Другая реальность

Мягкие шкуры аккуратно лежат на большой кровати, воск от свечей каплями падает на холодный пол спальни. Тихо, холодно, пусто. Такая глупая ошибка разделила два любящих сердца, такие простые слова, очернили счастье. Она прижимает к сердцу ее ночную майку, вдыхая любимый и родной, почти забытый запах. Горькие слезы тихо капают на старенькую вещь, оставляя на ней мокрые пятнышки. Как же сильно она скучает, хочет все исправить, молчать когда должна была, услышать, когда не хотела, увидеть, когда была слепа. Они обе виноваты, они обе должны все исправить. С отбытием командующей на войну, столица словно застыла, в ожидании вестей. Народ перестал собираться на площади, воины, оставшиеся охранять покой Полиса хмуро вглядывались вдаль, надеясь увидеть войско Хеды. Ледяная Королева взбесилась, узнав о подставе и лично собралась найти Ванхеду, предвкушая ее погибель. Лекса не думая ни секунды, собрала лучших людей и двинулась в путь, в надежде навсегда прекратить кровопролитие. Уговоры генералов не увенчались успехом. Командующая не оставит своих людей, не сдастся. Она скорее умрет сама, но не даст ненормальной женщине погубить свой дом, своих людей, свою любимую. Любовь движет ей, и пусть весь мир будет утверждать, что Любовь- это слабость, она никогда больше не примет этих слов, познав на себе ее силу. Они не вместе, они злы друг на друга, но чувство огнем горит внутри, не давая надежде погаснуть. Кларк бережно кладет вещь на край кровати и покидает покои командующей. С отбытия шатенки прошел почти год. Ходили слухи, что Королева бежала когда Хеда разгромила ее войско. И теперь Лекса направляется в столицу. Но были и другие версии событий, которым небесная не хотела верить. Титус не появлялся и избегал Ванхеду, а когда девушке удавалось поймать советника, он молчал, пожимая плечами. Тоска пожирала и лишь здесь, в Ее спальне, Кларк становилось легче. Она часто приходила сюда стоило появиться свободным минуткам. В этих покоях она словно была ближе к шатенке, моля небеса вернуть ей ее альфу. Выглянув в окно, Кларк цокает, понимая что засиделась и вечер давно сменила ночь. Быстро покинув башню, она спешит домой, зная, что ее там заждались. - А вот и блудная мамаша пришла! - ехидничает Октавия, с трудом поднимаясь на ноги из-за приличных размеров животика. Девушка как черепашка машет руками, стараясь удержать равновесие. Кларк скрывает ухмылку и подойдя к подруге помогает ей встать. - Прости, я заснула. - Не переживай родная. Нам в радость посидеть с красоткой, пока я еще могу тебе помочь. - потрепав блондинку по плечу улыбается брюнетка. - Спасибо О, если бы не вы... - Перестань принцесса, тебе еще удастся отдать должок! - смеется омега, надевая куртку. - С нетерпением жду этого чудесного дня! - Кларк целует подругу в щеку. Пожелав ей приятных снов и закрыв двери, она тут же направляется в другую комнату. В детской тепло и уютно, много свечей горят, освещая подаренную Маркусом для малышки кроватку. Увидев маму, девочка улыбается размахивая маленькими ручками в воздухе, а затем просится на руки. - Привет, радость моя, и чего это ты проснулась? - Кларк берет малышку на руки, аккуратно поддерживая головку и прижимает к себе, вдыхая ее запах. Два таких разных, сложных, потрясающих аромата истинной пары смешались в этом маленьком создании, создавая один особенный. - Ты голодная? - оторвавшись от дочки, говорит женщина, но малышка будто поняв, хмурит темные брови и упирается ладошками