За кадром.

— Что ж, я рада, Альбина, что мы понимаем друг друга. Но меня печалит, что ты не доверяешь моему брату. Он действительно хороший парень, и я не сомневаюсь в серьезности его намерений.       Девушка поправила темные волосы, устало взглянув на собеседницу. — Лиза, я достаточно хорошо знаю Антона, чтобы сомневаться в — как ты выразилась — серьезности его намерений. Такие бабники за неделю не исправляются, кто бы мне что не доказывал. Я скорее в теорию большого взрыва поверю, чем в это. — Я понимаю, но… — Лиза сделала глоток Мохито. — Я вижу, как он изменился с тех пор как… ну ты знаешь. Я просто хочу ему счастья. Он самый близкий для меня человек… — Ох… у меня складывается ощущение, что ты просто давишь мне на жалость. Он же твой двоюродный брат. Насколько близки бывают кузены?       Лиза встала с кресла и подошла к перилам, отделяющим веранду от розового сада. Разговоры о семье не входили в список ее любимых тем для обсуждения, но блондинка посчитала своим долгом все объяснить. Собравшись с духом она, наконец, заговорила, но осталась стоять спинок к столу, предпочтя не видеть реакцию Альбины. — Родители Тони всегда были жутко занятыми людьми, даже сейчас они понятия не имеют, где находится их сын. По крайней мере, до тех пор, пока он не нарушает закон или не позорит фамилию. Все свое детство он провел у нас в доме, мой отец пытался додать ему то, чего Антон не получил от своих предков. Так что мы стали по-настоящему близки, как родные брат и сестра. Я не знаю, что с ним случилось за то время, что я училась в США, но все же внутри он тот же парнишка, которого я знала подростком. И раскрывается он только рядом с Алиной и тобой… — А причем тут я? — Глаза брюнетки округлились. — Мы друг друга на дух не переносим. — Но ведь это же тоже настоящий Антон! — Лиза резко развернулась. — Он не льстит тебе, не пытается задобрить и не врет, а это уже о многом говорит. Пожалуйста, дай ему шанс. Вдруг это судьба, а мы стоим у них на пути и все портим? — Не знаю, — Альбина тяжело вздохнула. — У меня кроме сестры больше никого нет, я не хочу, чтобы она страдала. — А ты думаешь, сейчас она не страдает? Аля разрывается между ним и тобой, не зная, чью сторону выбрать. Они же и за руки толком не держатся, про остальное вообще молчу. — Знаешь… это не лучшее время для подобного разговора, — брюнетка встала; возразить ей было нечего. — Давай продолжим в другой раз… Последний коктейль был явно лишним. — Хорошо, только обещай подумать, ладно? — Ладно, обещаю… *** — Стоп! Снято! Умнички вы мои! Слова, конечно, напутали немного, но это не страшно, — Вит встал со стула. — Пятый дубль, вполне неплохо. Девушки синхронно рухнули в кресла. — Так что, оставляем этот? — Полина, играющая роль Лизы, с надеждой смотрела на режиссера. — У меня уже сил нет больше. Плюс вся эта мошкара вокруг… — Конечно, оставляем! Получилось даже лучше, чем в сценарии, естественнее. — Ну и славно, а то я уже текст почти забыла. Тяжело мне эта Альбина дается…       Жасмин закрыла глаза, на время отстранившись от всего и вся. Впереди было еще много работы, но в такую жару делать ничего не хотелось. Полуденное солнце пекло нещадно. — Перерыв тридцать минут, потом снимаем эпизод в столовой. Всем быть на местах вовремя, иначе… — Слова режиссера доносились как будто откуда-то издалека. — Хочу спать… Поль! А, Поль? Тут? — Тут… и не говори про «спать», а то я тут прям и вырублюсь. — Ладно, тогда давай о насущном. Ты почему такая стерва все-таки? Макарова лениво открыла один глаз. — Тебе правду рассказать или ответить, что во всем виновата магия? — Говори что хочешь, мне все равно. — Тогда скажу, что завидовала вам с Натой. — В смысле? — Брюнетка оживилась и подалась вперед, чтобы лучше слышать собеседницу. — Ну, вы всегда выделялись — такие веселые, талантливые, дружные. Учителя вас любили, а мне приходилось вкалывать в два раза больше, чтобы хоть что-то получилось. Мне казалось, что вам вообще все легко дается… — Не сказала бы. — Знаю. Я в универ тут заезжала недавно, встретила одного из преподавателей, разговорились, он вспомнил наш выпуск и рассказал много интересного про всех, и про тебя тоже. Оказывается, ты чуть ли не ночевала в аудитории иногда. Препод сказал, что еще никогда такого трудоголика, как ты, не видел. Я еще немного его поспрашивала о том, о сем, ну и, собственно, всё.       