Я здесь главный

POV Caroline Полёт до Рима был долгим. Клаус признался мне, что не спал минувшей ночью, так как ездил в банк за документами и улаживал другие дела перед отлётом из Америки. Поэтому, как только мы взлетели, он вернул мне обручальное, или правильнее сказать помолвочное кольцо, обнял меня и заснул мёртвым сном. Я не смогла разбудить его, даже чтобы поесть. Так он и проспал все семь часов полёта. Мне удалось растолкать его только, когда мы приземлились в аэропорту Рима. Но и это оказался вовсе не конечный пункт нашего путешествия. Из Рима стыковочным рейсом мы сразу отправились в Триест. А оттуда на такси поехали на побережье. Клаус предусмотрительно нанял водителя, не говорящего по-английски. Единственное, что он мог понять - это цену вопроса и название города. — Почему Лидо-Ди-Езоло? — меня действительно волновал этот вопрос, я слышала о множестве курортов в Италии: Сан-Ремо, Портофино, Сорренто, Салермо, Неаполь, Венеция... Но о Лидо-Ди-Езоло я ничего не слышала... — Это мало известный курортный городок в Италии, но крупный, там много туристов, и при этом нет лишних экскурсионных толп... — Клаус подтвердил мою догадку о неизвестности курорта. — Но почему тогда ты не выбрал какое-нибудь захолустье, маленький аккуратный городок, например, в Тоскане? — по своему обыкновению продолжила допытываться я. — Потому, что в этих маленьких городках все друг друга знают, и появление парочки американцев сразу вызовет ненужные сплетни, Кэролайн. Пойдут слухи... — ответил, как будто это само собой разумеется. — А в Лидо-Ди-Езоло? — не отставала я, но Клаусу, похоже, нравилось моё любопытство. — Если гипотетически представить, что люди Майкла вычислят нашу поездку в Италию, никому не придёт в голову, что мы отправились в этот городок. Даже, если они найдут наш след в Триесте, то сто процентов решат, что мы рванули в Венецию. Именно поэтому, любовь моя, я выбрал Лидо-Ди-Езоло. — он явно был доволен собой. — Город не шумный, но цивилизованный. И там до нас никому не будет дела, как до всех остальных туристов. А главное, там мы не рискуем наткнуться на какие-нибудь посторонние глаза из экскурсионных групп. — на этом Клаус хитро улыбнулся, я думала, он исчерпал свои аргументы, но у Клауса всегда в рукаве запасной туз: — К тому же этот городок нам стратегически подходит. Оттуда мы в любой момент можем метнуться в Венецию, или переехать во Францию, или Швейцарию, это север Италии и граница недалеко. — А ты там раньше бывал? — задала логический вопрос, Клаус явно хорошо знал эту местность. — Однажды, ещё в студенчестве, и совершенно случайно. Я был на фестивале в Венеции, переборщил с алкоголем, затесался в случайную молодёжную кампанию, они затащили меня на паром, а потом мы поехали на побережье и там прямо на пляже набухались нереально. — Клаус озорно хмыкнул при этом воспоминании. — Утром, когда я проснулся, я не мог понять - где я? Выяснилось, что в Лидо-Ди-Езоло. И тогда я из любопытства побродил по городу до вечера, а потом сел на автобус и с последним паромом вернулся в Венецию. — А кто-нибудь знает об этом путешествии? — наверное, с Клаусом я и сама стала параноиком, поэтому не могла не задать этот вопрос. — Только те итальянские парни и их девушки. Но они, как я понял, были студентами из Рима, никто из них не жил в Лидо-Ди-Езоло. И вряд ли кто-то из них меня сейчас узнает, даже если мы столкнёмся лоб в лоб. Я тогда был по-юношески худым, с волосами до плеч и с жуткой рыжей бородой, ну знаешь, как эти хиппи... — при воспоминании Клаус снова тихонько засмеялся. — Правда я вовсе не подражал хиппи, я шифровался от отца и братьев, я даже назывался тогда другим именем. — И каким же? — Томас! — со смешком выдал Клаус. — Томас? Почему Томас? — вот тут он меня