Приключения Мариэль Мильцовой!!!

— Ну что? — спросила Мариэль, очнувшись спустя пару минут. Её голос так неожиданно разрезал гулкую тишину, что Лариса дёрнулась.  — Я рада, что ты пришла в себя, — сообщила Лора. Всё же жил в её душе червячок страха, что Мариэль не вернётся в своё тело, слишком уж эмоциональной вышла беседа с Духом предков.  — Да, я тоже рада. Так ты узнала, кто виновен в болезни мира и как от него избавиться? — не скрывая любопытства, спросила Мэри, подползая ближе.  — Да, узнала. Но знаешь… результаты не радуют. И это ещё мягко сказано, — осторожно начала Лариса, чтобы не травмировать психику девочки резким заявлением.  — Не беда! — заявила Сьюха. — Никто не сможет противостоять моей силе, — гордо произнесла она, задрав голову. Ларису это так позабавило, что она легонько надавила пальцем на кончик бледного аристократического носа, возвращая Мари с небес на землю.  — Притормози коней, — мягко сказала она. — Опасность грозит вашему… — как там Дух сказала? — вашему демиургу, — вспомнила попаданка.  — Де… демиургу? — поразилась Мэри Сью. Её глаза от удивления снова полезли на лоб. Но потом девочка всё же нашлась с ответом или просто вспомнила очередную свою способность, коих тысячи, если не миллионы. — Я единственная в этом мире могу общаться с нашим создателем. Создательницей, — исправилась она. — Как нам победить злодея? — бодро спросила Мариэль, как будто каждое утро выручала демиургов из переделок. Хотя кто знает, кто знает… И столько энтузиазма было в её голосе, что Ларисе стало жутковато. Мери Сью — ребёнок? Три ха-ха. Она же не единожды побеждала врагов. А побеждала — значит, убивала, и вряд ли видит в этом что-то аморальное. Ну, само собой, злодей же пытался убить её! Но что делать, если критик и не подозревает, что губит целый, пусть и халтурно склеенный, мир? Лариса не была уверена, что на отмороженную Сьюху этот аргумент подействует. В её мире есть только две стороны: добро и зло, совершенно без золотой середины.  — Дух сказала, что ты должна меня перенести к вашей создательнице, а там разбираться уже буду я, — решила опустить подробности Лора.  — Она так сказала? — с тенью недоверия и какой-то детской обиды покосилась на рыженькую девушку Мариэль. Она расстроилась, что основные действия будут происходить без её участия, на что Лора лишь закатила глаза. — Ну что ж, как велено, так и сделаем! — ободрилась Сьюха. Хоть она и была высокого мнения о себе, предков уважала. — Вставай, я тебя перенесу. — Сью тоже поднялась с пола и отряхнула и без того безупречно чистое платье. Лариса даже немного завистливо посмотрела на Мэри, потому что её одежда после активного путешествия по горам и вытирания пола в Храме молча просилась в стирку. Когда девушки поднялись, Мариэль начала размахивать руками и произносить странные слова, которые, судя по всему, являлись заклинанием переноса.  — Я могу перенестись куда угодно одним взмахом руки, но телепортировать кого-то другого, тем более в другой мир, намного сложнее. Но я всё равно сделаю это легко и быстро, ты даже тряски не почувствуешь! — поспешила Мариэль заверить попаданку, закончив выкрикивать заклинание. Ларису окутал золотистый туман, а спустя секунду она уже откашливалась от него в незнакомой квартире.  — Ой, а ты кто? — испуганно спросила маленькая девочка, сидящая в компьютерном кресле и подозрительно похожая на Мариэль. Лора поняла, что совершенно не знает, как объяснить ребёнку происходящее. И, чтобы снять с себя подозрения, она ляпнула первое, что пришло в голову:  — Я… я твоя муза! — заявила она и тут же об этом пожалела. Какие же нынче «простые смертные» недальновидные пошли… — укорила Лора себя мысленно.  — Моя муза?! Ой, как здорово! — сомнений в правдивости слов рыжеволосой у ребёнка не оставалось. Конечно, эта девушка волшебно возникла из ниоткуда, заходящее солнце оставляло на её рыжих растрёпанных волосах волшебные золотистые блики, и сама Лариса в волшебном золотистом облаке действительно была очень похожа на какую-нибудь волшебную фею из сказки! — Ты мне будешь помогать, да? А то у меня как раз ничего не пишется… — обиженно вздохнула девочка. — Эти противные критики всё желание отбили! — фыркнула она и задрала нос в точности, как это делала её героиня, Мариэль. Лариса же была рада, что девочка сама перевела тему в нужное русло.  — Да, ох уж эта необоснованная критика… — тяжко вздохнула Лора, стараясь не переигрывать, — она… она очень плохо сказывается на нас, музах, да. Посмотри, в каком я состоянии! Девушка раскинула руки в стороны, позволяя девочке увидеть измятую и пыльную одежду, а также исцарапанные руки и щиколотки. — И это всё сделали они… — Лора жалобно посмотрела на девочку, надеясь завоевать доверие.  — Ох, бедная ты моя муза! — воскликнула девочка. — Я могу тебе как-то помочь? Ты же любишь печенье, да? Об этом, кажется, кто-то писал… Сейчас принесу! — и русоволосая девочка вихрем умчалась из комнаты, а вернулась уже с пачкой сладкого. — Вот, это тебе! — протянула печенье Лоре девочка.  — Знаешь, я просто хотела поговорить… — осторожно начала Лариса, — тебя как зовут?  — Маша, — не моргнув ответила мелкая.  — Так вот, Маша, видишь ли, жесткая критика очень плохо сказывается на нас, музах. Ну, я тебе уже говорила. Так вот, если хочешь помочь мне, можешь сделать так, чтобы этой критики не было?  — Не могу, — расстроилась девочка. — Это же не я ругаю свои работы, а другие авторы. Как я могу их контролировать? А если я закрою комментарии, а там вдруг неожиданно появится моя фанатка? — охнула Маша. — Нет, прости. Они просто пока меня не признают. Многие известные писатели долго ходили по издательствам, но им отказывали, потому, что не могли оценить по достоинству! — ЙАшка попалась на удивление эрудированная. — Я слышала, что писательнице «Гарри Поттера» тоже много отказывали, а теперь по этой серии книг сняты фильмы, и каждый знает историю «мальчика, который выжил» … Просто у меня не та аутоди… ауди… аудитории, вот. Я непризнанный гений, — грустно вздохнула девочка после всей этой произнесённой тирады, а Лора усиленно старалась сдержать рвущийся наружу смех.  — А я слышала, что многие известные люди становились известными вообще только после смерти. Так ты что, всю жизнь будешь выслушивать ту гадость, которой тебя поливают? — картинно изумилась рыжеволосая «муза». Главное не переборщить, главное не переборщить… — Не проще ли писать в тетрадках и никуда не выкладывать? Зато, когда рукописи найдут, ты, возможно, станешь известнейшей писательницей за всю историю! — вдохновенно продекламировала Лариса.  — А знаешь, это вариант… — задумалась Маша. — И никто не сможет мне ничего сказать, потому что я никому ничего не покажу! Да это же гениально! Муза, как я тебя люблю! — девчушка кинулась на шею слегка офигевшей Лоре. Девушке ничего не оставалось, как приобнять Машу в ответ. В этот же вечер на Фикбуке стало одной ЙАшкой меньше. А через некоторое время Маша и вовсе забросила писательство. Созданный ею мир начал покрываться корочкой льда, и, попади Лариса туда сейчас, она бы не узнала ни единорога Рейнни, ни саму Мариэль, ни кислотные пейзажи, потому что всё это превратилось в прозрачные ледяные статуи. Вместо палящего солнца на небе застыла Луна, и всё вокруг было холодным, заледеневшим, остановившимся во времени… Кто знает, быть может, через лет десять этот мир снова оттает и даже, если, конечно, Маша очень-очень постарается, станет книгой… Но это не точно. Что же было с Ларисой? Она очнулась в родной квартире, обнаружив, что заснула во время модерации. Девушка сладко зевнула, потянулась, заглянула в пустую кружку из-под чая и пошла наливать себе очередную порцию. Приснится же всякая чепуха из-за этих ЙАшных фанфиков… На экране горела всё та же синяя полоска, которая не доползла даже до середины, а над ней серым курсивом светилась надпись: «Проверено 58 из 200». Работы предстояло еще много.