Жасмин молчала с полминуты, подбирая правильные слова. — Да уж. Я всякое ожидала услышать, но не такое… — Ну и плюс мне с окружением не повезло. Друзей не по одежке выбирать надо. — Ты про своих Барби-подружек? Хи… — Ага, именно. — Да уж. — Жасмин привычно провела рукой по волосам. — Эти дамочки на сто процентов оправдывали свое прозвище. Ладно, хватит о прошлом, мы, конечно, еще не подруги и не скоро ими станем, но мне хотя бы стали понятны твои мотивы. Так что спасибо за честный ответ, работать нам точно станет легче. — Надеюсь. — Полина встала. — Пойду, поем чего-нибудь, а то желудок скоро к позвоночнику прилипнет. — Давай, а я пошла Ташу искать. — Успехов! — Ага, спасибо.       Девушки разошлись в разные стороны. Жасмин быстро нашла подругу, которая сидела в беседке с сэндвичами и водой и ждала ее. Немного поболтав, они принялись за еду, ибо времени до продолжения съемок оставалось совсем мало. ***       Андрей медленно шел в свой номер. Его мозг уже почти не соображал, переведя тело в режим «автопилота». Сейчас ему не хотелось ничего, кроме горячей ванны и мягкой кровати. Хотя нет, и одной кровати было вполне достаточно. Он уже почти вырубился, как в дверь постучали. — Кто там? — вставать с кровати было лень, так что пришлось кричать. — Уборка номера, можно? — Уже знакомый голос с похотливыми нотками. — Там, кажется, на двери знак висит «не беспокоить», вот и не беспокойте!       Несмотря на грубый отказ, Маша все же зашла в комнату. — Господин на меня обиделся? Я что-то не так сделала? — Да. — Андрей лежал на спине с закрытыми глазами. — А вы накажите меня? Я была плохой девочкой? — Девушка присела на край кровати. — Маш, я устал. Да и вообще, ты — красивая баба, неужели у тебя мужика нет? — А зачем? Все эти сложности в отношениях, условности… Мне от мужиков нужен просто секс и всё. Я не хочу, чтобы меня считали чьей-то собственностью. — Эмм… Как-то это странно от девушки слышать. — Ну, да, подобное обычно парни говорят и это нормально, а если девушка, то ее сразу назовут известным словом на букву «ш». — Я не это имел в виду. Я бы тебя назвал скорее нимфоманкой. — Возможно, но в любом случае, мне пора. — Андрей почувствовал, как девушка встала с кровати. — С вами тоже не так весело, господин Некрасов, как мне бы хотелось. — Старею? — с долей сарказма заметил парень. — Не знаю. В любом случае, сегодня был мой последний рабочий день в этой гостинице. Удачи вам.       Маша не стала дожидаться ответа. Она быстрым шагом покинула номер актера и направилась вниз по лестнице.       Некрасов еще немного поразмышлял над странностями бывшей горничной, но потом все же заснул тревожным сном. Ему все время слышались шаги, и он уже готов был убить соседей сверху. ***        Наташа освободилась позже подруги и, добравшись до отеля, с удивлением обнаружила оную у стойки регистрации. Жасмин о чем-то оживленно спорила с менеджером, точнее она откровенно на него наезжала, а несчастный мужчина безуспешно пытался обороняться. — Госпожа Демидова, я клянусь вам, что нам никто не давал подобного распоряжения. У нас четкие инструкции касательно сервиса и комфорта для гостей. — Ну как тогда это произошло?! Объясните мне, как это безобразие оказалось в моем номере? Куда смотрит служба безопасности? — Я все понимаю. Мы уже проверяем камеры, скоро по всём разберемся. — Надеюсь. И попросите кого-нибудь прибраться в номере, а лучше переселите нас в другой. Не могу там больше находиться. — Я сделаю все возможное. М-мы сейчас же переселим вас в новый номер этажом ниже, около люксов, — Раньше этот мужчина казался Наташе самим спокойствием, но Жасмин в очередной раз доказала подруге, что та ошибалась. — Спасибо, — Актриса надела маску видимого спокойствия. — Я подожду тут недалеко, на диване. — Постараемся вас не задерживать. — Мужчина поспешил удалиться, распорядившись подготовить для девушек новый номер.       