окончательно удивил. — Не знаю, решил, что Томаса отец точно искать не станет. Самый неординарный выбор имени с моей стороны. Так что и те студенты знали меня как Томаса. Моё настоящее имя в Италии не знает никто. — А что, если Майкл поднимет историю твоих путешествий, и вычислит Италию? — Ну тогда он вычислит ещё как минимум полсотни стран, милая! Я тогда очень много скитался по миру, да и после по делам бизнеса облетал не мало стран... — Расскажи мне о Лидо-Ди-Езоло? — я с воодушевлением уставилась на Клауса, периодически отвлекаясь на кукурузные поля за окном и маленькие итальянские деревеньки.. До этого момента мы разговаривали полушёпотом. Несмотря на то, что таксист не говорил по-английски, Клаус всё равно не хотел, чтобы он слышал даже отрывки фраз, мало ли, что запомнит. Но когда он начал рассказывать мне о Лидо-Ди-Езоло, то стал говорить в полный голос. Майклсон всегда был отличным рассказчиком, и в этот раз он так затянул меня своими описаниями города, его пляжей, отелей, что я заслушалась и не заметила, как мы доехали до места назначения. Из-за разницы во времени мы фактически снова оказались посреди солнечного дня, почти в такой же промежуток, как и вылетели из Нью-Йорка... Таксист высадил нас в центре курортной зоны. И мы зашли в первый попавшийся отель, что нам приглянулся. По правде сказать, это был даже не отель, а небольшой пансионат для семейных пар. Как сказал Клаус, главное достоинство этого места - это всего одна камера на ресепшене и та допотопная. Это был небольшой номер-студия, со встроенной кухней, огромной кроватью и отдельной ванной комнатой. Он был скромным, но уютным и чистым. — Прости, любовь моя, пока придётся ограничиться этим. Я не хотел бы рисковать в дорогом отеле, там лучше охрана, кругом системы видеонаблюдения, куча американцев и англичан, мало ли на кого наткнёмся... Да ещё и данные о постояльцах отправляют в иммиграционную полицию... — он виновато выдохнул. — Арендовать виллу я тоже не могу, слишком заметно... — Всё нормально, Клаус. — мне хотелось его успокоить. Я понимала, он привык к роскоши, и мне хотел дать всё самое лучшее. — Клаус! — я подошла, положила руки ему на плечи и посмотрела в глаза. — Мне достаточно того, что мы вместе и в безопасности, и номер чистый. Остальное неважно. Поверь, всё, что ты делаешь... Как ты решаешь наши проблемы... Я очень горжусь тобой... — я, едва касаясь, поцеловала его в уголок губ. — Кэролайн... — скорее прохрипел, чем сказал он и в ответ прижал меня к себе. О, это была его излюбленная медвежья хватка. — Я всегда буду защищать тебя, со мной ты в безопасности, я всё сделаю для этого... — пообещал он. И я знала, что так и будет. Клаус мог быть жестоким, подлым и беспринципным. Но я уже проверила на себе, что если его не провоцировать, то он может быть и чутким, нежным, заботливым. Во всяком случае со мной. К тому же после инцидента в Чикаго, и его попытки наглотаться таблеток после, я точно знала, что Клаус больше никогда не поднимет на меня руку. Скорее снова отравится, или сотворит что-нибудь подобное с собой. Но меня больше не обидит. — Я всегда буду заботиться о тебе... — он продолжил шептать мне на ухо, и я почувствовала, как Клаус втянул носом запах моих волос, а потом обрушил на меня хаотичные поцелуи. Он целовал моё лицо - кончик носа, глаза, щёки, пока не добрался до губ. Он провёл языком по моей нижней губе, как бы прося разрешения продолжить, и я ответила ему. Мы целовались долго и страстно, соревнуясь друг с другом языками. Руки Клауса бродили по моему телу, мои ласкали его шею, зарывались в волосы... — Мне нужно в душ и я хочу есть... — выдала я, когда мы оторвались друг от друга, чтобы отдышаться. Не знаю, как я смогла думать о чём-то ещё в такой момент. Это