Avant la rencontre avec une rose.

(Аврора) Мы уселись в гостиной на моем белоснежном диване, прикрыв свои ноги пледом и горячем чаем, открыв одно из окон, благодаря которому в мою гостиную забежал свежий воздух. « Привет, это я Кристина, если ты меня еще не забыла, хотя надеюсь, что ты и вправду меня не забыла, хотя это не столь важно, потому что сейчас я пишу под диктовку своего брата, который совершенно не хочет высказывать все свои мысли на бумаге, хотя нет, может и хочет. Смотри-ка, он берет у меня лист и ручку, мне придется сказать тебе пока, хотя возможно ты даже это не прочтешь, потому что мой братишка может это все зачеркнуть, хотя нет, я так не думаю, так что пока. Моя сестра любит поговорить даже на обычном листе бумаге, но думаю, что я не буду это зачеркивать, потому что просто не хочу, потому что в этом письме должно быть хоть капельку позитивного настроения, потому что думаю именно сейчас ты даже не хочешь дочитывать это письмо, и я пойму тебя, но надеюсь ты наберешься смелости и просто дочитаешь его до конца и поймешь. Я не знаю с чего начать, наверное с того, что я просто не могу это высказать тебе в глаза, а уж тем более на телефоне, ведь, это будет верх не приличия, тем более порой лист бумаги и черные чернила говорят намного больше, чем пустые слова и это еще раз доказывает, что мы живем в двадцать первом веке, что до сих пор совершенно смешно осознавать. Прости, прости, что не пришел на день рождение твое матери, потому что в этот момент были проблемы у моей матери. Тебе это не кажется главной причиной для того, чтобы просто исчезнуть из твоей жизни, но поверь мне, почему-то эта именно эта ситуация на минутку заставила меня задуматься о нас, что такое мы? Ты ни когда не думала об этом? Думаю, что ты размышляла на эту тему, и боюсь наши выводы различаются, именно поэтому я не рядом с тобой сейчас. Знаешь, на минуту я опять почувствовал страх, который поселился где-то там внутри меня, и я понял, что я не хочу терять тебя, поэтому будет лучше, когда ты потеряешь меня. Нет, это не эгоистично, ведь, я буду знать, что ты жива и здорова и что с тобой все хорошо. Ты опять подумала, что это все мои глупые мысли, но поверь в моей голове до сих пор стоят те страшные случаи в момент которых я потерял две свои семьи, и я не хочу потерять еще одну. Да, ты права, это не самый лучший вариант прятаться от всего этого, но возможно будет лучше если я буду одинок, но зато буду знать, что с тобой все хорошо, хоть на большом расстояние, но я буду знать, что тебя не будет ни чего преследовать и от этого уже на душе становиться легче. Все, что произошло вечером и вправду опять поменяло взгляды на мою жизнь. И нет, это не значит, что я собираюсь оставаться жить в замке. Я перееду в Париж, ведь в этом городе есть ты, а значит есть и моя жизнь. Я глуп, я знаю, но черт возьми, хоть на секунду представь себя на моем месте и помой на сколько это может быть трудно волноваться за жизни близких тебе людей, и нет это не просто волнение, это познание того, что ты просто, просто знаешь, что может произойти, что-то плохое, так и есть. Я не сошел с ума, но я и вправду очень боюсь… Безусловно я пытаюсь оправдать себя, но это невозможно и глупо. Я просто хочу, хочу чтобы ты понимала, что я не могу быть тем, кем ты хочешь меня видеть. Я уже не стану обычным человеком, который сможет стереть все происходящее в его жизни, может именно из-за этого я понимаю ценность жизни, ценность любви, может именно из-за этого. Меня невозможно поменять, мои принципы невозможно изменить, но вот почему-то у тебя это получалось, и получается до сих пор, коль это письмо дошло до тебя. Балл отменяется, по причинам маминого здоровья, так что можешь выдохнуть тебе не придется лицезреть мое лицо или придумывать варианты того, как написать отказ. Я освобождаю тебя от этого. Прости… Г.Д. » Кажется сейчас с моих щек слетают несколько холодных капелек. Меня переполняет злость и то странное чувство холода, которое поражает меня. Мне хочется кричать, но вместо этого я разрываю это письмо в клочья и даю волю своим эмоциям, опять. Дальше я не помню, что именно происходит. Я чувствую боль, а затем поддержку в виде слов и объятий, которые оказывают мне мои друзья. Спасибо… *** Мне требуется всего один день, чтобы встать на ноги, чтобы осознать все, что произошло, чтобы переварить все, что было написано на этом белом листе его подчерком. Все странно, как-будто все это мне сниться, потому что это просто невозможно. Это не может происходить в реальности, только не со мной. Только не со мной. Я перевариваю письмо, а потом тысячу раз ругаю себя за все сказанное тогда на его автоответчик. То, что происходит сейчас у меня в душе не описать словами и эмоциями, просто е описать. 

