и очаровательно краснея, пробормотал:       — Я Чарльз, а ты?       

***

Каждый день в густом лесу У реки они встречались Пили горькую росу В ледяной воде купались Чтоб никто их не нашел Дева чары наводила Только раз, всего лишь раз На беду, о них забыла (Wallace band — Горькая роса)              Каждый, у кого Эрик пытался узнать что-нибудь о Чарльзе, считал своим долгом намекнуть о его странностях. Хадсон же и вовсе посоветовал не приближаться к нему. А стайка девиц радостно поведала о слухах, что ходили по деревне о юном сыне кузнеца. Судя по ним, Чарльз был самой таинственной личностью в этой деревушке. Люди не любили его за то, что он постоянно витал в облаках, за привычку ходить в обнимку с книжками таинственного содержания, за долгие прогулки по лесу, за слишком тонкую для парня фигуру и за тот ореол смерти, что окружал любопытного юношу. Все жители были уверенны, что в смерти своей матери виноват сам Чарльз. А парень, который дружил с Чарльзом в детстве, погиб, когда им было около тринадцати лет. После этого каждый старался обойти его стороной и друзей у него не было. Толпа в ужасе расступалась, когда Чарльз пересекал площадь, торопясь в лес. «Колдун… Колдун…» — шелестела толпа, отступая.       Вот только Эрик вырос во дворце, где мог верить только себе. А потому, полагался только на то, что видел и чувствовал сам. И страх был последним чувством, которое Эрик испытывал к Чарльзу. Он много раз вспоминал их первую встречу: как трогательно краснел юноша, как он заливисто смеялся, как проводил его к тропе, ведущей в деревню. Эрику казалось, что его заворожили. Он не мог ни на секунду оторвать глаз от Чарльза, хотелось всё время быть с ним рядом. Всегда. Те несколько дней, до второй встречи, прошли как в тумане.        А дальше понеслась карусель встреч у реки на рассвете, заразительного смеха Чарльза, его улыбок, влюбленных взглядов, тонких пальцев, перебирающих травы. Прошло более недели прежде чем Эрик понял, что окончательно и бесповоротно влюбился в юношу. И сейчас спеша в предрассветном тумане к «их» месту, Эрик задумчиво вертел в руках небольшое черное колечко с луной и звездой по краям. Это было кольцо его матери, она подарила его перед своей смертью. Королева была совсем молодой, но не смогла вынести гибели своего мужа. Мама протянула месяц после смерти отца, и сгорела в лихорадке за несколько дней, совершенно не желая бороться за жизнь. Сжав кольцо в руке, Эрик развел ветви деревьев в стороны и вышел на поляну. На удивление, она была пуста. Отсутствие Чарльза взволновало Эрика, самые ужасные предположения закрались в его голову. Но прежде чем он пошел в лес искать его, на поляну влетел птицей Чарльз.        — Эрик, извини, я вчера поздно лег, — на ходу выдохнул Чарльз.       Эрик поймал его в свои объятия, притягивая юношу к себе за тонкую талию. Уткнувшись в его волосы, что волной спадали на хрупкие плечи, Эрик вдохнул нежный цветочный аромат, который он еще долго вспоминал, пока шел домой, и который оставался шлейфом за Чарльзом.       Изящные пальцы сжали грубую ткань рубахи на спине Эрика, а своё лицо смущенный Чарльз спрятал в изгибе шеи.        — У меня есть для тебя кое-что, — неразборчиво выдохнул ему в шею парень.        — Что? — спросил Эрик, с неудовольствием отпуская Чарльза от себя.       Смущенный Чарльз поднял маленькую ладошку и раскрыл её. В бледной, чуть дрожащей от волнения ладони лежал маленький кулон на тонком витом шнурке. Небольшой стеклянный шарик, а внутри тонкие лепестки на таком же тонком стебельке.       — Я зачаровал его, он не завянет, — приподнявшись на носочки, он опустил свой подарок на плечи Эрика, аккуратно убрал под ворот рубахи, пряча. Эрик посмотрел на руки Чарльза, до сих пор лежащие на его груди.        — Спасибо, — почему-то перейдя на шёпот, ответил он. И взял холодные тонкие ладони юноши в свои большие и грубые.       — У меня тоже есть подарок для тебя.        Чарльз удивленно выдохнул и поднял свои бесконечно голубые глаза на Эрика. Но последней каплей стал юркий язычок, скользнувший по пересохшим от волнения губам Чарльза. На вкус они оказались именно такими, как представлял Эрик, сладкие, но не приторные. Словно роса, что собирается в прозрачных лепестках цветов пред рассветом. Эрик шагнул вперед, прижимая Чарльза к себе всё плотнее. Неловкий шаг назад, тонкий вскрик, рука, такая тонкая, что боишься сломать, потянувшая за собой массивное тело воина. И вот они, смеясь, сидят в ледяном ручье.       Эрик нежно провел костяшками по щеке Чарльза. Ластясь как кот, он потянулся за ладонью, а поймав, он поцеловал её, зубами прихватив кожу на запястье. Эрик хрипло рассмеялся и вновь взял правую ладонь Чарльза в свою. Черное кольцо искрой блеснуло в ладони принца. Надев кольцо на безымянный палец, Эрик поцеловал мелко дрожащую ладонь, смотря в глаза алеющего щеками Чарльза.        — Как невесте, — тихо произнес Чарльз, голосом ниже обычного.        — Как невесте, — согласился Эрик. И вновь поцеловал его. Целомудренно. Просто прикасаясь к губам. И сразу же отстраняясь.       Тонко всхлипнув, Чарльз сам потянулся к Эрику. Сев к нему на колени, он обнял его, комкая мокрую ткань на спине, ногтями чуть царапая кожу на шее. Эрик скользнул руками по бокам юноши, притягивая ближе, хищно рыча ему в рот. Тонкая ткань чарльзовой рубахи намокла и прилипла к коже, ничего не скрывая. Эрик низко рыкнул в ответ на стон Чарльза и отстранился.        — Остановись, — глядя в глаза разомлевшему Чарльзу, возбужденно выдохнул Эрик.       Но он, обиженно хныча, продолжал тянуться к губам Эрика. Остановив Чарльза, Эрик серьезно произнес:        — Стой, иначе я не смогу остановиться.       Пелена возбуждения не исчезла из глаз Чарльза, но во взгляде появилась осознанность. Опустив глаза, он увидел выпирающий бугор на штанах мужчины, и теперь румянец окрасил и его шею.       Эрик усмехнулся, встал и помог подняться Чарльзу. Они вышли из небольшого ручья. Чарльз тонко задрожал от холода, Эрик хотел было вновь притянуть его к себе, согреть теплом своего тела. Но Чарльз увернулся от его рук и, по лисьи хитро улыбнувшись, сделал несколько пассов руками. Тепло от сухой одежды волной разлилось по телу.        — Проказник, — шепнул Эрик ему в ухо, притягивая Чарльза и нежно целуя в шею, — Встретимся тут завтра перед рассветом?        — Да, — неслышно прошептал Чарльз, на секунду прижался спиной к груди Эрика и отстранился.       Зашуршали листья на ветру, вдалеке взволновано закричала птица. Чарльз испуганно вздрогнул и огляделся.        — Мне пора, — тонкой тенью он выскользнул из рук Эрика и поспешил прочь с поляны, лишь оглянувшись на краткое мгновенье.       Эрик ещё несколько секунд смотрел ему вслед, держа рукой маленький шар кулона, спрятанного под рубахой. «И правда, чародей» — мелькнула запоздалая мысль. Тряхнув головой, Эрик понял, что совершенно забыл сказать о своем скором отъезде и о письме, отправленном им ещё несколько дней назад в королевский дворец. «Как девица на выданье, не мозги, а каша рядом с ним» — подумал он и вздрогнул от громкого крика птицы. Солнце уже виднелось в верхушках деревьев.       В этот момент раздалось громкое ржание и на поляну, гордо ступая, вышел вороной конь, на котором восседал один из воинов личной гвардии Короля Шоу, что занял престол после смерти родителей Эрика. Обязательным для короля было наличие жены, а потому Эрик до сих пор ходил в принцах.        — Принц Эрик! Селяне сказали, что видели вас здесь, — воин ловко спрыгнул с коня и направился к Эрику, доставая из сумки свиток.        — Вот письмо от Его Величества, — торжественно изрек он. Эрик забрал свиток и развернул его. Шоу писал, что он как обычно нашел себе проблемы, но всё равно велел ждать отряд, который уже выступил из дворца. Эрик облегченно выдохнул. Он не думал, что посланник прибудет так скоро и испугался, что не успеет попрощаться с Чарльзом.        — Передай Шоу, что я дождусь отряда, и мне нужен конь. Своего мне пришлось бросить, спасаясь от нападавших, — свернув свиток, сказал Эрик и отдал его воину.        — Я привел вам коня, он ждет вас в селении. А я отбуду уже сегодня, у меня есть ещё поручения от Его Величества, — поклонился он, — Удачной дороги домой, Ваше Высочество.       Эрик кивнул ему и пошел к тропе, спрятанной меж деревьев. Взяв лошадь под уздцы, воин последовал за ним.       Те дни тянулись словно бесконечно. Устроив вояку на постой в небольшую таверну на площади, Эрик вернулся в дом, достал свою форму и проверил её. Вынул из-под скамьи меч - знакомый звук и блеск лезвия. Он, тяжело вздохнув, опустился на скамью, протяжно скрипнувшую под навалившимся весом. Он не мог оставить Чарльза тут одного. От тягостных мыслей Эрика отвлек стук в дверь. За дверью стоял тот посланник, а у ворот топтались две лошади.        — Сегодня вечером должен прибыть отряд для вашего безопасного отбытия домой. Вот лошадь, Ваше Высочество, — почтительно произнес он.       Эрик шикнул на него:        — Не будь идиотом, нас могут услышать. Предатели могут быть в деревне, — грозно произнес принц.        — Прошу прошения, Ва… — он осёкся под многозначительным взглядом Эрика. Поклонившись, воин пошел в сторону лошади, а принц завел лошадь в сарай, налил ей воды, положил сена и вернулся обратно, решительно захлопнув дверь в дом.       Отряд действительно прибыл вечером. Они с комфортом разместились в таверне, а Эрик, проверив их, так и не смог уснуть ночью. Принц, затемно встав, надел форму и закрепил меч в ножнах на спине, а после решительно направился в лес.       В лесу стрекотали кузнечики, ухали совы, шелестели в вышине кроны деревьев. Трава мягко покачивалась от редкого ветерка, мягкие шаги Эрика беззвучно скрадывались в её темной зелени. На поляне тихо журчал ручей, перекатываясь по каменистому дну. Осторожно отодвинув низкие ветви, принц вышел на открытое место, залитое серебристым светом луны. Вновь ухнула сова, на небе вытягиваясь, словно кошка, плыли облака. Настоящий ручей словно рассыпался тысячей святящихся бликов, маленьких отражений луны. «Красиво» — оглянулся Эрик и сел на траву близ ручья. Трава ещё была сухой, но скоро на неё выпадет предрассветная роса, покрывая землю туманом. Подняв голову, он задумчиво уставился на бескрайнее звездное небо. Вскоре затекла шея, пришлось оторваться от столь прекрасного зрелища и опустить голову. В этот самый миг Эрик почувствовал за спиной чужое присутствие и мягкие шаги. Руки коснулось что-то мягкое, в этот момент Эрик схватил неизвестного и, подмяв под себя, повалил на землю. Звонкий смех раздался в ответ, на Эрика хитро смотрели нежно голубые в свете луны глаза Чарльза.        — Ты ждал кого-то другого? — вдруг нахмурившись, спросил он.        — Нет, но ещё рано, — ответил Эрик, ругая себя: напугал мальчишку.       Чарльз явно не поверил, но вдруг проказливо улыбнулся и прижался к Эрику ещё плотнее.        — Зачем ты позвал меня сегодня пораньше? — прошептал он прямо в губы принцу, прижимающего его к холодной земле. Прежде чем поцеловать сладкие губы, ухмыльнувшись, Эрик произнес:        — Сейчас покажу.       Одной рукой он продолжал держать руки Чарльза над головой, второй жадно провел по тонкому телу, пересчитывая пальцами ребра. Охнув, Чарльз зажмурил глаза и подался навстречу Эрику: его губам, осторожно кусавшим нежную кожу над ключицей, его рука пробравшимся под тонкие полы рубахи. Колено Эрика решительно раздвинуло стройные бедра Чарльза. Язык прошелся по пухлым губам, которые дрогнув, раскрылись, разрешая.       