Путешествие к свету.

Глава 13. Дальнейшие планы. Фрау вёл свой мысленный диалог с Кастором и Лабрадором уже около часа. Я один сидел как дурак без дела, порой лишь наблюдая как лицо Фрау меняется от «печального» к «крайне печальное». Иногда даже доходило, что я читал по его лицу нечто вроде «твоюжматькудаяввязался», поэтому я предпочёл молча сидеть в сторонке, и спокойно ждать своего приговора. Микагэ беспокойно скакал по всем моим конечностям, чувствуя удручённую атмосферу. Счастья это не прибавляло, и я просто пытался расслабиться и думать о чём-нибудь приятном… Конечно же, это у меня не выходило. Все мысли сейчас крутились вокруг двух очей, явно усложнявших мой лёгкий путь мести. Стоило мне только вспомнить ту безумную страсть, что я испытал при зове Рафаэля, мне охота выть от безысходности. С одной стороны я знаю, что Рафаэль – наш враг; стоит ему только войти в моё сознание, как я потеряю весь контроль над своей силой. Но с другой стороны, пока око было рядом, я чувствовал такую небывалую силу, что казалось, для меня уже нет ничего непреодолимого. Эта сила – словно наркотик, действие которого я уже вряд ли смогу позабыть… Именно это пугало меня в данный момент; моё тело больше не принадлежит мне, всё моё естество тянется тому будоражащему фонтану энергии. Неужели это и есть способности тьмы? Но есть ещё один факт, который крутился у меня в голове. Вспоминая рассказы Фрау, я вспомнил о том, что когда-то давно око не подчинилось Верлорену, пойдя ему во вред. Это могло значить, что Аянами не удерживает око, оно подчиняется самому себе. Это немного облегчает дело, но… Кто может знать, что на уме у Рафаэля. Кто знает, вдруг его замыслы ещё хуже имперских? Эти ответы мы точно не узнаем, только если… — И думать забудь! – на секунду вышел из транса Фрау, обрывая мою мысль; значит, у меня снова установилась личная прослушка. Шикарно. Фыркнув, я решил не обращать внимание на этого болвана, снова уходя в себя. Что если… Что если мне наоборот пойти на контакт с Рафаэлем, а не бежать от его способностей? Кто знает, может у него тоже Аянами уже в почках сидит, и он не прочь надрать ему задницу? Не зная всех фактов, мы можем потерять уникальную возможность, тем более, что Михаэля я до сих пор не ощущаю. Либо это потому, что в нём сидит зачаток Кора, либо потому, что Рафаэль, действительно, сильнее его. В эту секунду грудь с болью саднило, заставляя подавиться воздухом. Фрау почувствовал во мне перемену и насторожился; я лишь кивнул головой, подтверждая, что всё в норме. Что это было? Это чувство… Лишь на мгновение я почувствовал себя ужасным предателем, которому никогда не будет прощения. Что бы это могло значить? — Мы закончили. Вовремя вернувшийся в реальность Фрау был как раз кстати. Чем больше я думал, тем… В общем, лучше думать поменьше. — Короче, ситуация такая: видимо, ты и в правду являешься сосудом для двух очей. По неизвестной причине, влияние Рафаэля на тебя больше… мы лишь можем предполагать, — задумался он, — но, возможно, ты уже носил око в прошлом, просто не помнишь этого. — Я? – поперхнувшись, я сипло закашлялся, — Фрау, уж это точно невозможно! Уверен, если бы у Рафаэля был надо мной контроль, он бы манипулировал мной – в лучшем случае, а в худшем – просто бы завладел всем сознанием, заводя нас в ловушку. Фрау замолчал, доказывая, что я сказал нечто умное. Прокрутив собственные слова в голове ещё раз, я сам ужаснулся собственному предположению. Не поверю. — Нет, — начал отрицать я, — это не просто глупый ответ. Я долгое время ходил с Михаэлем. Уверен, он бы почувствовал влияние брата! — Но твоя сила была ограниченна, — разбил мою надежду Фрау, — что, если Аянами всё время появляется в нужные ему момент, когда ты не под защитой не просто так? Что, если у него есть информатор? — Закроем тему, — выдохнул я, зажмуривая глаза, — я не хочу об этом сейчас думать. Что там у вас дальше ценного из долгого разговора? Фрау немного помедлил, но всё же чуть кивнул, согласившись с моим избеганием самых худших вариантов развития событий. — Мы думаем, что войны пока ждать не стоит, даже если Аянами узнает о новой привилегии. Кастор на девяносто процентов уверен, что даже сам Рафаэль не сможет вскрыть ту печать, что наложена на ящик Пандоры. А без него Аянами ничто. — А