Я слышу благодарность от главного издателя. Я наблюдаю за киосками где во всю разложены новые выпуски журнала, который я выпустила сама. Весь день я слышу благодарность и понимаю, что даже осознания того, что я вынесла на себе целиком выпуск самого знаменитого журнала всего мира, не дает мне радости, потому что в моей голове летают совершенно другие мысли. Еще один вечер наступает слишком быстро и темнота врывается на улицы моего любимого города так же быстро. Я опять прогуливаюсь по длинным улицам до дома, пытаясь все переварить, но не получается. Я чувствую вину, но в тот же момент и боль, которую уже не в первый раз причинил мне человек, которого я люблю. Мои очередные рассуждения перебивает звонок телефона и я удивляюсь, когда на нем загорается имя Генри. Я вздрагиваю, а затем подняв голову повыше и посмотрев на башню, я набираюсь храбрости и поднимаю телефон, хотя я совершенно не должна этого делать, я знаю, но я не могу. -Добрый вечер, -произносит хриплый и уставший голос на той стороне трубки -Ты что-то хотел? -холодно произношу я -Я несколько раз прослушал сообщение, которое ты оставила мне, -начал он, -И у меня возникает вопрос, получала ли ты мое письмо? -Письма в двадцать первом веке очень медленно идут, если ты не знаешь -Аврора, я серьезно, -его голос напрягается, но все равно я могу слышать нотки того самого поражения в его голосе -Я тоже серьезно, Генри, и я просто хочу тебе сказать, а точнее повторить в тысячный раз, что я не так девушка, которая боится сложностей или имеет какие-то критерии правильных мужчин, потому что у меня этого нет, да и уж наши отношения, которые были, нельзя назвать идеальными, но они мне нравились, -начала я, -Но знаешь, я не та, которая будет бороться, потому что мне уже надоело бороться и доказывать, что-то правильно, а то неправильно, потому что в какую-то минуту это стало невозможно и я просто, -я замолкаю, -Я просто решила сказать, что я думаю, впервые не побоявшись последствий, которых уже и не стоит бояться В телефоне повисла тишина. -Генри, я не хочу слышать, как ты в тысячный раз пытаешься прикрыться жуткими играми с твоей судьбой, потому что в какой-то момент, я поняла, что все это не стоит, и что если бы ты вправду хотел измениться, все бы было не так, все бы было по другому, потому что черт возьми, на минуту, на минуту я поймала себя на мысли, что о боже, если он согласился жить со мной в Париже, то я тоже готова буду переступить свою черту и согласиться жить у него в замке, если по его мнению он будет думать, что да так я буду в безопасности, да пожалуйста, я перееду, -я опять выдерживаю паузу, а потом опять продолжаю, -Но знаешь, что ужаснее всего, что сейчас я считаю себя дурой, той самой дурой, которая поверила, что она попала в какую-то чертову сказку, где из чудовища может сделаться красавец, а нет и той самой виной оказалась только я сама, только я сама, -я повторяла это, -И Генри, мне больше не надо слов и записок, потому что я устала от этой грязи, я хочу спокойно жизни, стабильной, просто хочу и все, потому что за этот чертов год все это вымотало меня Я выдыхаю и жду его ответа, но он молчит и я слышу на той стороне шум машин, а затем шаги, я закрываю глаза, останавливая слезы. -А ты думаешь мне сладко, хорошо? -произносит голос позади меня, заставив меня повернуться Я опускаю телефон от уха, увидев позади себя Генри. Генри, боже мой. На нем черное пальто, которое распахнуто, под ним рубашка белого цвета, черные брюки и ботинки. Его волосы небрежно расположились на его голове, выдавая его усталость. А его глаза, его взгляд говорит и вправду намного больше, чем просто его слова. Он прав. Я вздрагиваю от понимания того, что он стоит рядом и пытаюсь еще раз ущипнуть себя, чтобы убедиться до конца, что это все не правда, но когда я возвращаюсь обратно к реальности он все еще стоит передо мной, заставив меня еще раз вздрогнуть. -Что ты тут делаешь? -недовольно произношу я, закидывая телефон в сумку -Твои вчерашние слова, заставили о многом задуматься -Генри, если ты приехал сюда поговорить о моих словах, то лучше мне просто уйти -Ты хочешь убежать? -я не могу заглядывать в его глаза, черт -Ты хочешь услышать, что мне жутко стыдно за свои слова? Он молчит и лишь спокойно глядит на меня. Черт, почему даже в таких ситуациях он черт возьми так спокоен и нереально прекрасен, даже сейчас, когда я жутко хочу убить его, а затем убежать, а затем убить его. Почему черт возьми, он на столько спокоен?!!! -А знаешь, что Генри Дюкре? Мне не стыдно, впервые мне не стыдно, хотя должно быть