в руку матери, не желая принимать бутылочку. Большие, зелено-голубые глаза внимательно смотрят на Кларк словно изучая ее лицо. Малышка чувствует боль матери. - Ты так похожа на нее, моя маленькая Аня! Ты тоже скучаешь по ней, да, родная? - Кларк садиться на стул и закутав ребенка в одеяльце нежно гладит пушистые, каштановые волосы, укачивая их обеих. (3 года спустя) Новость о ребенке Ванхеды, медленно, но верно добирается до самых дальних уголков планеты. Наверное все двенадцать кланов знают это, обсуждая как что-то невероятное. - Титус, почему ты не сказал мне об этом! - кричит шатенка, сжимая в руках железный бокал. - Я не хотел вас волновать, Хеда. Ее измена не должна была подкосить вас. - нервно теребя воротник мантии мямлит советник. - Три года прошло, Лекса. Она свободная омега, которая хочет счастья и семью, это нормально. - Ты видел ее альфу? Кто он? Как зовут? - шатенка бросила бокал на землю, в ярости тыча пальцем в грудь Титуса. Ревность словно прожигает дыру внутри и Хеда рычит, представляя как оторвет яйца поганцу, покусившемуся на ее омегу. Да, Кларк, ее омега! Только Лекса может касаться ее, любить, обнимать, ласкать. И не важно что они в разрыве и метка исчезла с бледной кожи принцессы. Ничем неразрушимая связь после первого единения навсегда будет связывать истинную пару тонкими ниточками родства. Она узнала о ребенке Кларк совсем недавно. Из-за побега Найи, девушке пришлось наводить порядки в Ледяном государстве, чтобы прекратить беспорядки и кровопролитие. Хаос и разбой творился очень долго. Было даже несколько покушений на жизнь Хеды, которые удалось предотвратить. Найти верного человека, способного взять на себя обязанности управления территориями ледяных было не просто. Но после почти трех лет поиска, Лексе удалось это сделать. Наконец наведя порядок и добившись мира, она была на пол пути к столице. Эта шокирующая новость обрушилась на ничего неподозревающую шатенку как лавина, сметая все на своем пути. Девушка сперва не поверила, но когда сам Титус прибыл принеся последние новости и подтверждая эти слухи, Лекса взбесилась и возненавидела блондинку. Хеда конечно понимала, что небесная не виновата, Лекса отсутствовала три года, вестей нет, да и они в разрыве. Так что принцесса свободна. Но сердце обливалось кровью от одной мысли, что ее любимая, родная, красивая, единственная омега с другим. Раз по словам Титуса ребенку всего месяц, значит появись девушка в Полис на год раньше, возможно все было иначе. Она бы сделала все что угодно для принцессы, лишь бы она простила глупую Хеду! Но теперь, все потеряно навсегда! Чувства сменяли друг друга не давая шатенке дышать. Ей хотелось плакать, выть, кричать в голос, разбивая руки в кровь. Проткнуть это чертово сердце кинжалом, только бы не ощущать этой дикой боли, отчаяния и безысходности. - Командующая, воины готовы выдвигаться. - в походный шатер заглянула Индра, кланяясь шатенке. Лекса нашла женщину тяжело больной по дороге к Ледяной Королеве. Бросить бывшего генерала было не простительно. Лекса забрала землянку с собой и помогала лекарями в борьбе за ее жизнь. Поправившись и дав клятву что не причинит вреда принцессе и будет защищать ее ценой своей жизни, Индра вернулась в ряды командиров и надежных людей Хеды. - Хорошо Индра, дай паре воинам указание собрать мой шатер. Мы к вечеру должны быть дома. - с бесстрастным лицом и с твердым голосом приказала шатенка и вышла на улицу. Титус словно тень держался позади