Путешествие к свету.

Глава 10. Вынужденное перемирие. Наверное, я бы и не проснулся, если бы не моё пушистое спасение. Уже ближе к ночи острые зубки Микагэ начали кусать меня за пятку, требуя своевременного ужина. После пятиминутной борьбы с голодным существом, я всё же проиграл, начиная высовываться из нагретого ущелья. — Ну чего ты как евнух разорался? – устало проговорил я, кидая на землю кусочки сдобы, — мог бы и сам себе еду достать. Умные глазки лишь посмотрели на меня с пониманием, будто говоря: я могу найти себе еду, но будет лучше, если ты всё же займёшь себя чем-нибудь. После этого, Микагэ прихватил в лапки все кусочки, запрыгивая ко мне на руки. Как я понял, этим вечером мне не дадут побыть в одиночестве. Усевшись на землю, я вновь стал погружаться в свои мысли под тихое чавканье зверька. Я пытался думать о планах на будущее, о своей мести… Но в голове всё ещё стояла одна и та же картина, мешающая мне подняться на ноги и двигаться дальше. — Чёртов тупископ, — в который раз крикнул я небу, не надеясь получить хоть какой-то ответ. Не было смысла ждать, не было смысла искать помощь. Мне и самому было ясно, что убежал я за много километров от прежнего места обоснования. У епископов не будет шансов отыскать меня, что, в некотором роде, было мне на руку. Так, больше никто не пострадает по моей вине. «Разве?» — раздался в воздухе голос близкого друга. «О чём ты говоришь?» — недоуменно спросил я, — «Лучше надеяться на самого себя и…» «И умереть через двое суток» — закончил за меня Микагэ. «О чём ты?» — я насторожился, не понимая, к чему он клонит. «Глупый, глупый Тэйто» — усмехнулся друг, — «Если бы ты не зарылся в себе, может быть и помнил о том, что вы с Фрау неразлучно связаны.» «Меня ничего с ним не связывает!» — злобно рыкнул я, — «И ничего не свяжет больше!» «Кроме ошейника» — вразумительно проговорил Микагэ. «Кроме ошейника?» — повторил за ним я, пытаясь понять суть фразы. — Какого чёрта! – выругался я, подпрыгивая с земли, — Совсем забыл об этой удавке! Чёрт. Я носился из стороны в сторону под наблюдением пары взволнованных глазок. Я ведь даже не подумал об этом, когда сбегал от Фрау. Да я в тот момент вообще ни о чём думать не мог!.. Это он всё виноват. Да. Именно так. Только он… — Стоп, это делу не поможет, Тэйто Кляйн, думать нужно, как выбираться из этой ситуации! Дела были не самыми лучшими, но сейчас всё было уже на ступени: «дальше только сдаться империи». Если мои подсчёты были верны, а они были верны, то мне осталось менее 24 часов до того, как эта удавка задушит меня до смерти. Мне нужно было искать Фрау, иначе… Но с другой стороны, мне не хотелось бы находиться с ним рядом даже под таким важным предлогом. — Но если не найду его, то все старания пойдут напрасно, — говорил я сам себе, пытаясь найти выход из ситуации. Верно, какими бы не были мои отношения с Фрау, вся та работа, что мы проделали вместе, не должна уйти впустую. Мы же столько узнали… Тем более, ещё совсем не понятно, что за способности во мне открыла Эа. Что ни говори, а без Фрау мои дела обстояли довольно трагично. — Неужели ты сам это понял? – раздался знакомый голос за секунду до того, как ко мне на руки упала уже знакомая кукла. — Кастор, — фыркнул я, ставя существо на место, — только не говори, что ты подслушиваешь. — Нет, — улыбнулась кукла, — я просто за тобой наблюдаю. — Как долго? – вздохнул я, облокачиваясь на ствол дерева. Если Кастор уже отыскал меня, то и Фрау где-то неподалёку. — Около двух часов, — задумчиво проговорил епископ, — то, что ты вытворил в ближайшие сутки – очень неосмотрительно. — Да знаю я и без всяких там, — шикнул я, — где этот тупископ? Тоже прячется? — Нет. Его здесь нет. — Как? – удивился я, не ожидая такого от Кастора, — Ты не сказал ему? — Он попросил меня помочь с поисками, вот и всё. Думаю, даже и без меня он отыскал бы тебя через часов 5-6. Я здесь просто по его прихоти. — Не хочу его видеть, — выдохнул я, сверля глазами землю, — он сам виноват в сложившейся ситуации. — Не буду лезть в твою жизнь, но пойми, сейчас нет другого выхода. Вы зависите друг от друга. — О да, — саркастически рыкнул я, — особенно он. — Особенно он, — серьёзно проговорил епископ, — просто сейчас ты этого не понимаешь. — И слава Богу, — отмахнулся я, — и без его заморочек проблем хватает. — Пусть так. Может, ты просто ещё слишком молод. А сейчас, мне пора, Фрау уже где-то близко. — Иди. Только скажи, у вас там всё хорошо? — Ничего не