Ты любишь меня?...

На последний момент, когда крольчиха должна была свалиться с капота машины прямо на землю, лис хватает ту в охапку и со всей силы прижимает к себе, ведь саднящее чувство внутри не даёт ему покоя о том, что могло бы случиться, и он практически не понимает того, что в любой момент может сломать своей напарнице все косточки. «Кража сердца... Отлично», — усмехается про себя Джуди, пытаясь отстраниться от Ника, — «в тюрьму сажайте, что ж вы...» Конечно, она не произносит этого в слух, и лишь кидает на напарника рассерженный взгляд. Тот, уловив его, понимает, что делает и ослабляет хватку, чуть отодвигаясь с возлюбленной от края. Джуди отпускает лапы лучшего друга, и снова тяжело вздыхает, понимая, что слушать буквальных признаний лиса придётся ещё целый день. — Кража сердца, — повторно произносит она, окидывая взглядом округу и удостоверяясь в том, что их до сих пор не потревожили. — Ещё какая, — соглашается Уайлд, пытаясь зациклить свой взгляд на чём - нибудь другом, чтобы напарница не увидела его удивления и некой ошеломлённости от её поведения, — Вы просто не умеете лгать, любезная. — Офицер, — усмехается крольчиха, поворачиваясь к лису, — замолчите, пожалуйста. — Как скажете, мисс Морковка, — прикладывая правую лапу к груди, притворяет голос Ник, пододвигаясь к кролику ближе, — но без наказания никто не оставался. — Какого ещё наказания, к примеру? — За всё приходится платить... — И почему ты не философ? — задаётся вопросом Хоппс. — Заметь, я тут единственный, кто поддерживает весёлую атмосферу, — делает замечание Уайлд, недовольный «ответом» подруги, — и всегда был им... Единственным. — Ирония судьбы, Ник, — неохотно отвечает Джуди, прижимаясь к лису сильнее, — с кем не бывает... — С тобою было. — Помню... — Помнишь, знаешь, учишься. — И это моё наказание? Как - то не в твоём репертуаре... Ты же у нас «хитрый лис». Лис усмехается, понимая обречённость девушки. — Значит, ты соглашаешься с тем, что ты — глупая крольчишка? Не ожидал, офицер Хоппс, не ожидал... — Вот поэтому я — главная в нашем напарничестве! — восклицает Хоппс, приподнимаясь на лапах. — Неужели я слушаю приказы глупого офицера? — печалится Уайлд, делая грустное лицо, понимая, кого всё это время он слушал. Он поднимает глаза на Джуди, которая будто переваривала только что сказанное им. — Глупый офицер... — произносит она, отводя взгляд в сторону. Её ушки опустились к плечам, и лис понял, что действие раннее было лишним. — Морковка? — Всего лишь глупый офицер... — Морковка, — лис поднимается на лапах, пододвигаясь к девушке, которая постепенно принимала образ тёмной тучи, — ну ты что? Ты же знаешь, что я несерьёзно! Он прикоснулся к плечу возлюбленной, но та лишь дёрнулась, как от тока, и иногда вздрагивая, отодвинулась от него подальше, сжавшись к комочек. — Морковка... — с сожалением произносит Ник, жалея о том, что вообще начал говорить о её якобы «соглашении» лишь из – за того, что та подчеркнула черту его характера, — Джуди... Об этом действительно не стоило говорить. Девушка вздрогнула и сильнее сжалась в комочек, будто надеялась, что это единственное спасение от напарника. Наверное, он действительно затронул её за живое. Послышался всхлип. И это сдавило лису душу. — Эй, ты чего... — он начинает медленно поглаживать ту по плечу, надеясь, что это хоть как - то успокоит ту, — Джуди, ну ты что... Ну, хватит... Чувствовалось, что всхлипы перерастали в рыдания. — Ну хватит плакать из – за меня, ушастик, — начиная паниковать, пытается успокоить лис девушку, совсем озадаченный её поведением, ведь при обычных обстоятельствах та никогда бы этого не сделала. Думая, как выпросить прощения, Ник перебирает в голове все возможные варианты. — Ну... — надеясь на лучшее, начинает лис, — что ты хочешь, Морковная душа? Только перестань плакать, прошу... — Спрыгни со второго этажа, — послышалось сквозь всхлипы. — Тогда я отдалюсь от своей любимой, проводя время в больнице, — с сожалением произносит напарник, — могу опрокинуть что – нибудь на осла со второго этажа, хочешь? Джуди отрицательно покачивает головой, не соглашаясь на предложение напарника. — Ну... А хочешь мороженое? — спрашивает Уайлд, надеясь на лучшее, прижимаясь к спине возлюбленной. Та соглашается на его предложение, положительно кивая головой, чем облегчила душу Ника. — Два... Нет, три... — вытирая слёзки, произносит Хоппс. — Что три? — не понимает напарник, сползая с капота полицейской машины. — Три шарика, — отвечает Джуди, оборачиваясь к напарнику своими заплаканными глазами, которые так и искрились от последних лучей заката. Шаря в кармане лапой в поисках хоть какой – нибудь мелочи, Ник натягивает на морду улыбкой, и махая девушке на прощанье, направляется к той стороне, на которой располагался постепенно темнеющий город, который освещали зажигающиеся уличные фонари. «Надеюсь, хватит,» — смотря на двухдолларовую купюру, думает Уайлд, прижав уши к голове от осознания того, что так легко попался на уловку крольчихи.