Эрика вело от Чарльза: открытого, доверчивого, отвечающего. Хотелось всего. Целовать его, сначала нежно, туда, где начиналась чарующая улыбка. Шептать нежные смущающие глупости в нежное ушко. Провести языком вдоль изящной шеи, зубами зацепить ключицу, оставляя отметины. Врывая стон, коснуться сжавшегося соска. Потом целовать всё жестче, напористее, проникая языком в горячую глубину рта. Продолжая, Эрик отпустил руки Чарльза и второй рукой задрал свободную рубаху к самой шее. Отстранившись, Эрик довольно посмотрел на Чарльза. Раскрасневшееся лицо, распухшие поцелуями губы, подернутые поволокой глаза. Стрелки ресниц дрожали над потемневшими голубыми омутами. Посмотрев в глаза, Чарльз обвил руками шею Эрика и, лизнув его приоткрытые губы, произнес хрипло:        — Я уверен, что твои губы будут шикарно смотреться на моей шее.       Рыкнув, Эрик на секунду приник к его губам. Сжав в руке волнистые волосы, он мягко потянул их, открывая доступ к желанному месту. Чарльз сладко застонал, когда Эрик прикусил нежную кожу шеи и слегка оттянул ее, через мгновенье, зализывая языком то место. Через несколько минут вся шея Чарльза расцвела красными пятнами, которые утром обещали превратиться в засосы. Ещё раз широко лизнув красивую шею Чарльза и вырвав ещё один стон, Эрик решительно сдернул с него рубаху и отбросил в сторону.       Шершавой ладонью пройтись по плоскому животу, зацепить нежные соски, сорвать стон с его губ. Пройтись рукой вдоль позвоночника, когда он прогнется, следуя за ласкающей ладонью. Прижаться кожа к коже, сняв мешающий жилет и путающуюся на шее рубаху. Припасть к его животу губами, ладонью гладя лицо. Поймать пальцами влажный рот, язык, прошедшийся по ним. Аккуратно распутав узел на бриджах Чарльза, Эрик сел на пятки и заглянул в его глаза. Чарльз решительно кивнул и приподнялся, давая снять штаны с узких бедер. У него стояло. Отбросив штаны в сторону, Эрик прижался губами к твердому члену. Рвано выдохнув, Чарльз схватился за его плечи, не то, направляя, не то останавливая. Приподнявшись, Эрик ехидно усмехнулся и поцеловал Чарльза, продолжая ласкать аккуратный член. Задыхаясь, Чарльз цеплялся за плечи Эрика, жадно отвечал на поцелуи. У Эрика стояло так, что было больно, тонкая преграда штанов пропала, полетев в темноту к другим вещам. Прижавшись к Чарльзу, Эрик низко застонал, потеревшись о его бедро. Облизав пальцы, принц скользнул рукой обратно к члену Чарльза, потом ниже по яичкам, по промежности к сжавшемуся анусу. Мягко каясь, Эрик кружил вокруг маленького отверстия, смазывая слюной. Чарльз, дрожа от возбуждения, доверительно развел бедра пошире. Скользнув одним пальцем внутрь, Эрик осторожно подготавливал Чарльза, не забывая ласкать его член.       Губы опухли от поцелуев, внутри Чарльза уже было три пальца. Он подавался им навстречу, продолжая стонать охрипшим голосом. Эрик снова пережал основание своего члена и сел, разводя длинные ноги Чарльза в стороны. Вытащив пальцы, он снова облизал их, смазал себя и Чарльза. Прежде чем войти, Эрик наклонился, нежно поцеловал любимые губы. Чарльз обхватил его шею одной рукой и с трепетом прошептал в губы заветное «Люблю».        — Я тоже, — ответил низким голосом Эрик, прижимаясь и направляя свой член. Войдя он замер, покрывая мелкими поцелуями лицо юноши.        — Потерпи, потерпи, любимый, — ловил он губами капли слез на щеках.       