Ты любишь меня?...

Что ты чувствуешь, когда прямо над тобой, опираясь своими острыми когтями в обивку сиденья полицейской машины, располагается лис, который явно временами сходит с ума? Чувствуешь ли ты страх, или сразу готов уложиться в обморок? Хоппс предпочла бы второй вариант, но от осознания того, что они на дежурстве, а Буйволсон снесёт ей уши из – за порчи обивки, она просто не может себе этого позволить. Однако, последними силами и духовными достоинствами она пытается уверить себя, что Уайлд в очередной раз шутит, — хренов лис, — и пытается что - то у неё то ли выпросить, то ли вывернуть, — неизвестно. Но по его серьёзному взгляду и острым клыкам крольчиха просто не может взять себя в руки, боясь сделать хоть одно неверное движение... И с чего это у неё появился страх? Где то достоинство, где та гордыня, где та сила? Где смешение всех этих качеств, что так благородно помогали девушке верно идти вверх по пути? Наверное, всё то, что сейчас предстоит перед её взором, просто выбило Хоппс из себя. Казалось, кроме самого Уайлда, в поле зрения летают ещё и разноцветные круги, что так портят чёткость всего окружающего, и что так несносно заносят ещё больший страх в душу Джуди... «Ник, очнись, — мысленно обращается она к нему, ведь в горле словно ком стоит, — прошу, хватит...» Но этого явно недостаточно, бешеный зверь её будто не слышит... А хотя, почему бешеный? Он что, нападает на неё? Нет, он не нападает, но он строит из себя самого, что ни на есть, опасного хищника для крольчихи. А это, черт возьми, пугает. Пугает настолько, что уже ничего не можешь сделать, — маленький хвост скрутило, лапы омертвели, ком застрял в горле, глаза округлились, — идеальный шок для бедной добычи перед опасностью... Тем более, когда одна из них располагается прямо под одним, глазами в глаза, взглядом в взгляд, дыханием в дыхание... Неужели это не шутка? Ник, глупый лис, произнеси хоть слово, от тебя и деваться – то некуда... — Осторожней со словами, — будто предупреждает, как наставник, Уайлд, впиваясь взглядом в глаза Хоппс и перестав проводить когтями по обивке, — я же извращенец для тебя... — Почему извращенец? — вдруг не поняла Хоппс, тут же забыв о том, что происходило секундами раннее. Ник ухмыляется, отбросив всю свою маску жестокости и наконец отстраняясь от Джуди, усаживаясь на своё место и прикрывая морду тёмной лапой. — А кто хочет иметь любовные отношения с крольчихой? — Ник, — Джуди приподнимается, заглядывая лису в глаза, — я уверена, твоей вины нет в этом... — Причём здесь это? — Притом, что... — Ты думаешь, что я виноват, раз влюблён именно в тебя? — Нет, конечно! — отрицает Джуди, — просто... Ты уверен, что это не твоя привязанность ко мне? Ещё раз усмехнувшись, лис пододвигается к Хоппс, чуть соприкасаясь своим носом с её. — Если ты не знаешь, — прерывисто шепчет он, — то лисы любят одну и единственную в своей жизни. И один раз... Джуди пришлось сглотнуть, чтобы не выдать своё «офигеть, как удивилась». — Значит... — Значит да, уверен! **** После этих слов в салоне машины наступила тишина. Джуди прижала серые лапки к себе, почему – то ощущая по всей шёрстке мерзкий холодок. Изредка она бросала взгляды на лиса, который практически не дрожал и не бился из стороны в сторону, как крольчиха. Наверняка ему тепло... Конечно, имея такой хвост, разве ты умудришься захолодеть?! Хоппс поникла в свои мысли. И что делать дальше? Она утвердилась, что у лис «одна такая Любовь», а что дальше?.. Разве не Ник заваривал эту кашу, из которой такая хренотень получилась? — У тебя лихорадка что - ли? — Эм... Нет, с чего ты