Аммит

Азазель скрылся в Южную Дакоту, где уже держал четырех особенных детей, и в их компании не хватало только пятого. Он проведал экстрасенсов, увидел, что они держатся, и отправился за последним в Канзас. Войдя на территорию некоего подобия дома среди парковки старых, б-ушных авто, Желтоглазый первым делом проверил наличие пентаграмм. Заметив их отсутствие, Демон направился ближе к бункеру, но ему пришлось спрятаться за одной из целой своры машин, когда входная дверь начала открываться. На пороге внезапно появился Сэм, что Желтоглазому льстило. Не задумываясь, он щелкнул пальцами, перемещая Винчестера в укромное место, где держал и остальных особенных детей.

***

Сделавшись невидимым, Демон прошел внутрь бункера и посмотрел на потолок. И не зря. Он спалил там ловушку, которую по-тихому испортил клинком, стерев края, после чего обратно спрятал. Желтоглазый глазами искал кого-то, хоть Дина или Бобби. Находясь в зале и видя перед собой диван, Азазель направился дальше и завернул налево, где как раз и разглядел охотников, помогающих Джо оклематься после «удара» демона: Сингер — кладя ей на лоб мокрое полотенце, а Винчестер — держа ее за руку и говоря теплые слова. Демон засмотрелся этой картиной и аккуратно сел на диван, чтобы охотники не заметили.

