Bring back my body

Молодой мужчина стоял и приглаживал каждую из лошадей в огромной конюшне при французском дворе. Утро выдалось намного прохладней, чем он предполагал и теперь он трясся от холода. Ну, это даже холодов назвать нельзя, просто было немного прохладно. Вышел он в такую рань не потому что ему захотелось посмотреть на лошадок. Он пришел сюда на встречу с девушкой, которая запала ему в сердце. Хоть, бастард не был уверен, что ее Величество посмеет прийти на нелепое "свидание" к незаконнорожденному сыну короля, но все равно надежда таилась внутри него. Себастьян ждал довольно таки давно, даже видел, что некоторая из прислуг проснулась и начала выполнять свою работу. А он все ждал. Нет, он не рассчитывал на взаимные чувства или что-то в этом роде. Он хотел просто находиться в компании с этой милой и юной девушкой. Слышать ее голос, когда она что-то говорит или слышать ее звонкий смех. Разве он много просит? Конечно, Баш понимал, что это может плохо кончится. Но кто не любит рисковать? И тем более, мужчина не заметил особо рвения к общению со стороны его брата. Поэтому, можно немного по испытывать судьбу. Не успел де Пуатье повозиться с последней лошадью, как увидел лже-Марию около входа в конюшню. Она была прекрасна, только мрачна и... разъярена? Неужели, эта встреча вызовет у нее только гнев? Не так бастард себе это все представлял. - Ваше Величество, - мужчина пошел на встречу юной лже-королевы и сделал поклон. Не тени улыбки на ее лице. Хотя, обычно она радовалась встречи с ним. - Себастьян, - грозно начала лже-девушка, - потрудись мне объяснить, что все это значит. Голос ее был властный и требовательный. Да, она требовала знать правду. Потому что это уме не постижимо! Внебрачный сын короля зовет на прогулку невесту дофина Франции. Здесь с этими вещами шутить нельзя, особенно зная, что она королева. - Вы сердитесь на меня? Я просто хотел пообщаться с вами, прогуляться на лошадях. - Извини меня, Баш, - теперь ее голос немного потеплел и стал намного привычен мужчине, - но я не могу этого делать. Тебе не стоит забывать кто мы такие и что нам светит за такие встречи. И не дождавшись какого-либо ответа, лже-девушка развернулась и пошла прочь в замок. Себастьян был расстроен, но лже-Марию это мало волновало. Ведь, это была не она. Точнее, она, только телом, а душой и сущностью дофином Франции. И ей никак не хотелось идти на свидание со своим братом. Даже, если это знала, только она. Все равно было немного противно. А мало ли что ему взбредет в голову? Там, за руку возьмет или ненароком поцелует. А лже-Марии это надо? Только воспоминания на всю жизнь и психическая травма. Когда лже-королева вернулась в свои покои, то ее уже поджидали надоедливые фрейлины. И какое они право имеют заходить без проса в комнату Ее Величества?! Все четыре девушки сидели на кровати с запиской в руках, которую вчера получила лже-девушка от своего недокавалера. "Черт! Почему я не сжег ее вчера?!" - подумало про себя подобие юной королевы Шотландии и двинулось к своим фрейлинам. - Что вы здесь делаете? - так же властно спросила она, как и при разговоре с Башем. - Вас в Шотландии не учили, что нужно хотя бы спрашивать разрешение: хочу ли я вас видеть здесь или нет. Девушки смотрели на лже-Марию с ужасом и недопониманием. Что с ней такое? Она же сама когда-то говорила, что всегда будет рада их визиту у себя и не нужно особо этих правил. Но по-видимому лже-королева не шутила и ждала ответа на свой вопрос. - Но Мария, - испуганно начала говорить Эйли, - ты же сама нам разрешила приходить к тебе. Лже-королева удивленно выгнула бровь. Все фрейлины закивали головой, и она поняла, что блондинка ее не обманывает. - А сейчас я не хочу, что бы вы приходили, когда вам вздумается. Все-таки у меня должно быть личное пространство! - чуть ли не на крик сорвалась лже-Мария. Одна