Любовь в её душе

Наконец-то мне хватило смелости. Мне было сложно принять себя. Все это время мне трудно было разобраться в себе — я делала больно людям и себе, но в итоге вновь пришла к тому же, с чего начала. Но это была уже обновленная версия меня. Я перестала быть той маленькой девчушкой, которая бегала за парнем и пыталась обратить его внимание на себя разными способами. Я стала девушкой, которая действительно влюблена в парня, и это чувство греет душу, ведь не многие могут его обрести: кто-то просто не способен полюбить. А я испытываю это чувство и я счастлива. Морально я прошла через многое, и, казалось бы, из-за обычной влюбленности. Никогда бы в жизни не подумала, что такое возможно. Теперь я верю в то, что любовь меняет мир. Разговор не о любви между мужчиной и женщиной, а о любви как об обобщающем аспекте. Любовь — начало и конец существования людей. Всю жизнь человек во что-то влюблен, будь то запах, исходящий из булочной, мимо которой он каждый день проходит по пути на работу или чай, который он на протяжении уже нескольких лет пьет в одно и то же время. Мир создан таким, что в нем есть все, что людям может нравиться: цветы, ароматы, еда, одежда, сами люди. Но иногда случается так, что сначала мы не сразу понимаем, что это то, что нравится. Когда я была маленькая, попробовав гречневую кашу, сразу поняла, что не буду есть это блюдо никогда, но сейчас я влюблена в него. Если бы мне дали выбор, дорогое мясо или гречневая каша, я бы выбрала второе. Кажется, с Бен Бекхеном случилась такая же история. Я не уверена, что все еще могу полностью доверять ему, но это то, что я хочу делать. Да, я хотела этого и раньше, но сейчас мои глаза открыты, и я не в розовых очках, поэтому могу действовать рационально, и если что-то будет не так, то я буду это исправлять. Я не могу потерять все это, ведь чтобы приобрести эту улыбку на своем лице, я пережила действительно многое. Я поняла, что моё тело не идёт туда, куда не ведёт моё сердце. Когда я отправила смс-сообщение Юн Джину, с плеч словно свалился груз. Я еще не получила его ответ, но мне уже было легче от того, что я переступила через себя и сделала это. Прошло несколько дней, а ответа от Юн Джина я так и не получила. Может быть, он смирился и просто оставил меня в покое? Я надеюсь на это, но меня все равно не покидает чувство тревоги и с каждым днем оно возрастает. — Будьте добры, в больницу Бумин, — сказала я таксисту, когда села в машину. При этом я говорила с Кан Ми На и рассказывала ей последние новости из своей жизни. Я так была вовлечена в разговор, что не заметила, как доехала до больницы. Все еще разговаривая по телефону, я поднялась на нужный этаж, но как только завернула за угол, то остолбенела и повесила трубку. Прямо около палаты Бенхена, облокотившись на стену, стоял Юн Джин. В его руках был белый пакет: скорее всего он что-то купил в кафетерии больницы. Посмотрев по сторонам, я маленькими шажками подбежала к нему, схватила за рукав его джинсовки и отвела в другую сторону, подальше от палаты. — Ты что тут делаешь? — возмутилась я. Как он так просто может приходить в больницу к незнакомому человеку? — Слышал, что твой возлюбленный попал в аварию, вот решил навестить его, — ответил он и вдруг наклонился ко мне, приблизившись к моему лицу. — Ну, а также я тут по делу. Как ты знаешь, я прохожу практику в институте уже четвертый месяц. Мне тут дали дело о том, что какой-то пьяный сбил девушку. Я должен буду защищать ее в суде, а сюда пришел за показаниями, — с некой усмешкой говорил парень прямо мне в лицо, после чего выпрямился. — Ты серьезно? Ты никогда не говорил, что учишься в этом направлении. Я… я всегда думала, что ты говорил о практике у отца, думала, ты