Лексы, стараясь не попадаться ей на глаза. Всю дорогу до Полиса состояние альфы было нервным. Она то кричала, срывая голосовые связки, то молчала не откликаясь и уходя в себя. Девушка ходила по грани между любовью и ненавистью. - Добрый день, Ванхеда. - Луна кивнула входящей блондинке. - Привет! - Кларк махнула рукой, подталкивая топтавшуюся на пороге маленькую шатеночку. - Здравствуй милая! Ты все же пришла к тете Луне? - подойдя к малышке и взяв ее на руки спросила землянка. Кларк очень дорожила брюнеткой, они вместе пережили многое. Эта девушка всегда была рядом, когда небесной нужна была помощь. Она поддерживала, ухаживала, лечила Ванхеду, когда осложнения после тяжелых родов свалили омегу на несколько месяцев. Кларк ценила все, что делала для нее землянка, прекрасно зная о ее чувствах. Но после отказа в тот вечер, когда они обе были на грани, брюнетка больше ни разу не переходила границу дружбы, обожая небесную принцессу и ее малышку. - Мама заставила меня! - всхлипнула девочка, вызывая улыбку умиления на лице лекаря. - Знаешь малыш, твоя мама умеет заставлять! - засмеялась брюнетка, за что получила болезненный толчок в ребра. - Ты ведь очень храбрая! Это всего лишь зубик, который мешает твоей красивой улыбке. Мы его аккуратно уберем и все дела! - Луна посадила ребенка на стул и взяла небольшие, железные щипцы. Малышка вздрогнула, увидев странный предмет в руке лекаря. - Тшш, не бойся, котенок. Это совсем не больно, давай, как мы договаривались. - Кларк подошла к дочери сзади и обняла ее. - Хорошо мамуль. - сжав стул руками Аня открыла ротик и закрыла глаза, подрагивая. Кларк кивнула, увидев вопрос в черных глазах лекаря. Брюнетка зафиксировала зубик щипцами и осторожно дернула его на себя. Ребенок вздрогнул и одинокая слезинка намочила порозовевшие щечки. Темная кровь капнула на колено девочки оставаясь пятном на светлых штанишках. Луна тут же заткнула дырочку ватой, останавливая кровотечение. - Ну вот и все! Ты такая умница! - брюнетка убрала щипцы, взяв в руки зубик. Малышка открыла глаза, счастливо улыбаясь. - Держи свой зубик, милая! Положи его под подушку, когда ляжешь спать и утром вместо него появится конфетка! - потрепав ребенка по волосам радостно заявила землянка. - Ну ты молодец! Теперь она себе все зубы выбьет, Луна! Нашла что придумать! - шикнула на подругу небесная, пока дочка увлеченно рассматривала свой зуб. - Не выбьет, она слишком умная. Вот если бы мне сказали такое в ее годы, ух, поверь! Я сейчас была бы беззубой! - брюнетка кивнула на девочку и захихикала вместе с Кларк. - Спасибо, Лу. - Не за что, принцесса, всегда к вашим услугам! - брюнетка шутливо отдала честь и блондинка заливисто засмеялась, подхватывая дочку на руки. Попрощавшись с лекарем, Кларк с Аней пошли к Эби. Сегодня было день рождения Генри, ему исполнилось четыре года. В доме бабушки Эби было шумно и душно, а бегающий из комнаты в комнату Маркус насмешил Аню. Подхватив смех дочери, художница вошла в зал и вручила маленькому брюнету подарок. День прошел замечательно. Октавия, Рейвен и Сара пришли чуть позже и подарили мальчугану железную машинку. Рейв с таким трудом сделала ее, при этом матерясь как сапожник и нечаянно отрезав себе кусок пальца. Детский смех, веселые рассказы Маркуса и пошлые шуточки Рейвен, радостная дочка на руках и счастливая мама, что еще нужно для счастья? Кажется все так, как должно быть, уютно, радостно, но сердце отчаянно бьется в груди, тоскуя и желая лишь одного - Лексу. Даже в кругу любимых и родных блондинка чувствует себя одиноко. Ей сложно влиться в волну веселья, что царит вокруг. Лишь один человечек в этом мире был способен почувствовать ее боль - Аня. - Мамуль, может, пойдем домой? - детский голосок заставляет очнуться от воспоминаний, сосредоточив взгляд на дочери. Девочка серьезно смотрит в глаза, в этом взгляде читается огромный ум и понимание. Такая маленькая, она уже много умеет и от нее сложно утаить секреты. Взгляд выразительных глаз смотрит прямо в душу, заставляя вруна сдаться. Ее безграничная любовь к Лексе временами удивляет Кларк, как можно любить человека, которого ты видел лишь на рисунках? Но Аня любит, всем своим сердцем верит, что ее мама однажды вернется с войны и крепко обнимет. Девочка уже хорошо читает, у нее удивительная память. Сообразительная и храбрая, малышка так сильно похожа на Лексу. - Милая, мы можем побыть еще немного, нам не обязательно уходить. - Кларк обнимает дочку, целуя ее в темную макушку. - Я хочу домой, мне еще нужно кое-что сделать, мамуль. И Кларк сдается. Прощаясь с родными, она целует на выходе веселую маму, желая им хорошо провести вечер. Они уходят, держась за руки и даря друг другу любовь. Зайдя в дом, Аня тут же убегает к себе в комнату, так и не сказав Ванхеде что затеяла. Кларк не переживает за бардак или сломанные вещи в комнате дочери, она знает Аню, девочка слишком бережно относится ко всему. Вечер проходит так же, как и все остальные. Горячая ванна, сказка на ночь и несколько часов тяжелых раздумий о любимой перед тем, как уснуть. Возвращение великой Хеды народ начал праздновать с самого утра. Люди счастливо улыбались готовясь к пиршеству, вокруг царила радостная суматоха. Все так долго ждали ее победы и возвращения домой. Большая часть воинов осталась в холодных землях, поддерживать еще хрупкий мир, но вернувшиеся с Лексой тут же окунулись в веселье поглощая крепкие напитки. Шатенка хмуро смотрела на людей, снующих туда-сюда по оживленным улицам. Ей было плевать на праздник, мысли девушки были далеко от всеобщего веселья, они были с Кларк. Желание уничтожить омегу и ее альфу сводило с ума. Но в то же время хотелось простить ее и попытаться вернуть все назад, даже принять чужого ребенка. Она так скучает по ней! До боли в душе хочет увидеть родные, любимые глаза. Но глупая гордыня не дает бешенному сердцу забыть обиды, заставляя грустно вздыхать, вспоминая былое. - Хеда, пора! - в покои заглянул слуга, сообщая девушке что ее ждут. Кивнув, шатенка встала и надев маску безразличия, вышла к людям. Аня с самого утра была сама не своя. Малышка нервно расхаживала по дому постоянно подгоняя сонную мать. Весть о намечающемся застолье дошла до них быстро, но вот причина была не ясна. Кларк не хотела никуда идти, но маленькая шатенка заставила грустную женщину оторвать свой зад от дивана. - Ох, Аня! Луна зайдет к нам через пару часов, пир начнется только в обед, милая, у тебя еще есть время. - Кларк устало взглянула на завязывающую шнурки дочку. - Мам, а вдруг мы не успеем? - возмутилась малышка, нетерпеливо притоптывая ножками. - Хорошо. Давай сейчас пойдем к Луне, от нее намного ближе до площади. Блондинка знала, что если эта маленькая бестия уперлась, бесполезно уговаривать, ты либо делаешь, либо не делаешь! - И в кого ты такая! - закатывая глаза, вздохнула небесная, помогая ребенку застегнуть красный плащик. Несмотря на позднюю осень, погода радовала теплом. Накинув на плечи кожаную куртку, девушка