За кадром.

Проснувшись от аромата яблочного пирога, Жасмин прямо в пижамной майке и шортах направилась в кухню. Увидев родителя, она тут же подскочила к нему с объятьями и поцелуями. - Папа! Ты давно вернулся? А что меня не разбудил? – голос девушки, как соловьиная песня, разлетелся по помещению. - Цветочек мой, ты меня задушишь! – мужчина театрально изобразил приступ гипоксии, чем еще больше развеселил дочь. - Так, отцы и дети! Живо мыть руки и за стол! – Шутливо пригрозила мать семейства, которая всегда очень серьезно относилась к таким вечерам, когда вся – ну почти вся – семья собиралась за одним столом. Отправив мужа с дочерью в ванную, Ирина Сергеевна продолжила сервировать стол, раскладывая чашки и приборы. Центральное место заняла, конечно, чудо-шарлотка, с любовью приготовленная хозяйкой дома. Когда все было готово, женщина облокотилась на кухонную столешницу: «Не хватает только одного…» От мысли ее оторвал звонок в дверь. Ирина Сергеевна направилась к двери и, посмотрев в глазок, дрожащими руками открыла дверь. - Ну здравствуйте, Ирина Сергеевна, - на пороге стоял высокий молодой брюнет с ярко-голубыми глазами. Через плечо парня была перекинута легкая спортивная сумка, чемодан на колесиках стоял у соседней двери. Сам парень был одет в светлые джинсы, кеды и просторную футболку с изображением английского флага. – Может ли усталый путник рассчитывать на ночлег в вашем доме? Женщина просто стояла и смотрела ему в лицо, не в силах произнести ни слова. Но тут в прихожей появились остальные домочадцы. Жэс, увидев нежданного гостя, со скоростью света пересекла расстояние до двери и с радостными воплями прыгнула на, мягко говоря, офигевшего парня, повиснув на нем как мартышка, обхватив его ногами. - Зарик! Ты приехал! Я тебя так ждала! – Определенно, для Жасмин этот день стал самым лучшим в жизни. - Конечно приехал, малыш, - обнимая повисшую на нем девушку. – Как я мог тебя бросить? *** Большой загородный дом уже много лет хранит грусть и боль своего единственного владельца. Многое помнят эти стены цвета абрикоса и камин, выполненный в венецианском стиле. Над камином красовалась картина-портрет семьи, чьи беззаботные лица навсегда останутся шрамами на его сердце. Молодой светловолосый мужчина сидел в кресле, затягиваясь сигаретой. На соседнем журнальном столике располагалась бутылка старого шотландского скотча и рокс*, наполовину наполненный этой янтарной жидкостью. Он нечасто приезжал сюда, а когда и оказывался здесь, подчиняясь порыву души, всегда проводил вечер именно в этой комнате и именно таким образом. Воспоминания в очередной раз вернули его в прошлое, когда в гостиной горел камин, наполняя теплом и светом все помещение. Сейчас же, казалось, что огонь несет только холод, усугубляет и без того давящее чувство одиночества. Но в те времена здесь было весело. *** На дворе стоял ранний январь, в углу комнаты красовалась огромная новогодняя елка, которую они украшали всей семьей, две пары детских ног носились по всему дому, наполняя его беззаботным счастьем и радостью. Муж и жена сидели в креслах напротив камина, пили чай и весело обсуждали планы на праздники, неподалеку от них мирно лежал щенок белого лабрадора, сонно поднимая голову, когда мимо него пробегали дети. Кругом царили мир и счастье, но все разбилось в один миг. Было уже поздно, когда веселое семейство всем составом возвращалось из города, где они навещали родителей жены. Шел снег. Снежинки сверкали как звезды в свете фар проезжающих машин. Дети, мальчик и девочка, во все глаза смотрели в окна, наслаждаясь зимней сказкой. Машина свернула с шумного шоссе, продолжая путь по пустынной дороге. В какой-то момент детям стало скучно, и они принялись отвлекать родителей. Мать пыталась утихомирить их, но тщетно, она даже отстегнула ремень безопасности, чтобы было удобнее справляться с сорванцами. Им было-то по пять и шесть лет, совсем маленькие. Малышка тоже отстегнула как-то ремень и все порывалась закрыть глаза папе, но мама всякий отдергивала ее руку. Отец на минуту отвернулся от дороги. Повернувшись к детям, он строго велел им сидеть тихо. А дальше все было как в замедленной съемке… На встречную полосу вылетела «Нива», водитель был пьян и с управлением не справлялся. От неожиданного вскрика жены, мужчина резко перевел взгляд на дорогу, но уже ничего не успел сделать. «Тойота» и «Нива» встретились лоб в лоб. Удар был настолько сильным, что женщину выкинуло через лобовое стекло на капот машины. Девочка тоже полетела вперед, но ее на последних силах поймал отец, который истекал кровью от удара головой