№2. Тот самый фрагмент
***
Я живу во «взрослом» мире. Самый обычный Взрослый принц. Ни лётчиков, ни роз. За исключением маленькой, но важной детали. У меня есть Лиса. Она всегда рядом со мной, и кажется, я счастлив. Все мои плохие дни за спиной. — Эй, Принц. Обернись.
***
— У меня короткая линия жизни, — говорит она. — Чёрт побери. Мы лежим под одеялом на подушках, заменяющих нам матрас. Сейчас утро. Она разглядывает свою ладонь. Ей семнадцать лет; рыжие волосы. Очень пристально разглядывает свою ладонь. — Чёрт побери…
***
— Принц, — выдыхает она клуб дыма изо рта, лёжа на кухонном столе. — М? — Только и смог спросить я, не отвлекаясь от монитора и сидя на кухонной тумбочке, рядом с конфоркой, удерживая на коленях ноутбук одной рукой, другой набираю очередной бессмысленный текст. — Мне снова нравятся девушки с острыми чертами лица. — Лиса вновь затянулась.
***
— Я палец обожгла, — жалобно говорит Лисица, смотря на руку. - Как так? — Интересуюсь, наблюдая за взглядом возлюбленной. — Фасоль доставала. - Пальцами небось? — Спрашиваю я, улыбнувшись.
***
— Экспеллиармус! — Зачем ты это делаешь? Это крабовая палочка. — Авада кедавра! — Кидает палочку в лицо. — Ай!
***
Семнадцать мёртвых котов. Семнадцать.
Именно столько я насчитал котов, кошек, котят вместе взятых, живших в сарае вплоть до 1903 года.
***
Я стал забывать пейзажи набережной, где тебя никогда не было. Где меня никогда не будет. Пейзажи, которые веками не меняются в глазах слепых.
***
Без тебя мне ни сна, ни теплой кровати и даром не надо. Лучше бессонница на холодном полу, Но с тобою Рядом.
***
О сериале «Игра престолов» Я и Лиса лежим на диване, укрывшись пледом, и наблюдаем совсем близко за фэнтезийным любовным романом. Фактически мы лежим в одной постели с любовниками и видим всё, что эти голубки делают. Мы — часть их отношений, но эти любовники не совсем обычные. Кинорежиссер и его картина. Посмотрев на меня и Лису сейчас, вы увидите пару, которая тихо лежит и очень внимательно смотрит сериал. Но лично я не смотрю простой драматический телесериал, я смотрю страстную любовь: каждый её кадр — поцелуй или ласка кинооператоров, а каждая сцена — вспышка настоящей страсти сценаристов. Человеческая любовь по сравнению со страстью искусства, при которой воссоздаётся видение Джорджа Мартина, кажется частью ледяной стены, скелетом Белого ходока, что лежит на боку у Севера за стеной.
***
Пара читает «одиночество» в унисон, найдя пристанище в небольшой кухне и готовя кофе, позволяя сердечной мышце выбивать неровный такт прямиком о ребра от одного взгляда друг на друга. Лиса сидит на его коленях, поглаживая голову, и слышит, как противоречиво горячее дыхание кощунственно холодного по отношению к ней человека обжигает кожу шеи, а губы в этот момент осторожным шёпотом вторят: «Всё будет лучше, чем ожидаем». Принц в очередной раз ловит девушку в дверном проёме, когда она, показывая свой лисиний нрав, торопливо застёгивает пуговицы на рубашке, чтобы уйти. Но также в очередной раз позволяет коже вбирать касания мужских пальцев, в с е г д а возвращаясь обратно в родные объятия и не понимая, как можно уйти. Возлюбленные снова спорят. Так воодушевленно и до сбитого дыхания пылко. Лиса спорит и понимает, что уже давно сдалась, готовая стиснуть своего фаворита в самые прочные объятия и не отпускать, как бы награждая столь сладкой местью за несговорчивость. Рыжеволосая любит Принца просто потому, что ей не нужно несколько глотков спиртного, чтобы ощутить, как земля медленно движется под ногами, потому что влюблённой достаточно одного прикосновения его губ ко лбу, улыбки. Взгляд – эффект ещё более оглушающий. И она ловит раз за разом себя на мысли, что этот парень – тот самый ориентир и ради него можно и созвездья погасить, чтобы больше не смотреть вверх. Упаковать луну и солнце разобрать. Слить в чашу океан и лес начисто подмести, потому что всё, что Лисе нужно, девушка находит в своём личном принце.
