Пианистка: Музыка ангела

Пролог

      Облака. Нежные скопления. Для вас, там, внизу, похожие на огромные шапки мороженого или зефира, безе или еще какой-то сладости. И какими же мягкими и пушистыми они казались маленькой Розе. Дети ведь умеют видеть прекрасное там, где его не находит никто из взрослых. Говорят, что уста ребенка глаголят истину, а я добавлю, что глаза ребенка единственные в целом мире способны видеть магию в лесу, блеске воды и радуге после дождя.              Озорная маленькая девчушка весело бегала среди облаков, играя с ними, как с самым обычным снегом. Лепила снеговиков и другие причудливые фигурки. Падала на спину, размахивая руками и ногами, рисовала снежных ангелов на облачной поверхности. Как же весело ей было тогда. Как в сказке, вправду. Казалось, что это веселье будет продолжаться вечность… а, может, и больше. Детям ведь не ведомо то, что жизнь имеет свойство заканчиваться, они еще не знакомы с понятием Смерти. — Ой!       Девочка заметила наблюдавшего за ней мужчину. Он с каким-то легким лукавым интересом в глубине золотых глаз смотрел на маленькую озорницу, платье которой испачкалось облачной пылью. Та облепила каждую его складочку, и теперь девочка сама походила на пухлое облачко. — Здравствуй, Розмари, — он приветливо улыбнулся, помахав ей рукой. — Мама учила меня не разговаривать с незнакомцами, — она в ответ надула щёчки, став похожей на обиженного хомяка. — Но я же лишь сон. Твоё воображение, — мужчина склонил голову набок, улыбаясь настолько заразительно, что сложно было не поддаться. Но юная гостья была непоколебима. — Тогда кто ты такой? — девочка подняла голову с непосредственным детским интересом разглядывая собеседника, его тунику, уходившую в пол и терявшуюся где-то в облачных глубинах. — Я? — мужчина приблизился к ней и присел рядом на корточки, предусмотрительно разогнав снующие тут и там маленькие назойливые облачка. — Я ангел. Ангел музыки. — Ангел? А где же твои крылья? — Роза удивленно захлопала пушистыми ресницами, наклоняясь в сторону и пытаясь высмотреть за спиной мужчины хотя бы жалкое подобие крыльев. — У ангела музыки нет крыльев, — его губы тронула легка грустная улыбка. — Они появляются, только если его подопечный помогает ему. Ты же поможешь мне, Роза? — Нет, — пятилетняя девочка грозно упёрла руки в бока. — Я не люблю музыку. Мама играет на фортепьяно, а отец все время говорит, что это одна большая глупость. А мне велит не приучаться к глупостям, чтобы не быть легко… легкомысленной, вот! — Возможно, ты полюбишь её… — Ни-ког-да! — она все еще была непоколебима и непреклонна. Какими бывают только дети. — … в будущем. Оно ведь туманно.       Ангел встал и отвернулся. Он медленно удалялся, растворяясь среди пышных облаков. Его силуэт постепенно растворялся, таял, как снежинка, упавшая на ладонь. Он смешивался с белой массой облаков, словно становясь с ними единым целым. Можно было подумать, что ангелов из облаков и делают. Как дети сделаны из конфет и веселья, так ангелы сделаны из облаков. Почему бы и нет? — Эй, ты куда?! — девочка побежала за ним, однако никак не могла догнать своего ангела музыки. Словно что-то незримое разделило их, более не пускало ее. — Ещё свидимся, Роза, — улыбнулся ангел, не обернувшись, помахав девочке рукой. — А когда? — она остановилась, провожая его взглядом. — Не знаю, — ангел на мгновение замер, бросив короткий взгляд через плечо на свою юную подопечную. — Возможно, это будет очень скоро, например, через два-три года. А, возможно, и спустя десятилетия. Все зависит от тебя, — он задумался на краткий миг. — Можно, я дам тебе один совет? — ангел присел на облако, неожиданно оказавшись прямо около девочки.       Роза вздрогнула от неожиданности и, чтобы малышка не так его боялась, он поднял её в воздух и усадил себе на колени. Девочка немного подумала, но все-таки кивнула. Детский интерес ко всему взял верх. — Не все аристократы сплошь и рядом — плохие. Не каждый, кто готовит сладости, живет сладкой жизнью. Хмурые люди бывают искренними и порою любят сказки. Твои родители искренне любят музыку. А… — он на секунду запнулся, — человек с холодными глазами может носить внутри очень горячее пламя. О него можно обжечься, но такое пламя согревает холодными зимними вечерами. А теперь мне пора. Рад был увидеть тебя, Розмари, — улыбнулся ангел. — Нет, постой! Стой! — воскликнула девочка, чувствуя, что проваливается в облако.       Через несколько секунд она проснётся. И в юном сознании навсегда отпечатаются слова, сказанные ангелом на прощание…