пошел по его стопам в театр, — я была в шоке от услышанного, но пыталась держать себя в узде. — Ну прости, я тоже многого о тебе не знал, — улыбнулся он, после чего развернулся и пошел к палате. — И с таким козлом я еще встречалась? — выговорила я от злости и пнула ногой пол. — Этот козел был действительно влюблен, и этому козлу сделали очень больно, поэтому этот козел хочет тоже сделать больно, — не поворачиваясь, сказал Юн Джин и остановился около палаты. Когда он зашел в палату, я следом же забежала в нее, но там никого не было. Мы стояли в полуметре друг от друга с Юн Джином, но это не радовало меня. Я не знала, что он может быть таким человеком. Сейчас на нем была странная улыбка, которая вызывала у меня мурашки. Я пыталась понять, настоящая ли она? Или настоящей была та, которую он дарил мне каждый раз, когда мы с ним виделись. Где его маска? Сейчас или тогда? На что, действительно, способен этот человек? Пока я была в раздумьях, я не заметила, как в палату вошел Бекхен. В его руках была какая-то еда, и он, даже не обратив на нас внимания, сел на кровать и начал есть. — Здесь оказывается такая вкусная еда, никогда бы не подумал, — пробубнил он с забитым ртом. Это явно привело в расплох Юн Джина, но он сконцентрировался, поставил пакет на кровать и хотел что-то произнести, но Бен тут же полез в пакет и, найдя там еще еды, спросил, ему ли это, и вновь начал есть. — Я по деловому вопросу тут, — откашлявшись, сказал Юн Джин. — Вы адвокат? Я не понимаю, как такое случилось, но признаю, что я действительно виноват. Однако можно как-нибудь сделать, чтобы получить минимальное наказание? — на одном дыхании проговорил Бен. — Да, я адвокат, но не ваш. Я буду защищать девушку, которую вы сбили. Как только Бекхен услышал это, то перестал жевать и закрыл рот рукой, поняв, что сказал много лишнего. Он медленно перевел взгляд на меня, после чего на Юн Джина, затем вновь на меня. Атмосфера была напряженной, но еще больше ее накалил наш адвокатишка, когда достал из внутреннего кармана свою визитку и протянул ее Бену. Из-за того, что он только что прикрывал рукой рот, она была грязной от еды, поэтому он вытер ее об свою пижаму и взял визитку. Я первый раз видела этого парня таким неопрятным. Было странное ощущение, словно он открылся мне с новой стороны, но как только он прочитал визитку и встал, я узнала в нём прежнего Бекхена. Он стал достаточно серьезным и сосредоточенным. — Я не скажу вам ни единого слова, — произнес Бекхен, после чего попросил удалиться Юн Джина. — Это ваше право, но думаю, что нам еще много раз придется встретиться, господин Бен, правда, Ын Ра? — сказал Юн и обернулся ко мне. — Выметайся! — прокричал Бекхен и вытолкнул из палаты его. — Вы знакомы? Это ты подстроила? — Что? — удивилась я. — Ты действительно так подумал? Ты вообще в своем уме? Как я могла такое сделать? Совсем спятил уже от этой больничной еды? — разозлилась я и на одном дыхании задавала эти вопросы и продолжила бы в том же духе, если бы Бен не обнял меня. — Прости, — проговорил он и начал гладить меня по волосам. — Прости, эта новость просто вывела меня из себя. Я никогда не смел бы подумать о тебе такое. — Он отстранился и коснулся руками моего лица. — Прости, ладно? — вглядываясь в глаза, сказал он, после чего поцеловал меня в лоб. — Ты останешься на моей стороне, даже после того как узнала правду обо мне? — спросил парень после нашего продолжительного молчания. — Ту, в которой ты сбил человека? — переспросила я, и он положительно кивнул. — Я знаю, что ты совершил преступление, но это была твоя ошибка, ты признал ее. Я всегда останусь на твоей стороне, и хотя я не уверена во многом в этой жизни, я совершенно точно знаю, что люблю тебя и буду