Обняв Эрика ногами, Чарльз сам подался Эрику навстречу, запрокинув голову и хрипло выдыхая. Его жаркие стоны разносились по всему лесу, их тела стали скользкими от пота, а губы не могли оторваться друг от друга. Резко погружаясь в жаркое нутро Чарльза, Эрик хрипло стонал, заглушая звонкий голос юноши. Время, пролетело как мгновенье для двоих, прежде чем, хищно рыкнув, он жестко толкнулся и, прикусив местечко, где шея переходит плечо, кончил глубоко внутрь Чарльза. Чарльз последовал за ним, стоило только коснуться твердого члена, сжатого меж их телами. Высоко застонав, вцепился в эрикову спину, царапая её короткими ногтями. Прерывисто дыша, они лежали так некоторое время, продолжая прижиматься и дарить тепло друг другу.       Выскользнув из Чарльза, Эрик аккуратно поднял его на руки и понес к ручью - смыть последствия их бурной ночи. Сев в ручей, прямо с Чарльзом на руках, он нежно провел ладонью по животу Чарльза, смазывая его сперму и слизывая её с пальцев. Чарльз смущенно опустил глаза, увидев это. Хмыкнув, Эрик прижался к его губам своим и всё ещё хрипло прошептал:        — Ты до сих пор смущаешься, мой чародей?       Приподнявшись на руках, Чарльз обнял его и поцеловал, шепча в губы:        — Нам надо поспешить мой принц, скоро рассвет, а твой отряд отбудет на рассвете.       Эрик удивленно посмотрел на него:        — Ты знаешь?        — От меня ничего не скроешь, Ваше Высочество, — он сел Эрику на колени, и прохладной ладонью коснулся груди, где качался шарик его подарка.        — Я обязательно вернусь, — словно оправдываясь, воскликнул Эрик, жалея, что волшебная атмосфера ночи испаряется, вместе с туманом, опускающимся на землю.        — Я знаю, — с печальной трогательностью прошептал Чарльз и, легко поднявшись с колен своего принца, вышел из ручья. Отойдя от ручья, он скрылся за пеленой тумана, что вуалью окружал ручей. Встав и умыв лицо ледяной водой, Эрик последовал за юным чародеем. Тот что-то торопливо искал, среди влажной травы, нетерпеливо откидывая одежду.        — Нашел, — радостно и почти по-детски беспечно воскликнул Чарльз, будто и не были его глаза полны тоски, и обернулся к Эрику. В руках он держал маленький бутылек из тончайшего стекла.        — Я хотел бы подарить вам ещё кое-что, мой принц. Когда-то давно возникла легенда, что роса, собранная на рассвете после полнолуния будет приносить удачу, если выпить её. Но… Это совсем не легенда, просто собрать эту росу должен колдун или колдунья, — он смущенно замолчал, — П-п-после ночи любви. Наклонившись, всё ещё обнаженный Чарльз, легким движеньем смахнул несколько капель со стебельков чуть примятой травы. Проведя над бутыльком ладонью, он закрыл глаза и что-то зашептал, беззвучно шевеля губами.        — Что ты делаешь? — с любопытством шагнул к нему Эрик.        — Я произнес несколько катерн на удачу для вас, Ваше Высочество.        — Не нужно титулов, — Эрик приблизился к Чарльзу, и, наклонившись к нежно алеющему ушку, прошептал, — Спасибо за заботу, любовь моя.       Вспыхнув, юноша протянул принцу пузырек с заговоренной росой. Эрик взял его, рассмеявшись и с нежностью проведя пальцами по дрогнувшим пальцам Чарльза. Выпив горьковатую росу, Эрик взглянул на Чарльза, который в спешке одевался, ежеминутно оглядываясь на небо, алеющее над верхушками деревьев.        — Торопитесь, мой принц! — немного испуганно воскликнул он и протянул почти одетому Эрику его тяжелый меч, легко держа его тонкими руками. Эрик вновь поразился силе молодого чародея, и, приняв меч, поцеловал его в щеку и, почти беззвучно шевеля горькими от росы губами, произнес заветное напоминание о своем далеком и нескором, но возвращении. Немного печально улыбнувшись в ответ, Чарльз блеснул синью глаз и растворился тенью среди высоких стволов деревьев. Эрик же поспешил в село, где его уже ждал отряд, сыто и лениво перекидываясь шутками.       Низкие голоса воинов долго звучали вдалеке, сопровождаемые топотом копыт и скрежетом металлических доспехов. А маленький бутылек лежал забытым на пустой поляне, поблескивая влажным боком на утреннем солнце.       