что, если его уже давно не существует? – фыркнул я, — Вдруг его уже давно кто-то вскрыл или нечто подобное. — Вряд ли такое могло случиться, мы бы это почувствовали, — выдохнул Фрау, — ведь по легенде, Владыка Небес разделил силу Верлорена на три части. Душа, но она бессмертна, так что всё равно может перерождаться; но она одна ничего не сможет. Коса, в которой заключалась основная сила, которая в данный момент находится в моём распоряжении. И тело, которое было запечатано. — Так вы думаете?... – начал я. — Да, — продолжил за меня епископ, — мы думаем, что именно ящик Пандоры хранит в себе тело Верлорена. Этого нет в источниках, так что теория разработана именно нами. И именно поэтому оно так нужно Аянами. И, думаю, по этой же причине Фиа Кройц нарушил все уставы, выкрав его. Он лишь хотел защитить наш мир от новой войны. — Получается, пока Аянами не соберёт все три элемента, он не сможет полностью переродиться? — Фактически, — поправил меня Фрау, — а теоретически, ему нужна только его сила, так как душа Верлорена уже заключена в нём. Коса лишь оружие массового убийства. Он и без неё успеет дел натворить. — Значит, нам нужно найти ящик раньше него, да? – Фрау кивнул, — Это и есть наш дальнейший план? – снова кивок, — Великолепно, — саркастически отозвался я. — Что тебя не устраивает? – выдохнул епископ, уже заранее зная мой ответ. — Семь районов. Не понять какое количество миров. И они ящик неизвестной формы и неизвестного размера, — голос стал на нотку выше, уже переходя в полукрик, — Конечно, пойдём возьмём металлоискатель и пойдём летать по округе. Авось и наткнёмся на ценную коробочку. Не знаю, что на меня нашло, но сейчас мне хотелось что-нибудь или кого-нибудь ударить. Злоба на весь мир вырвалась из неизвестных уголков сознания, начиная выплёскиваться наружу. Раньше такое было. Вот только в эти мгновения я резал человеческую кровь на многолюдных аренах. — Да что на тебя нашло? – удивился Фрау, подходя ко мне ближе, — не заболел? Он потрогал мой лоб, прощупал пульс. Я просто стоял, стараясь восстановить учащённое дыхание. — Ты явно на нервах. Я бы даже сказал, что ты сейчас готов к драке. Глаза Фрау опустились к моим руках. Мышцы чуть подрагивали в такт вздымающейся груди, вены выступили наружу, синеватыми змейками овивая мои запястья. Фрау был прав, словно я готов к атаке. Да что это вообще такое?! — У меня только одно предположение, — выдохнул епископ, успокаивающе поглаживая меня по волосам, — действие от недавнего затмения Рафаэля. Я ничего не ответил, продолжая слушать собственные удары сердца, не желающие затихать. Сейчас, лишь тёплая рука Фрау служила моим спасательным кругом. И пусть в нормальном состоянии я бы не позволил ему такой близости, но сейчас мне просто была необходима его поддержка. — Приступ ярости значит, — продолжал свой монолог Фрау, — думаю, дела обстоят ещё хуже, чем мы предполагали. Нам нужно скорее отправиться на поиски ящика и уничтожить его, пока вся эта фигня не достигла критического оборота. — Какого ещё критического оборота? – напрягся я. Фрау лишь серьёзно посмотрел мне в глаза, произнося те слова, что я так боялся признать: — Того, что ты можешь встать на тёмную сторону, не успев обрести истинный путь света. Больше говорить было не о чем. Всё самое плохое было сказано, вся ситуация была вывернута наизнанку до такой степени, что проблемы казались не решаемыми. Сейчас нам не на кого было полагаться. Кастор с Лабрадором оберегают церковь. У Ланса и Изиды тоже есть свои земли. Помощи ждать неоткуда. Никто не придёт и не направит тебя в нужную сторону, облегчив задачу. Только свои силы, только своя интуиция. — Мы справимся, глупый ты мальчишка. Главное только верить. — Я верю… — почти неслышно произнёс я, но эти два слова всё же вселяли надежду в сердце, даруя некое облегчение. — Так-то лучше, — улыбнулся Фрау, — хватит киснуть, нам пора в путь собираться. — Путь? – нахмурился я, — Куда ж нам идти? — На поиски ящика Пандоры! – оптимистично прокричал Фрау, сейчас больше напоминающей задорного мальчишку, нежели важного епископа. Мне оставалось лишь кисло улыбнуться и пойти следом за этим тупископом. И пусть все его идеи казались мне безумными, другого плана у нас не было, да и… Когда путешествуешь не один, то уже не так одиноко.