о стекло. Мальчик, который оставался пристегнутым, лишь больно ударился о переднее сиденье. Послышались крики и громкие голоса. Кто-то открыл дверь и вытащил его из машины, которая уже начала гореть. - Твою мать! Переднюю дверь заклинило! Не могу открыть! Вася! Давай с другой стороны! Быстрее! - Что с женщиной? – Какой-то парень проверил пульс и отрицательно покачал головой. – Не тормозите! Там девочка еще живая! Он помнит ее крики. Отец уже не двигался, из головы густой струей лилась кровь. Трое парней пытались открыть двери, но от сильного удара капот сместился назад, не давая возможности вытащить их. - Давай через заднюю дверь! – Взрослый худощавый мужчина держал оглушенного на руках, попутно отдавая поручения. – Быстрее! Вася, забудь о мужиках – они давно уже жмурики. Девочку! Вытащите девочку! В последний момент один из ребят сумел-таки спасти и малышку, но оказалось, что из ее головы торчит осколок стекла. Ребенок уже был без сознания. Отдав мальчика на руки другому, мужчина подбежал к девочке, осторожно оглядывая рану. - Владимир Владимирович, что делать будем? – голос спросившего дрогнул. - Что делать? В машину бегом! В больницу едем! Нужно ее срочно оперировать. Вася, заводи мотор, Коля, посади пацана назад, а сам готовься маленькую держать! – Парни молча побежали исполнять поручения. - Но до Склифа далеко. Не успеем. - Знаю. В ближайшую поедем. – Этот диалог проходил уже по дороге ко внедорожнику, на котором ехали мужчины. - А как вы там будете?... Кто же разрешит? - Я Демидов или нет?! – резкие нотки в голосе мужчины действовали отрезвляюще. – Разберемся! - Понял. Они едва успели дойти до транспорта, как за их спинами раздался взрыв. Мальчик наблюдал за всем этим из окна и видел, как загорелась их машина, как в ярком пламене исчезли его родители, как его сестру без сознания положили на руки парня, что сидел рядом. - Малец, все будет хорошо. Не переживай. – Мужчина посадил его к себе на колени. – Все будет хорошо. Он не говорил и не двигался. Ему казалось, что это ночной кошмар и утром все будет нормально. Но это утро так и не настало. Потом была больница, врачи, медсестры, крики и четкие указания того мужчины. Мальчика осмотрели, и, не обнаружив травм, посадили на диван в приемном покое. - Да он в рубашке родился. Его сестру положили на каталку и быстро увезли. С ним остался один из парней, а остальные ринулись следом за врачами. Сколько прошло времени он не знал. Неожиданно он услышал голоса дедушки и бабушки. Они приехали к ним в больницу сразу, как только узнали о случившемся. Бабушка обняла мальчика, стараясь скрывать горькие слезы за неестественной улыбкой. - Ба, - малыш посмотрел своими голубыми глазами на пожилую женщину, - ты не умеешь притворяться. Через несколько часов вернулся тот мужчина. Но теперь он был одет как врач. Подойдя к дедушке, он что-то очень тихо ему сказал, от чего лицо первого исказилось от боли. Бабушка теперь уже не могла скрыть слезы и заплакала. Малыш, в один миг повзрослев не несколько лет, поднял серьезный взгляд на хирурга и спросил: - Оля тоже ушла за мамой и папой? – никаких эмоций на каменном лице. - Да, парнишка, она ушла. - Понятно. Можно мне с ней попрощаться? От такого вопроса мужчина вздрогнул. Такого ему видеть еще не доводилось. Не зная что сказать, он просто молча взял ребенка за руку и повел его прямо по коридору. Дойдя до одной из дверей, врач открыл ее, пропуская мальчика вперед. На большом столе лежала Оля, по горло укрытая простыней, голова перебинтована. Она была бледная, без привычного румянца на щеках, губы не улыбались. «Как кукла», - подумал брат. Ему придвинули стул. Забравшись на него, мальчик посмотрел на сестру и сказал: - Не переживай, Оль. Я позабочусь о Рексе, а ты там, на небе, присмотри за папой и мамой, пока я тоже не приду. *** Прошло уже двадцать лет, а боль не утихала. Алкоголь не помогал, наркотики он не пробовал принципиально, а все родные уже давно покинули его. Он один, уже и Рекс умер три года назад, прожив долгую жизнь рядом с хозяином. - Ну что? – Мужчина обращался к самому себе. – Опять заливаешь горе бухлом? Видел бы тебя отец, Андрюха, порвал бы на месте. Скажешь «нет»? А то ты знаешь? Ни хрена ты брат не знаешь. – Андрей поднял взгляд на картину и в один глоток осушил бокал с виски. Только здесь он не боялся показать свою сущность, свое истинное «я». Этот дом знал его как облупленного, только этот дом слышал его крики и видел слезы. *рокс – низкий бокал под виски и многие другие крепкие алкогольные напитки, которые пьют в чистом виде или со льдом, и некоторые коктейли.