Дождавшись, когда представление закончится, Наташа подошла к подруге и села в кресло напротив. — Что случилось? — Ох… не спрашивай. Это ужас просто. Сейчас, подожди. — Жасмин полезла в карман за телефоном. – Вот, вместо тысячи слов.       Маркова просматривала фотографии, не зная как реагировать. Их номер превратился в цветочный магазин, ну, или в индийскую комнату, наряженную к свадьбе. — О, Господи! Что это? — Понятия не имею, — негодованию брюнетки не было предела. — Это просто маньяк какой-то, или псих. А может и то и другое!       Наташа погрузилась в свои мысли на несколько минут, прежде чем высказать свое предположение. — Жэс, а ты не думала, что в тот раз, когда у тебя ключ от номера пропал, это произошло не случайно. — Думаешь, его специально выкрали? — Актриса посмотрела на подругу, лица обеих выглядели весьма озадачено. — Не знаю. Мне это в голову как-то не приходило. — А, по-моему, все сходится — сначала ты теряешь ключ от номера, а потом мы начинаем находить в нем цветы и записки от поклонника. Надо срочно рассказать об этом Марковичу! — Может не стоит. Сейчас переедем, и все нормально станет. — Нет, не станет! — Наташа вскочила на ноги. — Ты правильно заметила — это не просто поклонник. У этого человека явно проблемы с психикой, а это уже опасно. Нельзя допустить, чтобы это продолжалось. Вдруг он что-нибудь еще выкинет? Идем!      Наташа потянула Жасмин за руку, и они вместе отправились в номер режиссера. *** — Хорошо, девушки, я вас понял, — Виталий задумчиво сидел в кресле, потирая подбородок. — Признаюсь, вы меня озадачили. Я многое повидал на своем веку, но с таким не сталкивался. Что ж, пожалуй, стоит выделить вам, девочки, охрану. — Виталий! Не надо охрану! — Взмолилась Жасмин. — Ведь ничего настолько страшного не случилось. Я и сама… — Хватит мне тут самодеятельность устраивать! — Властным тоном рявкнул режиссер. — Я сказал охрана, значит охрана! И без разговоров! Куда вас переселили? — Через дверь от вас, — спокойно ответила Наташа. — Хорошо. Ложитесь спать, а с завтрашнего дня к тебе, Демидова, приставляется сопровождение. И чтобы без глупостей. — Ладно… — еле слышно пролепетала актриса. — Не слышу? — Хорошо, говорю! Можно идти? — Не смею задерживать.       Жасмин быстро вышла из комнаты, шумно хлопнув за собой дверью. — Спасибо вам, Виталий Александрович, мне так спокойнее будет. Да и Жасмин тоже, только она в этом никогда не признается. — Да не за что, Наталья, — голос Вита смягчился. — Если заметишь что-то странное, сразу говори мне или начальнику охраны, хорошо. — Я поняла. Еще раз спасибо.       Наташа уже собиралась уходить, как режиссер ее снова окликнул. — Наташа, Еще кое-что… — Да?       Виталий сделал небольшую паузу. — Почему твоя подруга так против охраны? Я бы не стал этого делать без необходимости. — Знаете, она привыкла быть самостоятельной и очень не любит опеку, — Наташа опустилась на стул недалеко у двери. — В школе ей пророчили карьеру хирурга, как у ее отца, из-за чего многие одноклассники и даже некоторые учителя относились к ней предвзято. Говорили, что она папина дочка и сама ни на что не способна. Хоть мы и учились в разных классах, но этого отношения сложно было не заметить. Ей и медаль не дали чисто из-за принципа. Не заслужила, типа. А она принципиально не стала переводиться в другую школу и всячески отказывалась от любой помощи. Потом был театральный кружок в старших классах, ну и Щука по окончанию школы. Как-то так… — Хорошо, но я все равно не понимаю её сегодняшнего поведения. Это же совершенно другая ситуация. — Согласна, но Жэс ненавидит ситуации, с которыми не может справиться в одиночку, вот и срывается на вас. Не принимайте на свой счет, Виталий Александрович, это у нее пройдет скоро. — Окей, — Виталий поднялся, чтобы проводить девушку до двери. — И еще, Наталья, не обращайтесь ко мне по отчеству — я еще не настолько стар. — Хорошо. — Наташа слегка смущенно улыбнулась и направилась в свой номер.