Путешествие к свету.

Глава 25. Долгожданное воссоединение. Кастор. Мы с Лабрадором стояли у самых ворот в церковь, ожидая атаку врага. Над нами с тихим гулом дребезжал хавкзайл, управляемый Лансом. Все остальные защитники были уже за вратами, но, даже это не могло уберечь юных епископов и простых людей от опасности. Все мы прекрасно понимали, что рано или поздно наступит время, когда наши жизни будут зависеть только от Тэйто и его решений, ну а пока нам оставалось лишь держать оборону, стараясь всеми силами защитить то, что нам дорого. Взгляд непроизвольно упал на Лабрадора, стоящего всего в метре от меня. Его невинный вид сейчас казался почти абсурдным, учитывая всю военную обстановку. Но не это беспокоило меня сейчас. Что-то было в его взгляде, таком, будто он смотрел на свершение смертного приговора. Эта безысходность… Казалось, что он сейчас сломается и просто упадёт. Его глаза всегда были опечалены, но сейчас, именно в этот момент, в них читалась мировая скорбь. - Эй, всё в порядке? – я чуть коснулся пальцами руки Лабрадора, и тот вздрогнула, но не отстранилась, - Ты знаешь что-то, что неизвестно мне? - Всё хорошо, - улыбнулся друг самой неправдоподобной улыбкой, - он справится. - Кто справится? Ты о чём? Я ничего не понимал. Лабрадор будто был где-то в другом месте, мысли его перекрыты, мне не прочитать их. Глубоко вздохнув, я сделал шаг навстречу к нему, осторожно сжимая его руку в своей ладони. Его привычно бледная кожа сейчас была цвета молока, вот только это не придавало ему красоты, скорее, некую болезненность. - Да что случилось-то?! – не выдержал я, поворачиваясь к другу лицом, стараясь поймать его взгляд, - Я же вижу, ты не сможешь что-то скрывать от меня! - Всё хорошо, - на этот раз улыбка друга получилась более правдоподобно, но мне всё же удалось разглядеть фальшь, скрывающуюся за этой маской, - цветы шепчут, что уже недолго осталось. Возможно, минуты три. - Три минуты… - как зачарованный повторил я, всматриваясь в фиалковые глаза, которые, наконец, встретились с моим взглядом, - Нам хватит времени. - На что? – тихо проговорил Лабрадор, чуть сжимая мою ладонь. Он дал слабину, и я почувствовал, как его пробирает дрожь. Что говорить…мне и самому было не по себе. Но я не мог показать ему этого, его добрые слова будут словно ножом по сердцу… Я лишь улыбнулся, свободной рукой прикоснувшись к его щеке. Такие приятные ощущения…почему я раньше так не делал? Очертить скулу, дотронуться до кончика носа, провести большим пальцем по сжатым губам, чуть раскрывая их. Забыть обо всём на свете, и впервые поцеловать человека, чьё тепло я так давно хотел ощутить… - Кастор… - выдыхаешь ты прямо мне в рот, и я чувствую, как твои руки слабо цепляются за мою спину. Ничего не остаётся, как с силой сжать тебя в своих объятиях, углубляя поцелуй. Три минуты говоришь? Думаю, нам вполне хватит, чтобы высказать всё, что так давно нужно было произнести вслух… - Ребят, я их вижу! Приготовьтесь! - с воздуха кричал нам Ланс, уже готовый к атаке. - Сам не расслабляйся, - усмехнулся я, крепче сжимая руку Лабрадора, стоящего рядом со мной. Мы уже слышали топот ног и шум моторов рибидзайлов, который неумолимым роем приближались к нам. Сколько там было людей? Тысяча? А простых учеников, попавших не в те руки? Пара сотен? За что ты пускаешь их на смерть, Аянами? Почему любой спор нужно решать войнами, в которых гибнут невинные люди, которые, порой, даже не подозревают, на что идут? Неужели этому миру не хватило падения Раггского королевства… Ощущение, что люди совсем не замечают ошибок прошлого, вновь наступая на старые грабли; и только бойня может снова напомнить им, какого это, когда видишь смерть любимых… Господи, если это последний день для нас, я умоляю тебя, сохрани жизни этих людей, они ведь совсем