вышло само по себе. — Хорошо, любовь моя! — засмеялся Клаус от моей непосредственности. — Мы можем принять душ, а потом сходим куда-нибудь поесть. Здесь куча хороших ресторанчиков. — он игриво подмигнул мне и чмокнул в губы. Я улыбнулась от его нежности. — Ну что, приступим к водным процедурам? — Клаууус! — завопила я, когда он перекинул меня через плечо и потащил в ванную. Впрочем, я не сопротивлялась, я знала этого Клауса, возбуждённого и темпераментного, которому бесполезно отказывать, так или иначе он возьмёт своё... Но я и не против. Тем временем в Чикаго в бывшем кабинете Никлауса — Кол, мне почудилось, или это и правда ты? — Майкл по такому случаю даже встал из-за стола и с наиграно распростёртыми объятиями вышел навстречу сыну, но в паре метров остановился, выжидающе уставившись на него. — Отец, я пришёл извиниться. Я был не прав. — сухо ответил Кол, неподвижной статуей застыв у двери. Парень специально подгадал так, чтобы Майкл был один в кабинете, без амёбного Финна и слишком подозрительного Элайджи. — Да ну? А где же пафос? Где самоотверженная преданность Никлаусу? Где бравада о том, что он один гений, а мы тут все идиоты? — забросал его издевательствами Майкл, стоя напротив и театрально жестикулируя руками. — Я ошибся. — для достоверности Кол виновато опустил глаза, и засунув руки в брюки, продолжил. — Я долго думал, всё проанализировал, и понял, что у Клауса нет шансов. — Ого! — громко выдал Майкл. — И ты, поджав хвост, прибежал ко мне, мальчишка! Впрочем, ты никогда не отличался ни умом, ни принципами... — Майкл, кажется, стал успокаиваться и, похоже, начал верить в истинное раскаяние нерадивого младшего сына. "Проблема Майкла всегда была в том, что он охотно верил в то, что ему выгодно", — подумал Кол, но вслух продолжил унижаться. — Я понимаю, что Клаус загнан в угол, и в ближайшее время ты его найдёшь и на этом всё закончится. Я же привык к хорошей жизни, и я не хочу из-за этой беготни остаться ни с чем... — продолжил подхалимничать он. — Узнаю тебя, Кол! Всегда больше всех дрожал за свою шкуру! — ехидно отметил Майкл, затем походкой победителя вернулся за рабочий стол, по-царски развалился в кресле, и тогда продолжил: — Но ответь мне на один вопрос - зачем ты мне нужен? Какая теперь от тебя польза, когда всю грязную работу уже делают другие? Кол был готов к этому вопросу, поэтому не заставил себя ждать с ответом. — Ты прекрасно знаешь, отец, что большинство крупных сделок, которые заключал Никлаус, завершал я. Ни Финн, ни Элайджа понятия не имеют о половине наших самых значимых партнеров, я уже не говорю о реальных оборотах компании, филиалах в Америке и Канаде. Я нужен вам, хотя бы для того, чтобы разгрести всё то дерьмо, что обрушится на фирму после официального объявления об исчезновении Клауса. И буду нужен после, чтобы сохранить наших совместных с Клаусом партнёров и удержать фирму на плаву! Когда Кол закончил, Майкл долго молчал и прошивал его взглядом. Понятное дело, он всё обдумывал. И как бы он сейчас не относился к Колу, Майкл и без его выдающейся речи осознавал, что младший прав, и только Кол в курсе большинства сделок Никлауса. — Хорошо... — спустя долгих пятнадцать минут Майкл прервал молчание, которое уже стало гнетущим, учитывая, что Кол всё это время стоял у дверей, как провинившийся школьник. — Так ты согласен вернуть меня в компанию? — осторожно спросил парень. — Допустим... — сделал шаг навстречу Майкл. — И какие твои предложения? Кол довольно улыбнулся, решительно подошёл к столу отца и приземлился в кресло напротив. — Для начала я должен вернуться в главный офис в Лондоне! — уверенно заявил он. В Италии POV Caroline В ресторане мы пробыли недолго. Попробовали местный овощной суп, традиционные спагетти, заказали