Жадюге - не спится, пора бы подкрепиться

– Я открою, – крикнул Гарри с полным арахиса ртом. – Наверное, опять Адам. – Надеюсь, нет. И ты еще не закончил есть, – прокричал в ответ Луи, свесившись через перила второго этажа. – Картошки сегодня на ужин не получишь. Гарри высунул язык, пытаясь не плюнуть полупережеванной массой на пол, но Луи уже продолжил уборку. Сквозь цветное стекло входной двери Гарри узнал Эндрю. – Это Эндрю! – снова крикнул он. – Пустите меня! – умоляющим голосом попросил Эндрю с крыльца. – Они идут за мной. Открыв дверь, Гарри распахнул объятия: – Входи, усталый путник. Зайдя в дом, Эндрю сказал: – Чертова погода. – Я открыл дверь, как только прозвенел звонок, – заметил Гарри. – Кофе? Или чего-то покрепче? – Кофе будет в самый раз. Но только если ты сам будешь. – Я уже пил… но выпью еще, если ты настаиваешь. – Настаиваю. Сам знаешь, терпеть не могу пить в одиночку. Гарри поспешил через гостиную на кухню. – Так и разориться можно, если ко мне часто будут гости по вечерам приходить, – бросил он через плечо. – Ты всегда так говоришь. – Точно, – Гарри нажал кнопку кофеварки. – Но это все равно не помешает тебе пропустить со мной стаканчик-другой вина. – Скорее всего, я воздержусь. Кстати, по дороге домой хочу заскочить в магазин и купить несколько бутылок. Сейчас там никого нет, и у них скидки… почти на десять баксов за штуку. – Выгодное дельце? Эндрю многозначительно кивнул: – Город сейчас пустой. – Все из-за погоды, – сказал Гарри, – людям не хочется выходить из дома и… – он замолчал, вспомнив, что ему сказала Майя. Стоит вам только сюда заехать, и вы уже никуда не денетесь… – …еще одна вещь, – закончил Гарри. – Еще одна? Я, наверное, моргнул и пропустил первую? – На съезде с трассы Майя разворачивает всех обратно. – Да? – Да. – С чего бы это? Гарри покачал головой: – Говорит, чтобы никто не оказался ненароком в кювете. – По правде говоря, там еще та дорога. – Да, она не слишком хорошая, но… – И дождь зарядил надолго. Велики шансы, что тебя занесет и выбросит в канаву. – Да, но… – А вас она не развернула? – Мы не в суде, мистер Эндрю. Эндрю засмеялся. Гарри сделал глоток кофе: – И еще одна вещь… – Что-то «вещи» пошли у нас косяком, да? – Она кое-что сказала… – Ну, и что она сказала? – Она сказала: «Стоит вам только сюда заехать, и вы уже никуда не денетесь». – О… Вы собрались куда-то? – Нет… Мы никуда не едем, но… – Тогда она права. – Да, но… – Вы же никуда не едете. – Нет, не едем, – вздохнул Гарри и потер лоб. – Только она не это имела в виду. – Она не имела в виду, что вы не уедете? Гарри махнул рукой. – А потом еще Элеонор… – А она что натворила? – Она сказала: «Они все здесь». – Кто все? – Не знаю, она просто сказала: «Они здесь, Гарри»… а потом: «Все они»… и «Они все здесь». – Думаешь, кто-то рыщет по округе и подкладывает марихуану под матрасы честных горожан? – Ничего другого я от тебя и не ожидал, Эндрю. – Чего другого? – Ты всегда пытаешься унизить людей, которые хотят с тобой что-то обсудить. – Хочешь знать, что я обо всем этом думаю, амиго? – Не особенно, но ты мне все равно расскажешь. – Конечно. Помолчав полминуты, Гарри сдался: – Ладно, скажи. – Мне кажется, у тебя перебор с сексом. Гарри остолбенел. – Что? – По-моему, господи боже мой… Как давно вы замужем? – В каком смысле? – Ладно, попробую спросить так, чтобы до тебя дошло: Как. Давно. Вы. Ж… – Нет, идиот! – Гарри поставил на столик вазу с печеньем. – Почему ты спрашиваешь о нашем… – Потише, амиго, ты… – Не мог бы ты прекратить? Не называй меня «амиго»! Эндрю наклонил