Может их влюбить друг в друга?

Здравствуйте, товарищи! Спасибо за то, что читаете эту парашу. Ахах. Это что-то вроде маленького бонуса, написанного с телефона) ______________________________ POV Тсунаёши       После окончания уроков, я, как мне было велено, пошёл убирать во всех классах, в которых у нас были уроки. Ох. Как же мне хочется сбежать. Но тогда Хибари-сан убьёт меня, а нам с ним еще жить.       Убираясь в кабинетах, я и не заметил того, как наступил вечер. Из окон школы виден прекрасный закат. Оранжевое небо хорошо сочетается с деревьями, особенно с заканчивающей свой сезон цветения сакурой. Красиво. Надеюсь, я еще успею полюбоваться этим великолепие из своей комнаты. Надо быстрее бежать.       Не успел я выйти из школы, как мне позвонили. Это был отец. Он попросил меня зайти в магазин и купить продукты по списку, который он мне вышлет в смс. Так, посмотрим. Отлично! Я на это час потрачу! Надо ускориться! Думай о прекрасном закате. Беги же!       К счастью, в магазине я потратил меньше времени, чем ожидалось, но… как мне дотащить эти два пакета за минимальное время! Ну спасибо, папа. Еле плетясь по дороге, я чуть не упал оттого, что меня кто-то нагло пнул в спину. Решив узнать, кто этот человек, я повернул голову. — Хиии… Хибари-сан?! Кажется, я попал. Конец POV Тсунаеши. — Травоядное, ты ужасно медленный, — с неким презрением сказал Глава Дисциплинарного Комитета, обращая свой взор на паренька, стоящего перед ним. — П… простите… просто… пакеты… Хибари, заметив объем пакетов, которые держал шатен, выхватил один из рук мальчишки, велев тому идти быстрее. — Хибари-сан, подождите! Как Вы узнали о том, где я? — ускоряя шаг для того, чтобы догнать своего помощника, спросил Тсуна. — Отец сказал тебя встретить. И, по-возможности, помочь. Видимо, не зря он это сказал, — ответил Кёя, продолжая идти вперед. Ему не нравилось то, что отец отвлек его от патрулирования территории, заставляя помогать этому травоядному. А ведь он так надеялся избить кого-нибудь сегодня. — Ясно… спасибо Вам!       Ещё некоторое время они шли молча. Ну, как молча… Под вздохи и стоны Савады, чьи руки уже не могли нести такой тяжелый пакет. Не долго он его нёс… Молчание нарушил звук падения чего-то на землю. Когда до ног Хибари докатилась баночка содовой, тот обернулся и увидел лежащего на асфальте мальчишку. — Травоядное, может ответишь… КАК МОЖНО БЫТЬ ТАКИМ НИКЧЁМНЫМ?! Забью до смерти. — Простите! Я не специально! — пытаясь скрыть наворачивающиеся слезы, Савада провел рукой по лицу, шмыгая носом, — я споткнулся. Хибари, посмотрев на юношу, присел рядом с ним на корточки. — У тебя есть пустой пакет? — спросил он. — Нет. Ну, в сумке, думаю, есть немного места. — Хорошо. Тогда клади в сумку все, что поместится, остальное я положу в пакет. Собирая рассыпавшиеся покупки, оба парня молчали, лишь Савада иногда всхлипывал. Потянувшись к банке с содовой, Тсунаёши случайно коснулся руки Хибари, сразу отдергивая свою, беря в руки пачку с рисом. — Вот и все, — сказал Кёя, поднимаясь на ноги, — вставай и пойдем. — Угу… — взяв сумку в руку, Тсунаёши попытался встать, тут же застонав от боли, заваливаясь на молодого человека. — Травоядное, что с тобой? — придерживая паренька рукой, задал свой вопрос сын Алауди. — Не… не знаю. нога… болит… — сжимая в руке пиджак Кёи, Савада попытался пошевелить пострадавшей ногой. — Надеюсь, у тебя нет перелома. Возможно, просто растяжение. Если будешь держаться за меня, сможешь идти? — Попробую… — спустя пару минут такого передвижения, Хибари надоело слушать стоны боли и, подняв мелкого на руки, понес того домой, велев тому держать свою сумку в руках. Тсунаёши лишь посмотрел на парня, широко раскрытыми глазами и, поблагодарив, опустил голову.       Спасибо, что на пути они никого не встретили, иначе Хибари убил бы всех только своей аурой. Спустя несколько минут они уже были у подъезда. Позвонив в домофон, парни вошли в лифт. Кеёя терпеливо ждал конца этих.пыток, все так же прижимая юношу к себе. У него возникло двоякое чувство — вроде и отпускать «сводного брата» не хочется, понимая, что тот снова начнет пыхтеть из-за боли, но и вся эта ситуация немного напрягала. Савада не был тяжелым, что Кея понял при их первой встрече, зато он постоянно елозил, действуя на нервы. Наконец, лифт доехал до нужного этажа. На пороге их встретил Джотто, сразу же подлетая к парочке. — Тсунаеши-кун, что случилось?! — на крики возлюбленного вышел и Алауди. — Кёя, я, конечно, просил его встретить, но не… — договорить ему не дал Джотто, наступивший возлюбленному на ногу. — Ну, мы шли… — Это травоядное споткнулось по дороге домой, уронив пакет. Возможно, у него растяжение. — Божечки, Тсуна-кун! Кёя-кун, можешь отнести его в комнату? Я сейчас подойду, — забирая у парня пакеты, Примо направился в сторону кухни. Дойти он не успел, спотыкаясь о порожек. Спасибо Алауди, вовремя подхватившему его. — Теперь ясно, в кого пошёл Тсунаёши, — улыбнувшись, мужчина донес пакеты на кухню, слушая обвинения со стороны возлюбленного. Тем временем, Кея уже донес Саваду до комнаты, укладывая того на кровать. Уйти ему не дала рука, схватившая его за запястье. — Хибари-сан, спасибо большое! И… простите, — опустив голову, скрывая смущение, протараторил Савада. — Должен будешь. С этими словами ГДК вышел из комнаты, впуская туда Джотто с огромной аптечкой, которую, видимо, те привезли с собой. — Тсунаёши-кун, пожалуйста, будь в следующий раз аккуратнее, — растирая мазью ногу сына, проговорил Савада старший. — Ты же знаешь, что это невозможно. — Поэтому и прошу. Кстати, как тебе Кёя-кун? — продолжая своё занятие, не поднимая головы, спросил Примо. — Хибари-сан? Он…хороший человек. — Ии? Он нравится тебе? — Ну. Стоп. Что за вопросы, пап? Смутившийся юноша не понимал, зачем отец задает эти вопросы. — Ничего такого, — поднимая руки в примирительном жесте, ответил Джотто, — просто интересно. — Ну ясно. Пожав плечами, Савада младший продолжил наблюдать за действиями отца, иногда вздрагивая от прикосновений, причиняющих боль. — Кёя-кун хороший мальчик. — Да. Стоявший за дверью Алауди усмехнулся, направляясь в комнату к своему сыну. — Кёя, нам надо поговорить.