открыла входную дверь и выпустив неугомонную дочь на улицу, пошла за ней. - Лунааа!!! - детский вопль оглушил лекаря, аккуратно расставляющего пустые баночки на полке. От неожиданности брюнетка дернулась и потеряв равновесие начала падать. Она бы точно почувствовала своей пятой точкой силу удара, но Кларк вовремя успела ее подхватить. - Луна чуть на землю не упала! - хихикнула проказница, прикрывая маленькой ладошкой ротик. - От двусмысленности этой фразы мне хочется дико смеяться. - выпрямляясь буркнула землянка. Кларк захихикала, прикрывая рот кулаком, но предательские слезы выдавали и не выдержав блондинка отдалась эмоциям, дико хохоча. Аня вторила матери, звонко смеясь и только Луна сердито смотрела на гостей. - А ну, идти сюда! Вздумала смеяться надо мной! - брюнетка схватила Ванхеду и прижав к себе, начала щекотать. Кларк засмеялась еще громче и начала задыхаться. - Перестань! Ха-ха-ха, я, ха-ха-ха, больше, ха-ха-ха не могу! - выдавливая слова, Кларк повисла на лекаре, и девушке пришлось ее держать, обнимая за талию. - Ты мне надоела! - Опомнившись, Луна отпустила небесную и принялась гоняться за визжащей шатеночкой. - Лу, ну пошли! В столице так редко бывают праздники! Ты потом можешь сходить за своими цветами! - ныла художница, сжимая руку подруги. - Кларк, даже Аня перестала нудить. Эти цветы распускаются один раз в год. Это сильный антибиотик, я не могу пропустить этот момент, потратив день на гулянку. Если случилось что-то масштабное, Полис прогудит несколько дней, я все наверстаю завтра, принцесса! - застегивая плотную куртку и закидывая большую сумку на спину, объясняла землянка. Художница вздохнула, она очень хотела вытащить брюнетку прогуляться, но не смогла. - Хорошо вам повеселиться, девчонки! И без происшествий! - погрозив пальцем, попрощалась Луна. - Пока, Лу! - хором ответили Аня с Кларк и проводили грустным взглядом силуэт девушки. - Ну что, котенок, пошли? Нас с тобой ждут приключения! - улыбнулась небесная, беря малышку за руку. - Полис, самый красивый город в мире, мамочка! Командующая поправила красный плащ и смахнула невидимые пылинки. Многочисленные застежки блестят на солнце, боевой раскрас смыт, открывая молодое лицо миру, глаза подведены, от чего кажутся еще ярче, множество искустно заплетеных косичек соединяются в одну большую. Гордая, статная, красивая, она медлено идет к площади в сопровождении советника и стражи. Рукоять меча покачивается при каждом шаге, привлекая к себе внимание. Девушка не решилась оставить оружие, с ним ей спокойней. Аня с любопытством разглядывает интересные вещицы в одном из шатров. Кларк обещала купить ей что она захочет и шатеночка никак не может выбрать. Художница покорно стоит рядом с дочкой, играя пальчиками с ее прядями мягких волос. До них доносится уверенный голос и малышка смотрит в ту сторону, пытаясь что-то разглядеть. - Мам, кто это говорит? - Не знаю милая, я не слышу отсюда. Видимо генерал объявляет начало праздника. - Побежали! Мы же все пропустим! - взмахнув руками, Аня хватает за руку мать и быстро шагает в сторону скопления ликующих людей. Но когда они подходят, голос затихает и народ начинает хлопать, громко крича- Хеда! Кларк замирает и не успевает поймать вырвавшуюся дочь. Услышав знакомое слово, шатеночка бросается в толпу, выкрикивая - Лекса! Лекса! Люди пропускают ребенка, давая ей дорогу, но не замечая небесную. Омега тщетно пытается пробраться сквозь толпу, распихивая людей и получая удары локтей