***

В дикой ярости король Сына на войну отправил Ну, а ведьму — на костер После пыток, утром ранним. Полетела высоко Пеплом серым она над лесом. (Wallace band — Горькая роса)              Сразу же по прибытии в замок, на удивление Эрика, он сразу был отправлен на войну. Ни торопливой свадьбы, ни даже знакомства с принцессой Эммой или другими кандидатками не последовало. Эрик только рад, но столь резкое изменение намерений Шоу его насторожило. Но когда он прибыл в военный лагерь, стало не до размышлений о дворцовых интригах и заговорах. В этот раз противник собрал весьма сильную армию, но даже она не смогла дать отпор сильнейшей армии континента — армии королевства Лиэсс.       Прошел почти год, прежде чем остатки вражеской армии были найдены и устранены. И вот возвращаясь, домой, сквозь тот же Лиэсский лес, что и много месяцев назад, Эрик с радостной надеждой предвкушал встречу со своим колдуном. Со своим Чарльзом. До той деревушки, спрятавшейся в чаще леса, оставалось ещё три дня пути. Было решено устроить привал, лошади устали и начали спотыкаться, да и сами седоки были не против отдыха. Принц сидел вместе с остальными возле костра, не чураясь простых солдат. Они уже поужинали, и, теперь рассевшись на бревна, делились байками о своей жизни. Рассмеявшись, Эрик с улыбкой вспоминал Чарльза. Темный лес, опустившаяся тьма ночи и запах лета, возвращал его на поляну с ледяным ручьем и ароматными травами.       Встав с рассохшегося бревна, Эрик углубился в тишину леса, прерываемую вспышками смеха. Стрекотали насекомые, ухали птицы, не хватало только нежного голоса Чарльза. Эрику казалось, вот-вот он услышит звон ручья и высокий голос своего возлюбленного. Но ухнула, пролетая ночная хищница — сова, и Эрик отправился обратно, решив, что осталось всего несколько дней, не стоит травить сердце воспоминаниями сейчас.       Когда он вышел к костру один из солдат как раз начал свой рассказ, Хлебнув из протянутой фляги эля, Эрик с интересом слушал его.        — Слышь, а помните, королевская гвардия прибыла на поле боя позже остальных. Так вот, один мой знакомый, ну он это из гвардейцев, рассказал мне, что всё это не просто так было. Оказывается, король Шоу отправлял их по какому-то секретному заданию, — наклонившись поближе к костру, поведал воин.       — Не такое оно и секретное, раз он тебе рассказал, — заржали мужики.       — Да ну вас, слушайте, дальше началось самое интересное.       Все заинтересовано пододвинулись ближе. А мужик продолжил:        — Тут неподалеку, где-то в трех днях пути есть деревушка, небольшая совсем. Но, там поселился самый настоящий колдун! — сказал он громче, пугая.       — Да брешешь! — раздалось с разных сторон.       — Да нет же, Его Величество и направило сюда свою личную гвардию, чтоб его доставили во дворец. И когда его привезли во дворец, поговаривали, что король лично сам, долго и упорно пытал его, выпытывая что-то. И говорят, он прошел даже испытание водой! А когда его повели на казнь на костре, пламя долго не могло заняться, будто мешало ему что-то! Нечистая сила вот что!       — Да солома влажная была, вот и вся нечистая сила, — усмехаясь, произнес капитан.        — А как выглядел тот колдун? — как-то напряженно спросил Эрик.       Солдаты удивленно взглянули на своего принца, тот редко интересовался их байками.        — Да и тут непростое дело, — уже с меньшим запалом продолжил рассказчик, — Говорят, он был на диво красив, тонок станом, густ волосом, да и голос у него словно родник бьет, — закончив, солдат поднял на принца глаза и испуганно отшатнулся. Лицо Эрика исказили пугающая гримаса не то злобы, не то испуга.        — А глаза? Глаза, какие? — осипшим голосом спросил принц.        — Глаза? Да почем знать… Хотя стойте, Ваше Высочество! Тот гвардеец говорил, были они словно небо голубое ясным летним днем.       Глаза Эрика сразу как-то потухли, а плечи опустились. Он беззвучно двигал губами, словно внезапно потерял голос, бессмысленно глядя в огонь. Воины обеспокоенно подошли к принцу, предлагая воды. Но он только отмахнулся и ушел в свою палатку.       Ночью Эрика долго мучили кошмары, он видел лицо Чарльза в огне, его глаза были полны слез, и он, не переставая, повторял:        — Где ты, Эрик? Почему ты не помог мне? Где ты был?       Эрик проснулся утром разбитый и не выспавшийся, в мокрой от пота рубахе, а перед глазами всё стоял Чарльз, мечущийся в агонии.       Вместо обещанных трех дней, отряд прибыл в деревню к вечеру второго дня. Эрик гнал свою взмыленную лошадь к площади деревни, на ходу спрыгнул с нее и ворвался в знакомую дверь кузницы. Огонь в печи был потушен, а вместо привычного жара в помещении было зябко и как-то промозгло. Эрик окрикнул кузнеца, но в ответ ему донеслось лишь эхо собственного голоса.        — Он не вынес смерти своего сына, — раздался глухой голос, — Слег почти сразу же, как всё случилось, седьмой дясяток доживал и просто не проснулся через неделю после того как забрали этого, — в дверях стоял Хадсон.        — Чарльз? Они, правда, забрали его? — Эрик вышел к узкой полоске света, что шла от двери.        — Да, — Хадсон кивнул, будто ещё раз подтверждая свои слова, и вышел.       Эрик бессильно опустился на колени, хватаясь руками за голову. В его голове лихорадочно неслись мысли. Кто их увидел? Когда? Ведь Чарльз всегда наводил чары. Только не в тот день, когда ты подарил ему кольцо — въедливо напомнил голос разума. Сердце же заполошно билось в груди, словно пытаясь выскочить наружу.       Он не помнил, сколько просидел в заброшенной кузнице, не помнил, как дошел до таверны, где остановился отряд, не помнил, как лег спать. Он пришел в себя на поляне с ледяным ручьем. На земле лежал туман, а небо краснело меж верхушками деревьев.       Сев, Эрик с болью вслушался в перезвон ручья. Тот, перекатываясь с камня на камень, звонко журчал, плещась искрами, как и год назад. Тонкий аромат трав и цветов витал над поляной, пропадая из-за густого, тяжелого запаха полыни. На сердце тоже было тяжело. Прошло не меньше получаса, прежде чем Эрик услышал что-то кроме ручья. Сначала он просто отмахнулся, подумав, что проснулись птицы, но потом понял, что птицы не говорят. А по лесу явно разносились тихие слова протяжной песни.        — Ты в час грусти и печали        Голос мой услышь**, — тянул такой знакомый голос.       Эрик вскочил и прислушался. Действительно, голос раздавался всё тише, словно отдаляясь, но он был. Осторожно ступая по лесному покрову, Эрик зачарованно последовал за голосом, боясь что-либо предположить.       Песня заканчивалась и, испуганно дернувшись, Эрик шагнул вперед и увидел тень, мелькнувшую у одного дерева. Эрик заглянул за дерево, но там никого не было. «Мне не могло показаться!» — решил он и продолжил поиски. Вдруг чуть ближе к ручью раздался звонкий смех. Принц спешно выбежал к ручью, в отражении вновь мелькнула тень и скрылась в чаще.       Эрику казалось, что это длится бесконечно долго. Но вот, окутанный тенью, он вступил на знакомую поляну и устало опустился на траву, залитую первыми лучами солнца. Вдруг всё погрузилось во тьму, на его глазах лежали чьи-то холодные ладони.        — Угадай кто, мой принц, — раздался ласковый голос, и щеки легко коснулся поцелуй.       Люди ещё долго сторонились той колдовской поляны, а счастливый Эрик не мог наслушаться любимым голосом, который на его вопросы отвечал, кривя губы в хитрой улыбке.        — От меня ничего не скроется, Ваше Высочество.