ничего не знают… Мы не оправдали твоих надежд, не выполнили своего предназначения, но жители этого мира не виноваты в наших оплошностях… Господи, сохрани их, и отпусти грехи наши. Аминь. - Ты готов? – улыбнулся я, в последний раз наслаждаясь тёплым взглядом Лабрадора. - Абсолютно, - улыбнулся он, доставая их ножен оружие, - покажем им, на что способна Вера! Тэйто. Сколько я уже пролежал вот так, не смея шевельнуть даже кончиком пальца? С тех пор, как ты последний раз вдохнул воздух, как мне показалось, прошла целая вечность… Бесконечные минуты, которые назло мне решили прокручиваться со смертельно медленной скоростью, давая больше времени для пустоты, что обволакивала моё тело всё больше и больше. Что я здесь делаю? Что должен был сделать? Кажется, меня о чём-то просили… Фрау, ты ведь говорил что-то? Прошу, ответь мне… Не молчи! Скажи хоть слово, маленькое словечко…что угодно, только скажи! Обзови меня мальцом, назови глупым и неуклюжим, выдаю свою очередную порцию пошлости – и я даже не разозлюсь на тебя, только скажи… - И долго ты собираешься тут валяться? Кто это? Чей удовлетворённый голос врывается в мои мысли? Хьюга… Разве ты ещё не умер, мне показалось, что я убил тебя несколькими минутами ранее… - Да скопытился уже твой ненаглядный, сколько можно проверять? Даже я почувствовал, как его сердце отбило последние удары. Смотрю на торчащий из спины клинок, окрашенный красным цветом. Но он не пронзил спину врага, он совсем не на своём месте. Что делать?.. Осознание реальности всё ещё не хочет посещать меня, будто я смотрю на мир от третьего лица, наблюдая сцену из глупой трагикомедии с печальным концом. Фрау, я помню твои слова… Только их сейчас и помню, а значит, твой голос и будет моей реальностью, моей верой в происходящее. И пусть весь мир покатиться к чертям, главное, не забыть твой голос… Слышу шелест одежды и тяжёлое дыхание рядом со мной. Это Хьюга решил присесть на корточки, решаясь удостовериться в смерти Фрау. Глупая ошибка, слишком глупая. Боковым зрением наблюдаю, как его мерзопакостная рука тянется к Фрау, что вызывает ураган ненависти внутри меня. Эти грязные лапы никогда не осквернят его тела, никогда! Рывком подпрыгиваю, хватаясь за рукоять лезвия, и с неожиданной для меня резвостью вытаскиваю его из обездвиженного тела Фрау. Ярость заполняет меня, и удивлённый взгляд лейтенанта только подливает масла в огонь. Что, не ожидал, что я ещё могу встать на ноги? Всего одно точное движение, и я уже слышу, как разрываются кожа у ключицы мужчины. Сдавленный стон раздаётся в комнате, и он оседает на колени. Ещё удар, и клинок пронзает плечо. Хьюга вскрикивает, но всё ещё сжимает кулаки. Больно? Нет…это только начало! Сжимаю в руки холодное оружие, и с каменным лицом поворачиваю его на девяносто градусов, не вытаскивая из тела. О да, меня учили некоторым приёмам пытки. - А ты хорош, - стонет лейтенант, злобно смотря на меня, - не ожидал, что в тебе такая сила воли. Наверное, ты просто не любил этого выскочку Зехеля… Красная пелена полностью охватывает меня. С лёгкостью вырываю клинок из тела, с новым усилием всаживая его прямо в живот. Не смея прерывать приятную процедуру, опять же прокручиваю лезвие в разные стороны, с наслаждением представляя, как всё внутри этого ублюдка превращается в одну сплошную кровавую кашу. И даже этого будет мало, чтобы ты искупил все свои грехи! - Это тебе за Фрау, мерзкая ты тварь! – рычу я, вытаскивая окровавленный клинок, и снова направляя его в живот, - Ты будешь умирать долго и мучительно. - О да, - усмехается лейтенант, отхаркиваясь кровью, - здорово будет на это посмотреть. Рычу, резко направляя клинок вверх на пару сантиметров. Ещё немного, и будут лёгкие. Думаю, без одного из них ты ощутишь незабываемые моменты жизни. Я уже готов пронзить тебе правое лёгкое, как дверь в каюту открывается, с громким кумом ударяясь о стену. В дверном проходе появляется куча народу, в центре которых стоит Шури Оук, держа в руках три коробки, вид одной из них был мне очень знаком. - Тэйто?.. – мертвецким голосом шепчет брат Хакурена, смотря скорее не на меня, а на окровавленное тело Хьюги, - М-мы..