Не такая как все

Я понимала что веду себя невоспитанно, но оторвать свой взгляд от низа её живота была просто не в силах! Боже да она потомок древних! Но как это может быть? Как?! Ведь они полностью исчезли с лица земли лет 600 назад! Объясняю, древние — это обычные женщины без члена, и обычные мужчины не способные родить. Давно, во время великой войны, лучшие генетики планеты создали вирус уничтожающий особый ген в человеке и делая его бесплодным, чтобы захватить территории, главы держав решили запустить вирус на вражеской территории. Но что-то видимо пошло не так или учёные не до конца поняли действие вируса. Прошла сотня лет, и на свет стали появляться мы — новая раса людей, альфы и омеги. У всех них как мужчин так и женщин имелся член, а во время гона, открывалось особое отверстие- спермаприёмник. Годы шли и нормальные люди просто вымерли как динозавры, оставив на земле нас, альф и омег. Что удивительно, но мужчин по сей день значительно меньше, этот вирус как-то губительно повлиял именно на их органы. В итоге воевать просто стало не кому. И война закончилась, так толком и не начавшись. Мы все во время уроков анатомии изучали наших древних потомков, я знала как называется её половой орган, но просто не могла поверить что Эля прямой потомок настоящих древних женщин. Я закрыла рот и посмотрела на грустную девушку, она опустила голову и дрожала. Я взяв себя в руки осторожно потянула её на себя, ложа сверху своего тела. — Не плачь любимая, ну ты чего? — я вытерла рукой её слёзки и подняла голову заставив посмотреть на меня. — Всё ведь хорошо, правда? Ты потомок древних, но это не значит что ты другая! — Нет значит! У меня нет члена, и это всегда было очень большой проблемой во многом! — всхлипнула Эля смотря мне в глаза. — Знаешь родная, у меня он хоть и есть, но я никогда не считала это достоинством, вот зачем он мне скажи? Если трахают нас омег альфы, а мы тупо мастурбируем и не больше! — возмутилась я, приподнимаясь на подушках и приняв положение полусидя, я под попку подтянула к себе Элизабет, но мой член упёрся в её лобок и я испугавшись что сделаю ей больно, прижала его к своему животу. — Не бойся пушистик, мне не больно когда он касается меня там. — Правда? Я просто боюсь причинить тебе боль. — прошептала я, целуя любимую. Моя малышка успокоилась, и мы вновь начали целоваться и ласкать друг друга наслаждаясь близостью тел. Я не представляла как у нас всё будет, но и не зацикливалась на этом, просто решив, плыть по течению Эля начала возбуждаться, я чувствовала как подрагивает её тело от моих прикосновений, я ласкала её грудь, животик, шею, а она тихо постанывала от прикосновений. Но когда она видимо решившись, села своими губками мне на член я вздрогнула от наслаждения и новизны ощущений, она была там такой влажной и горячей, что я неосознанно сделала толчок, лаская членом её складочки. Она изогнулась и начала двигаться на мне, размазывая нашу смазку и доставляя нам наслаждение. Её движения стали более быстрыми и я впилась в неё страстными поцелуями. Ещё несколько её движений и я кончила, обильно излившись себе на живот, следом за мной застонала Эля, её тело затрясло, и она упала на меня, немного подрагивая и тяжело дыша. — Лекс, я не знаю получится или нет, но я хочу чтобы ты вошла в меня. — прохрипела девушка, слезая с меня и ложась рядом. Я занервничала, ведь по книгам анатомии, девушке больно, когда её лишают девственности, а может она уже пробовала? — Малыш, а у тебя это было уже? — спросила я у малышки. — Нет, я девственница. — Я тоже если честно. — То есть это будет у нас впервые? — Эля обрадовалась моему заявлению и вновь повторила. — Войди в меня счастье моё. Я приняла положение сверху и повисла над любимой, мягко целуя её щёчки, пальчики блондиночки ласкали возбуждённый орган, будто поторапливая, я боялась, очень боялась сделать ей больно, но она прошептав что мы справимся направила головку к своему влагалищу и надавила руками на мой зад. Я начала медленно входить в неё, немного подрагивая от переизбытка эмоций, но неожиданно наткнувшись на преграду собралась уже сдавать назад, но Элизабет предотвратила