изменилось. Но, кажется, имперская армия уже стала догадываться, что ты не вернёшься в церковь. Охрана немного ослабла, но на посту всё ещё стоят несколько армейцев. Если будут новости – я свяжусь с вами. Удачи. Я больше не стал отвечать, наблюдая, как кукла исчезает в тени деревьев. Кастор сказал, что Фрау вскоре найдёт меня, так что уже не было особого смысла убегать куда-то ещё. Удавка усмирила мой пыл, но я всё равно больше не поверю этому тупископу. Сейчас моей главной целью будет незаметное проникновение в имперскую тюрьму, где я смогу избавиться сначала от ошейника, а потом и от совместного путешествия с Фрау. Только в таком порядке. Я вновь сел на землю, поджимая под себя колени. Наевшийся Микагэ залез ко мне на плечо, начиная сладко посапывать. И, как не странно, этот тихий шум несколько успокаивал меня, позволяя подготовиться к встрече. Вряд ли мы будем разговаривать. Отработанные короткие фразы уже были приготовлены, а его объяснения мне всё равно не нужны. Я расскажу ему о своих целях, мы заночуем, а с утра тут же направимся в сторону империи. Думаю… Если у меня сейчас неплохая скорость, то мы сможем легко добраться до нужного района даже без нашего мотоцикла. — Тэйто! – усовершенствованный слух подсказал мне, что голос раздаётся в ста метрах от меня, — Тэйто! Ухмыльнувшись, я даже не стал отвечать. Оторвав ближайшую травинку, я начал медленно пожёвывать её, стараясь выражать полное безразличие к происходящему. Ещё полминуты – и Фрау будет здесь. — Тэйто! – его голос раздался совсем близко, и мне пришлось прикрыть глаза, дабы случайно не наткнуться на его взгляд, — Тэйто! — Да здесь я! – пришлось рыкнуть мне, так как его завывания начинали действовать мне на нервы; стоит ему только появиться рядом – как моя раздражительность вырастает в несколько раз. — Тэйто, — в очередной раз повторил он, только в этот раз с ноткой облегчения в голосе, — ну наконец-то! — Кастор нашёл меня первый. Что-то ты припозднился, — едко выдохнул я, всё ещё не открывая глаз, — как пробежка? — Тэйто я понимаю, что ты… Но позволь мне… — начал он, но я не дал ему договорить, резко обрывая фразу. — Не надо, — серьёзно проговорил я, — ты здесь только потому, что на мне этот треклятый ошейник. Завтра мы направимся в империю, потому что я хочу его снять. После этого можешь гулять на все семь районов. Всё. Я пошёл спать. Поднявшись с земли, я стал направляться в своё ущелье, где намеревался провести день и эту бессонную ночь, но сильная рука остановила меня, ухватив за локоть. — Чего тебе нужно?! – крикнул я, обернувшись к Фрау. На своё несчастье я совсем забыл, что этот необдуманный жест приведёт к встрече наших взглядов. — Тэйто, я… Неожиданно тёплые губы накрыли мои, говоря все те слова, что невозможно было высказать вслух. Горечь предательства, невыносимая боль от потери дорогого человека… На сей раз, от этой близости не исходило того жара, что могло бы согреть моё сердце. Но Фрау не собирался сдаваться. Властный язык блуждал по моим губам, не в силах пробраться сквозь плотно замкнутые зубы. Но моё терпение было на исходе. От одной лишь мысли, что эти губы всего день назад целовали другую девушку… Сжав руки в кулак, я на секунду приоткрыл рот, давая Фрау завершить начатое. Почувствовал, как его руки сильнее прижимают меня к себе, я понял, что он подумал о моей взаимности. Воспользовавшись его ложным мнением, я резко зажал зубы, с силой прикусывая язык Фрау. Во рту почувствовался вкус крови, но мне этого было мало. Пока епископ всё ещё не очухался, я быстро выкинул кулак вперёд, попадая Фрау прямо в живот. — Спокойной ночи, — бесчувственно проговорил я, кидая взгляд на чуть согнувшегося Фрау. Я больше не мог смотреть на него. Кинувшись в пещеру, я быстро скрылся в ней, полностью потеряв самообладание над собой. Меня начало трясти, словно в лихорадке, а зубы выстукивали какую-то быструю мелодию. Выдержка сменилась ужасным смущением, и я почувствовал, как к щекам приливает кровь от воспоминаний о былом объятии. Я не сразу понял, что по щекам вновь начались катиться слёзы… Но в эту секунду я ясно осознавал лишь одну вещь. Я позволил себе ударить несопротивляющегося Фрау, хотя не имел на это никакого права. На секунду мне даже померещилось, что я снова стою на арене, калеча невинных людей… То, как он поступил со мной – ужасно, но вспоминая мои прошлые грехи… Я не могу судить, так как являюсь куда хуже Фрау… На мне лежат куда более тяжкие деяния, нежели на нём.