Странные сказки Гарди

      В сером костюме и белой сорочке Sʼа сидел на обычном офисном стуле, чуть подавшись вперёд. Ноги в оксфордах расставлены, локти легко опираются о колени. В ярком луче, падающем сверху, чётко различимы коротко стриженные волосы и крупные руки. Лицо скрыто тенью.       Mʼalish залюбовался. Какой же всё-таки Sʼа красивый! Большой, стройный, широкоплечий… Вот глянул бы ещё своими роскошными светлыми глазами.       В это время в круге света на тёмной сцене Sʼа поднялся на ноги, и, не глядя ни на кого, принялся раздеваться под жёсткий блюзовый рифф.       Галстук.       Пиджак.       Пальцы не торопясь уверено расстегнули манжеты сорочки, и она соскользнула на пол.       Под сорочкой ничего не было.       Музыку заглушили одобрительные крики и аплодисменты.       Mʼalish не уловил момент, когда Sʼа разулся.       Босиком, в одних брюках, контрастно выделяющейся кожей, матово белеющей на вполне рельефных подвижных мускулах, он мог свести с ума кого угодно.       Sʼа медленно покачивался, почти незаметно поводил плечами, продолжая раздеваться.       Эти движения вряд ли можно было назвать танцем, непонятно вообще, что это было, но смотрелось залипательно и жутко возбуждающе.       А когда и его брюки отлетели в темноту, крики сменились воплями и свистом.       Пальцы Sʼа легли на пояс облегающих коротеньких боксеров.       Mʼalish затаил дыхание.       Сердце трепыхалось где-то в горле, от возбуждения двоилось в глазах, блюз слышался словно сквозь вату.       Ладонь Sʼа двинулась вниз, стягивая последний жалкий клочок ткани с практически обнажённого тела.       Вопли превратились в завывания, срывающиеся на визг и ультразвук.       Mʼalish оглох.       Не в силах выйти из ступора, он, как во сне, смотрел на толпу обезумевших бесстыжих китаянок, ринувшихся к Sʼа. К его ненаглядному Sʼа!       Эти дикие разъярённые самки вожделели! Они ломились на сцену, сметая всех и всё, что по несчастью оказалось у них на пути.       Им не было преград.       Им не было числа…       …Sʼа в старых спортивках и футболке вошёл в комнату, аккуратно поставил на столик чашку кофе и тарелку с тыквенным пирогом, с беспокойством поглядел на Mʼalishа.       Mʼalish олицетворял собой «Владыку преисподней», «Царя смерти и справедливости» бога Йаму и Апофеоз войны в одном лице. Заговаривать с ним было чревато, подходить — тем более.       В мёртвой тишине прошло пять бесконечных минут. Потом Sʼа неловко двинулся и уронил на пол ложечку, после чего втянул голову в плечи и зажмурился.       Mʼalish медленно разорвал рекламный буклет турагенства, приглашающий посетить Китай, «страну, унаследовавшую достижения одной из самых развитых цивилизаций прошлого, страну удивительных контрастов, шёлка, фарфора, знаменитой Великой стены длиной в 1000 км и замечательных образцов дворцово-парковой архитектуры».       Сначала пополам, потом на четвертинки, восьмые, шестнадцатые части…       Когда вместо буклетика осталась горка разноцветного конфетти, Mʼalish втянул носом полную грудь воздуха и сдул бумажные клочки со стола. Потом он задумчиво съел пирог, запил его остывшим кофе и упал на диванчик с толстенной энциклопедией огнестрельного оружия.       Рассматривая автоматические винтовки крупного калибра, он сладко улыбался.       Sʼа тщательно пропылесосил ковёр, вымыл посуду, потом молча подошёл к диванчику и тихонько кашлянул.       Mʼalish просиял глазами, вскочил и напрыгнул на Sʼа, обхватив его руками и ногами, как обезьянка…       Примерно через час, а может — чуть больше, оба сидели каждый за своим компьютером и рубились на биллиарде онлайн, хором насвистывая «Броня крепка и танки наши быстры».       Вечер определённо задался.