Пробуждение

      Оставшееся до вылета время я провел в зале для оружия и прочего военного оборудования. Кроме наших стандартных щитов, стрел и т.д. нужно было взять что-то для навигации, слежки, а также гражданскую одежду, подходящую для той страны.       Честно говоря, я не очень хотел лететь туда, потому что эта ситуация не угрожала ни Америке, ни миру. Но все же я обещал помочь Пантере, потому что он наш друг. И до сих пор хочет убить Баки. Я надеюсь, что он изменит свое решение, когда увидит Барнса в деле. На одной с ним стороне.       А суть всей операции была в том, чтобы уничтожить организацию, которая подрывала страну изнутри. Для меня это как прототип «Гидры», только не так опасно. Поэтому, хорошенько подумав, я все-таки взялся за это дело.       — Роджерс! — позвал меня Тони, вырвав из сети собственных мыслей. Уже из коридора он крикнул: — Хочешь опоздать на собственный вертолет?       Я взял оружие и вышел на площадку.       — Капитан, поторопитесь! — Наташа протянула мне руку. Я схватился за нее и запрыгнул в движущийся вертолет.       Только там я увидел Баки. Он сидел, опустив голову, смиренно положив на колени руки, закованные в наручники, которые, как всем казалось, смогут сдержать его. Баки был неподвижен, его ничего не выражающий взгляд направлен в пол. Я не мог терпеть это. Я как будто разделял его боль.       Барнс поднял голову и заглянул прямо в мои глаза. И тогда я не выдержал. Я сел на колени возле него и снял наручники, случайно коснувшись странно мягкой кожи его рук. По телу пробежала дрожь, но я не придал ей значения, и вернулся на свое место.

***

      Несмотря на то, что мы провели в городе, где находилась база псевдо-«Гидры», около месяца, план сработал блестяще. Мы с Пантерой продумали все до мелочей, а Мстители использовали весь свой профессионализм. Даже Тони ни во что не вляпался. Мы снова работали как одна команда.       — Хм, Кэп, а я даже скучал по таким операциям. Не хочешь начать…эмм…с чистого листа? — говорил мне позже Старк, потягивая виски из стакана.       После кампании Баки будто оживился. В нем пробудился тот прежний хороший бруклинский парень, которого я так любил. Он снова повеселел, и в его глазах не было столько боли и отчаяния. Он подошел ко мне и, положив руку на мое плечо, сказал:       — Спасибо тебе, Стив. Я знал, что ты поможешь мне.       Потом он посмотрел мне в глаза и обнял. Я не мог оторвать взгляд от его манящих губ. И когда они нежно коснулись моей щеки, я почувствовал ту дрожь, как от прикосновения к его такой же нежной коже.