Гендер-Блендер Маринетт - Марин!

Марин нервно стучит пальцами по подлокотнику и боится взглянуть в глаза родителям. Разговор с самого начала показался парню опасным, а сейчас он приобретает какой-то совершенно новый оборот. - Я хочу сказать, сынок, - осторожно начинает Сабин Чэн, - что мы бы хотели услышать это еще раз. Вдруг, мы не правильно расслышали то, что ты сказал. Китаянка ласково улыбается своему мужу, держа его под локоть. Том Дюпэн кивает, подтверждая слова жены на этот счет. Марин жует язык, шумно выдыхает, и следует просьбе родителей: - Я - Баггай. Секунду мужчина и женщина молчат, переглядываясь, и все это время Марин чувствует, как внутри у него все холодеет от ужаса. Но ведь он обещал Алье, что признается родителям, а попадать в немилость у этой девушки он больше не хочет. Резко Сабин Чэн вскидывает руки, подняв их наверх, словно бы говоря слова благодарности небу, и произносит: - Наконец-то ты сказал это. - Точно, - кивает мужчина, откидываясь на спинку стула. - П-подождите, - удивленно бормочет Марин. - Вы знали? Как давно? Да что такое-то! Все вокруг знают о том, что я - супергерой, и молчат! Может весь город в курсе, а я единственный в неведении?! - Спокойствие сынок, только спокойствие, - китаянка хлопает зачем-то своего мужчину по коленке, словно бы это его надо успокоить, а не Марин. - Вряд ли многие в курсе. Просто, как нам не знать, что ты - Баггай? Ты же наш сын. Мы были бы безответственными родителями, если бы не знали, что ты сбегаешь куда-то по ночам. - Кхм, ну, да, - мнется Марин. - Мы стали догадываться, что ты что-то скрываешь, когда тебе было семнадцать. Но полностью поняли ситуацию год назад... Иначе мы бы давно запретили эту твою ночную деятельность, - произносит отец, сложив руки на груди и строго смотря на сына. - Вам не нравится?.. - Не нравится? - переспрашивает женщина, приложив ладонь к щеке. - А как нам может это нравится, солнышко? Мы же беспокоимся о тебе. Конечно же нам не нравится твоя супергеройская жизнь. Она довольно опасна. Мужчина кивает: - Это точно, но... Но несмотря на все это, мы понимаем, что тебе важно быть Баггайем, поэтому и молчали. - Ты спасаешь людей, их жизни, помогаешь полиции, - медленно произносит Сабин. - Мы не можем закрыть глаза на тот факт, что ты очищаешь город. В Париже существенно снизилась преступность с того момента, как ты стал Баггайем. Сейчас если и есть маленькие группировки бандитов, то они быстро распадаются... - К тому же ты защищаешь столицу не один, - поддакивает мужчина. - Да. У тебя есть напарник и нам от этого легче, хотя мы все равно беспокоимся о тебе каждую ночь. Я почти каждый день в 2 часа ночи заглядываю к тебе в комнату, чтобы проверить, что ты жив и добрался до дома... - голос женщины очень тих и Марин чувствует внутреннюю усталость матери, отчего его сердце сжимается от боли. - Вы бы хотели, чтобы я прекратил? - осторожно интересуется парень, понурив голову. Женщина вздыхает: - Это твое дело. Ты уже взрослый и мы не можем тебе указывать, просто... - Мы были бы рады, оставь ты свою маску, - заканчивает за супругу Том. - Сейчас разбойных ограблений очень мало, убийства снизились, вот только... - Сабин делает паузу, - Если бы ты смотрел новости по утрам, то знал бы, что очень повысился объем наркотиков. Настоящая мафия ушла в подполье. Она не исчезла совсем, просто их методы стали более изощренными и оттого опасными. - Вы хотите сказать, что мне нужно избавить город от наркобарона? - загорается Марин. - Что ты! - испуганно вскрикивает мама парня. - Ни в коем случае - это дело полиции. - Это слишком опасно, - вторит словам женщины Том, слабо кивая. - Твой отец хочет сказать, что мы не знаем насколько ты защищен от оружия и откуда у тебя это, но наркотики будут защищать до последнего. Вряд ли дело там обойдется парой пистолетов. Родители еще о чем-то говорили, вот только Марин уже не слышал. Он кивал, поддакивал, что-то рассказывал, даже посмеялся над какой-то шуткой отца в адрес Нуара, пока мысли парня были далеко. Он физически ощущал как опасный паук плетет свою паутину внутри Парижа, затягивая в свои сети глупых детей и подростков. Перед лицом Марин проносились картинки, как кто-то курит травку или колется иглой, и ужас сковывал его горло. Медленно в голове парня складывался план, как вычистить город от всей грязи и уйти в небольшой отпуск. В это время в одном доме на окраине города шел следующий разговор: - ... Простите, повторите, пожалуйста, что вы сказали? - Вы сын одного из Вечных Богов Египта - Ануб... - Ик. Чье-то тело упало, не выдержав свалившейся информации.