***

Аммит тоже ушла из тронного зала, отправившись на прогулку по дворцу Ада, сложа руки у груди и задумавшись. Когда она напоминала Азазелю о задаче, поставленной Дьяволом, рыжеволосая даже не подозревала о том, что вскоре на нее нахлынут плохие воспоминания о еще той жизни, без метки и всех нынешних проблем. Как тогда было хорошо. Небеса. На поле стояли рядовые прекрасные, молодые ангелы, которые в будущем будут защищать свой дом при любых обстоятельствах. Прямая осанка, острый, непринужденный взгляд и ангельский клинок за пазухой — все, что нужно рядовым для защиты Рая, просто отличной службы, если не считать их мощные, огромные крылья, сразу создающие проблемы врагам. За ними наблюдал сидящий на «трибуне» голубоглазый брюнет в темно-синих брюках, белой футболке и кедах. За спиной Михаила красуются белоснежные крылья, размерами больше, чем у солдат-ангелов, на которых он с улыбкой смотрел, смеясь над их ошибками, ошибками неопытных крылатых существ, боящихся облажаться на глазах у своего командира. Габриэль в это время находился с маленьким Касом, играя с ним и следя, пока Бог общался с Джошуа в Эдеме. Он любил цветы и разговаривать с садовником, единственным, кто полностью понимал Его. А на поле вышел командующий — русоволосый архангел в черных ботинках, футболке болотного цвета, сверху нее темно-бирюзовой рубашке и джинсах. Также у него присутствовали такие же большие, белоснежные крылья, как и у старшего брата. — А, ну, напра-а-во, — скомандовал архангел, после чего ангелы выполнили приказ. — Хорошо, — Люцифер потер ладони, ставя руки на талию. — Теперь нале-е-во! — прибавил громкость в голосе мужчина. Ангелы снова исполнили заданное. — Так, и давайте сейчас метание клинка в цель. На случай вторжения тварей из Чистилища. — Люц, — сзади к нему подходила девушка в светло-серой юбке-карандаш, женской рубашке с синей «бабочкой», в светлых туфлях на высоком каблуке и темно-рыжими волосами, собранными в хвост. Архангел обернулся на крик, а она, увидев подозрительный взгляд Михаила в ее сторону, исправилась: — Всмысле, Люцифер, — девушка моргнула с улыбкой. — Ох, как сразу официально, — русоволосый изогнул бровь, смотря на ангельшу, и ухмыльнулся. — Что, Аммит? — Тебя Гейб зовет, — успокоившись и больше не глядя на щурившегося Михаила, с каменным лицом сказала девушка. Но улыбка Люцифера не давала ей угомонить внутреннее смущение, поэтому она развернулась и пошла обратно в здание, напомнив уже в пути: — В общем, Гейб ждет тебя. Люцифер собирался идти за ней, но его остановил подошедший старший брат: — Хорошенькая, да? — К чему это, Михаил? — наблюдая за тренирующимися ангелами, беспристрастно спросил командующий. — Ты понял. — Да-да. Однако, зачем ты заговорил об Аммит? Хотя, согласен, она — милая и хороший помощник, подруга я бы сказал, но не до такой степени, Михаил. И прости, меня Гейб звал, — буквально выкидывая свисток на землю, Люцифер удалился, не желая рассказывать брату о предмете своего воздыхания в целях оставления её себе. На архистратига же напала жажда написать портрет девушки, чем он в дальнейшем и занялся. Аммит улыбнулась собственным воспоминаниям, проходя мимо демонов и здороваясь с ними. Рыжеволосая нашла укромное место — комнату, о которой другие черноглазые не знали, и присела там на стул. Она продолжала размышлять о прошлой жизни, лучшей, до ее становления демоном, Рыцарем Ада, как вдруг бросила взгляд на метку и нахлынули неприятные моменты, когда она была на Небесах. Аммит стояла в здании рядом с Габриэлем, занимаясь маленьким Кастиилом, и оба улыбались, как мартовские котики. Вдруг раздался шум снаружи и крики, где были и ругательства, и Гейб с рыжеволосой вышли, чтобы посмотреть на происходящее. От увиденного они обомлели: Михаил растерянно смотрел на брата, а тот как-то испуганно, отходя от старшего архангела все дальше. Аммит и Гавриил не понимали, что происходит, издалека смотря на то, как слева от Михаила появился гневный Бог, сверля взглядом Люцифера и создавая дыру в земле, которая становилась все черней и разрасталась. Дальше все произошло спонтанно: старший архангел схватил брата за грудки и, сказав только «прости», со всей силы, что у него имелась, скинул младшего архангела в ту темноту, окутывающую с ног до головы. — Нет, — в унисон произнесли архангел и ангелесса и побежали к дыре. Габриэль быстрее «долетел» до нее, отталкивая предателя, следом подбежала и Аммит, расширяя глаза от ужаса как темные силы неизведанного пространства поглощают ее друга. Гейб же не верил, что его любимый старший брат мог скинуть такого же младшего брата. Михаилу и самому было фигово на душе, сердце болело и ныло от собственно ручного заключения родного существа в неизведанное. Аммит медленно перевела взгляд на архистратига, убирая руку с плеча Гейба, и пошла к Михаилу с шокированными глазами. Он лишь виновато посмотрел на нее и произнес: — Прости. Я не контролировал себя, мной командовал Отец. — Михаил, как ты мог? — не скрывая презрения в голосе, рыжеволосая пыталась не сорваться с самого начала. — Он же твой брат… — Я отвечал тебе, Аммит. Не контролировал себя, — у старшего архангела застыли слезы в глазах, также как и у Гейба и девушки. — Нет. Это не причина. Просто ты выполняешь все приказы нашего папеньки. И, — ангел щелкнула пальцами, и в руке голубоглазой появился ее портрет, созданный Михаилом. — Знаешь. Я и не знала, что ты такая падаль. Поэтому мне ничего от тебя не нужно, — она порвала творение архангела и бросила на траву, собираясь подойти к Гавриилу. — Постой, — ее остановил голос Михаила. — Аммит, это значит, что между нами все кончено? — Точно, — он горько улыбнулся при ее тяжелых для него словах. — Ты. Очень догадливый… — останавливалась на каждом слове девушка, идя к Габриэлю. — Успокойся, братец, — донеслось до уходящего Михаила. — Это ненадолго, я уверена, — дрожащий голос. А потом. Сплошные слезы и разочарование в хорошей жизни. Одна боль и предательство. Аммит и Гейб сидели на траве, обнявшись и открыто плача из-за потери. Маленький Кастиэль вышел из здания, направляясь к ним и встречаясь по пути с грустившим архистратигом.

***

Спустя многие года. Аммит и Михаил больше не общались, даже избегали друг друга, зная, что при их встрече девушка точно сорвется и расцарапает ему лицо. Однажды ночью рыжеволосая сидела на подоконнике здания и смотрела на Луну — серебряную и яркую. Так и находилась бы там, как зачарованная, если бы не Люцифер в ее голове: — Аммит, здравствуй. — Люцифер? — не поняла такого появления Дьявола в своей голове девушка. — Что с тобой? Где ты? — Я в клетке, но у меня есть для тебя задание, не смотря на то, что ты — ангел. Хотя, это больше просьба, чем задание. — Хорошо, — согласилась ангелесса. — Что я должна сделать? — Помочь Азазелю. Ты найдешь его в Аду. Но не сейчас, чуть позже. — Подай знак. — Как скажешь. — Аммит? — послышался голос Бога сзади нее, и она нервно сглотнула, всматриваясь в серьезное лицо Всевышнего. Последнее, что вспомнила демоница, это свое падение с Небес и становление Рыцарем Ада. Она почувствовала, как по щеке катится слеза, но рыжеволосая моментально убрала ее и очернила глаза, сменяя переживания на злость: — Демоны не плачут, — Аммит злорадно хмыкнула, оскалив зубы, и отправилась в тронный зал.