в ответ. Аня вырывается из толпы и выныривает напротив гордо стоящей Лексы. Зеленые глаза безразлично рассматривают людей не обращая внимание на девочку. - Мамочка! - ребенок бросается к альфе, воины дергаются и Лекса опускает глаза, замечая подбегающую к ней девочку. Махнув воинам, она приседает, и малышка обнимает удивленную Хеду за шею, сжимая плащ маленькими пальчиками. - Мамочка! Я так ждала тебя! Всю жизнь ждала, когда ты вернешься с войны! - Аня плачет, радостно прижимаясь к телу шатенки. Шокированная словами Лекса непонимающе смотрит по сторонам. - Детка, я не твоя мама. Где твои родители, зайка? - альфа отстраняет от себя ребенка, всматриваясь в лицо. И тут девушку подкашивает, стоит ей увидеть в ребенке ту, которую она так сильно любит, по которой тоскует израненное разлукой сердце. Та же аккуратная родинка, тот же нос, который малышка мило морщит, волнистые каштановые волосы, переливаются золотом на солнце, а ярко зелено-голубые глаза с любовью смотрят в лицо. Лекса не выдерживает, и притягивает ребенка к себе. Зарываясь носом в шейку малышки, девушка вдыхает потрясающий аромат. Их запах! Этого хватает для того чтобы признать малышку своей, одного вздоха, одного взгляда. Она чувствует как быстро бьется в груди маленькое сердечко, как подрагивает хрупкое тельце от плача, такая маленькая, нежная, беззащитная, она жмется к Лексе, ища в ней любовь и защиту. - Аня! - из толпы наконец появляется Кларк, она тяжело дышит, разыскивая взглядом дочь. Но стоит ей увидеть их, увидеть Ее, принцесса забывает как дышать, закрывая ладонью рот. К ошарашенной Ванхеде тут же подходит воин, спрашивая ее самочувствие. Лекса открывает мокрые глаза и смахивая с них влагу, замечает побледневшую омегу. Мягко отстранив от себя дочку она заглядывает ей в глаза. - Аня, ну ты чего? Теперь я с тобой, я рядом и никуда больше не уйду. - Обещаешь? - всхлипывает малышка. - Даю слово командующей! - положа руку на сердце, произносит шатенка. - Ты покажешь мне свой меч? - забывая о слезах, тут же подпрыгивает девочка. Лекса смеется, поднимаясь на ноги. - Конечно, солнышко, как только придем в мои покои. Лекса дает знак воинам и они двигаются к башне, отгоняя ликующий народ. Она кивает блондинке, давая понять чтобы следовала за ней и взяв дочь за руку, медленно идет. Всю дорогу они шли молча. Кларк тряслась от пережитого шока, Аня подпрыгивала, сжимая руку мамы, Лекса думала лишь о том как бы поскорее все выяснить. В спальню Хеды, они зашли уже втроем. Лекса несла на руках заснувшую малышку, а Кларк шла позади так и не решившись сказать ни единого слова. Аккуратно уложив Аню на большую кровать и укрыв шкурами, Лекса быстро подошла к небесной. Кларк попятилась назад, в страхе сжимая куртку. Движение и блондинка оказывается придавленной к стене. Лекса осторожно оголяет плечо омеги, откинув золотистые пряди назад. Она проводит носиком по светлой коже, вдыхая запах принцессы и чувствуя просыпающиеся давно забытые чувства внутри. Но стоило оторваться от кожи и шатенка кривится, ловя нотки запаха чужого альфы на своей любимой. Счастье от встречи тут же сменяется злобой, ревностью и обидой. - Где второй ребенок, ты оставила его с папашей? - еще спокойно спрашивает шатенка, отступая от омеги. - Какой второй ребенок? Какой папаша? Лекса, у меня лишь Аня, она твоя... - недоуменно разглядывая любимое лицо, хриплым голосом говорит Ванхеда. - Я знаю что малышка моя дочь! Я чувствую ее запах! Кто он Кларк? - Боже, Лекса! Ты