Рэйчел

«Тебе бы здесь понравилось». Дэйв вздрогнул. Мысленные разговоры с ней уже давным-давно вошли в привычку, но ведь именно поэтому он и оказался здесь. От подобных привычек надо было избавляться, как бы кощунственно это не звучало. В конце концов, она ни в чем не виновата. Виноват сам Дэйв, который, похоже, действительно сошел с ума. «Действительно» - потому что ему об этом говорили все знакомые, намеками и открытым текстом. Тебе всего двадцать восемь лет, говорили они. Ты не можешь уехать из Нью-Йорка и похоронить себя заживо в каком-то захолустье. Там зарплата в разы меньше, а карьерных перспектив вообще никаких. В конце концов, это она умерла, а не ты, прости Господи. Покупать огромный старый коттедж, чтобы жить там одному – и вовсе чистой воды безумие. Но Дэйв чувствовал, что кардинальные перемены ему просто необходимы. Хотя бы из-за этих вот мысленных разговоров. Решение оформилось как-то само собой, когда он пошел навестить могилу жены спустя ровно год после ее смерти. До этого Дэйву, в сущности, было наплевать, что произойдет с его жизнью. Переезд – попытка дать миру шанс. Хуже все равно не будет. Он неторопливо обошел все комнаты. Дом как дом, ничего особенного, решил Дэйв. Надо только заменить проводку, докупить мебели и выбросить все наследство от предыдущих владельцев, в первую очередь, старый страшный диван. Рэйчел бы точно закатила истерику при виде этого клоповника, да и ее можно понять. На распаковывание вещей ушел весь остаток дня, хотя не так уж много их и было. Когда Дэйв готовил себе бутерброды на залитой лучами закатного солнца маленькой кухне, в дверь позвонили. Он пошел открывать и весьма удивился, увидев на пороге хмурого сгорбленного старика и седовласую женщину в зеленом платье. В руках она держала большую тарелку, накрытую полотенцем. - Здравствуйте, так это вы теперь здесь живете? – женщина лучезарно улыбнулась ему. - Д-да, я Дэвид, очень приятно, - он смутился. – Зайдете? Судя по выражению лица, она собиралась согласиться, но старик решительно перебил: - Нет, мы только поздороваться. Билл Треверс, а это моя жена, Молли. Они обменялись рукопожатиями, и после миссис Треверс вручила ему тарелку, как выяснилось, с банановым пирогом. Дэйв искренне рассыпался в благодарностях. Женщина, видимо, была все еще не прочь поболтать с ним за жизнь, но муж мягко увел ее. Дэйв успел уловить ее слова: «Очень милый молодой человек, правда, Билли?» прежде, чем вернулся в дом. Визит новых соседей вызвал у него смешанные чувства. С одной стороны, было немного неловко, и Дэйв, как ни старался, не мог придумать ответный жест. С другой – домашняя выпечка в любом случае лучше, чем его бутерброды. Один запах сводил с ума. И сам факт – впервые за год кто-то приготовил пирог для него. «Видишь, все не так плохо». Пока он возился на кухне, на город опустились мягкие лиловые сумерки. Дэйв подошел к окну опустить шторы и вдруг заметил неясное мерцание далеко за домами. Он знал, что в той стороне обычный пустырь, кроме засохшей травы ничего нет, но сейчас там словно бродили неясные огоньки. «Подростки, наверное», - Дэйв поспешил ухватиться за эту мысль. Таинственные огоньки будто притягивали его своим светом, обещали покой и… исцеление? «Абсурд», - пробормотал Дэйв и быстро задернул шторы.

