А что мужья?

Сентябрь выдался тёплым и солнечным. Пожалуй, даже слишком тёплым. Северус предпочёл бы уже завернуться в любимую чёрную мантию, но приходилось носить так обожаемые Джинни рубашки. У него их набрался уже целый шкаф. Снейп мог поклясться, что каждый раз, когда он заглядывает в гардероб, на вешалках чудесным образом прибавляется одежда. К счастью, жене хватало здравого смысла не покупать разноцветных и слишком ярких вещей, потому Северус чувствовал себя почти приемлемо в светлых брюках и серой рубашке. Празднование двадцать седьмого дня рождения миссис Малфой развернулось посреди обширного парка Малфой-мэнора, и от гостей не требовалось выглядеть официально. Северус, почти натурально изобразив дружелюбие, вручил имениннице внушительных размеров коробку, завёрнутую в пёструю шуршащую бумагу, и на этом своё участие в поздравлении посчитал оконченным. Расслабившись, он принял от домовика стакан с любимым напитком — крепчайшим Огденским огневиски, а затем внимательно осмотрелся вокруг в поисках хозяина дома. Малфой-старший устроился чуть в стороне от центра событий, в одном из плетёных кресел, и не сводил глаз с младшего Уизли, увивавшегося рядом с его женой. Это могло бы показаться Северусу забавным, если бы поблизости не крутился Поттер, глазами раненого оленёнка наблюдавший за Джинни. Снейп решительно направился к другу и опустился в соседнее кресло. Он тут же понял, почему Люциус выбрал именно это место постом наблюдения: отсюда хорошо просматривалась вся лужайка, где был раскинут шатёр и расставлены столики. — Я смотрю, ты наслаждаешься праздником, — ехидно заметил Снейп. Старый приятель раздраженно фыркнул и пробормотал под нос ругательство. — Да, черт возьми! Наслаждаюсь! Особенно, когда вижу около своей жены это рыжее недоразумение, свалившееся мне на голову неизвестно откуда, — Люциус сделал еще глоток и мрачно продолжил: — Не думаешь, что появление этих двоих может создать нам… хм… определенные неприятности? — От Поттеров можно ожидать чего угодно, — пробормотал Северус. — Но сейчас это, скорее, досадная помеха. Что, по-твоему, они могут сделать? — Не знаю… Например, вольно или невольно заставить девочек вспомнить прошлое. Первая любовь, знаешь ли, первый поцелуй и так далее… — Люциус увидел, как приятель сардонически изогнул бровь, и моментально вспыхнул: — Северус, вот только не делай вид, будто сам ни разу не думал об этом, начиная с того проклятого августовского дня! Малфой потянулся и щедро плеснул себе еще пару порций Огденского. Северус задумчиво покрутил гранёный бокал в пальцах, наблюдая, как играет на солнце янтарная жидкость, а затем залпом влил остатки напитка в рот. Признаваться, что с тех пор он потерял спокойный сон, не хотелось, но это было очевидно для них обоих. — Я наблюдал за Джинни, — сказал он. — Искал признаки, что её чувства к Поттеру снова воскресли. Если это и так, то она не подаёт вида, а я не рискую задать вопрос в лоб. Теперь мне есть, что терять. Снейп ткнул палочкой в почти опустевшую бутылку, а затем снова наполнил свой бокал. На душе стало мерзко, весёлые голоса, смех и музыка вдруг стали неимоверно раздражать. — Ты говорил с женой о возвращении блудных героев? — поинтересовался Северус. — Нет. Но она — умница. И сама поняла, что меня это беспокоит… — И? — в голосе бывшего слизеринского декана звучало плохо скрываемое любопытство. Какое-то время Малфой молчал, но потом решился. Было заметно, что, с одной стороны, ему претит делиться подробностями своей частной жизни. А с другой — ужасно хочется обсудить со старым другом ситуацию, чреватую проблемами для них обоих. — Сказать по правде, устроила почти что скандал. Заявила, что моя ревность не имеет под собой никаких оснований. Что мои подозрения смешны. Что я — тиран, деспот… и далее по списку. Это было похоже на