в сторону голову и прикрыл глаза: – Тогда ты тоже прекрати. – Что? – Я имею в виду эту гримасу. Выражение твоего лица, когда изображаешь обиженного. Эндрю положил в рот печенье и захрустел. – Кстати, о птичках, – сказал он, – я видел вас с Луи. Если это был Луи. Тебя-то я точно узнал, – он отломил еще кусочек печенья и с блаженным видом начал жевать, подмигнув Гарри. – Стоп, что-то я не понял. Когда ты меня видел? – Сегодня утром. – В Бостоне? – Да не в Бостоне! Как же вкусно! – Эндрю взял из вазочки еще одно печенье и сунул в рот. – Я видел тебя здесь, – и кивком указал наверх. – В спальне. Там ваше любовное гнездышко? Я знаю, что вы с Луи спите в… – Эндрю, мы были в Бостоне, ездили навещать Шалотту. – Ну и как она? – Отлично. У нее все хорошо. – Прекрасно. Я всегда немного… – Когда ты сюда заходил? При виде выражения на лице Гарри Эндрю нахмурился: – Около девяти. Может, в половине десятого. Я гулял с собакой. – Мы вернулись домой полчаса назад. Эндрю пожал плечами. – И еще одна вещь. – Господи Иисусе, опять «вещь». – К нам приходил шериф. – А что вы натворили? – Ничего. Эндрю многозначительно посмотрел на Гарри. – Он к вам зашел, чтобы..? – Майя сказала ему, что мы хотели его видеть. – А вы не хотели? – Когда встретили Майю, еще нет, но потом, когда стали происходить кое-какие вещи… – Опять чертовы «вещи»! Гарри глубоко вздохнул и потер голову: – Так ты говоришь, что видел меня в спальне… вернее, того человека, который был у меня в спальне? Эндрю кивнул и улыбнулся: – Как только ты заметил, что я на тебя смотрю, тут же смылся. – Эндрю, меня н-е-б-ы-л-о, можешь это понять? Эндрю поднял руки вверх: – Ладно-ладно, успокойся. Тебя не было в этом доме. Гарри посмотрел на друга. – Отлично. Я счастлив за тебя. Некоторое время они молчали. Затем он сказал: – А Луи не хочет попить кофейку? – Сомневаюсь. Но спрошу. Гарри пошел обратно в холл. – Боже, ну какое же вкусное печенье. Где ты его достал? – Луи, будешь кофе? Он подождал. – Лучше скажи ей, чтобы он поторопился, если хочет печенья, – крикнул Эндрю из кухни. Гарри, придерживаясь рукой за стойку перил, заглянул туда, где обычно стоял Луи, когда они разговаривали, находясь на разных этажах: – Луи? – У него там радио включено? – спросил Эндрю, неожиданно оказавшись за спиной Гарри с чашкой в одной руке и шоколадным печеньем в другой. Гарри не ответил. Он снова позвал мужа и поднялся на одну ступеньку. Потом, когда никто не ответил, еще на одну, и еще. – Вильям? Его парадно-выходное имя… он всегда его так называл, когда злился. Или был напуган, прошептал чей-то голос в голове Гарри. – Хочешь, я поднимусь? – спросил Эндрю. Гарри не ответил. Он уже бежал наверх, прыгая через две ступеньки. Эндрю не отставал. – Вильям? – Луи! – закричал Эндрю. Было тихо. – Ладно тебе, Луи, хватит нас разыгрывать! Гарри проверил ванную, спальню – никого. Мужской голос с европейским акцентом – немецким или шведским, Гарри так и не смог разобрать, вещал из радио: Есть множество задокументированных фактов появления, так скажем, потусторонних существ, но в большинстве случаев речь шла об одном привидении. Представьте, если бы их было больше, чем одно. – Сколько? – спросил женский голос. – Два или, может быть, три? – О, думаю, больше. Гораздо больше. Эндрю поставил чашку на маленький столик, стоящий у лестницы, ведущей на «гостевой этаж», как называли его Гарри с Луи, и позвал еще раз. Ответа по-прежнему не было. Он побежал по лестнице наверх, и Гарри услышал, как Эндрю обегает по очереди все комнаты, выкрикивая ее парадно-выходное имя.