из ее фрейлин заулыбалась, помахала запиской и добавила: - И личная жизнь, - остальные девушки захихикали и лже-королеву это сильно взбесило. Да как они смеют?! Они хотя бы представляют над кем смеются?! - Да будет тебе известно, я отказала Себастьяну, - Кенне не понравился тон лже-королевы и она не понимала, что они делают не так. Последнее время, а точней несколько дней подряд их лже-подруга ведет себя очень странно. Как будто ее... м-м-м, подменили. Какая ирония для лже-Марии. Несколько раз постучав в дверь, в покои зашел стражник. - Ваше Величество, к вам приехала ваша матушка, Мария де Гиз, и просит с вами встречи. Лже-девушка посмотрела на своих девушек, мол, видите, у меня есть дела поважнее, чем обсуждение сплетен и вышла из своих покоев. По пути к тронному залу, ее догнал лже-дофин. Он так же, как и лже-Мария, был удивлен приезду своей "мамы". Он не видел ее с шести лет, то есть, не он, а то, что сейчас заменяет его. - Веди себя подобающе мне, - всю дорогу шипел лже-Франциск на лже-девушку, - не груби, не язви, понятно? Даже, если ты не понимаешь о чем идет речь, сделай вид, что ты понял и улыбайся. - Понятно по какому принципу ты живешь, - сказала лже-Мария и улыбнулась. Но ее веселье лже-парень не разделил, а только прожигал гневным взглядом свою собеседницу. - Очень смешно, - процедила он сквозь зубы и они вошли в тронный зал. Здесь уже весел герб Шотландии, как несколько дней назад, в приезд Марии. Около небольшого столика с вином и фруктами стояли король и королева Франции и, конечно же, Мария де Гиз. Это было очень странно, но правители двух стран были так поглажены беседой, что не заметили приход своих детей. Но это было только в руку лже-Марии и лже-Франциску, они могли без труда под слушать их разговор. - Генрих, наверное, до тебя дошли слухи о положении Шотландии? - сладким голосом говорила Мария де Гиз, а Екатерина лишь усмехнулась. Что уж тут скрывать, королева Франции, мягко говоря, недолюбливала будущую родственницу. Ну, во-первых, г-на всегда поражалась ее "материнским инстинктам". Как можно было не видеть свое дитя с 6-ти лет и отправить на воспоминание совершенно незнакомым людям в чужую страну? А во-вторых, она явно флиртовала с ее мужем. Хотя бы очень большое декольте на ее платье говорило об этом. - Как я могу не знать о проблемах вашей страны, если они постоянны? Что опять? Бунт католиков и протестантов или англичане снова врываются на ваши границы? - О, вы правы. Англия - постоянная проблема Шотландии. И я просила вас, в своем прошлом письме, дать мне небольшое войском в залог. - Вы получили отказ. Что вы теперь хотите? Или вы думаете, что я поменял решение? Нет. Мой ответ прежний - нет. Видимо, Мария де Гиз предполагали такой разворот событий, и даже хотела ответить королю Франции, но ее перебила Екатерина: - Мария! Франциск! Давно вы тут стоите? В ней было столько наигранной радости, что можно было ею поделиться со всем замком. Конечно, королева Франции знала, что они давно тут стоять. Но мешать им она не хотела. Может, это чувство вины перед ними? Лже-королева не знала, что ей делать. Ее, якобы, мама стояла и ждала от своей, якобы, дочки каких-то действий. Лже-дофин тоже не мог смотреть на это. Он хотел подать лже-девушки какой-нибудь сигнал, но он был под пристальным взглядом матери. Да, переборщил он вчера со слезами, теперь Екатерина, можно сказать, не отходит от лже-сына ни на шаг. - Мама, - выдавила из себя лже-Мария и сделала подобие улыбки. Сказать честно, она, будучи в своем теле, никогда не видела Марию де Гиз и было очень странно называть незнакомую женщину "мамой" и обнимать ее. Но таковы были условия. Это как игра, которые оба юных правителя должны пройти хорошо за определенный срок, но желания играть в нее нет и получается то, что получается. Женщина так сильно обняла свою лже-дочь, что