взял? — спросила Хоппс, явно не понимая столь неожиданного вопроса со стороны Ника. Тот смотрел на неё пристальным взглядом, что казалось, будто бы он видел всё, что вытворяла это девочка в своей комнате. Но не смотря на это, он лишь тяжело вздыхает и пододвигается ближе, что привело крольчиху то ли в ужас, то ли в восторг... — Что ты делаешь?! — Тихо... — шепчет Уайлд, прижимая тёплыми лапами невинное тело крольчихи к себе, по собственным ощущениям чувствуя, как ей было холодно до этого момента. Лис судорожно выдохнул ей прямо в ухо, чуть ли не застонав от в миг пробежавшихся по спинке мурашек. Джуди прижала свои серые лапки к груди, готовая в любую секунду вот-вот задохнуться от нахлынувших чувств. Сердце бешено стучало в груди, готовясь тут же выпрыгнуть, но кажется, что крольчиха сдерживалась из последних сил. Снизу вверх она смотрела на шумно вздыхающую морду лиса, и девушке снова начало казаться, что вокруг них витают разноцветные размытые круги. Но это является лишь плодом воображения, слишком уж буйной фантазии Хоппс, тут не нужно спорить. Она не понимала, забылась ли она или нет, возможно, все дело в мелкой нехватки полноценного сна, или из - за того мороженного, но Джуди казалось, что это вообще не имеет к этому никакого отношения. Потянувшись лапкой и проведя ею по шёрстке лиса, она будто бы затрепетала, ощущая всю черствость и непреклонность к поглаживанию шерсти лиса, будто бы тот жил не обычной жизнью городского гражданина Зверополиса, а хрен пойми чем вообще занимался. А ведь с виду кажется, что всё намного нежнее... — А что теперь ты делаешь? — с усмешкой задаёт вопрос лис, словно тот поймал девушку за поличным. Но та и не задумывается особо, будто роняет из себя запас собственных же слов. — Глажу... От этого ответа Ника будто передернуло, но крепко стиснув зубы он постарался не выдавать себя, чуть прикрыв глаза. Отсутствие подушечек на лапке доставляло ещё большее наслаждение, нежели если бы они были, — и будто в знак благодарности лис целует Джуди прямо в ушко, в самый кончик, что находился прямо перед его мордой. Это заставило вздрогнуть крольчиху, но большего она не предпринимала, — скорее всего, она не знала или не понимала, что должно следовать за такими действиями. И тут Уайлда как передернуло: явно предпочёл не останавливаться на начатом, как это уже было до этого момента, и начал целовать, а то и покусывать ушко везде, где дотянутся его клыки и зубы. Прикусывать он старался настолько, чтобы доставить и себе комфорт с удовольствием, но и не допускал себе те рамки, за которые Джуди становилось бы больно. Крольчиха, почувствовав первые покусывания, сразу поддалась вперёд, уперевшись лису прямо в грудь и томно застонав от полнейшего в своём роде ощущения эйфории, задрожав при этом ещё сильней. Чёрт, они же на дежурстве! А вдруг их заметит какой – нибудь зверь, проходящий мимо? Хотя кто может проходить мимо полицейской машины в районе от восьми до девяти? Правильно: никто, а после осознания Хоппс стало уже абсолютно плевать на этот вопрос. Она лишь вздрагивала и изредка тихо постанывала, ощущая за собой полнейший стыд перед напарником. Или уже перед возлюбленным?.. Сейчас она просто не могла спокойно рассуждать. Пока Ник покусывал её ушко, оставляя еле видные следы от своих клыков, крольчиха содрогалась от перемешанного чувства эйфории с ощущением агонии, что дало такой всплеск нахлынувших чувств, от которых Джуди просто уже не могла контролировать себя, уткнутая носиком прямо в грудь лису. Ей хотелось не ощущать привычный запах этой тряпки, от которой несёт чем – то острым и чуть ли не