сцену из какого-нибудь дамского романа от Миллза и Буна. Правда, и мирились потом приблизительно так же… Долго и вкусно. Снейп хмыкнул. — Вот уж не думал, что твоя жизнь похожа на бульварный роман. Не собираешься начать писать автобиографию? Уверяю, она станет бестселлером. — Драккл тебя задери, Северус! Не сомневайся: твои мемуары будут пользоваться еще большей популярностью! Лучше подумай, как отвадить этих молодых недоумков от наших женщин, а не иронизируй надо мной! Снейп почувствовал удовлетворение от гневной вспышки друга. Он с трудом удержался от очередной язвительной реплики, решив не испытывать терпение приятеля — оно и без того подходило к концу, как и виски в бутылке. — Боюсь, если я прибью Поттера и закопаю под ближайшей осиной, Джинни обидится. Но рыжего могу взять на себя. Что предпочитаешь — кинжал в сердце, яд, удушение? Как в наши лучшие времена… — почти мечтательно произнёс Северус и плеснул им обоим ещё выпивки. — Да упаси нас Мерлин от тех времен! Забыл, каково это: жить, постоянно пряча собственные мысли? — Малфой вздрогнул и поежился. — Нет. Таких кардинальных мер, думаю, придется избежать. А вот сделать так, чтобы этот Уизли как можно скорее сам увлекся чьей-нибудь смазливой мордашкой, было бы… изящно. Не находишь? — Ты читаешь мои мысли, — Северус салютовал бокалом другу. — Это именно то, что я нахожу приемлемым. Но провернуть это нужно втайне от наших женщин. — Согласен. Тем более что мне не составит труда помочь тебе, нейтрализовав Поттера, — натолкнувшись на вопросительный взгляд Снейпа, Люциус пояснил: — Для этого лишь нужно напомнить мальчишке, сколько раз ты спасал его жизнь. Так… между прочим. Снейп не удержался и закатил глаза. — Ты-то не напоминай мне об этом позоре! Среди подруг твоей жены есть подходящие партии? Джинни редко приводит гостей, в твоём доме приёмы происходят куда чаще. — О-о-о… Ради такого случая я готов организовать грандиознейший приём, — Люциус воодушевился прямо на глазах. — Ну так что, Северус, по рукам? — О, да! — Снейп даже улыбнулся. — Но учти, это не должно выглядеть как смотрины. Ревность — сильное чувство, и я не хочу, чтобы оно овладело моей женой. Думаю, тебе это тоже не понравится. — Ну давай, еще поучи Малфоя интриговать, — по губам приятеля скользнула самодовольная ухмылка. — Я сумею составить список приглашенных так, что комар носа не подточит. Ты бы лучше озаботился технической стороной вопроса. Амортенция, сам понимаешь, для такого тонкого дела не пойдет. — Угу, поучи меня зелья варить, — фыркнул на это Снейп. — Тогда за великого Салазара Слизерина! — Люциус поднял бокал. — И за его изворотливый ум! — поддержал Северус. _____________________________________________________ Джинни наблюдала за мужем издалека. Ей нравилось ловить на себе его взгляды, к тому же возвращение Гарри подлило масло в огонь супружеской любви. Уже которую ночь Северус доказывал, что ей нигде не будет так хорошо, как в его объятиях. Однако приватная беседа двух интриганов выглядела сейчас крайне подозрительной. Джинни подхватила подругу за руку и отвела её в сторону. — Тебе не кажется странным поведение наших супругов сегодня? — Кажется? Мне не только кажется, я почти уверена, что они обсуждают возвращение ребят. И уж точно что-то уже задумали, чтобы обезопасить покой своих семейств. Нет, ты только посмотри на их ставшие вдруг такими довольными физиономии! — искреннему возмущению Гермионы не было предела. — Добром это не кончится, — предрекла Джинни. — Но я готова смирно оставаться в сторонке и понаблюдать за развитием событий. Кажется, будет забавно. — Не знаю, как насчет «забавно», но скучать нам в ближайшее время точно не придется… — усмехнулась Гермиона. Что сказать? Самая блестящая волшебница своего поколения даже не подозревала в этот момент, насколько она окажется права.