Ты любишь меня?...

В машине повисла тишина, и никто из этих двух животных не собирался её нарушать. Хоппс наконец – то почувствовала некое расслабление, но странное чувство не отпускало её восвояси. Она задумчиво глянула на Ника, который лицом уставился в боковое стекло, облокотившись об локоть и не обращая никакого внимания на свою озадаченную напарницу. «Наверное, что - то обдумывает», — подумала крольчиха, проведя по чёрному рулю своей пушистой лапкой. Сейчас она готова была полностью окунуться в мысли с головой, дать себе свободу душевных действий, лишь бы от этого стало легче. Хоть чуточку. Джуди вспоминает, как она и Ник раньше были просто неразлучимы. Как они раньше могли вместе ходить под ручку в любых местах, как они тогда веселились, не отходили друг от друга ни на шаг, и всегда были вместе. А что сейчас? Прошло некоторое время, Ник и Джуди сами не свои. Стали меньше общаться, разговаривать, обниматься, держаться за руки как самые лучшие друзья... Оба стали понимать, что атмосфера между ними чем - то накаляется. Однако, чем именно, они пока не могут в этом разобраться. Но одна мысль о том, что Ник стал медленно охладевать к ней, резало сердце без ножа. Она любит его, очень сильно любит, однако не понимает, что же она сделала, что послужило поводом для такого отношения со стороны её лучшего друга? Она даже ни раз пыталась спросить его об этом, когда для этого всегда был удобный случай. Но его всегда обрывал кто - то, то ли Буйволсон, то ли Когтяузер, который почти всегда заходил как - то не во время со своими радостными новостями и отличным настроением. И это всегда обрывало мирную и синхронную идиллию Джуди и Ника, которые в тот промежуток времени пытались разобраться в своих отношениях. Но после того, как их прервали, они лишь кидали друг на друга печальные взгляды и принимались за работу, будто ничего и не было. «Что же с нами стало?» — думает крольчиха, сжимая свои тонкие губки, — «Даже вспоминается, как животные стали звереть...» Эта мысль заставила Хоппс вздрогнуть до такой степени, что мурашки мгновенно пробежались по её ровной спине. Джуди ещё раз взглянула на своего напарника, который уже давно смотрел вперёд, глубоко задумавшись. Кролик понял это по-грустному взгляду лиса. И хотя она и сама пребывала в не лучшем состоянии, хоть и спокойном, её лучший друг всё – таки являлся её напарником, так ведь? Да и тем более, сейчас очень даже подходящий момент... — Ник? — Да? — лисья морда вышла из мира мыслей и ожидающее уставилась на кроличью физиономию. — Я тут подумала... — пушистая лапка в ту же секунду стала медленно проводить своими подушечками по мягкому рулю, ощущая некое успокоение в этом, — может быть... Мы могли бы... Ну, даже не знаю... — Ты имеешь в виду... — начал было Ник, но Джуди и не думала слушать его, продолжая с паузами говорить своё, иногда постукивая по рулю рукой. — Знаешь, я просто подумала, что... Может быть, устроим что - нибудь? Просто, ты понимаешь, что сидеть в машине и дежурить каждый день — это не так уж и весело. Думаю, было бы веселее устроить какое - нибудь... Ну не знаю. Праздник? Ник удивлённо смотрел на Джуди, которая так ожидала ответа с его стороны, перестав тревожить бедный руль. Её фиолетовые глаза так и искрились в ожидании ответа лучшего друга, которому ни с того ни с сего стало жарко, и он поспешил открыть входную дверь, не то, что окно. Выполнив желаемое несколько секунд назад, он с облегчением вздохнул и наконец – то спросил: — Праздник? — Ну да! Знаешь, там шарики, танцы... Тортик, — последнее слово заставило Джуди облизнуться, а её желудок сразу дал о себе знать, заурчав. Уайлд обратил на это внимание, и удивление с его физиономии сразу сменилось на загадочное безразличие ко всему. — Что же ты сразу не сказала, что хочешь кушать? — заботливо спросил Ник, выходя из машины и захлопывая за собой дверь, — понятно, почему тебе не нравилось, что я ел. Не беспокойся, я принесу что – нибудь. Жди здесь. Он в спешке направился в неизвестном направлении для кролика, который остался в машине один. И только сейчас Джуди осталась наедине с собой, чтобы обдумать всё, как есть. И лишь её желудок мечтал о том, чтобы Ник поторопился.