пластиковым, а чувствовать запах самого Уайлда, уткнуться в его рыжую, жёсткую шерсть и почувствовать себя там то ли в опасности, то ли в безмятежном спокойствии за свою жизнь. Серые пушистые лапки пытались расстегнуть эти злосчастные пуговицы, но лишь две из них поддались её влиянию, и решив довольствоваться хотя бы этим, не то Джуди сумеет разорвать эту форму, крольчиха полной грудью вдохнула до боли знакомый запах... Но яркая вспышка боли в одном из самых чувствительных зон заставила крольчиху всхлипнуть, а из закрытых век тут же потекла слезинка. В остром ощущении боли она сжала в лапках полицейскую форму Ника, уткнувшись мордочкой в его грудь и сдерживая себя, чтобы не зарыдать. Почувствовав влагу на своей шерсти, Ник понял, что что - то пошло не так, пока не обратил внимание на медленно скатывающуюся струйку крови по ушку Джуди. В сердце что – то пронзительно ёкнуло, вызвав этим самым несносную панику, и послужив инстинкту лис лизнул больное место, ещё сильнее прижав крольчиху к себе и заставив ту задрожать в его лапах. Полизывания приносили Джуди лёгкое пощипывание, но вместе с тем было ещё и что - то вроде щекотки. Да - да, именно щекотки. Девушка издала лёгкий смешок, но взяв себя в руки, в следующие мгновения могла только постанывать. В своих лапках она то сжимала, то разжимала полицейскую форму лиса, мяла её до неузнаваемости, насколько она не узнавала саму себя в настоящие моменты. Черт возьми, что с ней делает этот страстный лис? Как она не могла понять раньше, что он может приносить настолько приятные ощущения и доставлять обоим по максимуму удовольствия? Но не смотря на это, Хоппс до сих пор чувствует за собой стыд, ведь она поддаётся всем его ласкам, которые он только предоставляет ей!.. Похоже, что всему есть свой предел. Уайлду просто наскучило покусывать уши крольчихи, тем более, что он уже оплошал в этом деле, прокусив одно место до крови. Наверняка, если Хоппс узнает об этом, то обязательно отдерёт ему хвост за это, но зачем ему думать об этом сейчас? Поэтому, он сосредотачивает своё внимание на раскрасневшейся Джуди, которая отчаянно пытается восстановить своё сбивчивое дыхание, но тщетно. Обоим думается, что они пропустили момент, когда Уайлд просто отталкивает девушку прямо под себя, давая приказ в полной мере распоряжаться не только над напарником, но и над его телом. Медленные поцелуи перешли на тонкую шею, от которой веяло чем – то настолько приятным, что хотелось чуть ли не облизать ту по кругу, но это вряд ли понравится его партнёрше. Расстегнув совершенно ненужный жилет и отбросив его в сторону, Ник завладел устами крольчихи, которые до этого просто жадно хватали воздух. Но Джуди и не была против, — чтобы не выдавать себя через своё состояние, ей будет теперь на чём сосредоточиться. Лапками девушка гуляла по телу напарника, явно изучая чуть ли не всё его строение, в некоторых местах даже пощупывая. От таких резких экспериментов крольчихи лис иногда вздрагивал, иногда даже стонал, явно не ожидав чего - либо подобного от девушки. — Хоппс... Советую Вам быть... ах... Осторожней... ох... В таких проделках... — через прерывистое дыхание и мелко постанывая, выговаривает из себя Уайлд, чувствуя подозрительную боль в пояснице. — Я же непослушный офицер, — приподнявшись на локтях и лизнув партнёра прямо в нос, отвечает крольчиха, — глупый лис... Ника всё чаще ударяет приятным током, проходящимся по телу, и он знает, что это происходит именно из – за неё. Распахнув рубашку на теле Джуди, лис принялся жадно вдыхать её запах, о котором он бредил чуть ли не с самого первого взгляда...