мы тут…мы… - Не надо, - выдохнул я, медленно поднимаясь на ноги, но всё ещё не выпуская клинка из руки, - уходим, у нас много дел. Мне нужно двое сильных мужчин, есть здесь такие? - Но ты ведь, здесь… - всё ещё мямлил Оук, не в силах сказать ничего вразумительного, - Епископ Фрау… - теперь его взгляд в упор смотрел на обездвиженное тело, лежащее в паре метров от нас. - Я сказал, есть среди вас сильные мужчины? – со злостью повторил я, поднимая с пола чёрный плащ, - Есть?! - Наша помощь подойдёт? Вперёд вышли двое парней, на вид которым было лет по двадцать. Но их телосложение оставляло желать лучшего, так что я согласно кивнул. - Соорудите носилки из того хлама, - моя рука указывала на кучу обломков, среди которых были приличные длинные палки, - тело епископа здесь оставлять нельзя, мы заберём его с собой, - подойдя к Фрау, я осторожно накрыл его плащом, закрывая от посторонних глаз. - Зачем нам труп? У нас итак места мало! - возразил чей-то голос из толпы. - МЫ ЗАБЕРЁМ ЕГО С СОБОЙ! – взорвался я, переходя на отчаянный вопль, - С собой, всем ясно?! Грудь ходила ходуном, плечи вздымались. Глупые людишки, что вы о себе думаете?! Даже не можете почтить смерть того, кому жизнью обязаны! Никто из вас так не достоин жизни, как Он… - Так, хватит, - в разговор вмешался спокойный голос Шури, - парни, сделайте так, как он сказал. Все остальные, пройдите в отсек с рибидзайлами. Пусть мужчины сядут на те, что оснащены оружием, что пригодится в бою. Остальные останутся на корабле в безопасном месте, до момента, когда всё успокоится, всем ясно? Никому не паниковать и не совершать необдуманных действий. Помните, что все мы сражаемся на одной стороне! Не знаю почему, но, кажется, речь Шури воодушевила заключённых. Все они тут же посеменили из каюты, направляясь к нижним отсекам. Позже её покинули и двое парней, которые унесли на носилках тело Фрау. Думаю, им хватило одного моего взгляда, чтобы понять, как нужно обращаться с телом и что будет, если я не замечу должного обращения с ним. Так или иначе, через несколько минут в каюте остались только мы с Шури и ещё хрипящее тело полуживого лейтенанта, который последними силами цеплялся за жизнь. - Тэйто, я сожалею о твоей утрате… - начал Оук, пытаясь взять меня за плечо. Его рука была сброшена при первой же возможности, а второй попытки он уже не предпринял. Хорошо, что с первого раза всё понял. - Сможешь управлять этим кораблём? – равнодушно спросил я, предполагая, что раз он прошёл полное обучение, то должен знать больше моего. Шури тут же переместился за пульт управления, начиная что-то поочерёдно нажимать. Не прошло и минуты, как послышался рёв моторов, который оповестил нас о работоспособности этого рибидзайла. - Хорошо, - кивнул я, - направляй его в сторону церкви. Нашим друзьям нужна подмога, так что включай скорость на максимум. - Будет сделано, - кивнул Оук, тут же принимаясь за работу. У меня же были дела поважнее. Сейчас меня привлекали три коробки, стоящие на ближайшем столике. Одну из них я уже видел однажды – ничто иное как ящик Пандоры, пустой, конечно же. А вот две других оставались для меня загадкой. Красный бархат, в который они были облачены, говорил о важности их содержимом, да и я сам чувствовал некую силу, исходящую от них. Только…запечатанную. Я взял одну из них, пытаясь открыть. Крышка не поддалась. - Что это? – спросил я. - Мы не знаем, - улыбнулся Оук, - но, думаю, это то, что поможет