мои попытки к бегству и сжала мою спину, покусывая шею. Я продолжила двигаться и полностью вошла в неё, сорвав с её губ болезненный стон. — Ты как малыш, сильно больно? — испугалась я. — Тшш, продолжай родная, давай не бойся! — тихо сказала блондиночка и вновь укусила меня за шею. Я начала двигаться в ней, сходя с ума от новых ощущений! И как альфы себя сдерживают? Это было потрясающе! Ощущать её тепло и влагу, стеночки влагалища плотно сдавливали член и я застонала от безумного наслаждения. Через несколько толчков, Эля расслабилась и начала выгибаться в спинке, сильнее раздвинув ножки, я поцеловала её так нежно, как только могла, поняв что ей становится хорошо, ускорила свои движения внутри неё. Оргазм был настолько сильным, что я в голос закричала её имя, а почувствовав как её влагалище пульсирует и сжимает мой член, я затряслась всем телом сильно кончая вместе с моей девочкой. Всю ночь мы были едины, мы не могли насладиться друг другом, бешенные чувства бурлили внутри и я сходила с ума от нашей близости. Сколько раз я и она кончили, сказать не смогу, но это было великолепно, доставлять удовольствие той, которая важнее всего в этом мире! Поза сзади на коленях, особенно понравилась моей девочке, потому что я могла ласкать её клитор и оргазмы блондиночка испытывала сногсшибательные! Заснули мы с ней под утро, Эля лежала на мне и медленно двигала бёдрами, так и заснули, слившись друг с другом воедино. Разбудил нас стук в дверь и весёлый голос Томаса- — Девчонки! Подъём! Судя по тому что ваши вещи в коридоре, а дверь закрыта, вы благополучно проспали школу! Я резко раскрыла глаза, наблюдая за сонной и ничего непонимающей блондиночкой, почувствовав что я всё ещё в ней, я осторожно приподняла её и вышла. — Да вот это мы с тобой оторвались любимая. — зевнула Эля с любовью целуя меня в носик и слезая с моей тушки. — Да, эта была самая потрясающая ночь в моей жизни. — довольно мурлыкнула я. — Как ты себя чувствуешь маленькая моя? У тебя была кровь, всё нормально? — обеспокоенно посмотрела на любимую. — Всё хорошо, а кровь это свидетель того, что я теперь стала женщиной и ей меня сделала моя любимая омежка! Мы вместе пошли в душ и смыв с себя наши следы страсти, оделись и спустились вниз, извиняясь и моля о прощении. Томас поржав с нас, сказал что в школе всё уладил устроив нам выходной. Мы поели и Томас поднялся к себе в комнату спать. Оставшийся день, мы провели перед телевизором, смотря комедии и смеясь как дурочки. Когда мне позвонила матушка и сказала что ждёт меня, настроение упало и Эля заметно погрустнела. — Ну чего ты милая моя девочка, завтра выходные и я буду весь день с тобой! — я обняла свою девушку и провела носиком по шее, вдыхая такой потрясающий, родной аромат её тела. — Я не хочу чтобы ты уходила Лекс, я хочу с тобой всё время быть. — Ну всё не хандри родная моя, завтра увидимся! — я вздрогнула когда почувствовала её руки на своём пахе. — Что ты творишь родная? — охрипшим голосом спросила я, наслаждаясь её действиями и чувствуя как становится тесно в джинсах. — Хочу сделать то, что вчера не успела. — возбуждённо ответила блондиночка, расстегивая молнию на моих джинсах и приспуская вещи, оголяя член. Я застонала в голос, когда её пальчики прикоснулись к оголенному органу, Эля опустилась на колени и мягко поцеловала головку, заставляя меня пошатнуться. — Малыш, я не хочу чтобы ты стояла на коленях! — запротестовала я и тоже опустилась на колени лишая мою девочку удовольствия. Она недовольно что-то буркнула и легла на ковёр, вновь оказываясь возле моего возбуждения. Её язычок и пухленькие губки творили неописуемое, и я кончила моментально, вызвав довольный стон моей коварной блондиночки. Последний раз поцеловав головку члена, Эля осторожно облачила его в трусы и застегнув джинсы как не в чём не бывало поднялась и посмотрела на меня снизу вверх. — Я провожу тебя. — улыбнулась девушка и вышла из комнаты. — А ты коварная! — крикнула я ей вслед, быстро поднимаясь на ноги. Подарив любимой поцелуй, я села на байк и рванула домой, довольная и счастливая! Зная, что теперь в этом мире есть человек, который любит и ждёт меня.