не видела меня четыре года и вместо привет, начинаешь допрашивать о какой-то ерунде?! Мне не верится! - разочарованно шипит Кларк, толкнув альфу в грудь. - Я хочу знать его имя?! - рычит Лекса, вновь напирая на девушку. - Да нет никакого другого, Лекса! - вскрикивает девушка и коридор оглушает звук сильной пощечины. Испуганная принцесса сжимает щеку, а кровь из разбитой губы пачкает светлую футболку. - Не смей лгать мне! Я чувствую на тебе запах альфы, причем свежий! Ты моя Кларк! Моя... - Лекса поглощенная яростью бьет кулаком по стене, разбивая костяшки пальцев, но тут взгляд зеленых глаз проходится по разбитой губе художницы, испуганным глазам и Лекса приходит в себя. Древние как планета инстинкты альфы утихают, пелена злости спадает с глаз и шатенка тянется рукой, прикасаясь к щеке омеги. - Кларк, прости! Черт! Что я творю! Принцесса, прости меня! - Хеда падает на колени и утыкается лбом в живот любимой. - Я бываю такой вспыльчивой дурой, не видящей ничего вокруг. Я сделала тебе больно! Прости меня, прошу, если хочешь, я больше никогда не появлюсь в твоей жизни, не потревожу твое счастье, только позволь иногда видеть Аню... - Лекса, какая же ты у меня дурочка! Я так соскучилась, все эти годы я жила с мыслью о тебе! Я ждала тебя, всегда и везде думала о тебе! Ты редкая засранка! - обе девушки тихо засмеялись. - Но я так сильно люблю тебя! Моя Хеда! Принцесса опускается на колени напротив шатенки и обнимает ее. - Я люблю тебя, принцесса, прости меня, за все, прошу. - Я давно простила тебя, родная, ты нужна мне! Пухлые губы накрывают губы принцессы, даря всю нежность, любовь, ласку. Этот поцелуй несет себе намного больше смысла чем слова, передавая силу боли и тоски, желания, счастья. Шатенка подымается и подхватывая небесную под ягодицы прижимает к себе, утыкаясь лицом в ее шею. Слезы вновь застилают глаза и Кларк обхватывает руками голову любимой, поглаживая. Она чувствует влагу от слез альфы, чувствует ее подрагивание, но молчит, давая ей время все осознать, почувствовать, поверить. - Прости меня, девочка моя! Я такая дура! Я опять выбрала действие словам! Я ударила тебя! - содрогаясь от плача произносит, заикаясь альфа и сильнее прижимает к себе любимое тело. - Иди ко мне. - шепчет художница, целуя любимую в губы. Слова больше не нужны, в них нет смысла. Художница не помнит, как оказалась полностью голая на кровати, не помнит, как они добрались сюда, но это не важно. Сейчас есть лишь они, их нежность, любовь, страсть! Непрекращающиеся поцелуи заставляют тихо стонать, истосковавшееся по ласкам тело остро реагирует на каждое прикосновение, поцелуй, укус. Горячие губы повсюду, они изводят, доставляя неописуемое блаженство, пальчики аккуратно теребят затвердевшие сосочки, сменяясь языком, а возбужденный член изредка касается клитора, от чего хочется развести ноги еще сильнее. - Я люблю тебя, люблю, люблю, люблю! Прости... - бархатный голос заполняет душу. Они обе вздрагивают, когда член входит в истекающее лоно, растягивая стеночки. - Ах, как в первый раз... - стон боли с удовольствием. Лекса на мгновение останавливается, давая им время привыкнуть. Движения быстрые, требовательные, сильные. Комнату заполняет запах секса, звук трущихся тел, стоны, все сливается воедино, не прекращаясь ни на секунду. Блондинка выгибается в спине, когда сильный оргазм накрывает тело, а резкая боль в области шеи заставляет зашипеть. Она снова ее, она снова пахнет ей, они вместе, теперь уже навсегда.