тебе победить. - Вот как? – задумался я, пытаясь отворить крышку. Она была будто примагничена. Наверняка Аянами не стал устанавливать такую защиту, будь это просто безделушкой, верно? Пока я возился с первой коробкой, наш корабль уже успел набрать скорость. Шури сообщил, что мы будем на месте примерно через сорок минут. Цифра меня не обрадовала, но раньше добраться мы вряд ли сможем. Отчаявшись открыть злосчастную коробку, я поставил её на место, и взял в руки другую. - Что за?... – Шури, до этого момента стоявший рядом со мной отшатнулся, с удивлением смотря на меня. - Что случилось? – хмыкнул я, не понимая такой реакции. - Т-твоя рука… Светится! – в припадке проговорил он, присаживаясь на ближайший стул. Его нервна система явно была на пределе. Я посмотрел на свою правую руку. Красное свечение разливалось по всей кисти, а в середине привычно образовалось небольшое углубления, жаждущее получить недостающий элемент. Я уже совсем отвык от этого ощущения, что даже не сразу понял, что со мной происходит. Только один предмет мог вызывать у меня подобные ощущения… - Михаэль! – на моём лице даже отразилось нечто, подобное улыбке, - В этой коробке око Михаэля! Я схватился за края крышки, которая так же не поддавалась мне. Сколько бы силы я не прилагал, всё было попусту. Даже клинком было не взять эту силу, неизвестную мне. «Михаэль!» - мысленно позвал я, не придумав ничего лучше, - «Ты слышишь меня? Михаэль!» - ответом мне была тишина, и я уже успел оставить попытку, как что-то в моём сознании зашебуршалось. «Тэйто?» - сонный голос сквозил недоверием и полнейшим удивлением. Мне даже показалось, что я расслышал нотки некого уныния. «Михаэль, это я! Я нашёл тебя!» - зажмурив глаза, я мысленно благодарил Бога за этот подарок, если всё это взаправду – у нас действительно есть шанс принять вызов Аянами и одержать победу в этом сражении. «Тэйто!» - оживился Михаэль, и я увидел, как красное свечение на моей руке увеличилось, - «Я уже думал, что никогда к тебе не вернусь. Ты просто не представляешь, что со мной делали… Пихали во всяких людей, пытались насильно подчинить. Чёртов Аянами на пару Рафаэлем, лучше бы сразу просто заперли и не мучали.» Я усмехнулся, не веря своим ушам. Михаэль вёл себя как маленький ребёнок, которому вместо любимой игрушки дали старую куклу и заставили с ней играть. «Значит, Аянами не удалось перегнать тебя на их сторону?» - с добротой спросил я. «Не путай меня со всяким сбродом!» - возмутился Михаэль, - «Я давал клятву твоему папе и намерен сдержать её до конца. И вообще, почему ты всё ещё не соединился со мной? Мне ужасно холодно в этой коробке.» «Она заперта», - выдохнул я, - «У меня не получилось вскрыть ни тебя, ни коробку, как я догадываюсь, с Рафаэлем.» «И неудивительно», - фыркнул Михаэль, - «После последнего раза я сам заблокировал эту коробку, чтобы Аянами больше не трогал меня. А вот Рафаэль подчиняется только приказам своего хозяина. Тут уж ничем не поможешь.» Не прошло и секунды, как коробка, всё ещё находящаяся у меня на коленях с тихим скрипом открылась, и крышка упала на пол. Моему взору представилось нетронутое око Михаэля, лежащее на белом атласе. И всё бы отлично, вот только я вспомнил тот день, когда я попал на этот корабль не по своей воле. Если приглядеться, то можно было легко заметить, что око рассекает чёрная лента, означающая вмешательство тёмной силы. В прошлый раз из-за этого я чуть не потерял контроль над оком, и в итоге мы разделились, и позже оно попало в руки врага. Путешествие с Фрау предзнаменовало то, что он вытащит зародыш Кора из ока, но теперь… «Что мне делать?» - задал я вопрос, на который не хотел получать ответа. «Ты ведь и сам всё знаешь, Тэйто. Иначе никак не получится» - тихо отвечал Михаэль, понимая мои чувства. «Но ведь