***

На следующий день он, чувствуя себя до крайности глупо, позвонил в дверь кирпичного домика напротив. Открыл мистер Треверс в сером домашнем халате, такой же хмурый, как и вчера. - Здравствуйте, я зашел вернуть тарелку, спасибо большое, - Дэйв неловко протянул ему указанный предмет. - Молли спасибо скажешь, парень, - прохрипел старик. – Ее, правда, нет сейчас… уехала к сестре… Все равно, заходи, поболтаем по-соседски… Мистер Треверс чуть посторонился и махнул в сторону двери. Сначала Дэйв хотел отказаться, но внезапно идея, которая последние несколько часов лишь смутно бродила на задворках сознания, расцвела пышным цветом и заполнила мозг. Почему бы и не… На аккуратной чистой кухоньке старик («зови меня «Билл», сынок») предложил ему чай, и следующие полчаса они болтали обо всем подряд. С Биллом оказалось неожиданно легко поймать общую волну, Дэйв пересказал ему почти всю свою биографию… избежав лишь упоминаний о Рэйчел. Он вообще старался не говорить ни с кем о жене, главным образом потому, что эта тема была слишком личной. Да и выслушивать бесконечные соболезнования не хотелось. Зато спросил про огоньки на пустыре. Билл ответил далеко не сразу. Минуты две точно он смотрел в одну точку где-то у левого плеча Дэйва, затем негромко начал: - Сложно сказать, что это. Они появляются сами по себе, иногда несколько ночей подряд, иногда раз в полгода. Многие считают, что там что-то вроде города, наверно, так и есть. Я никогда близко не подходил. И тебе не советую. - Почему? - Потому что много таких было. Пара десятков только на моей памяти. И ни один не вернулся. Вот скажи, парень, это место… оно ведь звало тебя, да? Дэйв не знал, что ответить. Вроде бы, старик говорил серьезно, но о чем! Мистика. Суеверия. Легенды местные. Но разве он не прав? - Да. Билл залпом допил остатки чая: - Тогда понятно. Главное – не поддавайся. Те, кто шел туда, думали, что получат… свое… Только вот, сдается мне, они просто сгинули. - Что-что получат? – Дэйв неожиданно для себя разволновался. - То, что хотели получить. Я не знаю, что это в твоем случае… тебе самому виднее. Но ничего доброго в том месте нет. Не приближайся ни под каким видом… я не шучу. После они поболтали еще немного, и Дэйв пошел домой. Слова старика эхом отдавались в голове. Понемногу становилось ясно, что Билл каким-то образом уловил все недосказанное. И в своей манере старался… отговорить? Уберечь? Но все-таки, что там, черт возьми, такое?

***

В тот же вечер Дэйв отправился на пустырь. «Да нет там ничего. Я просто подойду поближе, посмотрю и все. В любую секунду развернусь и уйду. Старик точно преувеличивал…» - и далее в таком духе. Банальное самовнушение, а на самом деле он толком не понимал, зачем вообще туда идет и что надеется найти. Точнее, понимал… но не хотел это признавать. Приблизившись, Дэйв действительно увидел город. Невысокие здания, этажей пять самое большое, узкие улицы, много деревьев. И ни одного человека, вокруг, что, впрочем, не удивило. Он уже искренне недоумевал, что здесь может быть страшного. Ну город. Ну из ниоткуда. Ну людей нет. Ну и что? Никто же с топором не нападает, да и действительно, хоть сейчас домой иди. На глаза попалась витрина магазина: несколько манекенов… и на одном темно-синее платье с глубоким вырезом. Мозг обожгло воспоминание, Дэйв словно наяву услышал голос: «Правда, оно красивое? Тебе нравится, милый?» и радостный смех. Ее смех. Самое время сойти с ума. Дальше кофейня. В точно такую же он водил Рэйчел на первое свидание. «А тут уютно. Давай сядем у окна». Но та кофейня осталась в Нью-Йорке, она не может оказаться за много миль… Следующий шаг наглядно доказал, что к таким мелочам придираться, как минимум, глупо. Еще не то можем. Окончательно добил Дэйва магазин телефонов. Сотни «люмий», каждая – с огромной трещиной на экране. Рэйчел была крайне неаккуратна с вещами и пару раз роняла свой телефон на асфальт. В голове пронеслось: «Интересно, а красные кожаные чехлы идут в комплекте?» Дэйв протер глаза и без сил опустился на скамейку, так кстати оказавшуюся рядом. Наверняка, с ней тоже было что-то связано, углубляться не хотелось. Понемногу шок прошел, и мозг начал лихорадочно работать. Вот, значит, по какому принципу работает это место. Его склад воспоминаний. Его личный ад. «Получат то, что хотели получить». Но он ничего такого не хотел! Наоборот, старался сбежать! Или… Дэйв замер. Новая мысль била все рекорды по безумию, но она с каждой секундой она все больше казалась ему единственно верной. Если в этом месте есть все, связанное с Рэйчел, значит… где-то есть и она сама? И он понесся по тротуару, не глядя по сторонам и не разбирая дороги. Если Рэйчел здесь, то она обязательно попадется на пути. Дэйв ее не пропустит. Город ему не позволит. Так и оказалось. Через несколько сотен метров Дэйв увидел до боли знакомую фигуру. В своем любимом белом платье до колен. Она. - Рэйчел! – закричал он что было сил. Голос предательски сорвался. Но в этом уже не было нужды. Она широко улыбнулась. Как ребенок навстречу матери, Дэйв бежал к ней, до последнего не сбавляя скорости. И наконец, он ощутил Рэйчел в своих объятиях, реальную, как никогда. В эту минуту и сам Дэйв, и она, и весь мир вокруг перестали существовать.