продолжать любить. Несколько недель Бекхен провел еще в больнице: он должен был полностью восстановиться перед тем, как предстанет перед судом. Его посещали уже многие следователи и адвокаты, в том числе и Юн Джин. Когда приходил последний, я всегда переживала, но Бекхен не разрешал мне находиться в палате. Он все еще не знает, что связывает меня и этого адвоката. Я хочу рассказать, но боюсь его реакции. Возможно, когда-нибудь я сделаю это. Я не была в курсе дела, которое вращалось вокруг Бекхена: он посвящал меня лишь в малую часть и говорил, что мне не стоит волноваться и что скорее всего ему дадут лишь условно, но это не успокаивало меня. То напряжение, которое было во мне, все еще присутствует. Все, происходящее сейчас, было для меня туманным. Было ощущение, что это сон, и стоит мне открыть глаза, как я окажусь в своей съемной квартире, мне позвонит Юн Джин и скажет, что стоит за дверью с моим любимым кофе. Но сейчас этот человек настолько озлоблен на меня, что готов пойти на крайние меры. Если посмотреть на эту ситуацию с другой стороны, то я его понимаю. Он встал на сторону справедливости, но Юн Джин готов сделать так, чтобы наказание было особенно суровым. Бекхена никто не освобождал от наказания, но он должен понести то наказание, которое заслуживает, а не то, которое ему навяжет Юн Джин. Мне хотелось выть от безысходности, потому что я ничем не могу помочь, но если бы я начала еще и плакаться, это только ухудшило б ситуацию. Хоть кто-то должен здесь держать себя в руках. Сегодня была выписка Бена из больницы. Его раны наконец зажили, но шрамы остались. По прогнозам доктора от них придется избавляться очень долго. Бекхен должен был еще получить список лекарств, поэтому находился в кабинете доктора, а я в это время собирала его вещи. При выходе из палаты я ненароком с кем-то столкнулась и все пакеты полетели вниз. — Прости, — услышала я знакомый голос и подняла голову. Передо мной стоял Сехун. Он выглядел странно, словно в нем что-то изменилось. Я долго не могла отвести от него взгляд, пытаясь понять, что не так с этим парнем, пока кто-то не щелкнул передо мной пальцами. — Привет, брат, — обратился он к Бекхену, который подошел к нам. — Как ты? Все хорошо? — Тот положительно кивнул. Сехун приехал забрать Бекхена из больницы и отвести его домой. Весь путь, пока мы ехали, я все еще разглядывала Сехуна. В нем определенно было что-то не так, но я никак не могла понять, это просто ломало мне мозг. Казалось, он был таким же как всегда, но в нем появилось что-то еще. — Я сейчас начну ревновать, — склонившись к моему уху, прошептал Бен. Я перевела взгляд с Сехуна на его брата и улыбнулась, но после этого вновь посмотрела на О Сехуна. — Ну, серьезно, — вновь проговорил парень и рукой дотронулся до моего лица, после повернул его к себе и поцеловал меня. — Тебе не кажется, что в нем что-то поменялось? — отстранившись, шепотом сказала я, чтобы Сехун, который сидел за рулем, не услышал этого. — Так, меня это уже напрягает, — также шепотом сказал он. — Сех, с тобой что-то произошло? Прям поменялся весь, — громко обратился Бен к брату, из-за чего я его тут же ударила. — Что? — Да нет, ничего не случилось. Просто я, кажется, скоро стану папой, — проговорил он, после чего резко замолчал, а потом заулыбался. От удивления мы не могли сказать и слова. Теперь я поняла, что в нем было не так. На его правой руке красовалось обручальное кольцо, а он сам весь день сдерживал себя, чтобы не сообщить это нам. Я видела, что он хочет что-то сказать, но никак не решался. — Я надеюсь, что ты счастлив, — сказала я и дотронулась до его плеча. Он своего рукой накрыл мою и положительно кивнул. — Ну хватит, — забрав мою руку с его плеча, промямлил Бекхен.