стыдно, -злость внутри меня нарастает, -А знаешь почему мне не стыдно? -я заболею и жду ответа, глупо, -Потому что ты тысячу раз делал мне больно и именно сейчас мне не стыдно, потому что возможно впервые в жизни я ответила человеку тем же, что и он. И нет, я не чувствую счастья, но я и не чувствую угрызения совести и наверное это и есть главное, хотя черт его знает, ведь ты сделал меня безбашенной истеричкой, -я выдыхаю, понимая, что стоит остановиться Он просто стоит и молчит, опять молчит. Черт, мне так хочется крикнуть на весь Париж, как я ненавижу его, как я ненавижу все, что он делает, как я ненавижу его жизнь, мысли, чувства и поведения, но так же я хочу крикнуть, что все это чувство ненависти смешалось с любовью и от этого мне становиться еще более дурно. -Скажи хоть слова, Генри, -протягиваю я, -Или в таком случае зачем ты сюда пришел? Уж точно не выслушивать о себе разные гадости в перемешку с моими истериками -Знаешь, возможно это прозвучит глупо, но во всей этой темноте мне нужно было просто увидеть тебя, -он произносит это спокойно и тихо, его слова вводят меня в замешательство -Что ты черт возьми говоришь? -я делаю шаг и сажусь на скамейку, которая стоит позади нас, -Я не могу это слушать, не могу это слышать, и не могу этому верить, Генри, прошу тебя вернись в действительность и пойми, что такие слова имеют огромный смысл для меня, да и для любого человека и ими нельзя так просто раскидываться, а затем уходить или исчезать, что еще хуже Он приседает на корточки напротив меня. Что он творит. -Посмотри на меня, Лефевр, просто посмотри и не прячь глаза, -он берет меня за руки, которые лежат на моих коленях, -Вот так лучше, -произносит он, когда я смотрю прямо ему в глаза, -Я знаю, что эти слова не просто слова и они не будут просто ветром, поверь мне, просто пойми, каждый раз когда чертова судьба подкидывает мне препятствия, я начинаю отступать, потому что каждый раз после этого я боюсь потерять то, что сильно дорого мне. Сейчас это случай с мамой, а потом, -он замолкает -Что потом? -Я боюсь быть с тобой рядом, именно потому что я боюсь за тебя -Ты не приносишь плохого, неужели это так трудно понять? -Для меня да, и я не хочу об этом думать, но иногда мысли сами подкидывают мне какие-то ситуации в голове или сны -Тебе сняться ужасы? -почему-то меня это удивляет -Это так странно? -он поднимает правую бровь -Мне не сняться сны вообще, так что возможно Он дарит еле заметную улыбку, приводя меня в чувства. Только сейчас я могу осознать, что мы в самом центре Парижа. Я сижу на скамейки, а передо мной на корточках сидит Генри Дюкре и все проходящие окидывают нас взглядами удивления, но что самое удивительное мне на это все равно. Я смотрю на него, изучаю его лицо. Мне так хочется притронуться к его шраму, поцеловать его, спрятав руки в его растрепанные волосы. Но сейчас мои руки находятся в его заточение, в заточении его теплых рук. Я прислушиваюсь к шуму вечернего города, любимого города, отвожу взгляд вдаль, а затем возвращаюсь обратно к его глазам. -Прости меня, Лефевр, -произносит он, после достаточно долгой тишины, -Я глуп, прости Мы выдерживаем паузу, опять. -Но ведь без глупостей жизнь была бы неинтересной, ты так не считаешь? -произношу я, немного улыбнувшись Генри удивленно смотрит на меня, пытаясь осознать мои слова, а главное их значение и кажется дойдя до мысли того, что мои слова несут положительное настроение, он одаривает меня еле заметной улыбкой. Мы обмениваемся с ним слишком простыми взглядами, прежде чем он отпускает мои руки, а я не теряя времени наклоняю голову и пустив руки в его волосы, наконец-то целую его. Я не знаю, что это. Что подвигло меня на происходящее сейчас. Прекрасная погода, свежий воздух, усталость или любимый человек рядом, который переступил черту, опять, но уже до конца переступил ее. Я не знаю, что это, но мне хорошо, сейчас хорошо. -Я так люблю тебя, Лефевр, -произносит он вставая и протягивая ко мне руки, -Я люблю тебя, -произносит он немного громче и в этот момент я оказываюсь на его руках, -Люблю, -повторяет он, целуя меня еще раз Париж делает с людьми что-то нереальное. Он заставляет делать то, что ты бы не когда не сделал. Он подталкивает нас на поступки, которые мы бы ни когда не сделали, а что самое главное, что Париж заставляет нас любить, чувствовать любовь, а что самое главное быть любимыми, потому что этот горд создан для любви, Париж создан для того чтобы любить и быть любимым именно. Этот город создан для любви. « Не жди идеального момента Возьми момент и сделай его идеальным
© »