у той перехватила дыхание и затрещали все кости. - Дорогая! Как ты выросла. Какая ты красавица стала! Я так скучала, так давно я тебя не видела! Екатерина фыркнула на слова Марии де Гиз и получила строгий взгляд от своего лже-сына. И о боже, как он хотел обнять свою настоящую маму! Если бы не это чертово тело, то он давно бы увел ее на прогулку и начал разговаривать с ней до самого вечера. Но увы. Сегодня это досталась не ему. И как же его бесило отношение лже-Марии к королеве Шотландии! Неужели, нельзя сыграть на несколько минут радостную дочурку, которая так долго ждала свою маму?! - Вы не против, если я украду свое сокровище? Мне столько нужно ей рассказать! - у лже-Марии вытянулось лицо от страха. О чем они могут говорить, если она видит ее в первый раз?! Но Мария де Гиз не стала ждать и схватила лже-девушку за руку, и повела в коридор. - Безнадежная женщина и безнадежная королева, - тихо сказала Екатерина и отпила из своего кубка вина. Лже-Франциск прищурил глаза и непонятливо посмотрел на мать. - Что вы имеете в виду? - спросил он, а королева лишь отмахнулась от него, как от назойливой мухи. - Ничего, - и она так же, как т все покинула тронный зал. *** - Мария, милая, надеюсь, ты понимаешь, какое шаткое положение в нашей стране? - лже-девушка не совсем понимала о чем хочет говорить женщина. Ей хотелось только одного - закончить эту беседу и уйти от своей "мамы". У нее было и так много забот. Например, допытывать правду от Нострадамуса и Екатерины, а не слушать "какое шаткое положение в Шотландии". - Да, мама, - делать было нечего. Чем быстрее они закончат, тем быстрее она сможет продолжить свое "расследование". - Ты слышала сегодня разговор между мной и Генрихом. Если честно, то я надеялась, что он передумает и согласится помочь нам, но увы. Мы не можем ждать, когда нам окажет помощь Франция. Уже может быть слишком поздно. Ты понимаешь? - К чему вы клоните? - лже-короле так и не был понятен замысел своей "матери". И ей было неприятно слушать такое о своей стране. Что они себе позволяют? Франция помогает Шотландии как может. И, если Генрих отказал, значит он, действительно, дорожит своим войском. Мало ли, что взбредет в голову англичанам? Может они уже собирают против Франции войска, чтобы атаковать ее. Все может быть. И нужно думать трезво. Как жаль, что эта женщина этого не понимает. - Я клоню к тому, чтобы ты, Мария, начала помогать своей стране, - Мария де Гиз снизила свой голос почти до шепота. И не понятно почему, в коридоре все равно никого не было. - Будь ближе к дофину Франции и его родне, но и старайся найти кандидатуру, которая может помочь Шотландии. Сюда же приезжают на торжественные мероприятия короли или принцы разных стран. Я уверена, одни из них окажут любезность нашей стране и помогут. Слова "матери" подвергли в шок лже-Марию. Это просто возмутительно! Эта женщина хочет обдурить всех вокруг. Обвести вокруг пальца Генриха ||. Хочет оставить альянс, построенный много лет назад и найти новый. Это было краем того, чего могла сделать Мария де Гиз. Лже-королеве хотелось высказать все, что она думает о ней, но вовремя остановилась. Это выглядело бы как-то странно, если бы королева Шотландии, хоть и ненастоящая, стала защищать чужую страну, как свою родную. Но все равно нужно было отговаривать ее от этого глупого умысла. - Извините, конечно,матушка, но нет. Я не могу так поступить. Ходить и улыбаться правителям Франции, а потом за их спинами искать новую поддержку. Мария де Гиз моментально вспыхнула и дернула лже-девушку за руку. - Я не знаю, чему учили тебя в монастыре. Я не знаю, какая у тебя любовь к Франции, - голос женщины сменился с шепота на злобное шипение, - но ты королева! Ты должна прежде всего думать о своей стране. Если ты настоящая королева, то ты пойдешь на все, ради ее спасения. И даже поиска нового