пострадаю не только я. Ты и сам будешь под ударом, если наша сила воссоединится вот так. Каждая атака будет ослаблять нас и давать силу Кору, что сидит внутри тебя. И если он станет слишком силён…» Михаэль не закончил мою фразу, и я не хотел думать об этом. Но даже в нашем молчании таился ответ на главный вопрос, который мы не могли вот так просто озвучить, это было словно предательство самого себя. «Я приму тебя» - серьёзно сказал я, беря око в левую руку, - «Я успею одолеть Аянами до того, как Кор соберёт нужную силу. У нас всё получится! Мы отомстим за всех, кто погиб ради этого сражения…» Закрыв глаза, я направил око к углублению, и оно тут же проникло в меня, исчезая за кожей. Свечение исчезло, но я всё равно продолжал чувствовать его. Оно проходило по всему телу, даруя неведанную силу. Печатей больше не было, лишь чистая энергия, которая сейчас была в моей полной врасти. И сейчас, когда сознание Михаэля слилось с моим, пустота внутри меня будто заполнилась чем-то теплым, зарождая надежду. Конечно, это было всего лишь заменой, но сейчас это было намного лучше, чем совсем ничего… И я чувствовал, что притихший Михаэль ощущает мою безграничную скорбь, старясь затушить её, успокоить… Сейчас он единственный знает, что творится внутри меня, какие планы я строю в своей голове, и, это к лучшему… Ведь если хоть кто-то узнает, что я задумал, меня тут же остановят. Этого я точно допустить не могу! «Тэйто», - тихо подал голос Михаэль, - «Ты знаешь, что с твоей памяти ещё не сняты все ограничения?» «Разве?» - задумался я, - «Мне казалось, что я вспомнил достаточно.» «Забыв о самом важном», - усмехнулось око, - «Знаю, что не должен сам вскрывать эти воспоминания, но, боюсь, без них тебе будет тяжко. Я открою тебе правду, мой милый Тэйто. Вспомни же, что связывало тебя с погибшим епископом.» С этими словами мой взгляд перестал на чём-либо фокусироваться, падая в одно из забытых в прошлом воспоминаний. Уже на границе видения я понял, о чём говорил Михаэль. Ведь я и вправду должен был сам вспомнить, что же связывало меня с Фрау, но так и не успел… «Стоял тёплый летний день. Я, как обычно, игрался в саду, ожидая, когда папа закончит переговоры. А в последние дни их было очень много. Лицо папы было всегда взволнованным, что надавало мне покоя. Рядом со мной сидел Фрау, молодой парнишка, с которым меня познакомили пару лет назад. Мы очень мало с ним виделись, но когда всё же получалось встретиться, мы были неразлучны. Он постоянно играл со мной, смеялся и приносил гостинцы. Он умел запускать красивые шарики, в которых заключались тёплые слова, как Фрау мне говорил. Мне тоже очень хотелось рассказать ему про Михаэля и показать свои силы, но папа запретил мне об этом распространяться, что было очень обидно. Но в тот день Фрау был печален. Я не знал, почему его улыбка столь грустна, а во взгляде читается боль. Может, это я виноват? - Братик Фрау? – позвал я его, запрыгивая к нему на колени, - Я тебя чем-то обидел? - Глупенький, - меня нежно потрепали по волосам и чмокнули в макушку, - думаю, сегодня последний день, когда мы с тобой видимся. - Что? – моему удивлению не было границ, - Я не хочу с тобой расставаться. Не хочу! Ты же говорил, что мы всегда будем вместе! Говорил, что заберёшь меня в новое путешествие по миру, когда я подрасту… - И я постараюсь сдержать обещание, - улыбнулся Фрау, - я же говорил, что принадлежу только тебе. - Это значит, что ты любишь меня, как и мой папочка? - Даже больше, - прошептал Фрау, погрустнев ещё больше, - больше всех в этом мире. - Я тоже люблю тебя! – я крепко обнял парнишку, не в силах сдержать слёз. Мне совсем не хотелось, чтобы он уходил. Разве будет у меня ещё такой друг, как он? – Но почему же ты тогда уходишь? – ворчал я, - Раз любишь, то должен оставаться