Doomed to love.

От лица автора. Любовь — сложное чувство, она не вложена в нас с момента рождения, мы создаём её сами. Мы можем окунуться в тонкость любви и оказаться новым рабом влюбленности, но в одни моменты, взрослея, мы, наверно, забываем искренние ценности и предательски относимся к тому, что делало нас безгранично счастливыми. Мы бессовестно теряем рассудок, подчиняясь воле забвения, и заводим краткосрочные отношения, попавшись на удочку манивших утех. Почему это притягивает? Почему заставляет покорно служить? Мы отворачиваемся от настоящей и чистой любви, уничтожая в ней искренность своим предательством. А потом удивляемся и виним абсолютно всё вокруг, почему же в нашей жизни нет любви из сказки. Мы сами тому причина. А, может, любви и вовсе нет? Может, мы попросту всё усложняем? Ведь не мы вольны над своей судьбой, а она над нами, и иногда по её наказу мы попадаем в список «обреченных на любовь». От лица Мартины. Всего два тяжелых во всех значениях это смысла слова месяца осталось до оформления документов в колледж. За этот промежуток ждет немало дел: от исправления итоговых оценок до выбора кавалера на выпускной бал, что меня крайне не приводит в восторг. И какому сумасшедшему пришло в голову мысль о том, что девушки должны приглашать парней? Это что, сейчас модно? А главное — идею эту подал наш завуч — Сеньор Дюран, и у меня лишь одно мнение по этому поводу: у него явно были комплексы, потому громкие провалы в сторону женского пола, когда он был нашего возраста, другого варианта нет. А сейчас я жду урок, чтобы учительница обществознания нашла, наконец, для меня время. Мне кажется, но все педагоги к концу года просто озверели, чувство понимания и солидарности для них становятся незнакомы как для меня этот предмет, из-за которого я торчу в школе уже второй урок. Здесь я узнаю себя: начинаю париться ближе к экзаменам. Еще будет здорово, если я опоздаю на важную встречу родителей, где моё присутствие, по их словам, обязательно и, что она окажет на мою жизнь приятное влияние. То есть, так называемая, минута слава, которая мне выпадет среди коллег и друзей семьи, восхищающихся моим зрелым возрастном, обаянием и словами о том, что такой «красавице» пора уж замуж и есть приятное влияние? Очень мило. — Наконец, — промычав себе под нос, я быстро покидаю скамейку, что находилась возле окон в холле и подбегаю к преподавателю, несколько раз повторяя имя, на что она отвечает мне «искренним» игнорированием. — Сеньора Долорес, извините, что отрываю Вас, но Вы обещали мне дать дополнительное задание по обществознанию, чтобы закрыть оценки. Помните? — Я внимательно всматриваюсь в лицо этой пожилой женщины и пытаюсь, как можно вежливее выстроить диалог. Конечно, это мои проблемы и надо было раньше об этом думать, но найти общий язык с этой женщиной огромная редкость. — Ах, Стоссель, ты. Да, точно, было дело, — Сеньора недовольно окинула меня взглядом, осмотрев с ног до головы. Она поправила очки на переносице и скрепила ладони в замок на животе. — Вечно вы любите всё оставлять на последний срок, а потом бегаете как ужаленные. Кто вам виноват? — Я ждала этих нравоучений и, отлично зная учительницу, не спешила отвечать на вопрос: вступать с ней в спор — не та ситуация да и вопрос, наверняка, риторический. — Ладно, идем ко мне в кабинет, дам тему. — Спасибо. — Я крикнула ей уже это в спину, когда женщина поспешила в свой кабинет, чтобы поскорее разделаться со мной.

***

Ровно в шесть вечера я была готова к ужину, и потому блистательно появиться в гостиной, где понемногу начали собираться приглашенные. Внешний вид, который я, признаться, подбирала тщательно, мне весьма нравится и, думаю, что родители также оценят мой вкус на это мероприятие. — Дорогая, ты уже здесь, — Мама любезно покинула прежнюю компанию и подошла ко мне, держа в руках бокал шампанского. — Выглядишь великолепно, — Женщина мягко улыбнулась мне и погладила по плечу, легонька подталкивая меня на объятье. — Отец пока у себя с коллегой, подойдет позже. Можешь пока помочь мне и принести из кухни поднос с закусками, ты сразу заметишь. Давай. — Я кивнула маме и поспешила на кухню, приветствуя по пути знакомых и незнакомых мне людей. В принципе, одной улыбки и кивка была достаточно для того, что я их видела. — Здравствуй, — Мне навстречу подошёл незнакомый парень. Ростом был на голову выше меня, одет в изящный, синего цвета, костюм, отлично подчеркивающий его широкие плечи, накаченное тело и фигуру спортсмена. Внешность брюнета далеко не хуже: изящные черты лица, губы цвета малины, стройные скулы и елово-зеленые глаза, объектом внимания которых была я. — Привет, — Скромно улыбнувшись, я протянула парню руку в знак начавшегося диалога, и потому знакомства. — Мартина. — Очень приятно. Диего. Будем знакомы, — Брюнет чмокнув меня в тыльную сторону руки, вновь поспешил закрепиться со мной молчаливым взглядом. — Значит, ты дочь семьи Стоссель — организаторов этого вечера, так? — Диего обнял меня за плечи и, чувствуя себя хозяином дома, провёл на кухню. Отодвинув стул, он любезно намекнул на то, что желает завязать со мной разговор, потому стоит сесть. — Да, именно. А ты? — Я скрепила ладони в замок и облокотилась на стол. — А я с родителями. Семья Бланко, наши отцы находятся в совместной работе над общим проектом и по стечению обстоятельств являются хорошими старыми друзьями, — Его голос был ровным, спокойным и неторопливым, попутно ведя диалог брюнет расстегнул пиджак и удобно расположился на соседнем стуле. Находясь с Диего наедине, мне показалось, что в доме, наконец, воцарила тишина и уже не слышно нудных разговоров гостей. — Мартина! Ах, вы двое здесь, — Матушка размиловалась, когда увидела, как мы составляем приятную компанию друг для друга. Женщина подошла к брюнету и в приветствие обняла. Как я поняла, они знакомы, что показалось странным, хотя, отец никогда не посвящает в своих дела и уж тем более не знакомит со своими друзьями, а мало ли могло быть случаев, где бы мама встретилась с этим юношей. — Раз уж вы познакомились, может, пройдете в гостиную, станцуете? Многие гости этим как раз и заняты, а у вас бы, наверняка, получится красиво, м? — У мамы всегда было желание сводить меня с парнями, как бы то глупо не выглядело и замечаю, что эта ситуация не исключение. Возможно, я нахожу подвох там, где его нет. Диего как джентльмен спросил моего разрешения на танец и ловко приложив свою руку ко мне на талию, провел в зал. В гостиной звучала мелодия любимого композитора мамы, фамилию которого я иной раз пропускаю мимо ушей, но точно знаю, какое бы мероприятие не проходило у нас в доме, матушка обязательно навяжет свои вкусы по поводу песен. Брюнет плавно направлял меня в элементарных движениях, в которых я была как неживая. Я заметила его глупую ухмылку, после чего он опустил голову, и было понятно, что всё это в мой адрес. — Ну, да, я не так уж и хорошо танцую, но это не повод же, чтобы смеяться надо мной, — От смущения я сама улыбалась и чувствовала, как этот юноша вгоняет меня в краску. — Нет, я и не думал смеяться над тобой. Наоборот, ты хорошо танцуешь. Скажу больше: над такой привлекательной девушкой невозможно шутить.