союза. Надеюсь, мы услышали друг друга, дорогая доченька. Лже-Мария со злобой посмотрела на "мать", развернулась и пошла в сторону своих покоев. В ней кипела ярость, гнев и негодование. Да кто они такие, чтобы вот так крутить Францией? Если это де Гиз не нравится союз, то пусть разрывает его. Посмотрим, как Генрих отреагирует на это. Интересно, чтобы сделала на месте лже-Марии, настоящая Мария? Сразу же согласилась или тоже немного поспорила? По дороге к своим покоям, лже-королева встретила служанку и указала ей принести бутылку вина. Пить одной - плохо и неподобающе королеве? Ну, и что? Она не королева, а лишь жалкая ее оболочка. Поэтому, ей можно все. *** Прошло пару часов и бутылка хорошего крепкого вина была опустошена. Лже-Мария чувствовала себя прекрасно. За все это время она мило беседовала сама с собой, рассуждая о политике Франции и Шотландии, о Ностродамусе и Екатерина и многих вещах, которые беспокоили ее. Но, наверное, эти две проблемы были самими важными на данный момент. Вообще, раньше лже-королева пила с Башем, и это было весело, потому что потом они вместе шли искать какие-нибудь приключения по замку. То служанку до смерти напугают, то притворятся поварами и "сготовят" какую-то непонятную жижу к королевскому столу, устроят скачку на лошадях по замку. В общем, хорошее время было. А что сейчас? А сейчас, лже-Мария пьет одна, в другом теле и вспоминает, что Себастьян пытается закрутить тайный роман с нею, ну, то есть, с этой оболочкой. Хотя, это не просто оболочка, это невеста и возможно жена дофина Франции. И ведь этот крысеныш все понимает, но все равно добивается своего. От этого лже-Марии становилось тошно. Действительно, мир сошел с ума. Везде какие-то тайны, замыслы, разборки. И ничего нельзя понять, потому что каждый хранит свой секрет. Мария и Франциск свой, Баш свой, Мария де Гиз свой, Екатерина и Нострадамус свой. "Это так печально", - подумала про себя лже-королева и повалилась на постель. Неожиданно, дверь в ее комнаты резко открылась и сюда вошел разъяренный лже-дофин. По его взгляду можно было понять, что он готов рвать и метать. Поведение своего тела его выводило из себя. - Ты понимаешь, что ты творишь? - крикнул лже-Франциск на лже-девушку. Но та и бровью не повела. Продолжала лежать на кровати и смотреть в потолок. Лже-парень понял, что здесь просто так общаться без полезно и вышел из комнаты. Через несколько минут он вернулся с ведром, до верху наполненной ледяной водой. Лже-Франциск подошел к кровати и вылил содержимое на лже-Марию. Та, завизжала от неожиданного поворота и холода. Она моментально вскочила с постели. Теперь уже она была готова перевёрнуто верх дном свои покои от злости. - Что ты творишь?! - закричала лже-девушка, а лже-дофин лишь ухмыльнулся. - Это что бы ты наконец отрезвел, - сказал лже-Франциск и подал лже-Марии простыню, чтобы она смогла вытереть себя. - Не суйся ко мне, ясно?! Иди к своей маме и готовь какой-нибудь новый заговор против Франции. Лже-дофин не понимал в чем дело и о чем она говорит. При чем тут Мария де Гиз? И какой еще заговор? Наверное, это все действие вина так сильно повлияло на нее. - Что ты несешь? - Что я несу?! - лже-королева чуть ли не сорвалась на визг, - а ты что не в курсе, что твоя мамочка хочет, чтобы ты нашла себе нового жениха, тем самым обманув Францию? Лже-дофин непонимающе смотрел на свое тело. Это был полнейший бред. Если, она говорит правду, то тогда все становилось еще более непонятней. Зачем это надо Марии де Гиз и какой от этого толк? Нет, он не может сделать вывод. Слишком мало фактов, слишком мало рассказано ему. - Выкладывай все по порядку, - приказал он и лже-Мария, которую переполняли разные эмоции, вкратце изложила ему всю суть бедствия. И как ни странно, лже-Франциск не особо удивился этому, потому что, в отличии от своего тела, он понимал, что