Серая кукла или "Я изменю тебя."

      — Милый Грей, почему у вас рана на щеке? Что с вами случилось? — Громким голосом спросила девушка. Это была Джувия Локсар, которая с ума сходила из-за любви к Фуллбастеру. У нее были голубые волнистые волосы, которые развевались на ее плечах. Синие глаза как бездонный океан, в котором тонули люди. Очень бледная кожа и лицо, на котором всегда виднелась милая улыбка. Девушка очень добра ко всем, но бывали такие моменты, когда лучше к ней не подходить. Люси всегда смотрела на нее с жалостью, ведь она сильно-сильно любила Грея, а он не отвечал ей взаимностью. Хотя, кто его знает? «Отмороженный» — это создание замкнутое и скрытное.       — Все нормально, Джувия, я… Я потом расскажу, что случилось, — сделав глупую улыбку, он посмотрел на девушку. Она все так же мило улыбалась ему и беспокоилась за этого равнодушного парня.       Локсар достала из своей сумки пакетик, в которой находились маленькие, разной формы печенья. Она сделала их сама и именно для Грея. Девушка вложила узорчатый пакетик в руки парню. Он хотел ей что-то сказать, но она убежала за свою парту.       «Странно. Почему ты обо мне заботишься? Почему ты волнуешься за меня каждый раз, когда со мной что-то случается? Джувия всегда рядом со мной. Я не понимаю, что чувствую к тебе. Иногда, я считаю, что ты для меня, Джувия Локсар, целый мир. Думаю, что я не смогу жить без твоей заботы и внимания. Что это такое происходит со мной?»       Эрза внимательно следила за Греем. За его выражением лица, за глазами, которые то увеличивались, то уменьшались. Она никогда не видела его в столь волнительном настроении. Фуллбастер то и дело смотрел на Джувию. Он видел, как она сидела за партой и что-то писала в своем маленьком блокноте. Локсар то и дело краснела, когда ловила его взгляд на себе. Скарлетт понимала, что парень не может разобраться в своих чувствах к этой доброй девушке. Очередной раз, из-за безвыходности Грей стучит по столу, от чего поворачиваются одноклассники.       — Грей, — сказала Эрза, подходя к брюнету. — Может, ты уже признаешь, что тебе нравится Джувия? — Она строго смотрела на него. Скарлетт была серьезно настроена, ведь от того, что Грей не хочет разобраться в своих чувствах, страдает Локсар.       Парень лишь опустил голову вниз. Он не знал, что сказать. Фуллбастер осознавал, что подруга говорит правду, но есть ли в этом смысл? Есть ли смысл заводить отношения, любить кого-то? Он уже однажды потерял самого близкого человека и винил в этом себя. «Я ни за что не позволю, чтобы из-за меня страдала Джувия!»       — Пойми, Грей! Она всем сердцем любит тебя! — Закричала Эрза. — Почему ты не можешь ей ответить взаимностью, раз тоже любишь ее?       — Не могу, — тихо сказал он. Скарлетт удивленным взглядом на него посмотрела. — Я не хочу, чтобы пострадала из-за меня Джувия! — Грубым тоном прибавил он. Волнение и страх окутывали его сердце. — Неделю назад меня похитили. А если узнают про нее? Я не смогу без этой чудной и прекрасной девушки. Я не хочу этого, — голос дрожал. Девушка понимала, что он, как никто другой, хочет счастья Джувии. Но какое же это счастье, когда люди любят друг друга, но не могут быть вместе?       — Тогда… — Начала аловолосая, но ее перебили.       — Тогда, когда все закончится, я обещаю, что признаюсь ей. А пока что пусть это будет секретом. — Эрза лишь кивнула. Она разделяла позицию Грея. Отчасти Фуллбастер был прав. Он не хочет потерять ее. Пытается защитить, но можно ли это назвать защитой? Влюбленная Локсар все равно страдает из-за того, что ее любовь невзаимна. А эти страдания, как никак, приносит сам Грей.       Прозвенел звонок. Все стали вздыхать и уныло садиться за парты, как зомби. А уж если это скучный урок истории, то сладкие сны обеспечены всем «соням». Его вел учитель Весы. Очень уравновешенная и спокойная женщина лет тридцати. Редко обращала внимание на тех, кто спал на уроках, почти никогда не делала замечания. Ее девиз был таков: «Кто не хочет учиться — пусть поспят, все равно историю не будут сдавать.» Учительница вошла в кабинет и начала как всегда нудно говорить о «величайших» событиях, которые произошли в истории.       — Мисс Весы, — вдруг тихо сказала Люси. — Можно мне в медпункт? Я плохо себя чувствую, — на что учительница кивнула и продолжала вести нудный урок.       Нацу внимательно смотрел, как блондинка вяло собирает портфель. Ее лицо очень бледное, а у губ пропал розоватый оттенок. Можно сказать, они почти сливались с ее лицом. Ноги слегка подкашивались, а руки дрожали. Наконец — то она собрала все с парты и направилась к выходу. Он лишь задумчиво посмотрел ей в след.

***

      После того, как девушка сходила в медпункт, ее сразу отправили домой. По мнению Полюшки, она где-то простудилась.       «Ну и Полюшка… Как можно брать таких медсестер в школу? Только я вошла, а она мне сказала: „Выметайся!“ Что за наглость? И накинулась на меня со шваброй! Но после того, как я смерила температуру, можно было уверенно сказать, что я заболела, поэтому меня сразу отправили домой.»       Люси вяло шла домой. Ее глаза быстро слипались, потому что вчера кто-то до часу ночи читал книги и кое-как смог уснуть. Она чувствовала, как ее щеки пылают, а тело просто горит. Вдруг ей показалось, что кто-то за ней следит. Девушка резко обернулась, но никого не обнаружила. Может это уже галлюцинации? Да, да, да, болезнь — дело серьезное. Нужно как можно быстрее прийти домой, поэтому она прибавила темп.       -«Серая кукла»… — Кто-то позвал ее, напевая ее прозвище.       Блондинка опять обернулась, но, как и в тот раз, ни единой души. Хартфилии стало страшно. Она побежала к дому, но ноги постепенно становились ватными, и через минуту она грохнулась на асфальт. Коленки в кровь. Девушка пыталась встать, но никак не получалось.       — Помочь? — Спросил знакомый голос. Люси медленно подняла голову и кое-как открыла глаза. Весь мир помутнел и расплылся, будто на холсте художник размазал разноцветную краску. Но через пару секунд зрение потихоньку начало восстанавливаться, и блондинка могла рассмотреть стоящую перед ней фигуру.       — Стинг?