to die

Люди не ценят жизнь. Если говорить еще точнее, то они не ценят чужую жизнь. Люди не ценят ничего, кроме себя любимых. До последнего момента они не будут думать о тебе, но потом, нацепив новую маску, эти лицемерные паскуды начнут «ценить» кого-то еще, то бишь тебя. И так больно. Так и хочется выйти на улицу, подойти к абсолютно незнакомому человеку — первому, которого я вообще увижу — и попросить помощи. Так хочется с прижатой к груди рукой сказать, что «крови нет», но в том месте, где сердце, «очень больно». Хочется разреветься, да так, чтобы захлебнуться в собственных слезах; беспомощно выть от незаглушаемой боли в душе — в том месте, где должно быть сердце. Хочу прижаться к кому-нибудь на секунду и услышать, что я нужен. Я мог бы сказать, что я не одинок, ведь рядом со мной якобы есть люди, которые меня ценят. А бы это сказал, будь я наивным глупым человеком, с переносицы которого еще ни на миллиметр не сползли эти чертовы розовые очки, но мне их даже надевать не пришлось. Не раз я думал, будут ли по мне скучать те, кто рядом. Я постоянно задумывался о том, действительно ли я дорог им. В моей голове разворачивалась такая угнетающая сцена: мой «друг» жалуется другому моему «другу», как я всем надоел. Какое-то существо внутри меня льет масло в огонь — я слышу, как эти люди желают моего исчезновения из этого мира. В ушах стоит душераздирающее эхо - лучше бы и не рождался. А другие люди просто не знают, что у меня на душе. Что я намереваюсь сделать. Они думают, что у меня все хорошо. Наверное, это те самые люди, которые потом о чем-то все же задумаются, когда услышат, что мне больше нет. И я готов принять все это. Я хочу, чтобы меня любили те, кого люблю я. Это будет самый эгоистичный поступок в моей жизни.

Я готов.

Чтобы тебя начали ценить, нужно сделать всего лишь одну вещь. Чтобы о тебе кто-то вспомнил, нужно на мгновение набраться смелости. Чтобы хоть на миг почувствовать себя любимым и дорогим кому-то, нужно просто затянуть вокруг себя и этих людей петлю.

Чтобы по тебе скучали, нужно умереть.