даже морепродукты. Меня удивляла моя потребность в еде, особенно, когда я выпила немного красного виноградного вина, а после потребовала заказать мне ещё кофе, сыра, и зашлифовала всё это апельсиновым соком. — Я думал, я голодный, любовь моя! Но твоему аппетиту сегодня могу позавидовать даже я. Заказать ещё что-нибудь? Может тушёной или жареной рыбы? — подразнил меня Клаус. Но как только он упомянул рыбу и я отчётливо представила её запах, как у меня скрутило желудок. — Клаус, мне нужно в дамскую комнату. Я сейчас! — практически выкрикнула я в конце и понеслась в туалет. Я едва успела заскочить в кабинку и меня вырвало. — Милая, открой! У тебя всё хорошо? — Клаус постучал в двери туалета как раз тогда, когда я выблевала весь свой ужин. Что съела, всё пошло в унитаз. — Любовь моя, открой, я волнуюсь за тебя! — по голосу я поняла, если сейчас не отзовусь, он вышибет дверь. — Я уже выхожу, подожди меня снаружи! Всё нормально! — выкрикнула я и спустила воду. Я подошла к раковине умыться и испугалась своего отражения в зеркале. Бледная, как мертвец, с тёмными кругами под глазами, сами глаза тусклые, губы, напротив, кроваво красные, видно от притока крови. Я всё же сполоснула лицо, прополоскала рот и вышла. Клаус ждал меня в коридоре. По моему неважному виду он сразу всё понял. — Я сейчас разнесу всю их забегаловку, если они отравили тебя, sweetheart! — на людях мы договорились не называть друг друга по имени. У Клауса с этим проблем не было. А вот я не знала, как к нему обращаться. — Всё в порядке, дорогой! — единственное, что пришло мне в голову. — Еда тут ни при чём, я просто устала, и переволновалась... — я подошла и обняла его, прижавшись к его груди. Он крепко обнял меня в ответ. После этого мы рассчитались и покинули ресторан. Клаус предложил погулять по набережной. На город опустились сумерки, дневная жара ушла, и с моря навевало приятной прохладой. Мне же было не до курортных красот. Мне не давала покоя одна мысль. И я попросилась домой. По дороге в наш пансионат мы зашли в аптеку. И пока Клаус покупал мне таблетки от желудка, я потихоньку умыкнула со стеллажа коробку с тестом на беременность. Я никогда раньше ничего не воровала, даже пустой спичечный коробок, поэтому на выходе я бросила пятьдесят долларов в банку для чаевых. Клаус удивился, но ничего не сказал. Наверное уже привык к моим периодическим закидонам. В отеле я, не говоря ни слова, на подкашивающихся ногах бросилась в ванную, дрожащими руками я защёлкнула дверь и снова обнялась с унитазом. Не знаю чем, но меня снова вытошнило. Клаус волновался и долбился в комнату. — Кэролайн, пожалуйста! Кэролайн, открой, или я выбью эту чёртову дверь! — то ругался, то уговаривал он. — Клаус, можно я хотя бы пописаю в одиночестве! — зло выкрикнула я, смыв воду в унитазе, я действительно попыталась пописать на злополучный тест. — Кэролайн, не ври мне, тебя снова тошнит! — не унимался Клаус. Как же меня сейчас бесило это его непрошибаемое упрямство. — Во-первых, даже если меня и стошнило, ты мне ничем не поможешь! — огрызнулась я. — А, во-вторых, в этот самый момент я на самом деле пытаюсь пописать, и я хочу это сделать в одиночестве, а ты мне мешаешь! В ответ я услышала дикий громкий смех. — Любовь моя, мне с тобой никогда не придётся скучать! — выкрикнул Клаус уже откуда-то из глубины комнаты. — Если не трудно, лучше сходи и купи какой-нибудь еды. Боюсь, что во мне больше не осталось ужина и я снова жутко голодна! — прокричала я в ответ. — Хорошо, я быстро! — на этот раз он не стал испытывать моё терпение. Если честно, еда - это меньшее, о чём я сейчас могла думать. Меня вообще тошнило от одной мысли о еде. Но мне нужно было с помощью какой-то хитрости отвлечь Клауса и отправить его из номера, чтобы в