Изгнанные из Рая минут не наблюдают

      Я оказалась на поляне. Скинув туфли, я ступила на зелено-бурую траву, покрытую росой. Блаженное чувство. — Не меня случайно ждёшь? — сказал насмешливым голосом Люцифер. Дьявол существует, и это не просто карлик с хвостом и рогами, он очень красивый. Ведь он падший ангел, когда-то он был любимцем Господа.* — Прости, я украл тебя из-под носа моих братьев. Но, думаю, ты сама не против моей компании, — Люцифер протянул мне руку, я приняла её и присела рядом с ним под дерево.       Белоснежно-белые крылья этого падшего ангела вызывают чувство зависти у всех, кто когда-либо видел их. За годы его жизни крылья украсили узоры шрамов и ран, а края окрасились в красный, постепенно окрашивая остальную часть крыльев. Я желала прикоснуться к ним, ощутить каково это иметь такие роскошные, по истине королевские крылья. — Расправь свои, — его голос звучал так близко, я чувствовала теплое дыхание на своей шее. Надо мной повисли два убитых сражениями крыла. Я расправляла их на поле боя и поплатилась за свою глупость, за уверенность, что они могут защитить меня от гнева архангелов. — Их словно… — … опалили огнем? — Архангелы жестоки, они делали такие вещи, что даже у демонов стынет кровь. Во имя блага делали, что тут сказать? — на его лице появилась легкая улыбка. Мы оба знали, что это так. Не одна война ангелов сотрясала небеса, не одна сотня лишилась крыльев или была изгнана из Рая. Я слишком молодой ангел, поэтому я знаю о войнах из уст самих воинов.       Он коснулся моих крыльев, провел пальцами по оперению и вернулся к основанию. — У тебя будут новые крылья. Намного красивее и прочнее. Их никто не сможет у тебя отобрать. — Не стоит. Архангелы запретил общаться с тобой. — Так ты нарушаешь законы моих братьев? Уверен, что меня описали самим Сатаной, — он улыбнулся. — Ах, да. Я и есть Сатана. Так что всё, что они сказали — правда. Кроме того, что я желал прощения Отца. Он любит только людей, прощает их, спускает с рук поступки, за которые они вечно бы горели в Аду. И что же? Стоит раскаяться, как эта мразь уже в Раю. Несправедливо, так ведь?       От его объятий я забылась, даже не заметила, как лежала у него на коленях и слушала его сладкую речь. Я слишком соскучилась, чтобы задавать вопросы или портить момент обвинениями. Давно уже прощены обиды и слова, брошенные так неаккуратно. — Мой ангел, — он провел рукой по волосам, оголяя плечи. Я улыбнулась сквозь полудрем. — Как давно я тут? — Это так важно? — он вскинул бровь. Покачав головой, я обратно положила голову на его колени. Я не заметила, как заснула в его объятиях, но когда я проснулась, то была уже одна.       Шли годы, столетия, и наконец наступило первое тысячелетие без Люцифера. Мои крылья постепенно умирали, и с каждым сражением лечить их было все сложнее и сложнее, а вскоре я прекратила попытки их восстановления. И снова сражение, которого я так старалась избегать. Ангелы не должны сражаться, не должны убивать своих братьев по воле Отца ради мира во всем мире.       Меня ранили у основания крыльев и я почувствовала такую боль, что пером не описать, словно боль жила во мне все время, но я только сейчас обратила на неё внимание. Умирая от этой раны и изнывая от боли, я издала такой крик, что земля сотряслась и раскололась, оголив красную от крови почву. Что-то внутри меня умирало, выжигая из меня ангела. И я не сопротивлялась, а ждала конца, когда мои страдания прекратятся и мне не придется лежать на земле, молясь о смерти. Но я не почувствовала, как приблизился конец: адский огонь воспылал во мне и он жаждал крови, жаждал возмездия и справедливости.       В пылу ангельской битвы я осталась незамеченной, пока не расправила алые крылья, что затмили солнце. Кровь ангела, брызнувшая на крылья слилась. Натанаил был тем, кто первый нанес мне удар по крылу и лишил меня их, он же первым и пал. Затем пали остальные, один за другим, даже не поняв, что произошло. Мой гнев, как волна, захлестнул всех. Когда моя рука поднялась над одним молодым ангелом, я остановилась. — Скажи мне, что я выгляжу восхитительно, как королева, и я отпущу тебя, — я прошептала эти слова, словно змея, что совратила Еву. И ангел сказал, а затем умер от клинка дрожа и с широко распахнутыми глазами. — Я солгала.       Мой взор зацепила оболочка Катаниилы: юная и пышная внешность так и благоухала красотой, словно она была сакурой в цвету. Зависть взяла верх, я украла её внешность, оставив ей мое постаревшее и больное тело. В новом теле я чувствовала себя королевой, которой, к слову, не хватало короля. Но помяни черта… — Ты чудно с ними расправилась, — голос за моей спиной принадлежал Люциферу. — У тебя великолепные крылья, великолепное тело. За один час ты перешагнула свою пропасть и ступила на мой путь. — Я больше не ангел? — меня одолела тоска, я спустилась на землю и свалилась с ног. Я лежала на земле с закрытыми глазами и совершенно не желала что-либо делать. — У нас нет времени на твою лень. — А на что есть? Я хочу есть. Фаст-фуд или суши? — я поднялась на ноги, даже не отряхнув траву. Оказавшись максимально близко к Люциферу, я прошептала на ухо: — А может ты желаешь трапезу с моего голого тела? — и укусила за мочку уха, пробежала пальцами по его груди и схватилась за ремень штанов. Влажные губы коснулись его щеки, переметнулись к губам. Руки уже сами расстегивали его ремень и снимали с нас одежду. И то новое чувство для бывшего ангела разлилось по телу животной страстью и поглотило меня с головой…        Я упала на его грудь, тяжело дыша и улыбаясь. Утолила один голод тела, но я все ещё хотела есть. Люцифер ухмыльнулся, будто прочитав мои мысли, и щелкнул пальцами. Мы оказались в одно из самых дорогих суши-баров, посреди залы, откуда было видно каждый уголок этого места. — Я покупаю всё, что есть в меню и у вас на кухне. Абсолютно всё. И перекупаю заказ всех этих людей, — мой голос звучал увереннее, чем обычно, и я ясно дала понять, что официанту не стоит задавать мне лишних вопросов. — Зачем тебе столько суши? Ты же не съешь столько. Это все из-за жадности. — Если я могу скупить всё, то почему я не могу этого сделать? Чем больше будет принадлежать мне, тем лучше.       Люцифер откинулся на спинку кресла и пристально смотрел, как я поедала суши один за другим. — Ты хорошо изголодала, когда была ангелом, — сказал он.       Суши-бар почти опустел, к тому времени, как я опустошила все тарелки, что лежали у меня столе и остановилась по приказу Люцифера, остались лишь пару столиков недалеко от моего. — Назад ведь пути нет? Отец не даст мне прощения? — Ты умная девочка, сама сможешь ответить на свой вопрос. — Нет мне пути назад...       Два падших ангела сидели на краю крыши, не боясь упасть и разбиться - они уже падали с Небес на Землю и выжили.