рядом! Моей детской обиде не было предела. Дурак этот Фрау! Близких людей нельзя просто так одних оставлять! - Я дал твоему папе обещание, - усмехнулся друг, - я должен буду защищать тебя, даже если ты не сможешь вспомнить моего лица. Думаю, когда мы встретимся в следующий раз, меня ты даже не узнаешь. - Не хочу забывать Фрау! – вскричал я, ерзая на коленях парня, поднявшись на коленях, я протянул ему мизинец, - Клянусь, что никогда тебя не забуду! А когда мы снова встретимся, то навсегда останемся вместе. Обещаешь? Голубоглазый парнишка смотрел на меня с удивлением и теплотой. Не знаю, о чем он говорил, но такие глаза я точно уж не смогу забыть. Я мысленно позвал Михаэля, попросив его напомнить об этом, если однажды я всё же забуду об этом. - Обещаю, - улыбнулся Фрау, скрепив наши мизинцы, - мы обязательно встретимся Тэйто, я знаю это.» Воспоминание закончилось так же быстро, как и началось. Ещё не придя в себя, я хватался за теплую улыбку голубоглазого парнишки, что обещал мне новую встречу. По щекам вновь катились слёзы, и я, наконец, понял, о чём же всё время умалчивал этот глупый тупископ. Он выполнил своё обещание, а я так и не смог вспомнить его глаза… Неужели, всё это время, что мы были вместе… «Ты не помнишь, Тэйто, но я всегда знал, что Фрау любил тебя с самого детства и всегда защищал тебя. Твой отец попросил его заботится о тебе, в то время как в парнишке полыхала любовь. Я помню те дни, когда ему запретили тебя любить. Я обещал тебе, что напомню об этом. Так что и мой долг теперь выполнен.» Михаэль замолчал, оставляя меня наедине со своими мыслями. Каким же дураком я был, что не понял этого раньше. Фрау знал моего папу, знал земли Зиля, а я всё не придавал этому должного внимания. Всё это время он… А я погубил его собственным клинком. Ничтожество. - Ню? – из тёмного уголка послышалось тихое шуршание, после чего оттуда вылез грязный Микагэ. - Ты всё это время был здесь? – удивился я, протянув руки к зверьку. - Ню, - отрицательно мотнул головой Микагэ, уже убегая в сторону выхода из каюты. Я поднялся, утерев предательские слёзы и посмотрел на моего бывшего одногруппника. - Сколько ещё? – спросил я Шури, который до этого момента не тревожил меня, безмолвно наблюдая за происходящим. - Минут 15-20, не больше. Я взял обход через леса, иначе нас слишком быстро заметят. Мы ведь первые должны нанести удар, не так ли? - Верно, - кивнул я, но что-то внутри меня было неспокойно, - сможешь справиться с управлением один? - Один? – удивился Оук, - Куда-то собираешься? - Да, - я встал со стула, и направился к двери, предварительно прихватив с собой не откупоренную коробку с Рафаэлем, - с меньшим рибидзайлом я доберусь до наших быстрее. Я чувствую, что им нужна помощь. - Тэйто! Глупо идти туда одному! В одиночку тебя легко снесут простой пушкой, - возразил Шури, стараясь преградить мне путь, - это же верная смерть! - Верная смерть – это сидеть здесь и ждать чего-то, - рыкнул я, - причем смерть не для нас, а для людей. Что ждут нашей помощи в церкви, ясно тебе? - Вам уже…не спасти их… Ая уже давн-давно… перебил их всех… - хриплый шёпот доносился из противоположного угла. Хьюга был ещё жив. Ничего не говоря, я взял в руки клинок, к которому уже не собирался сегодня прибегать. - Тэйто? – испуганно проговорил Шури. - Управляй кораблём, - жёстко сказал я, - вовремя выпусти подмогу, понял? Я ухожу. Ничего больше не говоря, я подошёл к лейтенанту, со всей силой всаживая остриё прямо в сердце. Пара хлюпающих звуков, судорога, и тело приспешника Аянами замерло навсегда. Окинув мёртвое тело ненавистным взглядом, я вышел из каюты, быстрыми шагами направляясь за быстрым передвижением Микагэ. Кастор, Лабрадор, Хакурен, Ланс – прошу, дождитесь меня! Я не сломаюсь, пока не выполню обещание, данное Фрау!