тишине дождаться результатов теста. Я сидела на кровати, поджав под себя коленки и уставившись на две синие полоски, когда в номер с кучей пакетов зашёл Клаус. — Я не знал, что ты захочешь поесть, поэтому купил всего понемногу. — отчитался он и поставил пакеты рядом с холодильником. Однако, не услышав в ответ ничего, Клаус обернулся ко мне. Его деловитое и приподнятое настроение как рукой смыло, когда он увидел меня. — Что с тобой, Кэролайн? Клаус в два шага оказался рядом и потянулся, чтобы обнять меня, но на полпути его взгляд зацепил пластмассовый тест у моих ног. Он сориентировался в мгновение. Подхватил его, внимательно посмотрел и поднял на меня ошарашенные глаза. В чём-то другом, но в проницательности Клаусу никогда нельзя было отказать. Конечно, он всё понял. — Кэролайн, это правда? — резко охрипшим голосом спросил он, я кивнула, и он расплылся в улыбке со своими милыми ямочками на щеках. Сейчас он напоминал счастливого озорного мальчишку. — Боже, sweetheart! — бархатно выдохнул он и заключил меня в свои медвежьи объятия. Я и опомниться не успела, как он стал целовать меня во все возможные места. — Клаууус! — удивилась я, отбиваясь от его поцелуев. — Чему ты радуешься? — неужели он не понимал, какая обуза для нас сейчас ребёнок. — У нас будет ребёнок, дурочка! — радостно выдал он и чмокнул меня в губы. — Я так этого ждал! — Что? — а вот это было неожиданно. Клаус, видимо, тоже понял, что выдал себя, и замер. Потом немного отстранился от меня и сел рядом. Его лицо было пунцово-красным. И это стало для меня нереальным шоком. Чтобы сам Никлаус Майклсон и покраснел?! Наверное, в Италии завтра пляж засыпет снегом. — Я правда очень хотел, чтобы у нас был ребёнок, Кэролайн... — признался Клаус, в этот момент у него отчего-то было жутко виноватое выражение лица. И я сразу вспомнила все те разы, когда мы не предохранялись, и я всё поняла... — Так ты всё делал специально? — воскликнула я. — Кэролайн... Ты всё не так понимаешь... — стал оправдываться Майклсон, опуская глаза. — Ну а как я должна понимать, ты же и правда делал всё, чтобы я залетела... — сказала я улыбаясь, в моём голосе не было упрёка или осуждения. Увидев его счастливую реакцию на мою беременность, я и сама почувствовала, что хочу этого ребёнка. Хотя вопрос нашей безопасности всё ещё тревожил меня. — Кэролайн, я... — стал снова пытаться найти оправдание он, но я перебила. — Я не об этом! — я взяла его за руки и посмотрела в лицо. — Клаус, я боюсь, что моя беременность всё осложнит ещё больше, мы и так в бегах, нас хотят убить... — Кэролайн, — он крепче сжал мои руки в своих. — Неужели ты так и не поняла, насколько ты важна для меня. А теперь ещё и наш ребёнок. — начал он, и от его тона я застыла. В нём было столько откровения, нежности, самоотдачи. — Я всю жизнь был один. У меня не было мотивации идти дальше, стараться, чего-то добиваться. Я жил по инерции, прожигая жизнь. Конечно, у меня была одна цель - избавиться от гнёта Майкла, но у меня ничего не выходило, и теперь я понимаю почему... — Почему? — на автомате спросила я. — Мне не за что было бороться, Кэролайн. А теперь у меня есть вы... — он оторвался от моих ладоней и обхватил мой живот. — Как ты не понимаешь, с тех пор, как ты появилась в моём офисе и отчитала меня, как мальчишку, с того самого момента ты стала моей семьёй. Хоть тогда я этого ещё и не осознавал... — он издал короткий смешок, я улыбнулась вместе с ним, вспоминая не очень приятную сцену нашего знакомства. — Ты тогда был невыносим, такой напыщенный, высокомерный... — напомнила я. — Я бы тоже никогда не подумала, что мы будем вместе... — Но мы вместе! И это главное, Кэролайн! Вдвоём мы справимся! Одному мне незачем бороться. Ты же меня мотивируешь жить и бороться дальше!