хорошо для его страны, а что нет. - Ты должен пойти и согласится с условиями моей матери, - спустя несколько минут размышлений сказал лже-принц. Естественно, лже-Мария не ожидала такого ответа. В ней опять начало кипеть то, что она не сказала сегодня Марии де Гиз. - Ты хоть понимаешь, что несешь? Как я могу согласиться обманывать своего отца, если я его сын?! - Перестань! Сейчас ты в моем теле, а значит ты будешь... - Значит, верни мне мое тело назад! - закричала лже-Мария, перебив лже-Франциска- Не смей мне указывать, что делать! Я не позволю тебе и твоей матери играть нами! Либо вы разрываете альянс между Францией и Шотландией, либо вы оставляете все как есть и не рыпаетесь. Третьего не дано. Лже-дофин молча стоял и не мог ничего сказать. Все было сложно и не понятно. С одной стороны, он не хотел обманывать короля, потому что Франция уже давно стала для его настоящей души домом. Но с другой стороны, ему хотелось помочь своей родной земле, своей родной стране и неважно каким способом. Теперь, в голове была полная каша и головоломка. И нужно было разбираться с этим. Но не известно каким образом. Лже-Марии было невыносимо находиться рядом с лже-парнем в одной комнаты и она ушла прочь. В голове она пробирала все ругательства которые знала. По пути ей встречалось много людей, которые то и дело спрашивали: "Почему вы сырая, Ваше Высочество?", но она лишь отвечала какую-то глупость и шла дальше. "Я сырая, потому что одной шотландской истерички не сидится на месте и ей хочется поиздеваться надо мной" - думала она про себя. Сама того не замечая, лже-королева пришла в конюшню, в которой была сегодня утром. Она не понимала, почему пришла именно сюда и зачем. - Мария? Что вы тут делаете? - можно было догадаться, кто спросил это. Конечно же, Себастьян де Пуатье собственной персоной. - Я просто гуляла по замку и решила зайти сюда. - Но дождя в замке, как и на улице, по-моему не было, - с улыбкой сказал Баш. - Ха-ха, как остроумно, Себастьян, - лже-девушку уже начали бесить эти подколы и вопросы про ее внешний вид. Разве она в этом виновата? Остальное время они молчали. Бастард расчесывал гриву своей лошади, а лже-Мария просто стояла рядом и думала о своем. Наверное, не стоит рассказывать о чем она думала. Это уже было довольно очевидно. Она отогнала свои мысли и посмотрела на Баша. Вероятно, действие алкоголя заставило спросить этот вопрос или просто обычное людское любопытство. - Баш, а я вам нравлюсь? По лицу молодого мужчины было понятно, что она застала его врасплох и даже немного вогнала в краску. Конечно, он не ожидал услышать такой вопрос от лже-королевы. Но ведь это было очевидно. Особенно это сильно связано с сегодняшним инцидентом. Разве, лже-Мария настолько глупа, чтобы не понять очевидное? Дальше все происходило, как в тумане. Себастьян, который больше не мог контролировать чувства, обхватил лицо лже-девушки руками и поцеловал ее. Лже-королева, которая не особо привыкла, что ее целует сводный брат, среагировала молниеносно и ударила кулаком в живот мужчины. Этого он тоже никак не ожидал от нее. Лже-Марии не оставалась ничего делать, как просто выбежать из конюшни и нестись сломя голову в свои покои. Когда она закрыла за собой дверь, то стала тщательно и сильно вытирать свои губы об подол платья. Это было ужасно! Это было противно! Это было возмутительно! Лже-девушка не могла поверить в это. Баш поцеловал ее. Поцеловал, черт бы его побрал, свободного брата! Нет, конечно, перед собой он видел Марию, но ведь это была не Мария! Лже-королева еще долго не могла прийти в чувство. Для нее это было настоящим шоком. Не дождавшись, когда придет служанка и поменяет сырое белье на кровати, лже-Мария уснула на небольшом и неудобном диванчике. Этот дел был хуже, чем другие. Этот день сильно вымотал ее. Этот день наконец-то закончился. Осталось шесть дней